Все новости
Ученые Башкортостана
7 Ноября 2022, 09:11

ДИАЛОГ С ИСТОРИКОМ

Имя историка Инги Михайловны Гвоздиковой, кандидата исторических наук, заслуженного работника культуры Республики Башкортостан, кавалера ордена Салавата Юлаева, известного исследователя истории башкирского края от средневековья до нового времени, источниковеда и археографа, пользуется заслуженным признанием в профессиональном сообществе. А научное творчество ученого, посвященное документальной истории Салавата Юлаева, известно самому широкому кругу любителей и знатоков местной истории. Более 40 лет Инга Гвоздикова работала в Ордена Знак Почета Институте истории, языка и литературы Уфимского федерального исследовательского центра Российской академии наук, где автору этих строк посчастливилось трудиться с ней в одном отделе. Поводом для нашей беседы стал юбилейный день рождения уважаемой коллеги, которая по своей скромности посчитала излишним формат широкого интервью, но по-домашнему очень тепло приняла меня в просторном рабочем кабинете в своей квартире.

ДИАЛОГ С ИСТОРИКОМ
ДИАЛОГ С ИСТОРИКОМ

«Судьба сводила с замечательными людьми»

– Инга Михайловна, Ваше раннее детство пришлось на вой­ну, когда родной город Краснодар оказался в оккупации…

– Отец, Гвоздиков Михаил Иванович, на фронтах Великой Оте­чественной войны служил первый год на Балтийском военном флоте в должности помощника командира по технической части, затем – на Черноморском военном флоте старшим инженером, начальником производственно-технического отдела. Мама, Нина Михайловна, в нашем городе спасала меня и младшего брата, 1941 года рождения. Во многом мы остались живы благодаря ее изобретательности и твердости духа. По профессии мама была врачом, и чтобы немецкие солдаты не приближались к нашему жилищу, она писала таблички на латыни и немецком с названиями заразных болезней, вымазывала нас всех черной мазью. Все приобретенные до войны товары высокого качества – вышитое постельное белье, посуда и предметы интерьера, шли в обмен на продукты. Запомнилось, как я мечтала попробовать лекарство гоголь-моголь, которым мама поила болеющего братика. Случались жуткие картины. Однажды оккупанты стали пускать голодающих на маслозавод, и когда люди стеклись туда со своей посудой, их прямо внутри начали расстреливать. Стояли ужасные крики…

– Вы как-то говорили, что вам всегда нравилось учиться. Какие об этом остались воспоминания, интересно, как складывался круг вашего чтения?

– Прекрасные условия для занятий мне создавала бабушка, с которой я жила. Мой отец в звании инженера-подполковника руководил строительством военных сооружений на Дальнем Востоке и Курильских островах, поэтому наша семья постоянно переезжала с места на место. Действительно, я получала удовольствие от учебы, вернувшись со школы, с удовольствием садилась за домашние задания. Со чтением было сложно – в то время практически невозможно было достать книги. Мне повезло, потому что моему дяде, летчику-истребителю – а он был знаком с Мусой Гареевым, приносили много интересной литературы на дом. Помню, она лежала в больших коробках и мне разрешали брать почитать книги домой.

– Выбор профессии почти всегда судьбоносный момент. В 1954 году Вы поступили на исторический факультет МГУ. Чем объяснялась заинтересованность историей?

– Я знала, что буду поступать в Москве, но первоначальные планы были совсем другие. Моя успеваемость по всем предметам была отличная, очень нравились математика и физика. Выбор пал на техническую специальность – решила учиться радиофизике. Родственники-москвичи принялись отговаривать – профессия не женская и, кроме того, вредная, сказали: останешься без своей роскошной косы. Дядя, который работал по этой специальности, все-таки убедил, что профессия не для меня. Зная мою тягу к музеям, которые я непременно посещала, будучи в Москве, посоветовали идти изучать историю. И я согласилась.

– Не стали стоять на своем и проявлять упорство?

– Нет, конечно, я была послушной.

– Интерес к специальности и база для будущего профессионализма закладываются на студенческой скамье. Кроме того, годы учебы в МГУ им.М.В.Ломоносова совпали с оттепелью в стране. Молодые поколения знают о том времени по фильмам и художественным книгам. По рассказам наших родителей, это было время полное оптимизма и веры в будущее, одним словом, во всем ощущалась радость жизни.

– Студенческие годы были самой прекрасной порой, светлее этих лет ничего не было. Во всем чувствовалась свобода – не было закрытости, зажатости, и к тому располагала непосредственная личность самого политического лидера. Учеба несла ощущение счастья. Преподаватели, и среди них крупные в науке величины – медиевист академик С.Д.Сказкин, востоковед профессор В.И.Авдиев, славист профессор А.В.Арциховский и другие учителя, были очень открыты к нам. Колоритный, яркий Б.А.Рыбаков читал курс по истории древней Руси. Он водил нас в церкви, и мы должны были уметь отличать, где новодел, а где историческая основа. Археологическую практику я проходила под его руководством на Таманском полуострове. Постепенно поняла, что эпоха раннего феодализма меня не прельщает и направилась в сферу источниковедения. Дипломную работу писала на совершенно новую тогда тему «Антифашистская борьба в концлагерях гитлеровской Германии и ее интернациональный характер».
К тому времени я была уже семейным человеком, у нас с мужем, студентом факультета журналистики МГУ Суюндуком Сахиевичем Саитовым, рос годовалый сын Аркадий. Малыша отвезли к моим родителям, так что писала дипломное сочинение свободно. Трудность заключалась в том, что не имелось никакой исторической литературы на тему дипломной работы. В течении двух лет, в 1958–1959 годы, собирала первоисточники. В Центральном государственном архиве Октябрьской революции СССР знакомилась с фотоснимками американцев. Многие воспоминания бывших узников фашистских концлагерей, хранящиеся в архиве Советского комитета ветеранов войны, были на чешском языке, и параллельно я учила его. Документы получала из рук ответсекретаря комитета, Героя Советского Союза Алексея Петровича Маресьева.

– Надо полагать, что этот человек произвел на Вас особое впечатление. Невольно возникает образ яркого героя из «Повести о настоящем человеке», он именно таким и был?

– Это был действительно красивый человек. Алексей Петрович беседовал со мной уважительно, я чувствовала, что не была для него пустым местом. Естественно, А.П.Маресьев являлся очень публичной и занятой персоной, но оставался всегда доступным для общения.

– Ваша дипломная работа раскрыла совершенно новую тему и показала новых героев.

– Да, тема оказалась редкая, причем ее и впоследствии не сильно освещали. Естественно, судьба этих узников, которые оказались дважды испытанными жизнью – попав в плен, а затем возвратившись на Родину, не может оставить никого равнодушным. Встречаться с членами руководства подпольных лагерных организаций (Бухенвальд, Дахау, Заксенхаузен, Маутхаузен) и записывать их воспоминания мне помогали А.П.Маресьев и сотрудники Комитета. И в дальнейшем судьба не раз меня сводила с этими замечательными людьми.

Изучая историю в документах…

– Ваше соприкосновение с источниками по истории Башкирского края началось с поступления в 1959 году на работу в Центральный государственный архив Башкирской АССР на должность старшего научного сотрудника. Кропотливая работа с документами дополнялась активным участием в публикаторской деятельности архива. Кроме составления и редакции справочников-путеводителей «Краткий справочник о составе и содержании документальных материалов в ЦГА БАССР» (1962), «Центральный госархив БАССР. Краткий список справочник фондов» (1976), Вы вели большую археографическую работу в рамках сотрудничества с Институтом истории, языка и литературы. Например, только сборник материалов «В.И.Ленин и Башкирия. Документы, материалы, воспоминания» выпущен в четырех изданиях, было множество других работ. Получается, что с самого начала Вы формировались как источниковед и археограф, познавая историю в свете документов.

– Когда в 1959 году я приехала в Уфу к месту службы мужа Суюндука Сахиевича – то была редакция газеты «Советская Башкирия», занялась поиском работы. Обратилась в районный отдел народного образования г.Уфы, откуда пришел ответ, что мест в школах нет и придется подождать года два. Честно говоря, учителем я себя никогда не представляла. Через А.П.Маресьева меня представили легендарному полковнику Даяну Баяновичу Мурзину – «черному генералу». Его известие, что есть место в архиве, обрадовало – это была близкая и уже знакомая мне работа с источниками. В то время Центральный государственный архив БАССР совместно с Институтом истории, языка и литературы подготовил целый ряд сборников документов, в основном по истории В.И.Ленина и революции. Как заведующая отделом использования и публикации документов, тесно сотрудничала с историками Виктором Петровичем Чемерисом, Салаватом Фидратовичем Касимовым, заведующим сектором истории Владимиром Петровичем Иванковым, кстати, именно он посоветовал мне идти в аспирантуру. Весной 1971 года заместитель председателя Президиума Башкирского филиала АН СССР Раиль Гумерович Кузеев пригласил меня на работу в Институт истории, языка и литературы БФАН СССР. Он впоследствии поддержал мою учебу в московской аспирантуре.

– Известно, что Вашим основным вкладом в башкирскую и отечественную историографию ХХ века стала разработка темы Крестьянской войны 1773–1775 годов. Она развернута в целой серии Ваших работ, ни одна из которых не повторяет другую. Итогом многолетних изысканий стала капитальное исследование «Башкортостан накануне и в годы Крестьянской войны под предводительством Е.И.Пугачева» (1999). А первое монографическое исследование посвящено жизни и деятельности одного из предводителей народного движения – «Салават Юлаев. Исследование документальных источников» (1982), которое переиздавалось дважды (1992, 2004) и отдельно опубликовано в переводе на башкирский язык (1984). Документальные открытия легли в основу научной биографии Салавата Юлаева, причем Вы обнаружили сразу несколько свидетельств, подтверждающих время его рождения?

– Дата рождения Салавата – не ранее марта и не позднее октября 1754 года, определяется по документам допроса в Тайной экспедиции Сената 25 февраля 1775 года и «Описи» данных о Салавате и Юлае Уфимской провинциальной канцелярии от 2 октября 1775 года. В целом, источниковедческий метод помогал изложить тему не только хронологически, а проблемно, была воссоздана не просто биография, а написана история его жизни.

– Документальная основа работ – это главное «защитное средство» от отрицания субъектности народа, как активного участника исторического процесса, переворачивания оценок на диаметрально противоположные. Источники позволяют нам максимально приблизиться к событиям прошлого, в связи с этим руководитель моей дипломной работы Анвар Закирович Асфандияров говорил нам буквально следующее: «Ваши герои должны вам сниться». Было такое?


– В прямом смысле. Вообще, невозможно работать отрешенно от источника, который проходит через тебя. Описания боев, пожарищ и прочего – документ заставляет проживать ту жизнь. Случались неожиданные встречи с прошлым. Помню, когда в 1960-е годы в Центральный государственный архив БАССР поступили дела из архива Центрального духовного управления мусульман, началась работа по формированию фонда. Работали с документами, и вдруг ветер из открытого окна подхватил листок. В нем речь шла о судьбе одной женщины, которая писала жалобу – я будто держала послание из прошлого, и чья-то судьба была раскрыта в этом листке.

– На сегодняшний день упомянутый Вами фонд Оренбургского магометанского Духовного собрания, Фонд И-295 Национального архива Республики Башкортостан, один из сохранившихся архивов муфтиятов Российской империи, насчитывает почти 70 тысяч дел. Для работы с ними в Уфу приезжают исследователи со всей России и из других стран, которые имеют возможность прикоснуться к нашей многослойной истории. Интересно узнать, как происходило историческое перемещение документального клада из Духовного управления мусульман с улицы Тукаева на улицу Карла Маркса в государственный архив?

– Принимать архив в Духовном управлении мы отправились с директором архивного управления при Совете Министров БАССР полковником Камильяном Авлияровичем Нургалеевым. Нас встретили, одетый по-мусульмански человек провел нас в просторную комнату, где на чистом деревянном полу были сложены стопками связки документов. Мы увидели, что все материалы хранились аккуратно и бережно. Предстояло организовать хранение на новом месте, по правилам необходимо было проветрить и провести дезинфекцию дел. Будущий фонд расположили на открытом воздухе во внутреннем дворике архива. Через несколько дней вдруг пошел дождь, затем мы сушили намокшие дела, в итоге со всей трудоемкой работой мы справились.

– В последние десятилетия процессы общественного развития анализируются многомерно, осмысливаются по-новому вопросы управления и культуры. Ваши работы в этом направлении пополнили современную гуманитарную науку новыми добротными публикациями. Я имею в виду монографию о гражданском управлении в Оренбургской губернии (2011), публикации о военном губернаторе В.А.Перовском (2010) и рукописей «Краткое описание губернского города Уфы» (2014) и «Дневник уфимского чиновника М.С.Ребелинского. 1792–1812 гг.» (2018). Причем привлекательность их документального содержания актуальна в равной степени и для историков, и для широкого круга читателей. Интерес к прошлому резко возрос и пришло осознание ценности документальных свидетельств, тем более, когда речь идет о сочинениях и начала ХIХ века. Например, упомянутый дневник уфимского чиновника, который он вел на протяжении двадцати лет, это не только единственный пример подробного хронотопа Уфы двухсотлетней давности, но редчайший памятник и в масштабах России.

– Рукопись дневника Ребелинского обращала на себя внимание исследователей и раньше. Он был известен уфимским краеведам с середины ХIХ века. С источником поработал член-корреспондент Украинской академии наук СССР, литературовед С.И.Маслов, эвакуированный в годы Великой Оте­чественной войны в Уфу. Выход дневника в свет отдельной книгой, с предисловием и подробными примечаниями стал результатом плодотворного творческого союза с нашими коллегами по отделу – Булатом Ахмеровичем Азнабаевым и Юлаем Маратовичем Абсалямовым. Это было возможно только в стенах нашего института как академического учреждения. О книге нужно говорить особо, ведь сейчас близится юбилей города и широко освещается городская история. Перед читателями – свидетельства очевидца власти трех императоров – Екатерины II, Павла и Александра I, кусочек истории уфимской жизни.
О губернаторе В.А.Перовском я начала писать первая – меня всегда интересовали крупные и яркие личности. Нужно, чтобы люди знали об их следе в истории. Есть такая область, как историческая память, и у башкир она хорошо отражена в народном творчестве. Интересно, что военный губернатор Василий Алексеевич Перовский единственный из всех начальников, который увековечен в народных произведениях – это башкирский народный наигрыш «Перовский» («Перовский маршы») и одноименный воинский танец. Недавно в Уфе именем Перовского названа улица, считаю, хорошо, что отдана дань памяти талантливому историческому деятелю.


«Меня наполняла история»

– Работа в академическом учреждении связана и с его научно-организаторской деятельностью. На этом поприще Вы стали особо востребованным профессионалом. Как ученый секретарь Южно-Уральского отделения Археографической комиссии АН СССР на базе Института истории, языка и литературы, способствовали развитию источниковедческих и археографических исследований, активно участвовали в составлении сборника документов «Крестьянская война 1773–1775 гг. на территории Башкирии» (1975). В качестве заместителя главного и ответственного редактора подготовили к изданию коллективные монографии «История Башкортостана с древнейших времен до 60-х гг. ХIХ в.» (1996), «История Башкортостана во второй половине ХIХ – начале ХХ века» (2006) – она признана в числе лучших изданий РАН, стали составителем, заместителем ответственного редактора, автором предисловия и 214 статей персональной энциклопедии «Салават Юлаев» (2004), заместителем научного руководителя III тома коллективной семитомной монографии «История башкирского народа» (2011). И это далеко не полный перечень вашего вклада в коллективные и обобщающие фундаментальные работы. Какая из этих работ принесла самое большое удовлетворение, особо запомнилась?

– Обобщающие исследования очень нужны, и по ним видны достижения республиканской науки. Во время работы над ними тебя не покидает чувство ответственности за возложенную миссию, за результат. Но когда трудишься над индивидуальной работой – это всегда особенное состояние. Ты думаешь о ней, вынашиваешь идеи. Ученый счастлив, когда у него есть своя тема, которой сопутствуют находки и открытия. Творчество приносит очень большую радость!

– Как научные темы, так и коллеги могут пересекаться в процессе того, как каждый роет свой колодец – примерно так метафорично определил процесс познания исламский исследователь Ризаитдин Фахретдин. Кого из историков Вы можете отметить в плане важности для своего профессионального развития, общение с кем особенно запомнилось?

– Самое первое и главное место принадлежит моему научному руководителю Реджинальду Васильевичу Овчинникову. Первой моей работой под началом ведущего в стране историка-феодалиста стало составление документального сборника «Крестьянская война 1773–1775 гг. на территории Башкирии». В нем более трети документов были выявлены мною, зачастую по подсказке Реджинальда Васильевича, в Центральном госархиве древних актов (РГАДА, г.Москва). Не сказать, что я сразу загорелась, но прислушалась к мнению специалиста, что это самый яркий период в истории южноуральского региона. Помню самое первое впечатление от работы с документами ХVIII века – казалось, невозможно их читать… Р.В.Овчинников очень спокойно наставил, как надо работать с источниками по теме. Будучи научным руководителем, Овчинников не учил «как надо», а дружески наставлял и советовал.
Подробно вникая в работу государственного судебно-следственного аппарата, я вышла на тему будущей кандидатской диссертации «Материалы следствия и суда над Салаватом Юлаевым как исторический источник». Ее написанию предшествовали сдача экзаменов и поступление в аспирантуру по специальности источниковедение. Когда пришло время защиты, выбор остановился на Казани, в Москве защита откладывалась из-за очереди соискателей. В Казани плодотворно сотрудничала с Усмановым Миркасымом Абдулахатовичем. Нас сближала археографическая работа, он возглавлял казанскую археографическую комиссию, не раз приезжал с экспедициями в Башкирию, и я нередко бывала в Казани.
Множество исторического материала приходилось осваивать в Оренбургском архиве. Из оренбургских историков близкой темой занимался Зобов Юрий Спиридонович – прекрасный ученый и человек. В этой связи не забываются такие жизненные моменты. Чтобы я не мерзла в архиве, супруга Юрия Спиридоновича передала мне теплую шаль, в которую я куталась. В другой из приездов, летом, у меня неожиданно разыгралась ангина, поднялась температура. И тут Юрий Спиридонович предложил мне ехать с ними в экспедицию, убеждал, что в степи на солнце все пройдет. И он оказался прав!
Вспоминая коллег-историков, надо сказать, что всех нас отличала упорная работа в архиве. В этом плане отмечу, таким историкам-архивистам, как, например, Анвар Закирович Асфандияров, удалось впервые показать цельно историю Башкирии по районам. Труд по населенным пунктам стал главной его работой с большой буквы.

– Поделитесь с нами самыми радостными моментами.

– Их очень много, но один счастливый момент могу описать. Иду по улице с только что вышедшей книгой о Салавате и вдруг навстречу появляется Билал Хамитович Юлдашбаев: «У тебя вышла книга, я ее читал. Поздравляю, молодец!» Все произошло неожиданно, а оценка этого корифея башкирской исторической науки была для меня важна. Его могу назвать как самого яркого и интересного ученого-гуманитария Уфы. Другие эпизоды обычно деловые, похвалы хоть и заслуженные, ожидаемо озвучивают в адрес диссертации, монографий. А здесь оценка была неожиданной и искренней, потому и запомнилась.

– Какие еще темы могли привлечь Ваше внимание как исследователя, что осталось ненаписанным?

– Очень интересный период истории – начало ХХ века, где много ярких личностей, о которых мы мало знаем. Люди делают историю и сквозь человеческую судьбу проходит история, а это всегда интересно.

– Вам приходилось думать об альтернативах своей профессии?

– Никогда не задавалась такими вопросами. Меня история наполняла всю без остатка.


Беседовала
Гульназ АЗАМАТОВА,
доктор исторических наук.

 

❗❗❗ Запрещается копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие сайты и ресурсы в Интернете) или любое иное использование информации и объектов без предварительного согласия редакции журнала «Ватандаш».

ДИАЛОГ С ИСТОРИКОМ
Школьные годы. И.Гвоздикова в третьем ряду третья слева
Во время работы в ЦГА БАССР. 1960 г.
С коллегами, докторами исторических наук М.А.Усмановым  и Р.Г.Кузеевым. Июль 1980 г.
С кураистом И.Дильмухаметовым и капитаном I ранга И.Бучака в г.Палдиски. 1983 г.
ДИАЛОГ С ИСТОРИКОМ
Читайте нас в