Все новости
Память
26 Декабря 2022, 11:42

БЫЛ ИЗВЕСТНЫМ АРХЕОЛОГОМ ТАДЖИКИСТАНА

Анвар Исламович Билалов – один из признанных археологов Таджикистана. Он родился 3 января 1937 года в селе Байгильдино Нуримановского района Башкирской АССР. Находясь вдали от Родины, никогда не забывал о своих корнях. Неслучайно, что многие коллеги Анвара Билалова, среди которых были такие известные археологи как Н.Н.Негматов, В.Д.Горячева, Л.И.Жукова, этнограф Г.Б.Никольская и другие, говоря о нем, непременно вспоминали, что по национальности он был башкир [1, с.348; 2, с.12, 70; 3, с.46].

БЫЛ ИЗВЕСТНЫМ АРХЕОЛОГОМ ТАДЖИКИСТАНА
БЫЛ ИЗВЕСТНЫМ АРХЕОЛОГОМ ТАДЖИКИСТАНА

Нелегкий путь в науку

Его отец, Ислам Гареевич Билалов (1911–1941 гг.), уроженец деревни Новокулево, в то время центра Кудейского кантона БАССР, трудился директором семилетней школы в деревне Новосубаево Нуримановского района. В 1940 году, в конце советско-финской войны, его призвали в ряды Красной Армии. Продолжая военную службу, в самом начале Великой Отечественной войны он был направлен из пересыльного пункта №5 в Ярославской области на фронт, где пропал без вести в октябре 1941 года [4].
Мать, Камита Галямовна Билалова, после окончания Института истории партии в 1944 году приехала с двумя детьми (у Анвара была еще старшая сестра) по направлению в совхоз Баяут-5 Сырдарьинской области Узбекской ССР, где первое время также работала директором школы [3, с.46].
Путь в науку Анвара оказался долгим и нелегким. В 1953–1958 годах он учился в Ташкентском рес­публиканском художественном училище им.П.П.Бенькова, по окончанию которого получил квалификацию мастера-художника росписи по дереву. Затем проходил военную службу в Советской Армии в качестве штабного геотопографа. Хорошее художественное образование, а также приобретенные навыки топографических обмеров и съемок очень пригодились в его дальнейшей научно-исследовательской деятельности. В 1961 году он поступил на исторический факультет Ташкентского государственного университета им.В.И.Ленина, где специализировался на кафедре археологии под руководством профессора М.Е.Массона.
Будучи студентом, Анвар Исламович показал большую склонность к научной работе. Уже с первого курса он участвовал в раскопках на городищах Старого Мерва, сочетая археологическую практику с серьезными полевыми исследованиями в Южно-Туркменистанской археологической комплексной экспедиции (ЮТАКЭ). При этом условия работы на раскопочных площадках в знойной Туркмении были весьма нелегкие: палящее солнце и жара, пыль, а иногда и пронизывающий холодный ветер. Кроме того, здесь в изрядном количестве водились ядовитые змеи, скорпионы и фаланги. «Тому, кто прошел практику в Мерве, – говорил М.Е.Массон, – не страшна любая земля, любой раскоп в Средней Азии» [2, с.11].
Каждый полевой сезон практиковались и выездные заседания студенческого научного археологического кружка, созданного при кафедре. В Старомервском лагере самого крупного XVIII отряда экспедиции, жившем по принципу «Ни дня без дела», они обычно проходили по воскресеньям, когда не было работы на раскопках. Молодая смена археологов на таких заседаниях кружка не только выступала с научными докладами, но и обсуждала самые интересные находки. Однажды в ходе заседания Анвар Билалов продемонстрировал кусочки ткани от савана, вынутые им из вскрытой накануне могилы [2, с.25].
В составе Кешского отряда кафедры археологии ТашГУ А.И.Би­лалов занимался изучением памятников Кашкадарьинского оазиса Узбекистана. Непосредственное изучение археологических и архитектурных памятников Средней Азии, навыки их графического исполнения позволили ему, находясь еще на студенческой скамье, выполнить ряд интересных работ: «Китай. Крепость. Рисунок ретушью» («Ташкентский университет», 14 марта 1964 г., №5 (397)); «Мавзолей султана Санджара. Рисунок ретушью» (Коммунизм туги, 4 апреля 1965 г., №40 (1337)); «Ваза из Мерва. Рисунок акварелью» («Вестник древней истории», 1966, №1, М., стр. 93–94); «Мавзолей Лангар-Ата. Рисунок акварелью» («Археология Средней Азии», Труды ТашГУ, вып. VII, Ташкент: «Фан», 1966, стр. 68, 79) [1, с.349].
На XI Всесоюзной археологической конференции, которая проходила в Ереване в 1965 году, был хорошо принят его студенческий доклад на тему «Историческая топография Китаба XIX в.». Написанный на основе тщательного изу­чения вопросов исторической топографии, через год он лёг в основу дипломной работы, которую автор защитил на «отлично».
После завершения учебы А.И.Би­лалов в течение года работал младшим научным сотрудником Музея истории народов Узбекистана в Ташкенте, где занимался составлением путеводителя по музею «Сокровища истории Узбекистана», изданного на русском и узбекском языках. С 1967 по 1969 год преподавал в средней школе села Димитрово Баяутского района Сырдарьинской области, где проживала его мать.
Работая в школе, в 1968–1969 годах Анвар Исламович впервые принял участие в полевых исследованиях Таджикской археологической экспедиции. Его профессиональные качества были оценены по достоинству: в 1969 году он получил приглашение на очное отделение в аспирантуру Института истории им.А.Дониша Академии наук Таджикской ССР, где под руководством доктора исторических наук, профессора Нумана Негматова приступил к глубокому изучению археологии Уструшаны.


Исследователь древней истории

Уструшана была одним из среднеазиатских владений раннего средневековья, занимавшего левобережную часть бассейна среднего течения реки Сырдарьи. На западе её граница простиралась до реки Санзар, которая протекала несколько западнее границ современного г.Джизак Республики Узбекистан.
В это же время начались раскопки города Курукады VI–IV вв. до н.э. (Кирополь античных авторов), археологические остатки которого находятся недалеко от современного г.Куркат Спитаменского ра­йона Согдийской области. К числу наиболее выдающихся открытий, сделанных при исследовании этого городища, можно отнести обнаружение уникальных скальных склепов на южных склонах горной гряды Ширин. Здесь была получена самая крупная в Средней Азии антропологическая серия, насчитывающая более 700 черепов и тысячи различных предметов украшений из золота, серебра, бронзы, а также каменные, керамические и металлические изделия. При вскрытиях первых склепов принимал участие и А.И.Билалов [5, с.69].
В 1972–1976 годах он работал младшим научным сотрудником в секторе истории культуры Института истории им.А.Дониша. В этой должности археолог занимался разведочными исследованиями Уструшаны, начатыми еще до него, фиксацией и изучением вновь открытых памятников и совместно с Н.Н.Негматовым готовил книгу «Археологическая карта Ленинабадской области. Центральные ра­йоны. Выпуск №2».
А.И.Билалов также входил в состав группы ученых, обследовавшей остатки древнейшей Ходжентской крепости, которую считают одной из самых укрепленных в Средней Азии. Археологи выяснили, что крепость основали в VI–IV вв. до н.э. Изначально её окружал насыпной вал, который спустя некоторое время заменила толстая сырцовая стена. Античный Ходжент включал в себя город и цитадель, где каждый из элементов обладал собственной крепостной стеной и рвом большой глубины, заполненным водой. Остатки системы укреплений были найдены под центром Ходжента, они окружали его на площади в 20 гектаров. Тем самым было научно доказано, что нынешний Худжанд является одним из древнейших городов Центральной Азии. Усилиями археологов удалось поставить точку в многолетнем споре о месте расположения «Александрии Эсхаты» (Крайней) – одного из 12 городов, построенных Александром Македонским.
В 1973 году Таджикская археологическая экспедиция разделилась на три самостоятельных подразделения. Одним из них стала Северо-Таджикистанская археологическая комплексная экспедиция (СТАКЭ) во главе с Н.Н.Негматовым. После создания СТАКЭ А.И.Билалов сначала руководил работами горно-топографического отряда, а затем был назначен начальником Ходжентского отряда экспедиции. Сотрудники СТАКЭ в 1970–1990-е годы исследовали памятники разных периодов истории и всех категорий: местонахождения орудий труда каменного века, сакские курганы, древнее наскальное искусство, средневековые города и поселения.
В силу природно-климатических условий Средняя Азия является зоной, в которой большую роль играет искусственное орошение. Оно было непременным условием оседлого земледелия в Средней Азии, а ирригация в целом стала основой среднеазиатской цивилизации. Именно поэтому одним из важных направлений полевых работ СТАКЭ стало также изучение истории ирригации на территории древних земледельческих областей Уструшаны, Ходжента и Ферганы.
Исследования Н.Н.Негматова, А.И.Билалова, У.Эшонкулова показали: истоки искусственного орошения уходят своими корнями во II – начало I тыс. до н.э. Изучение истории ирригации в регионе свидетельствует, что с накоплением опыта и развития навыков древние земледельцы перешли от лиманного земледелия к регулярному искусственному орошению, а позднее создали сложные гидротехнические сооружения и ирригационные системы. А.Билалов, в частности, отмечает, что ирригационные сооружения Уструшаны «являлись результатом богатейшего опыта ирригационной практики, накопленного в течение многих столетий, огромного приложенного труда и применения определённых гидротехнических знаний древними ирригаторами» [6, с.5].
По этой проблеме проводились сплошные разведочные и частично раскопочные работы в зонах основных оросительных систем древней Уструшаны. В прошлом очаги земледельческой культуры в юго-западной части Ферганской долины базировались главным образом в бассейнах горных рек Шахристансай, Басмандасай, Аксу, Исфанасай, Исфарасай, Ходжа Бакиргансай. Многолетние работы по изучению памятников ирригации Уструшаны выявили отличительные черты древнего орошения этой области, одной из которых был мелкопарцеллярный характер орошения.
В 1970-х годах особенно успешными были исследования истории орошения в долине реки Шахристансай. А.И.Билалов выявил на ее берегах более десяти остатков крупных магистральных оросительных каналов и несколько десятков арыков периода VII–IX вв., следы древних полей. Особый интерес вызывают остатки заброшенных корезов, известных под названием «зиндон» – темница, обнаруженные им на левом берегу реки, в районе замка Чильхуджра. Такие гидротехнические сооружения с горизонтальными и вертикальными очистительными колодцами сохранились до наших дней в горных районах Согдийской области. Автор подчеркивает, что сложность горного рельефа вынуждала древних ирригаторов расположить водоприемники каналов на удалении пяти-шести километров от городища Калаи Кахкаха–II и других памятников Шахристана [6, с.15].
Дополнительное изучение письменных источников позволило осветить многие вопросы истории Уструшаны. Так, опираясь на источники IХ–Х веков, исследователь описал действие водяных мельниц и водяных маслобоен на оросительных каналах Бунджиката. Основываясь на сообщении арабского географа аль-Мукаддаси, он сумел воссоздать названия шести протоков реки Шахристансая: Сарин, Буджан, Маджан, Сенгджан, Руйджан, Сенбукджан. По его мнению, почти на всех каналах стояли мельницы и рисорушки.
Скрупулезное исследование значительной части территории Уструшаны, выявление большого количества древних ирригационных объектов, их топографическая фиксация, раскопочно-шурфовочное изучение ряда археологических памятников в зоне их действия, а также привлечение значительных литературных и архивных данных позволили А.И.Билалову написать и опубликовать серию важных статей. За короткий срок он подготовил к защите диссертацию на соискание ученой степени кандидата исторических наук. В мае 1976 года Анвар Исламович даже выехал в Москву по вопросу ее обсуждения. Однако 17 мая в г.Чехов Московской области произошла ужасная трагедия – он погиб при невыясненных обстоятельствах… Ему было всего 39 лет.
В истории археологической науки Таджикистана он навсегда остался как один из молодых и талантливых работников. В 1980 году в Душанбе увидело свет написанное им крупное монографическое исследование «Из истории ирригации Уструшаны». Часть его работ посмертно опубликовала его вдова Татьяна Владимировна Беляева (1942–2017 гг.). Кстати, ей самой принадлежат три важных археологических открытия, одно из которых – открытие мирового значения. 25 сентября 1972 года она нашла золотой клад в кувшине из 115 предметов. Вскоре о находке золотого клада на Дальверзин-тепе узнала вся мировая общественность. За это открытие она получила ключи от новой квартиры в Ташкенте и туристическую путёвку в Болгарию.
Татьяна Беляева вышла замуж за своего возлюбленного Анвара, который был рядом с ней на протяжении всех пяти лет учёбы в университете, 24 ноября 1973 года. Свадьбу справили шумную, со всеми родственниками и сотрудниками сектора Института искусствознания им.Хамзы, где тогда она работала. Почти сразу молодая семья переехала на постоянное место жительства в Душанбе, где супруги стали вместе еще и трудиться. Татьяна Владимировна ассистировала руководителю СТАКЭ при раскопках старой крепости в Ленинабаде. Сам Н.Н.Негматов в одном из своих интервью позже вспоминал, как однажды её даже избили за то, что археологи сняли асфальт и копали за областным театром [7]. К сожалению, не всегда находились понимающие люди, доб­рожелатели.
15 августа 1974 года в молодой семье родился сын Герай. Нарекли его историческим именем в честь гипотетического первого правителя Кушанской державы. И даже дата этого события оказалась для них знаменательной. В тот год это число выпало на профессиональный праздник – День археолога, так как по традиции он отмечается во второе воскресенье августа.
Герай, или как обычно его называют сослуживцы Гера Билалов, окончил авиационный техникум им. Ю.Гагарина в Ташкенте, а затем уехал учиться в высшее авиационное училище штурманов в Челябинске. Сейчас он подполковник, служит старшим штурманом управления авиации Северного флота. В Мурманске Герай Билалов – личность заметная. И хотя он не пошёл по стопам своих родителей – известных археологов, сумел занять достойное место в жизни, стал отважным летчиком и отличным специалистом.

Выражаем глубокую признательность Нинель Григорьевне Синюченко за предоставленные фотографии из личного архива ее матери – Т.В.Беляевой.

Литература

1. Негматов Н.Н. Памяти Билалова // Археологические работы в Тад­жикистане. – 1982. – Вып.16. – С.348–352.
2. Стиль работы и полевой быт Южно-Туркменистанской археоло­гической комплексной экспедиции (воспоминания участников) / Под ред. М.Е.Массона. – Ашхабад, 1972. – 106 с.
3. Шигабдинов Р., Жукова Л.И. Башкиры // Этнический атлас Уз­бекистана. – Ташкент – Стамбул, 2002. – С.44–47.
4. Центральный архив Министер­ства обороны Российской Федерации (ЦАМО РФ). – Ф.58. – Оп.18004. – Д.432. – Л.2.
5. Мирбабаев А., Рахимов Н. Вклад СТАКЭ в разработку проблем исто­рии таджикского народа // Институт истории, археологии и этнографии им.А.Дониша. 60 лет. – Душанбе: «Дониш», 2013. – С.63–81.
6. Билалов А.И. Из истории ирригации Уструшаны (Материальная культура Уструшаны. Вып. 4. / Отв. ред. Н.Н.Негматов. – Душанбе: «Дониш», 1980. – 163 с.
7. Курбанова М. Нуман Негматов: «Таджикский феномен» [Электронный ресурс]. URL: http://www.toptj.com/News/2007/03/01/numan_negmatov_tadzhikskiy_fenomen

БЫЛ ИЗВЕСТНЫМ АРХЕОЛОГОМ ТАДЖИКИСТАНА
Катталянгарский мавзолей.
В годы учебы в художественном училище.
С сынишкой Гераем и племянницей.
БЫЛ ИЗВЕСТНЫМ АРХЕОЛОГОМ ТАДЖИКИСТАНА
Автор:Тимур АЮПОВ, кандидат исторических наук (г.Барнаул), Ринат ШИГАБДИНОВ, краевед (г.Ташкент, Узбекистан)
Читайте нас в