«Я всегда знала, откуда и куда мы идем» (интервью с З.Я.Рахматуллиной)

  Ее исследования сосредоточены на философии культуры и образования, моральной философии и традициологии. Она автор более 500 научных трудов, включая 21 монографию и 6 учебных пособий, а также 4 художественных книг. 

В настоящее время Зугура Ягануровна руководит старейшим научным учреждением Башкортостана — Институтом истории, языка и литературы Уфимского федерального исследовательского центра РАН. В интервью нашему журналу она рассказала о деятельности учреждения, новых проектах, поделилась мыслями о сохранении и развитии родных языков и культуры, а также о том, как ей удается успешно совмещать научную, общественную и литературную деятельность.

– Зугура Ягануровна, вы действующий ученый-философ, доктор философских наук. Но вы всегда сочетали научную работу с ответственной деятельностью в разных сферах. Теперь возглавляете Институт истории, языка и литературы УФИЦ РАН. Что значит для вас это место? И как удается совмещать науку с работой?

– Наш институт – это институт-легенда, институт-орденоносец, единственный в отечественном академическом мире занимающийся комплексным башкироведением и имеющий вековую историю. За особые успехи в развитии науки Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 декабря 1982 г. учреждение было награждено орденом «Знак Почета», а институтов с такой высокой наградой в стране – единицы. Его основные исследовательские направления создают «научный портрет» башкирского этноса, его самобытного мира материальной и духовной культуры: это история, культура, этнография и археология Южного Урала, язык, диалекты, литература, фольклор башкир, компьютерная лингвистика, изучение арабографичного письменного наследия. В научной летописи института – известные и великие имена общественных и государственных деятелей прошлого и современности, народных поэтов и писателей, заслуженных деятелей культуры, известных ученых: именно родная культура и язык стали для них стартовой площадкой в мир большой науки и политики. Институт сегодня гордится «символами» башкирской и отечественной гуманитарной науки, такими как М.А.Бурангулов, Г.В.Вахрушев, Мажит Гафури, П.Ф.Ищериков, братья Сюнчелей,  З.Ш. Шакиров, Даут Юлтый, Р.Г.Кузеев, Г.Б.Хусаинов, Н.В.Бикбулатов, Х.Ф.Усманов, А.Н.Киреев, А.И.Харисов, З.Г.Ураксин, Н.Х.Максютова, С.Ф.Миржанова, С.Н.Шитова, Р.М.Юсупов, А.Х.Пшеничнюк, Ф.А.Надршина и др. Мы бережем память о своих известных  ученых, умноживших научную славу учреждения и вписавших свое имя в его историю, проводим традиционные научные конференции-«чтения» («Усмановские», «Харисовские», «Ураксинские», «Юсуповские»), имя академика АН РБ Г.Хусаинова носит Фонд рукописей, насчитывающий более 6 тыс. единиц, а знаменитой лексической картотеке, где собрано около 3 млн словоформ, в апреле присвоили имя языковеда-подвижника А.Г. Биишева, который «пожертвовал» на ее создание защитой «докторской» и никогда об этом не пожалел, потому что именно этот труд в последующем стал основой для многочисленных словарей башкирского языка.

«Работать в институте» – звучит для наших сотрудников гордо, а возглавлять его еще и очень ответственно. Здесь особая атмосфера, звенят на сотрудницах национальные украшения, звучит башкирская речь: кстати, знание башкирского языка – один из критериев для конкурсного отбора, потому что изучать народ и его многонациональный край без знания его «души» невозможно. 

К 100-летию института УФИЦ РАН помог сделать здесь красивый ремонт, после, благодаря многочисленным выигранным грантам РНФ, мы практически обновили материально-техническую базу, и сотрудники говорят, что сегодня «на работу ходят как на праздник». Эти слова дорогого стоят. Есть собственная типография, и ежегодно более 20 печатных изданий-трудов наших ученых размещаются в РИНЦе. Стал «скопусовским» и вошел в «Белый список» высокорейтинговых периодических изданий наш «Уфимский археологический вестник» (единственный гуманитарный журнал подобного уровня в республике), активно работаем над продвижением в их ряды еще одного нашего издания – «Уфимского гуманитарного журнала» и, пользуясь возможностью, приглашаем ученых к сотрудничеству.

 Руководитель академического института – не только менеджер с хозяйственным взглядом, на плечах и ответственности которого организационные, бытовые, финансовые и др. заботы, которые требуют оперативного решения, но и, по устоявшейся традиции, это ученый, который еще должен находить время и для исследовательской работы. Все верно, еще мой научный руководитель по кандидатской диссертации профессор Д.Ж. Валеев говорил, что «грош тебе цена как ученому, если ты не работаешь каждый день». Философия башкирского языка, фольклора, культуры – это те направления, которые стали актуальными дискурсами в моих исследованиях с приходом в институт: действительно, в институте, занимающемся данными темами, проблемные зоны требуют системного осмысления. Самое главное: ИИЯЛ – не просто институт, а своеобразный «научный рупор», который с разных аспектов открывает отечественной и мировой науке прошлое и современность башкир, их национальный дух – дух диалогизма и дружбы, богатство многогранного этноязыкового и этнокультурного наследия края. Только за последние годы мы заключили около 10 «реально работающих» соглашений с вузами и академическим центрами Казахстана, Узбекистана, Кыргызстана, популяризирующих гуманитарную науку республики и страны на международном уровне.

 

– Вы работали министром образования, депутатом Госдумы РФ двух созывов. Значит, Вам известны проблемы языка в разных сферах. Изменилось ли Ваше представление о языке после того, как Вы начали работать в Институте? 

 

– Да, изменилось. Столько сделано институтом для экологии башкирского языка, что стало для меня просто неожиданным открытием. Терминологическая база и уникальный «Машинный фонд башкирского языка», лаборатория «Башкирский язык, его диалекты и говоры на платформе Lingvodoc», размещающая накопленный материал по диалектам и говорам как локальным, «народным» вариантам башкирского литературного языка в интернет-пространстве, работают на сохранение и развитие языка, представляют эмпирическую и научную базу для этнической и языковой идентификации башкир на всей территории их расселения. Сегодня многочисленные многотомные словари башкирского языка живут в открытом виртуальном эфире Машинного фонда, надежно обеспечивают цифровое бессмертие башкирского языка. Объективные условия для сохранения и развития языка создаются, но в субъективном плане, где срабатывает человеческий фактор, башкирский язык очень серьезно нуждается в защите. 

Сегодня башкирский, как и другие языки, «болеет» многочисленными лингвоболезнями, спровоцированными самими носителями. Это и распространение языкового варварства, так называемого лингвовандализма – разрушения языка, засорения его бранной лексикой, странными неологизмами, речевыми штампами, словами-паразитами, иностранными заимствованиями и прежде всего англицизмами. Дошли до того, что наши родные блины стали «панкейками», лицо – «фейсом», внешний образ – «луком»и др. А это увиденное объявление – просто без комментариев: «Дорогие френды! В нашем новом коворкинге проводятся супер-брэйншторминги и митапы. Для бронирования использовать аутлук или пройти на ресепшн». Зачастую без перевода и не понимаешь, о чем речь.

Мы ежедневно сталкиваемся с речевой антикультурой, смешением двух языков в условиях русско-башкирского билингвизма, что не украшает ни речь, ни говорящего. Это и безграмотность, которая шагнула далеко за пределы личностного общения и письма, некорректные переводы с русского на башкирский язык, которые «украшают» различные указатели, рекламные щиты, названия улиц, географических и туристических объектов, организаций и учреждений в городах и селах. Учитывая ситуацию, в целях оказания квалифицированной и мобильной помощи в грамотном письме на башкирском языке и повышения культуры речи языковедами ИИЯЛ была специально разработана социально-информационно-просветительская инфоплатформ аhttps://belemle.ru, востребованная теми, кто любит и бережет свой родной язык. В рамках реализации закона о языках народов Республики Башкортостан создан чат-бот «Город без ошибок», который работает в Telegram. При помощи этого цифрового помощника можно сообщить обо всех возможных ошибках перевода с русского на башкирский язык на вывесках, остановках, рекламных плакатах, дорожных знаках: нужно назвать точный адрес и прикрепить фото. Чат-бот «понимает» и по-русски, и по-башкирски. Все записи автоматически регистрируются в системе «Инцидент менеджмент», специалисты передают информацию дальше в соответствующие структуры для оперативного реагирования. Более того, чтобы при переводе изначально не было ошибок, в республике заработала, пока единственная в стране, автоматизированная информационная система «БашПеревод»для качественного перевода с русского на башкирский текстов документов (бланки, печати, вывески) и вывесок государственных органов, организаций, учреждений и предприятий республики (https://aispp.ru). Наши филологи-языковеды активно сотрудничаютс Комиссией при Правительстве Республики Башкортостан по реализации закона о языках, которую возглавляет первый вице-премьер У.Т. Кильсенбаев,  являются членами ее Терминологической и Топонимической служб, а доктор филологических наук Г.Х. Бухарова возглавляет последнюю.

Но самой страшным и опасным «языковым недугом» сегодня является постепенное отчуждение носителей от родного языка.

 

 - А есть ли пути противостояния этому отчуждению?

 

– Да, эти пути реальны. Есть жизненная аксиома: каждый уважающий себя и свой народ человек должен знать родной язык. Это закон природы и человеческого общества, и это – главная мотивация, не требующая никаких преференций или вознаграждений.  Род­ной язык – это такая же ценность, как и родная земля, родители, родительский дом, которые мы любим и ценим просто так – без утилитарных помыслов. У истоков знания родного языка в современном мире виртуальной культуры и интернета – родители, и их священный долг – обучать детей родному языку. К сожалению, незнание родного языка сегодня – устойчивая тенденция. Дошло до того, что для многих носителей башкирского язы­ка он вдруг начинает приобретать статус иностранного. Тем не менее есть реальные и простые механизмы сбережения языка: родители учат языку своих детей, те – своих, и жизнь языка, дополненная школой и социокультурой, не прерывается. Есть условия бессмертия языка: это когда на нем читают, пишут, разговаривают, поют, когда есть его знаковое оформление, есть желание человека знать свой язык, и ещё – государственная поддержка, государственное (федеральное и региональное) желание поддерживать это самое желание знать родной язык. Сегодня и в стране, и в республике принимаются конкретные меры в данном направлении, принята общенациональная концепция преподавания родных языков, разрабатываются интересные методики.

У меня же есть соб­ственная незамысловатая методика: моя дочь владеет башкирским, русским, английским, и маленькая внучка тоже сразу начала говорить на родном языке: мы просто объяснили ей, что бабушка и дедушка, оказывается, понимают и умеют говорить только на башкирском языке. Ей сейчас 11 лет: с нами она общается на родном, с роди­телями – на башкирском и русском, уже неплохо говорит на английском: просто мы создали соответствующую языковую среду. Но самым неожиданным для неё открытием в свое время стало следующее: услышав, что дедушка разговаривает с со­седом на русском языке, прибежала к маме: «Мама! А наш дедуш­ка, оказывается, тоже знает по-русски!» Та же самая ситуация со второй внучкой. Вот и вся «хитрость», потому что и мы, и их родители захотели, чтобы дети зна­ли родной язык бабушки и матери. Кстати, принятый закон о добровольном изучении ребенком родного языка на основе заявления родителей – это прежде всего «проверка» родителей на истинную этничность, на ответственность за языковую судьбу своих детей. Сколько раз мне приходилось слышать от обиженных на родителей, в свое время не приобщивших своих детей к родному языку, коллег, которые не знают языка и приходили в институт устраиваться на работу. Для того, чтобы знание родного языка стало сегодня «визитной карточкой» современного культурного и интеллигентного молодого человека, нужна большая и терпеливая совместная работа государства, семьи, самого человека, системы образования, общественных организа­ций, национальных СМИ, искусства и др. Это «ювелирная» работа с этническим сознанием, с родителями и детьми. Это работа над увлекательными учебными пособиями и методиками. Это чтение книг, просмотр передач и исполнение песен на родном языке! Это и востребованность двуязычия в официальной среде, на государственной службе. В частности, наш институт, исследующий современные проблемы башкирского языка, начинает работу над подготовкой учебного пособия по изучению башкирского языка для начинающих, основанного на творческом осмыслении современных успешных методик и практик изучения языков.

 

-Что для вас родной язык?

 

На этот вопрос отвечу своим стихотворением:

 

Родному языку моему...

Родной язык мой предками рождён,

В нем топот гулкий табунов степных.

И клёкот журавлей, и бег времён,

Взгляд аксакала, сабель звон стальных,

Курая переливы за окном

И звуки колыбельной за шаршау.

И песни добрые за праздничным столом,

Накрытым у подножья Торатау.

В нем свет луны, добро, пчела в цветке,

В нем прошлое и солнце, что взошло,

И слово мудрое на этом языке

До нас, потомков, сквозь века дошло:

«Язык родной – священный отчий дом,

И двери ты в него не закрывай!

Захлопнешь, не откроешь и ключом,

Не предавай язык, не забывай!»

Родной язык в мечте, в сердцах, в крови,

В печали и счастливом новом дне!

На нем поем мы песни о любви

И мать зовем в беде и страшном сне.

Родной язык орлом степным парит,

И дух, и душу нашу стережёт.

И кто язык родной свой сохранит,

Тот и народ свой в мире сбережёт!

– Давайте поговорим о перспективах развития искусственного интеллекта в гуманитарной сфере. Какие возможности открывает он для ученых-гуманитариев? Только помогает или вред от него тоже есть?         

– Искусственный интеллект (ИИ), оперативный виртуальный помощник нового поколения, сегодня у всех на устах: выполняет сложные задачи, как человек – не утомляется, составляет планы, пишет научные труды, сочиняет музыкальные хиты к собственным же  стихам, экономит время, упрощает жизнь особенно студентам-дипломникам и аспирантам (но их часто ловит «антиплагиат», доставляя проблемы на защите), выявляет ключевые позиции монографий и статей (даже читать их не нужно!) и др. ИИ в гуманитарной сфере, безусловно, – это расширение исследовательских возможностей: в  языкознании – активное развитие корпусной лингвистики, возможность обрабатывать большие массивы языковой информации, распознавать и переводить на другие языки устную, письменную, печатную речь, проверять грамматику, анализировать языковые трансформации, производить машинный перевод текстов, что даже появилась шутка: одной из первых, исчезнувших  по вине ИИ профессий станет специальность переводчика. В литературе – это удобство при анализе произведений, оперативная расшифровка и реставрация древних текстов, подбор тематических научных работ, в истории, археологии и культурологии – изучение архивов, духовных и материальных артефактов и создание их компьютерных моделей и др. Одним словом, чудо-феномен современности, но он несет в себе и благо, и риски одновременно. Безусловно, ИИ может снизить количество человеческих ошибок, но никогда не сможет превзойти человеческую интуицию и заменить знания. Более того, могут возникнуть элементарные технические сбои, этические и правовые вопросы, связанные с объективностью автоматизированных оценок, возможным нарушением авторских прав, риском плагиата и дезинформации, потому что ИИ тоже может ошибаться и выдавать некорректную информацию. Многие эксперты уверены в том, что будущее ИИ будет зависеть от взвешенного подхода, основывающегося на согласованности технологического прогресса, социально-нравственных и культурных аспектов, и от того, как – на благо или зло – будет использоваться данный инструмент. 

 

– Есть ли в Институте проекты, разработанные с применением ИИ? И какие задачи хотелось бы еще решить?

– Гордость нашего института и гуманитарной науки республики – это «Машинный фонд башкирского языка», который практически не имеет аналогов в современном киберпространстве, широко известен за рубежом и стал лауреатом Государственной премии РБ в области науки и техники в 2023 г. Часто задают вопрос: что это такое?  А это уникальная интегрированная информационная система с внутренними базами данных, направленная на поиск разнообразной языковой информации: проще говоря, это обеспечение «вечной» жизни башкирского языка в цифре. Здесь в цифровом формате «живут» более 80 словарей, башкирский фольклор, генеральная картотека, корпус публицистики и др. В этом году машинному фонду исполняется 20 лет, и в сентябре в рамках Международной конференции, посвященной компьютерной лингвистике и диалектологии, пройдет «круглый стол». Основатель фонда, заведующий отделом прикладной лингвистики и диалектологии к. ф. н. З.А.Сиразитдинов, физик по профессии и филолог по призванию, в свое время учился в аспирантуре в Казахстане основам математической лингвистики, и вот парадокс: у нас этот фонд есть, а казахские коллеги его только-только создают.  Теперь уже З.А. Сиразитдинов регулярно выезжает в Казахстан делиться опытом, а к нам, в свою очередь, приезжают учиться казахские стажеры и докторанты.

Машинный фонд активно включился в работу по внедрению родных языков в экосистему искусственного интеллекта в республике, мы уже предоставили данные фонда в соответствующие структуры. Более того, отдел прикладной лингвистики передал одному из крупнейших и надежных отечественных банков контент Машинного фонда, который включает корпусные данные (40 млн. словоупотреблений), 60 словарей (объемом около 400 000 словарных статей), статистические данные и др. Все это позволило банку начать процесс включения башкирского языка в экосистему искусственного интеллекта ГигоЧат. В этом читатели журнала могут убедиться сами, войдя в ГигоЧат и задав интересующий вопрос на башкирском языке. Правда, сначала система отвечала на русском языке, но теперь научилась отвечать и на башкирском. Безусловно,  это только начало масштабной работы. Данных должно быть в тысячу раз больше. Работа в этом направлении ведется.

Еще одна радостная новость. З.А.Сиразитдинов совместно с Лабораторией искусственного интеллекта УФИЦ РАН выиграл грант главы РБ «Разработка специализированных нейросетевых методов оценки лингвистической приемлемости текстов на башкирском языке», задача которого – создание системы орфографической, стилистической и синтаксической проверки текстов на башкирском языке. Сегодня системы автоматической проверки текстов на русском языке реализованы в текстовых редакторах (Word и др.), в электронных почтах, браузерах. В сети Интернет существуют десятки автономных систем автоматической проверки текстов на русском языке, но на башкирском нет ни одной! Это приводит к тому, что в башкирских текстах, которые функционируют в цифровом формате в сети Интернет, много ошибок.

Безусловно, в связи с задачей интеграции башкирского языка в экосистему искусственного интеллекта, которую ставит глава Республики Башкортостан, в централизованных хранилищах данных будет накапливаться огромное количество текстовых данных на башкирском языке, но их значительное количество – в тех форматах, которые надо превращать в обычные машиночитаемые текстовые форматы, и при этом возникает много ошибок в самом процессе распознавания. Исправлять их вручную трудозатратно: нужно автоматизировать процесс. Существует также проблема порождения самим ИИ текстов с ошибками, и кто же должен их подправлять? Сами пользователи ИИ? Очевидно, этот процесс также следует автоматизировать, и подобных вопросов возникает очень много. На их решение и направлена работа ученых-лингвистов института в рамках гранта.

 

– Как обстоят дела в научной школе профессора Зугуры Рахматуллиной?  Кого вы можете назвать своим выдающимся учеником?

– Мне в учёной жизни сильно повезло: стала самой первой аспиранткой известного в стране морального философа, профессора Д.Ж.Валеева, основоположника этической школы Башкортостана, создавшего в БГУ первую в республике кафедру этики, эстетики и культурологии.  Мой «научный отец» научил многому: дисциплинированности, логике, системному мышлению, организованности. Сколько раз повторяла его слова после своим аспиранткам: «Запомните! Красивых девушек много, а красивых и кандидатов наук – не так, а вот красивых и докторов наук – вообще единицы. Работайте и защищайтесь в срок!» Защитилась в срок, и дальше делала все для того, чтобы и мои ученики тоже завершили свои работы в отведенные сроки.  Сегодня я «научная мама» 19 кандидатов философских наук и одного PhD-докторанта из Казахстана, в работах которых рассматриваются актуальные вопросы производства, распространения и потребления духовных ценностей, проблемы становления и функционирования различных ипостасей духовной культуры: морали, права, религии, традиций, проблемы генезиса и выявления особенностей, основных закономерностей и тенденций развития этнокультуры, этнопедагогики и этноэтикета как основных духовных достижений народа. Все мои ученики для меня равновелики, любимы и талантливы, приносят пользу своей республике и отечественной гуманитарной науке: среди них – компетентные и добрые, как и положено философу-этику, ответственные чиновники правительства, руководители учреждений, доценты вузов, и я горжусь ими, как мать – своими детьми.

 

– Не скучаете ли по прямому контакту со студентами, ведь вы начинали свою трудовую биографию с преподавания в университете?

– А я никогда и не расставалась со студентами! Всегда считала, что все мои государственные должности, ответственная, требующая сил, знаний, политической грамотности серьезная служба на республиканском и федеральном уровнях, – это прежде всего объективация, как говорят философы, или претворение в практику, в жизнь моей научной философии, ее этических принципов, предвидения, системного мышления, логики. Французский философ А.Бергсон сказал, что если философия не знает, откуда и куда собственно мы идем, то она не стоит и получаса размышления. Я профессиональный философ и практически всегда знала, откуда и кудамы идем, кто виноват и что делать. Философия жестко держит в мировоззренческом и идеологическом тонусе – всегда параллельно работала в университете, читала актуальную литературу, писала серьезные статьи, работала с аспирантами, читала лекции. Ведь студенты, как и философия, – смысл жизни ученого-профессора. Студенты – это энергия, динамизм, творческое мышление, особый взгляд на жизнь: разве можно жить без их любопытства, огня в глазах и оваций послепонравившихся лекций?  

– У вас очень содержательная, насыщенная жизнь. А когда было сложнее всего и с чем связано?

– Сложности есть всегда, но если есть ясные цели, желание, понимающее и поддерживающее окружение, они легко преодолеваются. Главное, придерживаться «бритвы Оккама»: есть такой философский принцип – не умножать сущность, не создавать себе лишних проблем, относиться к ситуации спокойно, рассудительно, даже хладнокровно без лишней суеты и фантазий. Но свою многострадальную аспирантуру помню: молодая, решила успешно совместить две в принципе несовместимые вещи – учебу и грудного ребенка. Не получилось. Времена те были другие: не было компьютеров, сканеров, фотографирующих телефонов, интернета и искусственного интеллекта, были только библиотека с утра до позднего вечера, поездки в зал диссертаций в Москву, книги, печатная машинка, тетрадь и ручка.  Ребенка отправили к свекрови в район: дочка не узнавала меня в редкие приезды, не шла на руки, не называла мамой, но, говорят, после спала с моим халатом в обнимку и никому не отдавала. Дальше отправили ребенка уже к моим родителям. Она росла, знала, что мама учится и плакать нельзя. Я действительно не разрешала ей плакать, от ее слез, воспоминаний и тоски в своих библиотеках просто сходила с ума. Однажды перед отъездом в город еле нашла дочку в дальней комнате родительского дома: закрыв губы ладошкой, чтобы не заплакать, как попугай повторяла одно и то же: мамочка, не уезжай, пожалуйста. Уже дочери-студентке рассказала об этом: ох, и наревелась она тогда за все годы. На вопрос, а что плачешь, ответила: «Ту девочку маленькую жалко». Но если бы не было в нашей с ней жизни «той девочки», не было бы и моей успешной защиты кандидатской, после и докторской.   Спасибо моим обеим мамам за то, что помогли в тот сложный период моей жизни и поддержали, вечного покоя их светлым душам.

         – Если бы Вы могли взять интервью у ученого прошлого, кого бы выбрали и о чем бы поговорили?

– У Конфуция и только у него! Это легендарный китайский философ, основатель гуманистической этико-философской системы, которая своими идеями гармоничного общества, традиционализма, этизма питает и современное мировоззрение. Он сформулировал образ «благородного человека», сочетающего в себе доброту, правду, соблюдение традиционных ценностей, мудрость, добросовестность, который актуален в современности как никогда. А я, кстати, с ним пообщалась, совсем недавно, зимой: в первую очередь в Пекине пошла в его храм. Красивый храм, красивый памятник великому философу, и я сказала: «Ну, здравствуй Конфуций! Вот ты какой! Сколько раз объясняла твое учение своим студентам, и, наконец, я рядом с тобой. Спасибо тебе за идею «благородного человека»: сколько его «идеальных типов» (в правовой сфере, в журналистике, медиации и др.) было рассмотрено в работах моих аспирантов».

–  Как бывший министр образования, как относитесь к тому, что сегодня в школе уже с начальной школы начинают заниматься исследовательской деятельностью?

         – Это мудрая, далеко идущая современная политика по формированию в маленьком человечке критического мышления, коммуникативных навыков, своего мнения, взгляда на окружающий мир, своего «я» – самостоятельного, уверенного, умеющего выстраивать пусть пока примитивные причинно-следственные связи и творящего свою судьбу сам. Это познание не только мира, но и себя в этом мире, своих возможностей, раскрытие пока дремлющего где-то в глубинах детской души творческого начала. В «министерские годы» часто удивляла жизненная неопределенность и аморфность многих старшеклассников: скоро выпускные экзамены, а они не знают, кем хотят стать, какую профессию выбрать, что им интересно в этой жизни? Ответы были просто обескураживающие: не знаю, еще не думал (а), как скажут родители и др.  Видимо, в свое время кто-то не разбудил в них вот это творческое начало, право на самостоятельный выбор. Более того, эта сознательная позиция взрослых научить ребенка в этом огромном потоке информации, зачастую злом и безобразном, выбрать хорошее, доброе, красивое, найти в нем то, что понадобится и в учебе, и в жизни, обязательно поможет в их дальнейшем осознанном жизненном выборе.

– Ваша дочь пошла по Вашим стопам, выбрала науку. Несмотря на то, что занимается экономикой, она проявляет интерес к языкам. Откуда в ней это? Как мама, что советуете ей относительно научных исследований?

– Да, как говорят африканцы, дочь леопарда тоже леопард, но она выбрала экономику, а не философию, и преуспела в ней. Мой отец был экономистом-бухгалтером, все время говорил внучкам, что пока есть хоть одна государственная копейка, бухгалтера и экономисты будут нужны всегда: 7 внучек теперь с экономическим образованием. Дочь – кандидат экономических наук, ученый доцент, автор и соавтор многочисленных монографий и статей в высокорейтинговых журналах, является экспертом и участником телепередач БСТ и ГТРК-Башкортостан и очень просто объясняет на башкирском языке сложные экономические вещи. Она знает не только родной язык, но и читает на английском языке лекции студентам, по популярной методике Дмитрия Петрова «Полиглот», выучила разговорные итальянский и французский языки, чтобы на родине их носителей говорить с ними на их языке. Ведет свой блог, где учит башкирскому языку, несколько тысяч подписчиков говорят ей спасибо за уроки. Корни же интереса и знания языков – в ее изначальном башкирско-русском билингвизме, ведь многие родители не задумываются о том, что знание родного и русского языка для ребенка, который, как губка, легко впитывает любой языковой материал, – это прежде всего гибкое и мобильное мышление, логика, богатый словарный запас, умение быстро переключаться с одного языка на другой, это уверенность, развитые коммуникативные способности. В годы работы в министерстве мы ориентировались на языковую модель гармоничной личности: знание родного, русского и одного из иностранных языков как минимум, и этот принцип не потерял своей актуальности и сегодня. Что же пожелать ребенку как ученой?  Однажды в ее студенческие годы увидела на столе кучу таблиц с цифрами и спросила: «Что же ты, девушка, нашла в этих цифрах?» Она ответила: «Ты знаешь, мама, как они поют». Когда в разговоре с Рузалией Сафиулловной Хисматуллиной, тогда министром финансов республики, сказала об этом, она улыбнулась: «Да, цифры действительно поют, особенно когда сходятся по горизонтали, вертикали и еще по диагонали». Так вот, пусть в исследованиях дочери цифры только поют и сходятся по всем направлениям! 

– Не так давно Вы пришли в литературу: пишете прозу, стихи, музыку к своим стихам. Чем привлекло художественное  творчество?

– Какой же филолог не писал в своей жизни стихи или рассказы? Я тоже классический филолог, первое настоящее стихотворение, конечно, о любви, написала в Боржоми, где отдыхала в санатории по студенческой путевке и целых 20 дней была вдали от любимых людей.  По-серьезному начала писать уже в «депутатские годы»: однажды был не очень хороший опыт полета, остался страх, и сочинительство стало спасением – просто хорошо отвлекало. Практически все мои повести и стихи родились в кресле самолета. Основам стихосложения нас научили на филологическом факультете, и облекать философские идеи, которых у профессионального философа много, в красивые и звучные рифмы не составляло особого труда.  Самой главной «поэтической гордостью за себя» было то, что один из известных людей спросил, как мне удается перекрестная рифмовка и что в стихах на башкирском языке этот порядок рифмовки встречается довольно редко. Кстати, стихи пишу на обоих языках, а повести – на русском. Вы сами, Рашида Рафкатовна, филолог: помните, сколько произведений зарубежных, русских и национальных писателей мы должны были прочитать в каждом семестре по периодам и сдавать по ним экзамены, знать до деталей некоторые сюжеты и нюансы, например: какого цвета усы у Базарова или костюм у Чичикова? Но меня удивляло другое: как же сочиняют все эти книги авторы, где они находят столько разнообразных сюжетов? Все оказалось проще простого: жизнь каждого – драма, и каждый из нас со своей судьбой и сложностями может стать героем произведения. Все мои повести – это все то, что случалось с моим близким окружением, со знакомыми, друзьями, коллегами. В них – добро и зло, любовь и предательство, обман и позднее раскаяние, и каждая история – это призыв к человечности, честности, это чужие ошибки, которые нужно и должно обходить стороной уже в своей жизни. Читатели говорят, что они плачут, учатся у героев жизни, и это – самое главное для автора, который пытается донести свои мысли до своей аудитории. А стихи – отдельная романтическая история, их очень много, на русском и башкирском языках: о матери, родной земле, любви, человеке моральном, наших обычаях и ценностях. А моя музыка ко многим собственным стихам тоже имеет свою историю. Как-то певец, заслуженный работник культуры Башкортостана Ильшат Сибагатуллин сказал: «У Вас запоминающиеся стихи, но они забываются, нужно мелодии к ним, и тогда они будут жить долго». Я выросла среди песен и народной музыки, отец наш играл на всех видах гармони, мы, дети, тоже играли на мандолине и «хромке», пели вместе с родителями. Музыкальную грамоту знала по педучилищу: у нас были хорошие педагоги по пению и баяну. Раньше, в молодости, сочиняла незамысловатые мелодии к песенкам, которые сочиняла для дочки, но уже во взрослой жизни философские стихи зазвучали по-особенному: их сегодня поют народные и заслуженные артисты республики, они в фондах БСТ и ГТРК-Башкортостан, сняты клипы. Самое главное, мои песни нравятся внучкам, которые обещают, что обязательно подберут их на пианино.

– Подозреваю, что у Вас нет свободного времени, а для того, чтобы отдохнуть, переключаетесь с одного занятия на другое. Чем любите заниматься помимо науки и литературы? 

– Я дева по гороскопу: пишут, что мои ангелы-хранители живут в цветах, их, любимых, у меня очень много, целый сад – розы, более 30 кустов гортензии, хризантемы и сотни видов различных многолетников. Живем с мужем за городом, ухаживаем, по возможности, за хозяйством: помимо цветочков, в моем огороде, как люблю по-доброму шутить, растет все: брат, агроном совхоза в прошлом, поставляет хорошую рассаду, растет даже наш знаменитый иглинский лук.  И еще: 5 дней в неделю я директор института, а в выходные работаю заведующей детским садиком и учителем начальных классов, и это счастье!

–  Большое спасибо за содержательную беседу. Зугура Ягануровна, от имени редакции поздравляю вас с юбилеем. Желаем крепкого здоровья. И пусть вас никогда не покидает радость поиска, творчества и созидания!