ТИЛЕКӘЙ. Люциә НУРМӨХӘМӘТОВА
Все новости

Башкиры – родоначальники федеративного устройства России

Зуфар ЕНИКЕЕВ, Председатель Конституционного Суда РБ, доктор юридических наук, профессор В марте 2019 года Республика Башкортостан отмечает свой 100-летний юбилей. Безусловно, это событие не только регионального, общероссийского, но и международного масштаба. Именно с подписания Соглашения Российского Рабоче-Крестьянского Правительства с Башкирским правительством о Советской Автономии Башкирии 20 марта 1919 года начинается реальное федеративное строительство в Российской Федерации. В ее орбиту были вовлечены бывшие союзные, ныне независимые государства. Модель взаимоотношений автономного Башкортостана с Центральной властью была положена в основу образования СССР.

Руководитель

большевистского правительства, Председатель Сов­наркома РСФСР В.И. Ленин
рассматривал автономию Башкортостана как образец (модель) решения национального
вопроса в постреволюционной России. Он, отвечая на вопросы американского
журналиста 20 июля 1919 г., отметил: «…мы дали возможность, например,
башкирским массам учредить автономную республику внутри России». Он
же в докладе о работе ВЦИК и Совнаркома на первой сессии ВЦИК VII созыва 2
февраля 1920 года писал: «Мы дали автономию Башкирской
республике. Мы должны создать автономную Татарскую республику и ту же политику
продолжаем по отношению ко всем восточным народам…» Следует
отметить, что кроме Башкурдистана было объявлено о создании следующих
автономных советских республик: Тверской, Донской, Кубано-Черноморской,
Ставропольской, Туркестанской АСР. Однако эти республики, созданные на
советской платформе, были недееспособными, и часть из них прекратила свое
функционирование уже к лету 1920 года, а Туркестанская республика
просуществовала до 1924 года.

Отмечая 100-летие

образования Республики Башкортостан, мы вполне закономерно задаем себе вопрос о
том, как башкиры в те бурные и сложные годы революции смогли выделиться из
общемусульманского движения, выступить с лозунгом за федеративную Россию,
создать свое правительство, организовать боеспособную армию и заключить
Соглашение о признании автономии Башкортостана с Советским правительством. Вне
всякого сомнения, это могла сделать только высокообразованная политическая
нация с развитым федералистским правосознанием. Зарубежные исследователи Дэн
Шефер и Чарльз Стейнведел вполне справедливо считают, что одним из ключевых
факторов формирования национальной идентичности башкир стала история
сопротивления российским властям, наличие общинного землевладения,
полуавтономной системы кантонов и военной службы — башкирского войска.

Кроме названных факторов,

в образовании этноса важную роль сыграли общность культуры и национальный дух.
Здесь нам представляется вполне уместным привести высказывание известного
русского мыслителя И.А.Ильина, который отметил, что «…федерация
и демократия возможны только там, где в народе воспитано чувство долга, где ему
присущи свободная лояльность, верность обязательствам и договорам, чувство
собственного достоинства и чести и способность к общинному и государственному
самоуправлению».

Башкирский народ за весь

период взаимоотношений с правительствами Московского и Российского государств
показал свою приверженность к соблюдению условий заключенных ими соглашений в
1555–1557 гг. и не случайно, вполне закономерно, что они (башкиры) в 1917 г.
смогли реализовать в деле, и выступить родоначальниками федеративного
устройства России.

Нынешний

государственно-правовой облик Республики Башкорт­остан выступает продолжением
предыдущих форм государственности Башкортостана, что дает нам возможность
сделать краткий анализ взаимоотношений башкирского народа с правительствами
Московского государства и царской России и правового статуса Башкирской АССР в
составе Советского Союза.

Башкортостан в составе монгольских

государств

История возникновения

башкирского этноса относится к рубежу VII–IX вв. Огромное евразийское
пространство, где совместно с другими народами жили и древние башкирские
племена, было «местом встречи» различных
мировых религий, рас и языков.

Здесь возникали и

распадались в глубине веков государства: Канглы (Туран), Империя гуннов,
Тюркский и Хазарский каганаты, конфедерация Дешт-и-Кипчак, Булгарское
государство, Улус Джучи (Золотая Орда) и др., в создании которых принимали
участие и башкирские племена. Как свидетельствуют исторические источники,
башкиры находились с ними в договорных отношениях.

Известно, что после

распада империи тюрков в VII–XII вв. в лесостепной зоне Евразии складывается
конфедерация тюркоязычных народов под названием Дешт-и-Кипчак. По мнению
исследователей Г.Б.Хусаинова и Р.Г.Букановой, Дешт-и-Кипчак сыграл в судьбе
казахского, башкирского, каракалпакского и узбекского народов такую же роль,
как и Киевская Русь в судьбе русских, украинцев и белорусов, и у башкир в
составе Дешт-и-Кипчак складывается самостоятельная государственность. XIII век
знаменуется завоевательными походами монголов. Анализ источников позволяет
сделать вывод, что отношение башкир к монголам было неоднозначным, поскольку в
тот период они не составляли в политическом аспекте единое целое; как и все
остальные народы, например, Древняя Русь, германские, итальянские государства и
др.

Обращаясь к тому периоду,

Л.Гумилев писал: «Монголо-башкирская война тянулась 14
лет… Башкиры неоднократно выигрывали сражения и, наконец, заключили договор о
дружбе и союзе…»

Таким образом, башкиры

еще с империями гуннов и монгольского улуса находились в договорных отношениях,
что не могло не отразиться на менталитете народа (здесь и далее выделено
автором. – ред.).

После распада Улуса Джучи (Золотой Орды) башкирские

бии, тарханы находились в сложной вассальной зависимости от сюзеренов
Казанского, Сибирского, Астраханского ханств и Ногайской Орды. Анализ
источников позволяет сделать вывод о том, что, находясь в вассальных отношениях
со своими сюзеренами, башкирские бии, тарханы в качестве глав родоплеменных
организаций обладали относительным суверенитетом. Они собирали налоги для своих
сюзеренов, в необходимых случаях со своими дружинами оказывали помощь в их
военных походах и активно участвовали в политической жизни государств, в
которые входили, поддерживали тех или иных ханов (например, башкирский бий
Кара-Килембет являлся главой правительства в Казанском ханстве конца XV века,
при ханах-марионетках); наиболее боеспособную часть орд многих ханов (в
частности, сибирских) составляли башкирские воины. Таким образом,
существовавшие отношения нельзя реконструировать в рамках примитивной схемы
угнетения-подчинения. Ни Казанское, ни Сибирское ханство, ни Ногайская Орда не
смогли и не стремились создать целостную администрацию своих опорных пунктов, а
лишь путем выдачи тарханных и иных иммунных грамот и привилегий стремились
обеспечить лояльность башкирской аристократии в ходе частых в регионе войн.
Такие же организации, как федерация Ете ырыу, или Сартай (вплоть
до разгрома), применительно к периоду после XV века, на наш взгляд, допустимо
рассматривать как независимые государства. К моменту вхождения в состав
Московского государства Башкортостан не представлял собой единого политического
целого. Об этом свидетельствует также добровольное и поэтапное принятие
башкирскими племенами русского подданства в 1555–1557 годах.

Вхождение башкир в состав

Московского государства,

их правовой статус в Российской

империи

Вопрос о вхождении

Башкортостана в состав Русского государства в исторической науке являлся
дискуссионным. Нет единого мнения также и о характере и датировке вхождения.
Одни исследователи считают, что вхождение было добровольным, другие, напротив,
утверждают, что Башкортостан был завоеван царизмом, и что этот процесс затянулся
на многие годы. Первую точку зрения отстаивают Р.Г.Игнатьев, Н.М.Карамзин,
В.А.Новиков, У.Х.Рахматуллин, П.И.Рычков, Д.Н.Соколов, С.М.Соловьев,
В.Н.Татищев, А.Н.Усманов, А.З.Асфандияров, И.Г.Акманов и др., вторую –
В.Н.Витевский, П.Ф.Ишериков, P.M.Раимов, Ш.Ш.Типеев, В.И.Филоненко,
А.П.Чулошников и др.

Составление объективной картины процесса вхождения Башкорт­остана в состав

Российского государства затрудняется тем, что при решении данного вопроса
исследователи часто руководствовались политическими или идеологическими
соображениями. Дореволюционных сторонников концепции добровольного
присоединения можно упрекнуть в акцентуации положительных свойств Ивана
Грозного и в трактовке исторических событий только с точки зрения Русского
государства, а ученых советского периода – в слепом следовании установкам
коммунистической партии, которые признавали безусловно добровольный и
прогрессивный характер вхождения.

На наш взгляд, принятие

башкирами российского подданства было со стороны башкирских племен осознанным
добровольным актом. Принятие подданства сопровождалось принятием «условий» вхождения,
которые включали в себя обязанности сторон, которым корреспондировали права
противоположной стороны. Условия вхождения находили отражение в царских
жалованных грамотах и иных документах. В целом, следует выделить следующие
условия вхождения:

1) автономность башкир;

2) вотчинное право башкир на землю;

3) свобода вероисповедания и сохранение

обычаев и обрядов;

4) уплата башкирами четко определенного

ясака;

5) охрана башкирами восточной границы

России и несение ими военной службы.

Именно эти условия

вхождения являются основным аргументом сторонников концепции добровольного
вхождения, поскольку очевидно, что завоеванному народу нет необходимости
сохранять перечисленные права. Наличие перечисленных условий позволяет также
констатировать договорную основу процесса. Известно, что Российское государство
часто использовало мирный способ расширения своих территориальных границ путем
заключения различных договоров и соглашений.

Особенностью отношений

башкир и Московского государства являлось то, что башкирские племена выступали
в роли коллективного вассала. Данное утверждение подтверждает тот факт, что
московское правительство земли «жаловало» в
вотчинное владение. Иными словами, в качестве субъекта правоотношения выступали
те родоплеменные подразделения, которые и становились собственниками земли.
Однако следует отметить расхождение правовых взглядов башкир и русского правительства в отношении
собственности на землю. Русское правительство в полном соответствии с правовыми
воззрениями восточного государства считало себя верховным собственником всех
башкирских земель. Башкиры же никогда не признавали данного права и считали,
что единственным собственником является конкретное родоплеменное образование.
Данное противоречие в правовых взглядах выражалось и в том, что официально русское правительство считало, что оно
землю «жалует», а
башкиры, со своей стороны, просто подтверждали таким образом своё право на
землю. В дальнейшем это расхождение привело к многочисленным вооруженным
конфликтам.

Таким образом, вхождение

башкирских племен в состав Московского государства было: 1) поэтапным; 2)
добровольным; 3) осуществлено в форме вассалитета.

Характер вхождения башкир

в состав Русского государства определил особенности организации управления
Башкирским краем. В то же время организация управления трансформировалась в
соответствии с общими изменениями государственного механизма и процессом
постепенного поглощения (замены) родоплеменной организации государственной,
которые могли сопровождаться и насильственными действиями. Когда этот процесс
сопровождался злоупотреблениями со стороны представителей администрации,
попытками ущемления прав местного населения и его насильственной
христианизации, то башкирами данные действия воспринимались резко негативно,
что предопределило череду кровопролитных восстаний-войн.

Аналогичную позицию

занимал известный французский ученый-славист Порталь Роже, писавший: «Главными
причинами столетнего конфликта, отмеченного пятью восстаниями (последнее из
которых, пугачевщина, было особенно серьезным), стали явления экономического и
социального порядка. Протекторат, при котором социальная структура башкирского
народа сохранилась нетронутой, был лишь переходным этапом к полному порабощению
башкир в ходе индустриализации и заселения края пришлыми народами». В
действительности восстаний-войн было больше, и конфликт завершился не
порабощением, а переводом башкир в военно-служилое сословие.

Феномен башкирских

войн-восстаний XVII–XVIII веков всегда был объектом пристального внимания
историков и ему посвящено достаточно много научных трудов. К сожалению, в
государственно-правовой науке данный вопрос не ставился в качестве объекта
исследования, как и особый «переходный» период
1662–1798 годов в истории башкирского народа.

Как свидетельствует

история взаимоотношений башкир с царской администрацией и историко-правовой
анализ причин башкирских восстаний, башкиры всегда, прежде чем предпринимать
действия, значимые в правовом смысле (отказ от сюзеренитета), стремились
выяснить официальную позицию правительства по поводу имевших место нарушений
условий договора. И лишь исчерпав все мирные средства разрешения конфликта, и
убедившись в поддержке центрального правительства противоправных действий (то
есть, что имеет место не эксцесс исполнителя – местных должностных лиц),
башкиры начинали военные действия против правительственных войск. Именно
нарушения условий Соглашений XVI века со стороны царского правительства явились
причинами башкирских войн-восстаний в течение двух столетий.

Таким образом, история

управления Башкирским краем по содержанию есть процесс установления центральным
правительством полного контроля над регионом (движение от автономии через сословный
статус к централизации и унифицированному правовому положению), а по форме –
это история развития государственного механизма (государственных органов).

В целом интеграция башкир

в российское общество происходила через следующие этапы:

а) автономности (период с

XVI века до середины XVIII века), которая характеризуется сохранением
традиционного самоуправления и осуществления правосудия на основе норм обычного
права – политическую автономию, вытекающую из статуса вассалитета, не следует
отождествлять с местным (внутренним) самоуправлением. Автономия выражалась, в
частности, в самостоятельном, без санкции центрального правительства,
проведении военных кампаний башкир против соседних народов (казахов и
калмыков).

б) сословности в период с

1798 по 1863 гг., когда башкиры были произведены в военно-казачье сословие, и в
крае по отношению к ним был установлен военно-полицейский режим;

в) гражданского

состояния, которое было введено Положением о башкирах в 1863 году и
продолжилось до 1917 года;

Процесс замены родоплеменной

организации управления у башкир государственными структурами и инкорпорирование
территории Башкирского края в состав Российского государства происходили и
через череду кровопролитных войн-восстаний со стороны башкир, вызванных
злоупотреблениями представителей администрации и попытками христианизации
башкир-мусульман.

После вхождения Башкирии

в состав России сложилась целая система законодательства, которая регулировала
следующие области жизнедеятельности в Башкирском крае.

1. Правовое положение башкир и пришлого

населения – тептярей, бобылей, служилых татар и др.

2. Земельные отношения;

– основу

правового регулирования земельных отношений в башкирском
крае составлял институт вотчинного владения землей, который просуществовал в
различных модификациях вплоть до принятия Декрета о Земле от 27 октября 1917
г., а предметом правового регулирования вотчинного землепользования башкир
после вхождения в Московское государство являлись земельные отношения,
складывавшиеся из нескольких компонентов:

а) внутри башкирского

общества;

б) между башкирским

обществом и государством;

в) между

башкирами-вотчинниками и различными категориями пришлого в Башкирский край
населения (припущенниками).

3. Административное

деление края и создание механизма управления им.

4. Прохождение воинской службы

башкирами, мещеряками и другими народностями.

5. Правовое положение магометанского

Духовного собрания в Уфе.

6. Отправление правосудия.

В соответствии с

развитием государственно-правовой системы эволюция законодательства Российского
государства разделяется на следующие этапы:

а) соблюдения условий

вхождения башкирских племен в состав Московского государства (XVI–XVII вв.);

б) колонизации края и

подавления сопротивления башкир (XVII –

I половина XIX вв.);

в) буржуазно-либеральной

эволюции российской государственно-правовой системы (II половина XIX – начало
XX вв.).

Законодательство

Российского государства, регулирующее правовой статус башкир и пришлого
населения (в дальнейшем – законодательство России), которое включает в себя свыше
400 нормативных актов Российского государства. В качестве субъектов
нормотворчества выступали различные органы государства, от Земского Собора
1648–49 гг.,

запретившего покупку башкирских земель, до отраслевых органов и министерств
XVIII–XIX веков. Естественно, все значимые акты подлежали заверению царями,
позже императорами, что придавало им высшую юридическую силу на территории
государства.

Большинство нормативных

актов вплоть до начала XVIII в. принимались на основе челобитных башкир.
Челобитные составлялись органами автономии башкир (всебашкирские курултаи или
курултаи отдельных даруг – административных делений), существовавших в рамках
четырех «даруг». Но
челобитные могли подаваться и от имени волости или даже отдельными лицами от
собственного имени.

Изучение вышеуказанного

законодательства позволяет сделать вывод, что характер нормативных актов
дореволюционной России, касающихся правового статуса башкир и пришлого
населения, с развитием государственно-правовой системы видоизменялся, отражая
политику правительства по следующим направлениям:

– административно-правовые

(устанавливающие административное деление края и механизм государства);

– военно-правовые (регулирующие порядок несения военной службы башкирами,

мишарями и другими военно-служилыми народами и сословиями);

– о

порядке и формах судопроизводства;

– колонизационные

(регулирующие порядок переселения населения в Башкирский край, его земельного и
хозяйственно-технического обес­печения и обустройства);

– репрессивные

(устанавливающие легальные ограничения для башкир, ущемляющие их права и
свободы);

– земельно-правовые;

– хозяйственно-правовые;

– религиозные

(как позитивные: например, создание Духовного управления мусульман, так и
негативные, такие, как установление ограничений на число мечетей и т.п.);

– о

правовом статусе тептярей и бобылей и т.д.

Особое место среди этих

актов занимало Положение о башкирах, принятое 14 мая 1864 года. В целом
реализация этого Положения способствовала дальнейшей имущественной
дифференциации населения, установлению капиталистических отношений в Башкирском
крае и интеграции башкир в Российское общество. С изменениями и дополнениями
оно действовало вплоть до 1917 года. Оно закрепило общественное вотчинное
землепользование башкирским народом. Особой регламентации были подвержены
земельные отношения. Прежде всего, следует подчеркнуть, что Положение
сохранило за башкирами общественное вотчинное землевладение. Земли, находящиеся
в бесспорном владении башкирских сельских обществ, принадлежали им на праве
собственности. «Башкирскому обществу разрешалось
общественные земли продавать и отдавать в аренду с тем, чтобы у них самих
оставалось не менее узаконенного по числу душ количества» (Статья
13 Положения о башкирах).

Особенности судебной

системы в Башкирском крае определялись условиями вхождения башкирских племен в
состав России. Юридическое содержание взятого Россией обязательства «сохранить
религию, обычаи и обряды башкир» составляло также и
отправление правосудия в отношении башкир местными (народными) судами и
духовными лицами на основе норм обычного права и шариата. Совет аксакалов и
шариатные суды при отправлении правосудия у башкир руководствовались нормами
обычного права башкир и шариата.

В целом,

сосуществование наряду с общегосударственными судебными органами традиционных
судебно-правовых систем способствовало развитию самобытной правовой культуры и
правосознания башкирского народа. Безусловно, это свидетельствует о правовом
плюрализме в дореволюционной России.

Особым статусом

пользовались и башкирские женщины. Только они в России имели право заключать
эгалитарные браки, т.е. брачные договоры. Таким правом не обладали ни
христианки, ни женщины других национальностей, исповедующие ислам.

Революция 1917 года и

организационно-правовое

оформление башкирского движения

Революции 1917 года

привели к оформлению мощного национального движения башкир. Причиной
возникновения национальной (индустриального типа) идеологии является осознание
связанности экономических и культурных интересов с политической
самостоятельностью.

На поворотных моментах

истории, как правило, в качестве вдохновляющей, организующей и ведущей силы
выступает высокообразованная национальная интеллигенция.

Несмотря на дискриминацию

в области образования, в башкирском обществе особое место в народном просвещении
занимали светские мектебы и медресе. По затратам средств на содержание
начальных школ Оренбургский учебный округ, куда входила и Уфимская губерния,
стоял на последнем месте среди остальных округов европейской России. Здесь на
душу населения расходовалось 54,3 копейки, а на башкир и татар всего лишь 19,3
копейки. Первоначальное образование мусульманские дети получали в начальных
школах – мектебах. Все мектебы содержались на средства населения. Учителя жили
за счет пожертвований родителей учащихся. Мектебы сыграли положительную роль в
распространении элементарной грамотности среди башкир и татар. Медресе по сути
представлял университетский тип учебного заведения, который способствовал
формированию собственной демократической интеллигенции, которая и возглавила
движение за автономию. Дети обеспеченных башкир получали образование в
университетах Москвы, Санкт-Петербурга, Казани, Германии, Швейцарии и Турции.
Несмотря на свою молодость, А.З.Валидов был признан ведущими учеными Российской
империи.

Таким образом, XX

столетие башкирский народ встретил как высокоорганизованная гражданская нация,
сплоченная вокруг своей национальной интеллигенции, вхожей в научную и
политическую элиту России тех времен, хорошо знакомую с программными
документами политических партий и трудами ученых по решению национального
вопроса в России, и осведомленную опытом федеративного устройства США и других
стран. Башкиры являлись носителями развитого национального самосознания. Это
позволило им выделиться из общемусульманского движения в начале 1917 г. и
выступить под самостоятельными лозунгами за образование автономного
Башкортостана путем выделения башкироязычных районов Южного Урала из Российской
Федерации и реализовать эту идею.

Обращаясь к идейным

истокам башкирского национального движения, следует признать, что идея
федеративной России на автономных началах населяющих ее народностей и наций со
своими этнотерриториями была довольно популярной и выступала в качестве решения
национального вопроса. В отечественной исторической литературе очень подробно
описана эволюция взглядов по национальному вопросу партии большевиков и их
вождей – В.И.Ленина и И.В.Сталина. Однако по идеологическим причинам за бортом
исследования оставались программы иных партий, мысли, теории других ученых,
мыслителей или же им не давалась объективная оценка. В последние годы положение
поправляется. Так, Т.С.Иванова в своей докторской диссертации рассматривает
развитие политико-правовых идей о федерализме и автономии в России в начале XX
века. Авторы книги «Федерализм в России» отмечают:
«Главным политическим требованием национальной буржуазии в начале
XX столетия было предоставление автономии в пределах Российской империи». В
числе первых борцов за автономию была буржуазия Финляндии, Польши,
Прибалтийского края. Лозунг об автономии поддерживали украинцы и белорусы».

Екатеринбургский ученый

А.Н.Мочалов в своей работе «Этнический» федерализм
в России» рассматривает точки зрения таких
дореволюционных ученых как Н.И.Лазаревский и Ф.Ф.Кокошкин на автономию и
федерализм, которые, исходя из многонационального состава Российской империи,
полагали, что «автономия является средством приведения
местного управления в согласие с взглядами и требованиями населения… [Она]
делает возможным ведение управления на местном языке…»
«…Расширение децентрализации и даже переход от местного самоуправления к
местной автономии… диктуется действительной необходимостью».

Известный русский

социолог Питирим Сорокин, обращаясь к проблемам переустройства России после февральской революции, в работе «Автономия
национальностей и единство государства» писал: «Применительно
же к России необходимость национальной автономии (самоуправления) требуется с
особой силой. Народностей в ее составе множество. Знать одновременно нужды,
скажем, бурят или армян или что необходимо для мордвы и украинцев – короче,
знать нужды всех народностей России не может никакое правительство...» Питирим
Сорокин рассматривал национальную автономию как широкое национальное
самоуправление с использованием национальных языков в соответствии со своими
обычаями и законами. В целом автономия с греческого языка буквально переводится
как самозаконие (греческое autos – сам, nomos – закон) и означает, таким
образом, предоставление широкого самоуправления части государства с правом на
законодательную деятельность. Реализация данного права возможна в государствах
с федеративным устройством. Изучение документов, касающихся деятельности
башкирского национального движения и первого башкирского
правительства, приводит нас к выводу о том, что именно вышерассмотренное нами
содержание вкладывали в понятие «автономия» лидеры
башкирского народа в начале XX столетия.

После Февральской революции большой размах

приобрело общемусульманское движение в России, которое возглавила мусульманская
фракция Государственной Думы, где в качестве представителя уфимских мусульман
работал А.З.Валидов. 1 мая 1917 года по инициативе мусульманской фракции
состоялся I Всероссийский мусульманский съезд. На нем развернулась острая
дискуссия по поводу национально-государственного переустройства бывшей
Российской империи.

Ответственный за

проведение съезда Ахмедбек Цаликов, выступивший с позиций единства
мусульманской нации, завершил свой доклад следующими выводами: «1)
Россия должна стать унитарной парламентской народной республикой; 2)
Национально-культурная автономия мусульман должна найти свое признание в
Конституции России».

Идея

национально-культурной автономии была поддержана делегацией казанских татар,
которые в свою очередь ратовали за единую тюрко-татарскую нацию, в состав
которой включали и башкир как часть татарского этноса. Забегая вперед, заметим,
что отрицательное отношение части татар к башкирской
автономии сохранилось не только в период борьбы башкир за свою республику, но и
после ее признания центральной Советской властью в марте 1919 года. Следует
заметить, что о татаро-башкирских отношениях в годы революции, гражданской
войны, в период образования БАССР и ее становления имеется много документов и
публикаций. На основе их обобщения историки С.Ф.Касимов и М.М.Кульшарипов
приходят к выводу, что: «Лидеры татарского движения
проявляли великодержавные притязания, в первую очередь, к башкирам. В основе
этого лежали прежде всего, помимо других причин, и экономические интересы. Как
пишет М.М.Кульшарипов: «Дело обстояло так, что
многие татарские деятели, особенно правого толка, выступали защитниками
интересов татарской буржуазии, ведущей посредническую торговлю между рынками
центральной России и Средней Азии, Казахстана, которая давала баснословные
прибыли… Татарскому торговому капиталу не были нужны никакие государственные
границы, таможенные барьеры, национальные различия внутри мусульман России». Угрозу
своим интересам в автономии Башкортостана видели и представители татарской
буржуазии, занимающиеся добычей золота и других полезных ископаемых на
башкирских землях.

И татарское крестьянство было заинтересовано в уравнительном

перераспределении башкирских вотчинных земель. Как писала татарская газета
«Юлдуз»: «У наших башкирских братьев очень много земли… Если
произвести справедливый передел, то от башкирских аулов отойдет часть их
земель…» Один из лидеров татарского национального движения
М.Султан-Галиев в своем докладе «О татаро-башкирском вопросе» на

II Всероссийском съезде коммунистических организаций народов Востока (18 ноября
1919 г.) по данному вопросу говорил следующее: «Башкиры по
своему экономическому положению занимают лучшее положение и являются более
обеспеченными землей <…> и после Февральской революции на долю каждого
башкирина пришлось минимум по 40–50 десятин… В среднем на каждого татарина
приходится 2,1 десятины, а может и меньше, земли». Видимо,
эти же причины лежали в основе проекта совместной Татаро-Башкирской республики,
которую отстаивали татарские деятели даже после образования Республики
Башкортостан, его признания центральной Советской властью. В то же время лидер
башкирского-национального движения А.-З.Валиди пишет в своих воспоминаниях о
том, что Башкирское правительство в 1918–19-х гг. распространяло листовки среди
жителей татарских деревень, призывая их переселиться в восточную часть
Башкортостана. «Из разных мест стали поступать письма с выражением
согласия на переселение. Сотни татарских семей из Бугурусланского уезда
обосновались на башкирской земле. После этого борьба за автономию
Башкортостана стала делом не только самих башкир, но и национальным движением
татар. Наша официальная газета печаталась на языке, понятном и
доступном как башкирам, так и татарам. После Орска именно генерал Ишбулатов
активно содействовал добровольному переходу татар в башкирско-казахские
национальные войска. Он объявил, что отныне вредная пропаганда татарских
унитаристов, таких как упомянутые Габдулла Кариев, Гаяз Исхаки, Акрам Биглов,
будет категорически запрещена и особенно строго в рядах военных. Интересно было
слушать споры в высшей степени преданной делу нации супруги генерала с
унитаристами». Тем не менее в острой дискуссионной борьбе
Башкирская делегация в составе 58 человек совместно с азербайджанской,
казахской, крымско-татарской делегациями отстояла идею федеративной России на
основе территориальной автономии. Однако, башкирская делегация не была
удовлетворена резолюцией съезда по земельному вопросу, предполагавшей
ликвидацию вотчинного землевладения башкир.

В связи с этим группа

башкир в основном из числа делегатов Всероссийского мусульманского съезда в
количестве 50 человек 17 мая 1917 г. в Оренбурге провела организационное
совещание, где было решено созвать первый Всебашкирский съезд. Была установлена
норма представительства – два делегата от каждой волости, где проживали
башкиры.

В июне 1917 года было

образовано «Бюро союза башкирского народа», которое
начало издавать газету «Известия бюро башкирского
Союза» на башкирском языке, затем получившей название «Башкорт». Национальной
интеллигенцией в башкирских деревнях была развернута агитация за

В 1917–1918 гг. здесь располагались резиденция Башкирского правительства и штаб Башкирских войск


Решения первого Всеобщего съезда башкир

Первый Всеобщий съезд башкир (в дальнейшем – Первый съезд) проходил в

г. Оренбурге с 20 по 27 июля 1917 года. На нем было поддержано решение
всеобщего мусульманского съезда, созванного в Москве о том, что «системой
управления широко обеспечивающей интересы и права российских мусульманских
народностей является демократическая республика на
национально-территориально-федеративных началах. Национальности же, не имеющие
специальных территорий, пользуются национально-культурной автономией». На
съезде были приняты следующие решения:

1. Об управлении Башкурдистаном. Здесь

ставился вопрос о выделении территорий в окрестностях Урала с преимуществом в
численном отношении проживания башкир и других тюркских народностей для
осуществления территориальной автономии. Допускалась возможность переселения
башкир и других тюркских народностей на эту территорию путем обмена земель с
другими народностями, которые проживали на данной территории по различным
причинам.

2. По вопросу местного управления. Тут

подчеркивается то существующее тогда положение, согласно которому «…башкиры
со своего земле­владения платят налоги земствам больше того, что они сами
выручают и больше чем другие народности…» В
связи с этим ставился вопрос о том, чтобы «…местные
самоуправления должны быть организованы отдельно и приспособлены к тому, чтобы
денежные средства, поступающие от башкир, были расходуемы на них самих». На
Центральное шуро была возложена задача организации волостных шуро, с тем, чтобы
последние осуществляли руководство выборами в земства. Только через выборы, то
есть законным путем башкиры «… соответственно своему
количеству должны (были) добиться мест и осуществить свои особенности быта и
языка, обычаев и войти в путь узаконения таковых».

3. По земельному вопросу. Все леса,

горные богатства, недра, минеральные и рыболовные воды объявлялись достоянием
всего башкирского народа. Земли, находящиеся во владении башкир как достояние
всего башкирского народа не могли быть отчуждаемы в частную собственность. Все
земли, несправедливо отошедшие и отобранные у башкир, должны быть возвращены
башкирскому народу и предоставлены исключительно безземельному и малоземельному
башкирскому населению. Распределение земель было возложено на Главный
Башкирский Земельный Комитет (ГБЗК). Излишки земельных участков должны были
быть распределены между единоверами, родственными башкирам племенам.

4. О суммах, капиталах и имуществах

башкир. Речь идет о создании башкирского национального фонда за счет
возвращения разными правительственными учреждениями денежных и материальных
средств, собранных у башкирского народа. Караван-сарай, как национальное
здание, построенное за счет сил и средств башкир и мещеряков, был объявлен
национальным имуществом башкир. В этом здании намечалось размещение башкирского центрального шуро и других
башкирских и мусульманских учреждений. Для реализации данной резолюции была
создана специальная финансовая комиссия.

Была принята развернутая

резолюция по делам просвещения. Она состоит из следующих разделов:

-об обучении и воспитании в школе;

-общие положения о светских школах;

-о духовной школе;

-об инструкторах;

-об управлении школой:

-о правах учителей;

-о содержании учителей;

-вопросы внешкольного образования;

-подготовка учителей и других служащих

по линии просвещения;

-вопросы

просвещения, требующие немедленного претворения в жизнь;

-некоторые общие основы просвещения в

Башкурдистане.

Предусматривалось

создание светской системы образования, состоящей из: а) начальной школы; б)
повышенной школы; в) средней школы; г) ремесленных и специальных школ. Ставился
вопрос о всеобщем, обязательном и бесплатном образовании с 8-летнего возраста.
С 4-го года обучения для мальчиков – обязательном порядке, для девочек по
желанию русский язык должен был войти в начальной школе как отдельный предмет.
Специальные и ремесленные школы среди мусульман должны были открываться в
обязательном порядке. В них направление обучения приспосабливалось к местным
нуждам.

Многие положения данной

резолюции имеют актуальное значение и в сегодняшний день. В этом отношении
заслуживает внимания учет национального фактора в организации системы
просвещения; решение вопросов управления школами, содержания учителей и т.д.
Так, предусматривалось, что при министерстве просвещения каждого субъекта
Федерации, также в том случае, если Россия будет унитарным государством, при
централизованном министерстве для каждой национальности должен был быть
организован самостоятельный отдел. Малочисленные национальности могли
организовывать совместный отдел. Инструктор для национальных школ должен был
быть представителем данной национальности.

Для управления школой избиралось коллегиальное управление. В состав

управления входили все учителя данной школы, представители родителей детей,
обучающихся в школе и один представитель от местного управления. Школьное
управление могло ведать средствами школы, ремонтом, приемом и исключением
учеников и их воспитанием. Но в методы обучения и в школьную программу не имело
права вмешиваться. Предусматривалось бесплатное предоставление квартир
учителям. Учитель, оставивший должность после 20-летнего стажа, мог получать
пенсию в размере основного оклада, после 15-летнего – две трети оклада.

6. В резолюции об организации войска

говорится о необходимости формирования башкирских полков с тем, чтобы они
находились «… на родине самих башкир».

7. В вопросе об отношении к войне «… съезд

находит нужным скорейшее прекращение кровопролития, на условиях без захвата
чужого имущества и без выплаты какой бы то ни было стороне убытков и с условием
проведения в жизнь национально-политических прав народностей».

8. Принимая резолюцию об Учредительном

собрании, съезд отметил, что «Башкиры желают
национально-территориальную автономию и поэтому на учредительное собрание
должны посылаться лица, исключительно защищающие эту линию и способные
отстаивать интересы башкир и при условии принадлежности их к башкирской
национальности». Делегатам учредительного собрания
разрешалось вступление в блок с другими партиями и национальностями только при
условии поддержки ими идеи национально-территориальной автономии.

9. Была принята резолюция и по женскому вопросу. В

ней провозглашалось равенство женщин и мужчин в политических и гражданских
правах. Вопросы духовного и семейного порядка отнесены в ведение Духовного
собрания. Съезд обязывал соответствующий подотдел Башкирского центрального шуро
«… посылать на места женщин специалисток для
подготовки башкирских женщин к существующим положениям и решительно приступить
к открытию специальных школ для воспитания растущих женщин».

10. На съезде было принято решение о

направлении двух представителей от башкир на Всероссийское мусульманское шуро.

11. Была принята специальная резолюция о

переписи населения и о необходимости внимательного отношения к данному
мероприятию.

12. В резолюции «О

солдатах-дезертирах» подчеркивается,
«… что дезертирство солдат и недоставка их
в соответствующие судебные органы для башкирского народа является черным пятном
и для государства – вредным». Съезд
считал, «…что дезертирство и скрывание
дезертиров должно быть прекращено».

13. В резолюции «О

выборных участках в местном управлении» съезд выражает
озабоченность по поводу размещения комиссий по выборам в основном в русских
деревнях, что может сорвать выборы среди мусульман. В связи с этим было
выдвинуто и требование о размещении выборных участков в районах с
преимущественным проживанием мусульманского населения, в мусульманских
деревнях.

14. Было принято «Положение

о Башкирском шуро». Оно состояло из 7 человек. Членам
Шуро служба в других учреждениях запрещалась. Во всех волостях организовывались
отделы Центрального шуро. В каждый отдел выбирались от 3 до 5 человек. Если
волостные шуро считали необходимым, то организовывались в составе от 5 до 8
человек.

От имени съезда была

послана телеграмма в Казань, в которой поддерживались усилия волжских
братьев к созданию национально-культурной автономии. В телеграмме
отмечалось, что «Перед башкирским народом
стоит еще более трудная задача – завоевание территориальной автономии
Башкурдистана, как отвечающая жизненным и экономическим интересам
башкирского народа и являющаяся единственным путем освобождения его родной
страны Башкурдистана от векового экономического угнетения».

Значение Второго съезда

Второй Всебашкирский

съезд проходил 25–29 августа 1917 г. в г.Уфе. Там были приняты следующие
резолюции: «О национально-культурной автономии»,
«О блоке», «О даче наказа кандидатам»,
«По вопросу Караван-сарая», «О взаимоотношениях шуро
башкирского народа с национально-культурной автономией»,
«Взаимоотношение с комитетами», «О типографии». также был избран новый состав
Башкирского центрального шуро в количестве 12 человек.

Значение Второго съезда

заключается в том, что он подтвердил решения и резолюции Первого Всеобщего
съезда башкир. рассматривался
вопрос установления отдельного списка башкир для выборов в Учредительное
собрание, что впоследствии было реализовано. Был поднят вопрос о взимании
национальных налогов, которые должны были быть направлены для удовлетворения
духовных, социальных, просветительских потребностей башкирского народа. В
резолюции «Взаимоотношение с комитетами» содержится
требование о том, что «деньги, собираемые для земельных
комитетов и крестьянских Советов, должны быть выделены и башкирским
крестьянским Советам на одинаковых правах».

Отделу местного

управления Башкирского центрального совета была поставлена задача – добиться
проведения этих решений в жизнь.

Таким образом, в июне

1917 года организационно оформилось башкирское национальное движение, в
качестве главного лозунга которого выступила идея территориальной автономии
Башкортостана как федеративной части демократической России.

Отношение лидеров

башкирского движения к Временному и большевистскому правительствам было
неоднозначным. На первом и втором Всебашкирском съездах перед организованным
ими Башкирским центральным шуро (советом) были поставлены вопросы о расходовании
собранных у башкирского населения налогов на свои нужды и об истребовании всех
имуществ и сумм, ранее принадлежащих башкирам, и передачу в ведение Башкирского
главного земельного комитета все земельные и лесные богатства. Однако, как
отмечается в Указе (Фармане №1) Башкирского центрального
совета (шуро) всему башкирскому народу, башкирским районным и уездным советам
(далее – Фарман №1), эти вопросы Временным правительством
не были решены.

В Фармане №1 отмечается,

что «…25 октября сего 1917 года временное
правительство России свергнуто партией большевиков, в России начались
междоусобные (гражданские) войны». «Выступая с лозунгом «Землю
– крестьянам!», большевики объявили, что все земли
передаются в полное распоряжение земельных комитетов и крестьянских учреждений
(организаций). Это объявление достаточно служит к тому, чтобы возникли войны
(драки) по поводу раздела земли среди сельского населения как признавшего
власть большевиков, так и не признающего, и, действительно, теперь мы наблюдаем
случаи покушения на земли, леса и имущества башкир в разных местностях
Оренбургской и Уфимской губерний.

Во всю господствуют

грабежи и убийства, суда же нет. Нет наказаний. В населении, в особенности в
Башкирии, где население издавна привыкло к порядку и подчиненности, это
обстоятельство с каждым днем развивает гнев и недовольство. Кроме того,
наблюдается самовольное возвращение с фронта армии под влиянием охватившего ее
голода и холода. Почву для этого подготовили большевики сами».

Как отмечается в Фармане

№1, ситуация после захвата вместе с большевиками сложилась таким
образом, что «часть Башкирии, тяготеющая к Уфе,
находится под властью большевиков, Оренбургские же башкиры вне сферы их власти.
Но ни одна из этих частей Башкирии не определила еще своего отношения к
настоящему положению вещей. По ту сторону оренбургских башкир живет казачье
население, которое определенно не признает большевиков. Вследствие этого
Башкирия совершенно безвинно может превратиться в театр военных действий двух
враждующих сторон и таким образом очутиться в положении фронтовой полосы.
Сможет ли наша прекрасная Башкирия переносить «на
своей шее войну этих двух трагедий»? Должна ли поэтому одна
часть башкирских войск сцепиться (воевать) с другой? Нет. Этого у нас не должно
быть. Ибо мы не большевики и не меньшевики: мы лишь башкиры. На какой (чьей) же
стороне мы должны быть? Ни на какой. Мы на своей собственной стороне. Нам
нечего делать в этих спорных вопросах. Наше дело — охранять нашу личную и
имущественную безопасность (собственность). Двухмиллионный башкирский народ не
может быть игрушкой в таких ничтожных политических забавах (играх). У него
должны быть свои нужды, своя потребность, своя политика, своя точка зрения».

Выход из двойственного

положения лидеры башкирского движения видели «в
получении территориальной национальной автономии».

Однако в те дни лидеры

башкирского движения реализацию национальной автономии связывали с действующим
на тот период в Киеве, а не большевистским правительством, хотя в Фармане №1 они
отмечали, что Большевистское правительство в своей декларации от 2 ноября
официально объявило, что каждая нация имеет право на самоопределение, как это
ей угодно и даже при желании отделиться от России.

Однако, как считали лидеры башкирского движения, настоящее

большевистское правительство предоставляет национальностям права вплоть до
отделения от России. Но в виде приложения к этим правам оно дает беспорядок,
беззаконие и бесчинства. Такого подарка башкирский народ, конечно, не
принимает. Он должен знать свое дело (нужду), и он это знает.

Провозглашение Республики

Башкортостан

Башкирское областное шуро

(совет) 16 ноября 1917 года объявило территориальную автономию Башкурдистан. Об
этом было опубликовано сообщение в газете «Правда» от
22 ноября 1917 года.

III Всебашкирский

учредительный курултай (съезд), который проходил 8–20 декабря 1917 года в
г.Оренбурге утвердил данное Решение шуро и определил ее границы, рассмотрел
вопросы управления Башкурдистаном. Так, к его ведению были отнесены сохранение
общественной безопасности, сбор и расходование прямых (земских и окладных)
налогов, суд, управление вооруженными силами, распоряжение землей, недрами,
водами и их охрана, народное образование, содержание милиции, продовольствие,
кооперация и мелкие кредиты. Образован в количестве 22 членов предпарламент
Башкурдистана, которому предоставлялось право назначать министров. Учреждено
также Правительство с отделами внутренних дел, военным, финансовым,
экономическим, народного образования, юстиции, земледелия.

Сведения, каким виделось

руководству башкирского
правительства государственное устройство Башкурдистана, имеются в Положении об
автономии Малой Башкирии. В пункте 1 говорится, что Башкирия составляет
нераздельную часть России и представляет собой автономно-управляющуюся страну
парламентского типа. Курултай объявлялся высшим органом самоуправляющейся
Башкирии, которому принадлежала вся полнота власти на ее территории. Согласно
пункту 17, депутатами курултая могли быть «лица
обоего пола не моложе 22-х лет без различия национальности и веры, избираемые
всеобщим, прямым, равным и тайным голосованием по одному от каждых 5 000 душ
населения волостного земства».

Исполнительным органом

автономного Башкурдистана являлось правительство, которое состояло из 6
человек: председателя, товарища (заместителя) председателя и 4 членов. В том же
пункте специально оговаривалось, что для обеспечения национальных прав
русских, проживающих на территории Башкирии, согласно пропорциональному
количеству русского населения членами правительства могут быть лица русского
происхождения, но не более 3 и не менее 1.

Отдельный раздел посвящен

судебной власти. Предусматривалось, что на территории Башкирии учреждаются
мировые и общие судебные органы, действующие на основании общегосударственных
законов с подчинением их Российскому Правительствующему Сенату, который для них
являлся кассационной инстанцией. В тех случаях, когда сторонами выступали
исключительно башкиры, применению подлежали законы, изданные курултаем на
основании обычного права башкир и шариата.

В Положении также были предусмотрены неприкосновенность личности (пункт

8), гражданство Башкирии, которое приобреталось только по факту проживания не
менее 3 лет в одной из волостей Башкирии (пункт 9), и обязанность каждого по
защите Российского государства и автономной Башкирии (пункт 10). Из призванных
на военную службу образовывалась «национальная башкирская военная часть всех родов
оружия» (пункт 11).

Многие решения

Всебашкирского учредительного курултая, несмотря на перипетии Гражданской
войны, были реализованы. При Башкирском правительстве появились следующие
отделы: общий, военный, внутренних дел, финансов, народного образования,
земледелия и имуществ. 3 июня 1918 года была объявлена мобилизация, которая
положила начало созданию своей армии. Сформированы 13 кантонов, 106 волостей.
Управленческие функции в них выполняли кантонные, волостные и юртовые управы.

Было проведено новое административно-территориальное деление,

организованы национальные государственные органы, армия. В условиях начавшейся
Гражданской войны Башкирское правительство, выступающее за созыв Учредительного
собрания и конституционное признание федеративности государства, а значит и
признание автономии Башкурдистана, не относило себя ни к красным, ни к
белым, заявляя, что «мы – башкиры, и наша задача строить свою республику». Однако после репрессий со стороны губернских
(оренбургских) большевистских организаций Башкирское правительство начало
борьбу против Советской власти. Переворот Колчака и начало осуществления им
великодержавной политики «единой и неделимой России» (издание
распоряжения о ликвидации башкирского и казахского правительств) вынудили
Башкирское правительство перейти на сторону Советской власти.

Касаясь вопроса дееспособности автономного

Башкурдистана, следует отметить, что, несмотря на неприятие и зачастую враждебное
отношение в целом к башкирскому национальному движению как со стороны местной
Советской власти, так и ее противников (аресты, репрессии), Башкирское
правительство смогло за кратчайший срок сформировать национальную армию и
повести ее для борьбы первоначально против Красной, а затем Белой армии; оно
активно занималось вопросами организации государственного строительства и
безопасности населения; устанавливало дружественные отношения с другими
республиками; вело борьбу против реализации проектов по созданию совместной
государственности с казанскими татарами в виде Урало-Волжского штата и
Татаро-Башкирской республики. Малый Парламент и Правительство принимали меры по
регулированию земельных и местных отношений посредством принятия законов,
правил и обязательных постановлений. Открывались учительские школы, курсы
медсестер, работников телеграфа и телефона, военная школа и военные курсы. В
целом в сложных условиях Гражданской войны Башкирское правительство принимало
все возможные меры для защиты башкирской государственности.

Таким образом, краткий

анализ деятельности Башкирского правительства приводит нас к следующим выводам:

будущее Башкортостана и

башкирского народа виделось в неразрывной связи с Россией и русским народом;

принимались реальные шаги

по созданию автономной Башкирии как республики парламентского типа, где бы
соблюдались принципы равенства всех граждан независимо от национальной и
конфессиональной принадлежности;

предусматривалось функционирование независимой судебной власти, и в

качестве высшей судебной инстанции – Верховный Суд Российской Федерации;

предполагалось сохранение

местного самоуправления на уровне волостного и сельского обществ.

Переговоры Башкирского

правительства с представителями Советской республики завершились подписанием 17
марта 1919 года Соглашения Российского рабоче-крестьянского правительства с Башкирским правительством о советской автономии Башкирии. В результате республика Башкурдистан
была преобразована в Советскую Автономную Социалистическую Республику –
Башкирскую АССР, которая стала первой в РСФСР, признанной центральной Советской
властью, автономной республикой. Таким образом, популярное в политико-правовой
мысли мнение о том, что федеративное устройство было установлено большевиками «сверху» не
соответствует истине. Соглашение было обоюдовыгодным актом: в результате
перехода башкирских частей на сторону красных наступил перелом на важнейшем
восточном фронте, признание автономии нацио­нальной республики привлекло на
сторону Советов многочисленное тюркоязычное население страны. В этом плане
совершенно прав известный ученый-правовед Саликов М.С., который считает, что «…после Революции практически единого
государства в России не было; народы, объединенные ранее в одно государство,
оказались в состоянии оторванности, поэтому федерация рассматривалась не как
средство объединения, а как единственный путь к объединению уже разъединенных

Вся полнота власти в пределах Башкирской советской республики вплоть до

созыва съезда Советов Башкирии перешла к Временному революционному Башкирскому
комитету (Башревкому). Съезд был назначен на июль 1920 года, где должны были
быть рассмотрены вопросы управления Башкирской республикой и избраны ее
руководители. Однако, несмотря на возражения Председателя Башревкома А.-З.Валидова, 19 мая 1920 года был издан Декрет ВЦИК и СНК РСФСР «О
государственном устройстве Автономной Советской Башкирской Респуб­лики», который
был признан центральной Советской властью в качестве Конституции БАССР. Члены
Башкирского правительства в знак протеста были вынуждены покинуть свои посты и
эмигрировать из республики в целях продолжения борьбы за ее пределами. Опыт
государственного строительства в Башкирской АССР был распространен и на другие
советские республики. С образованием Союза ССР в 1924 году аналогичным же
образом были построены взаимоотношения между Союзным центром и союзными
республиками. Так сравнительный анализ «Декрета о
государственном устройстве БАССР» от 19 мая 1920 г. и тех положений Конституции
СССР, где речь идет о народных комиссариатах Союза ССР и союзных республик
(главы 8 и 10 Конституции СССР) показывает, что союзным республикам в области
социально-экономической жизни предоставлялись те же права, которые были
декретированы по отношению к Башкирской АССР ВЦИКом РСФСР в мае 1920 г.
Согласно статье 52 Конституции СССР были созданы следующие объединенные
Комиссариаты СССР: Высший Совет Народного хозяйства; продовольствия; труда;
финансов и рабоче-крестьянской инспекции. Эти Комиссариаты в своей деятельности
были обязаны осуществлять директивы соответствующих народных Комиссариатов
Союза ССР (ст.68 Конституции СССР). Таким образом, при создании Союза ССР на
деле была реализована сталинская идея автономизации, сущность которой
заключается во введении принципа двойного подчинения исполнительных органов
власти республик, что в конечном итоге привело к созданию жесткой вертикали
власти и унитаризации страны.

Следующий вывод

заключается в том, что в июне 1920 года в БАССР произошел переход власти от
избранных населением представителей к назначаемым из центра партийным
функционерам. Так продолжалось до марта 1990 года.

Начинается процесс

превращения автономного статуса республики в ничего не значащий элемент декора
складывающегося тоталитарного государства.

В годы Советской власти

государственность Башкортостана развивается в русле общего становления союзного
государства и права. Господство командно-административной системы означало
иерархическое соподчинение министерств и ведомств, дублирование нижестоящими
законодательными органами нормативных актов, принимаемых вышестоящими органами,
сращивание партийного и государственного аппаратов, бюрократизацию и пресечение
любой инициативы на местах. Несмотря на негативные моменты в истории Советского
государства, наличие национальной государственности способствовало сохранению и
развитию башкирского народа и его культуры.
Читайте нас в