Народный певец

Сохранившееся с детства воспоминание: взрослые в гостях с удовольствием пели и плясали под гармонь так, как-будто вступали друг с другом в диалог, демонстрируя в напевах и танцевальных «па» свое настроение и даже характер. Было шумно и весело! Но при первых же звуках протяжной мелодии – оҙон ҡөй – устанавливалась такая тишина, которую не разрешалось нарушать даже маленьким детям. С подобным почтительным, вдумчивым слушанием мне потом приходилось встречаться только на оперных спектаклях. Каждый уходил в себя, не стесняясь слез на глазах. И долгая пауза после того, как уже песня спета.

Все это для меня было необъяснимым, пока однажды, в бытность работы в редакции городской газеты, не услышала на одном из концертов несколько народных песен в исполнении учалинца Абдуллы Султанова и не расплакалась – не стесняясь ни своих слез, ни растекшейся туши по лицу. Получившая школьное образование на русском языке, а потому совсем не знавшая своих корней, неожиданно для себя – всем сердцем и душой – почувствовала всю боль и гордость за прошлое своего народа, личную сопричастность, ответственность за его будущее, что-то родное, идущее из глубины веков и передаваемое из поколения в поколение. Простые безыскусные строки в устах немолодого певца звучали как откровение: то, о чем замалчивала официальная история, донесла народная песня.

Абдулла Султанов. Имя простого пастуха с начальным образованием в Башкортостане известно многим почитателям народного искусства. Даже по признанию профессионалов, он всегда считался одним из самых лучших исполнителей народной песни. В его внешности ничего не было от артиста – ни расправленных плеч, ни театральных жестов, на сцене всегда был неприметен и бесстрастен. Лишь голос – сильный и красивый, царствующий. Про который говорят: «Хозайзан бирелган – Богом данный». Соловей, признанный лесной певец, – птица, впрочем, тоже неброская.

Родом Абдулла Султанов из маленькой деревни Кубагушево Учалинского района. Он, пожалуй, первым из своих односельчан так прославил ее своим талантом. Свой дар деревенский мальчик почувствовал очень рано. Специально песни с ним, конечно, никто не разучивал. Старенький патефон соседа Галимьяна Гиниятуллина с часто ставящейся на него пластинкой с песнями «Урал», «Буранбай» – единственный на всю деревню – и стал, как вспоминал Абдула агай, для него первым учителем. Он заходил в дом или стоял под раскрытыми окнами, откуда доносились проникновенные мелодии, и внимал каждому звуку. Так и выучил эти две песни. Другие разучил позже, когда появилось радио.

Близлежащие леса и горы стали для мальчишки первыми слушателями – особыми, дарящими вдохновение. Восхищение родной природой, щемящую грусть, ликующую радость на душе, все немногословный от природы певец выражал через песню. А еще через курай и скрипку, которые смастерил сам. Односельчане называли его не иначе как «йырсы Абдулла – певец Абдулла». Хотя работал он всю жизнь – с 11 лет и до самой пенсии – пастухом. Но пастухом был со странностями, в хорошем смысле этого слова. Старожилы, как о чем-то удивительном, рассказывали: впереди идет Абдулла, играя на курае или напевая, а вслед за ним послушно вышагивает деревенское стадо. По-доброму посмеивались: виданое ли дело, коровы, чуть ли не приплясывая, идут за пастухом, а не он за ними, как должно быть. А по утрам, собирая стадо, он пел так, что женщины открывали окна и зачарованно слушали. И плакали, каждая над своей судьбой: кто-то проводил на фронт мужа, кто-то сына, брата.

Впервые на сцену Абдуллу Султанова вывела деревенская учительница Мафтуга Суфиянова. Сначала он пел на концертах перед односельчанами-кубагушевцами, потом стал ездить в район. В 1952 году пришло первое официальное признание: на районном смотре художественной самодеятельности Абдулла агай занял первое место. Говорят, что его не раз приглашали работать в столичную филармонию. Не согласился. Потом, по прошествии времени, как вспоминала его жена Надиба апай, с которой он прожил более полувека, иногда сожалел, что не уехал. Но на многочисленные предложения выступить на различных площадках Абдулла всегда отвечал согласием.

На одном из Всероссийских конкурсов в Москве, еще в советскую пору, Абдулла Султанов то ли стал победителем, то ли получил звание лауреата. Не единожды удостаивался высоких званий на республиканских творческих состязаниях. Имеет звания «Заслуженного работника культуры Республики Башкортостан», «Народного артиста Республики Башкортостан». Награжден орденом Салавата Юлаева. На мой вопрос: «Какая из наград самая дорогая и памятная?» он ответил: «Все». Немного помолчав, добавил: «Меня люди называют народным певцом, слышала, наверное? Народное признание – это самая дорогая награда...»

Про Абдуллу Султанова рассказывают много историй. Вот одна из них. Однажды самодеятельному певцу пришлось выступать перед музыкально просвещенной публикой на съезде композиторов в Москве. В перерыве стали его расспрашивать: «Какую консерваторию вы окончили?» Можете себе представить удивление вопрошавших, когда сопровождавший Абдуллу агая кураист разъяснил, что никто, абсолютно никто не работал над голосом певца, кроме самой природы. В репертуаре Султанова около шестидесяти народных песен, в их числе редко исполняемые «Сандыузак», «Хисам», «Тафтиляу». Самые любимые – «Буранбай» и «Урал». «Буранбай», кстати, в республике никто из певцов не может исполнять таким высоким голосом.

Москва, Ульяновск, Самара, города Германии, Португалии, Франции, Польши, Румынии и ближнего зарубежья памятны Абдулле агаю по выступлениям. «Неужели тем, кто не знает башкирский язык, было интересно вас слушать?» – удивилась я как-то в разговоре с ним. Абдулла агай не обиделся, лишь поучительно заметил: «Настоящему искусству перевод не требуется, а если певец поет, вкладывая душу, ему в любой точке мира будут внимать и аплодировать».

Вместе с кураистом Юлаем Гайнетдиновым в 1988 году Абдулла агай ездил в Москву на фирму «Мелодия», записывать пластинку. В студию, как потом расскажет музыкант, сбежались оказавшиеся рядом работники фирмы, которых, казалось бы, трудно было чем-то удивить. Спрашивали: «Из какой страны приехал певец и какую малознакомую классику исполняет?» Оператор всем повторял одну и ту же фразу: «Гениальный башкир».

Гениальный башкир с редким голосом так и остался самодеятельным певцом. Самородком без огранки. Настоящий талант, как это ни прискорбно, не умели ценить в советское время. Свидетельство тому — целый ряд известных людей, получивших не только мировое признание, но и достойные условия жизни лишь за границей. Абдуллу Султанова хвалили, им восторгались как редким чудом из народа, приглашали выступать на концертах, от которых он никогда не отказывался, но об обустройстве его жизни тогда никто особо не заботился.

Долгие годы Абдулла агай жил в обветшалом доме. В предоставленную в городе квартиру он так и не смог переехать, хотя не раз собирался – пожилому человеку трудно менять свои привычки. Заработанные пастушеским трудом и от личного подворья деньги на безбедную старость по воле правительства в небезызвестный год превратились в никчемные бумажки. Построить свой дом Абдулле агаю не удалось. Не мастеровит, признается он. Не дал Всевышний и детей.

Но в одно время отношение к нему изменилось, причем на государственном уровне. К одному из юбилеев ему построили добротный красивый дом. И это не могло не радовать тех, кто видел, в какой откровенной бедности жил Абдулла агай, потерявший к тому же и зрение. В Уфе после очередной репетиции ответственного концерта на бессветофорном перекрестке его сбила машина. На травму головы тогда никто не обратил серьезного внимания, две последующие операции оказались неудачными.

Кто знает, как бы сложилась жизнь Абдуллы агая, родись он в богатой, умеющей и имеющей возможности беречь свои таланты стране. Или стань он профессиональным певцом. Родину и время, как известно, не выбирают. Но как бы то ни было имя Абдуллы Султанова, народного певца с уникальным голосом и удивительной судьбой, останется в истории моего народа.

📍В репертуаре Абдуллы Афзаловича Султанова несколько десятков народных песен оҙон-куй исторической тематики: песни о войнах и походах («Кахым-туря», «Караван-сарай», «Сыр-Дарья», «Эскадрон», «Армия»), о ссыльных и беглых («Буранбай», «Бииш», «Гумеров», «Шагибарак» и др.), о кантонных начальниках («Колой-кантон», «Альмухамет-кантон», «Турэкей»), о тяжелой доле башкирских женщин («Зюльхизя», «Зюльхабира», «Шаура», «Салимакай», «Гильмияза»). Немало песен посвящено красоте родной земли («Соловей», «Тюяляс», «Урал», «Кук-тау»).