Исповедь писателя

Размышления о войне

К настоящему времени мною написано и издано десять художественных произведений. Две трилогии: первая о чеченской войне, под общим названием «Кавказский роман», вторая о гражданской войне на Украине – «В Одессу на майские», «Взорванный Донбасс» и «Мариупольская трагедия», а также три лирические повести о той эпохе, в которой пришлось жить.
Меня всегда интересовала тема гражданской войны на постсоветском пространстве, на территории которого когда-то исповедовали мир и дружбу между народами. Однако стоило рухнуть Союзу, как его народы начали созданным ими оружием уничтожать друг друга, круша все то, что долгие годы совместно строили. Невозможно это ни понять, ни простить тем, кто эти войны затеял и дал возможность им разгореться. Я понимаю, что это Запад воюет с нами нашими же руками, но и свою вину в этом чувствую: расслабились, забыли известное в свое время словосочетание «гонка вооружений», заменив его гонкой за сладкой жизнью. Особенно тяжело принять войну между двумя близкими мне народами: русскими и украинцами.
Я двадцать семь лет учила украинских студентов и уже почти двадцать учу россиян. Все мои выпускники – призывного возраста, и представить себе, что они теперь стреляют друг в друга, очень больно.
Я до последней минуты не верила, что будет война, хотя и внимательно наблюдала за схваткой пророссийских и националистических сил на Украине и писала об этом. В то же время в 2014 году молила Бога, чтобы Россия ввела войска в Донбасс и спасла его – обескровленного схваткой с фашистским государством, решившим уничтожить население края, не желающего отказываться от своего языка, веры и своей истории. Ведь украинские националисты, даже видные политики уровня Юлии Тимошенко, открыто говорили, что Донбасс необходимо отгородить от остальной Украины колючей проволокой и бросить туда атомную бомбу. Менее радикальные обещали, что после усмирения Донбасса все несогласные с киевской политикой будут или уничтожены, или отправлены в концентрационные лагеря на перевоспитание.
То, что это не пустые угрозы, показали расправы, учиненные нацистами в 2014 году над украинскими антифашистами: крымчанами-антимайданщиками под Корсунем, пророссийскими куликовцами в Одессе и над милиционерами, отказавшимися разгонять парад Победы в Мариуполе. В ту кровавую весну я, как и многие российские патриоты, была уверена, что Россия вступится за украинцев, которые помнят наше родство и воюют за него. Открыто пришли на помощь Донбассу только российские добровольцы – воины и волонтеры с гуманитарной помощью. Однако тогда, в четырнадцатом и пятнадцатом годах, была не глобальная, а локальная война, которая вылилась в СВО только через восемь лет.
За это время киевская нацистская власть успела окрепнуть и собрать практически на окраинах Донецка почти сто двадцатитысячное войско, вооруженное западным оружием, которое ежедневно самолетами переправлялось на Украину. Украинцы вооружались, а мы успокаивали себя, что они наши соседи – братья, единый с нами народ и воевать с нами не будет. А эти братья, начиная с отделения Малой Руси от Великой татаро-монгольским нашествием, несколько раз ходили войной на Русь вместе со своими европейскими хозяевами.
Заслуги же России перед Украиной огромны. Именно она спасла украинский народ от геноцида поляков 370 лет тому назад, приняв часть его по просьбе Богдана Хмельницкого в свое царство, а потом тринадцать лет воевала с поляками, защищая присоединившийся к ней народ. Именно благодаря России в начале ХХ века на карте мира появилось никогда до этого не существовавшее государство Украина, в границы которого большевиками были введены русские земли Донбасса, а после второй мировой – отвоеванные у Гитлера земли Галичины, Волыни и Закарпатья. Преступлением можно назвать передачу Украине волюнтаристом Хрущевым Крыма. Ну и, главное, Украина получила независимость в 1991 году по доброй воле России, которая помогла выжить молодому государству в первые годы самостийности, поддерживая ее бесплатным газом и беспошлинной торговлей.
А взамен что? Взамен получили Майдан с откровенно антироссийскими настроениями с портретом русофоба и фашиста Бандеры, завещавшим украинцам уничтожать москалей, наряду с жидами и ляхами. Не поверите, но сейчас на Украине любимый слоган: «Спасибо Богу, что он не создал меня москалем!», и придумано нашему народу множество оскорбительных названий: русня, вата, колорады, орки и прочее.
Сложно сказать, когда мы узнаем истинную причину того, почему в феврале 2022 года Россия, начав СВО, поставила перед собой две такие глобальные задачи, как демилитаризация и денацификация Украины? Почему было не учтено, что демилитаризировать придется всю Европу, поддерживавшую Украину, а процесс денацификации не удался даже советской власти за пятьдесят лет правления Западной Украиной? Та как исповедовала бандеровскую идеологию, так и осталась с нею, да еще и остальную Украину ею заразила. При таком положении дел Европе оставалось только ждать звездного часа, чтобы украинскими руками и жизнями отомстить России за три проигранные войны. Хотя вряд ли месть движет Европой, она каждый раз на словах заявляет, что спасает русский народ от тоталитарной власти, а на самом деле ею движет простой тезис: «Ты виноват уж в том, что хочется мне кушать!» Подавить этот европейский аппетит на русские природные богатства можно только одним путем: заставить Запад бояться, вернувшись к «гонке вооружений», как это было в Союзе в годы холодной войны. Не сработала надежда наших либералов: влиться в западноевропейскую компанию, изобразив из себя демократов. Украинцев же, как нацию слабую и зависимую, надо было держать в жестких руках, пропагандируя добрососедские отношения.
В ином случае, в условиях, когда с одной стороны находится богатая сырьем Россия, с другой – Запад, жаждущий ими завладеть, а между ними – Украина, пытающаяся нажиться на этом противостоянии, войны между нашими, казалось бы, братскими народами, будут неизбежны и повторятся с завидным постоянством.

Пропаганда как важный фактор предотвращения войны

Что такое пропаганда? Это распространение взглядов, фактов и информации с целью формирования нужного общественного сознания, которое создает то, что теперь называют мотивацией к победе. Не случайно известны: геббельсовская, украинская, советская и даже киселевская пропаганды. Каждая из них формировала и формирует у народа сознание, нужное тому, кто хочет победить. Главное в ней: это сформировать веру в свою непобедимость и определить цель этой победы. Чем проще это будет сформулировано, тем лучше, т.е. выше будет результат. Вот Маркс, Энгельс исписали килограммы бумаги, чтобы внушить простому народу, что коммунизм лучше, чем капитализм, а Ленин корпел, корпел над своими трудами, а потом перевел свои и марксистские идеи на язык понятный массам, сказав всего четыре слова: «Землю – крестьянам, фабрики – рабочим!», и народ пошел за ним. Геббельс внушил немцам, что они избранная нация, а Германия превыше всего, и разумный немецкий народ стал фанатичным убийцей всего не немецкого. Советская пропаганда внушала нашему народу, что у нас самая лучшая страна, и мы лучше всех живем, и народ верил, жизни своей не жалел, чтобы защитить нашу страну. А пришли либералы, типа Горбачева, заговорили о том, что надо все перестроить, улучшить, поднять, повысить, и пошло все вкривь и вкось.
Или вот твердит украинская пропаганда, что за Украину весь мир, как за великую нацию, и посему она победит. Каким образом, вы думаете, внушили украинцам, что их путь лежит в Европу? Я четырнадцать лет жила в Незалежной и не уставала удивляться, что ко всему более-менее стоящему там добавляли приставку «евро»: евродоска, еврозабор, евроремонт и так далее, т.е. все европейское – это супер, а свое, а тем более русское, полное дерьмо. Вот и размечтался хохол: как бы ему европейцем стать? А русские не пускают, и пошел он воевать за свое светлое европейское будущее.
Проевропейские настроения были и в России. Мои питерские студенты накануне СВО стали говорить, что хотят в Европу, а я у них спрашиваю:
– Вы хотите сами свалить за бугор, а все наши недра и леса отдать европейцам или американцам?
– Почему? – удивились они.
– Как почему? – отвечаю, – если все подадутся за границу, кто наше добро защищать станет?
– Нет, – говорят, – не хотим, – надеялись, видно, на то, что это государственная задача от жадных ртов отбиваться.
Зашел вопрос о демократических ценностях. Спрашиваю у самого боевого:
– Вот будет у тебя сын и захочет девчонкой стать, что ты будешь делать?
– Зашибу!
Вот тебе и вся демократия. Хорошо хоть для мотивации российского человека к участию в войне придумали простую фразу: «Русские своих не бросают!» Вместе с большими зарплатами бойцам, она работает.
Любой украинский воин ответит вам, что он воюет за «свою землю». Рассказывать ему, что его земли уже практически не осталось, что самые ее лучшие куски в руках американских концессий, и все, что ему достанется – это клочок земли 1 на 2 метра, не приходится, не поверит, а зря! Добрых капиталистов не бывает, это еще Маркс с Энгельсом доказали, на примере прибавочной стоимости, которую эксплуататоры забирают у трудового народа, а если такой нет, то берут всем, что есть, и землицей тоже.
Моя трилогия о гражданской войне на Украине, тоже, возможно, пропаганда. Я ее писала не для литературных эстетов и историков, а для простого народа и молодежи, и поэтому, по мнению многих, она легко читается, хотя и описывает трагические события, основанные на реальных событиях. Информацию я брала из материалов, опубликованных на основных сайтах интернета, и из разговоров с участниками событий. Кроме того, я очень хорошо знаю край, где все происходило, знаю людей и их язык, уже не говоря о том, что люблю этот народ, чего раньше, живя среди них, не понимала. Я видела свою задачу в том, чтобы не только самой понять, но и объяснить читателям, почему вспыхнула война между Украиной и Россией, и показать, как народ по обе стороны линии фронта ее воспринял и что пережил.

О первой книге трилогии «В Одессу на майские»

Я начала писать эту книгу сразу, вернувшись из круиза по Балтике в мае 2014-го. Там на борту корабля была потрясена кадрами расправы украинских нацистов над пророссийски настроенными одесситами. Это было неожиданно и неправдоподобно, смотрелось не как реальные события, а как постановка для пропаганды антимайданных настроений. Вернувшись домой, я стала искать в интернете материалы на эту тему и нашла множество. Причем все эти зверства выставляли на сайтах те, кто их творил. Их жертвам было не до съемок, их, безоружных, убивали, сжигали живьем и затаптывали под радостные вопли и бравурные комментарии палачей, гордившихся тем, что они творят. Причем они были уверены, что убивают не одесситов-антифашистов, а засланных в город русских диверсантов, то есть русню, которая перекрывает им доступ к еврозаборам и евротрусам.
Одесса показала, что время диспутов с украинцами прошло, доказать им, что Россия стоит в одном ряду с развитыми государствами, невозможно. Им внушено, что Рашка – отсталая страна: не имеет унитазов, ходит в ватниках и похожа на колорадского жука, при этом незаконно владеет природными богатствами, а посему должна быть уничтожена.
Подобные диспуты у меня начались еще за полгода до Майдана на одном из сайтов, где собрались мариупольские земляки и другие украинцы, разъехавшиеся по разным странам. Самые сочные глупости, которые они высказывали: про древних укров, выкопавших Черное море, приручивших коня, создавших колесо и многое другое, а также просветивших всю Европу, основавших там такие города, как Вена, Венеция и прочие, я перенесла в свою книгу. Когда совершенно адекватные люди писали эту ерунду, я вначале смеялась, надеялась, что это временное помешательство у моих собеседников, потом, когда они не осудили убийство куликовцев в Одессе, я, разорвав с ними отношения, села за книгу, чтобы таким образом успокоиться и разобраться в том, что случилось с моей малой родиной и ее жителями.
В результате пришла к убеждению, что все это из-за комплексов оторвавшейся когда-то от Великой России Руси Малой, которая, не сумев создать свое сильное государство, стала метаться между Европой и Русью. При этом Европа открыто презирала малороссов, называла холопами и быдлом, порождая в ответ раздражение и жестокость. Так что не стоит отсчитывать жестокость украинцев от Степана Бандеры. Он черпал свои лозунги – убивать чужинцев – у Тараса Шевченко, которого застреленный неонацистами украинский писатель Олесь Бузина назвал вурдалаком за его «Кобзаря» и поэму «Гадамаки». «Кобзарь» пропитан ненавистью к России, а «Гайдамаки» – это по сути пособие по жестокости, где на каждой странице – призывы к убийству ляхов, жидов и москалей. По всей видимости, Шевченко черпал эти идеи в эпосе своего народа.
Те десятилетия, которые западная Украина прожила в Союзе, не вылечили ее от фашизма, для нее советский солдат, освободивший Украину от гитлеровцев, был все тем же москалем или чужинцем. Это только озлобило оставшуюся с сельской ментальностью нацию, никогда не заботившуюся о силе государства, а волновавшуюся только о своей хате за еврозабором.
Нелепое представление собеседников по сайту об истории Украины я обрушила на головы молодых героев моей книги о событиях в Одессе, подселив их в купе поезда к украинским националистам. Студенты добирались поездом на майские праздники в Одессу, чтобы отдохнуть перед весенней сессией и своими глазами посмотреть на революцию достоинства, которую совершил Майдан на Украине. Мой главный герой – участник белоленточного движения, охватившего Россию в 2012 году, очень симпатизировал украинской революции. Однако, послушав странные речи попутчиков в поезде, потом побродив по улицам Одессы, запруженной националистами, и, главное, случайно попав вместе с подружкой в замес, устроенный радикалами в Доме профсоюзов, пострадав и чудом выр­вавшись из города, благодаря усилиям друзей, он осознает нацистскую сущность киевского переворота и решает отправиться добровольцем в Донбасс, чтобы воевать с неизвестно откуда появившимся на Украине фашизмом.
Начиная писать эту книгу, я не думала, что она станет прологом к трилогии о противостоянии пророссийских и националистических сил на Украине, что опишет одесские события как триггер к началу гражданской войны. Однако события на Донбассе показали, что надо продолжать эту тему дальше и разобраться, почему Донбасс взбунтовался и захотел вый­ти из состава Украины, и откуда появились русские добровольцы, решившие ему помочь.

О книге «Взорванный Донбасс»

«Донбасс», так я коротко называю свои книги, это продолжение «Одессы». Не могла моя первая книга закончиться в больничной палате, где восстанавливается мой герой после увечий и ран, полученных в Доме проф­союзов. Он, едва поднявшись на ноги, оставив своих друзей, девушку, которая морально сломалась в огне Одессы, пробирается в Донецк через Азовское море и Мариуполь, находит там новых друзей и вместе с ними вступает добровольцем в ополчение. Мне было очень важно доказать, что внушаемое всему миру новоявленной киевской властью мнение о том, что война в Донбассе началась по инициативе России – несправедливо, война возникла из протеста шахтерского края, не желающего смириться с решениями новой власти – лишить русский Донбасс возможности использовать свой язык, свою веру и чтить свое прошлое.
На примере своих героев я стремилась показать, как формировалось народное ополчение, как стекались на Донбасс добровольцы со всей России и Украины, и что заставляло их идти под пули. Кто-то шел, чтобы защитить русское население Донбасса, кто-то воевал против бандеровской идеологии, объявленной на Украине главной, а рабочий класс, шахтеры и металлурги, хотели поквитаться с олигархами, которые, захватив созданные народом заводы и шахты, нещадно эксплуатировали их все годы незалежности, то есть войну в Донбассе они воспринимали как социальную революцию. Однако в первую очередь в задачу ополченцев входила защита народа от терроризма отправленных на Донбасс дорбатов, часто составленных из одних расконвоированных уголовников. Воевать без боевого опыта, без оружия и профессионального командования было очень тяжело, спасибо, помогала Россия.
Для того, чтобы дать развернутую картину боев за Донбасс, я провела моих героев по всем горячим точкам войны, старалась достоверно передать события, происходившие в воюющем Донбассе, ведь среди моих читателей могут оказаться участники этих событий. Для этой цели завела на компьютере папки с названиями охваченных войной городов, куда складывала все найденные в интернете заметки, которые касались проходивших там боевых действий. Вошли в книгу и описания зверств тех, кого послала киевская власть на усмирение Донбасса, тех нелюдей, которые насиловали и женщин, и детей, сбрасывали живьем в шурфы шахт и ополченцев, и мирных жителей, распинали на крестах и сжигали пленных.
Еще очень важно было показать в этой книге отношение народа Донбасса к свалившейся на них войне, которую они не ждали, а получили от своего правительства, не пожелавшего их понять и отпустить. Донбасс был одним из богатейших регионов Украины и в последние годы активно развивался. Нелегко было его жителям сменить мирную жизнь на военную. Воюя на Донбассе, герои книги общаются с местными жителями, кто-то их проклинает за разрушенную жизнь, а кто-то идет вместе с ними воевать.

О Специальной военной операции

Моя последняя книга «Мариупольская трагедия» – третья книга трилогии об СВО. В ней те же герои: бывший питерский студент, прошедший Одессу и Донбасс, и его новая подруга, ставшая ему женой. Это она в феврале 2022 года отправляется из Петербурга на родину в Мариуполь и попадает на войну. Следуя за нею, я попыталась рассказать, что пережили мои земляки, в которых с первых же дней СВО полетели снаряды и бомбы. Мне тяжело было писать эту книгу, так как основную часть жизни я прожила в этом приморском городе, и глядя на экраны телевизора, страдала от того, что разрушается мой город, который строился практически на глазах. Я видела руины школы моей дочери, разрушенные многоэтажные дома, в которых когда-то жила мама и моя семья, практически уничтоженный район Левого берега, где прошло мое детство. Это было непереносимо больно. Мучали вопросы: «Зачем?» и «Почему?». В книге я пыталась ответить на них, рассказывая о том, как переживали эту
войну мои земляки, которых война загнала в подвалы, бомбоубежища, на территорию заводов и даже в театр.
В информации недостатка не было, об этом писали на сайтах, мне на почту, говорили по телефону мои друзья, недруги и просто незнакомые люди. Особенно меня тронул рассказ ростовского раввина о том, как доб­ровольцы из еврейской общины вывезли из Мариуполя около 300 своих единоверцев под бомбами и снарядами. Вот тебе и осторожные евреи. Рассказ раввина, просившего не называть его имя, вошел в книгу.
Увы, среди недругов оказалось много бывших соседей, однокашников и одноклассников, которые возненавидели меня за то, что я «представитель страны-агрессора» и, проклиная, рассказывали о своих бедах. Могу ли я на них обижаться? Вряд ли. Сидя здесь в Питере в тепле и мире, я могу себе позволить делить окружающих на патриотов и либералов, а там под бомбами мариупольцы ненавидели всех, кто стрелял по их домам и близким, независимо от шевронов на рукаве.
Мариуполь никогда не был бандеровским, и весной четырнадцатого года он открыто продемонстрировал с кем он, проголосовав за выход Донбасса из Украины, но уже в сентябре его предали олигархи двух противоборствующих сторон и оставили в составе Украины, которая, включив активную пропаганду, сбила мариупольцев с толку.
Книга написана уже как полгода, а мне все звонят и пишут земляки, пытаясь рассказать о том, что они пережили. Устав от этих рассказов, наплакавшись, я свернула работу над книгой, хотя хотела еще написать о военных действиях в городе, но, во-первых, очень мало постов о том, как конкретно шли бои, а во-вторых, и это самое главное, – мои душевные силы иссякли. Писать о том, как разрушали твой родной город – это все равно как описывать последние часы на земле твоего родного человека, не у каждого хватит на это сил. Не хватило у меня сил и дать точный ответ на вопросы: «Почему?» и «Зачем?», которые мучают главную героиню книги, и еще на один вопрос, который задают сейчас многие: «Кто разрушил Мариуполь?» Большинство свидетелей отвечают на этот вопрос так: «ВСУ, оставляя позиции, всегда разрушают то, что их только что защищало, чтобы не оставить врагу». Я на этот вопрос отвечаю проще: «Война!»
Никто не знает, когда закончится война. А простой украинский народ пишет на своих сайтах, что они вот-вот победят. Пришло сообщение из Болгарии, что их баба Ванга, которая всегда воскресает, когда у нас проблемы, предрекла России победу.
Меня бы этот прогноз устроил, как и всех патриотов, но он может осуществиться, если только Запад перестанет помогать Украине, и она капитулирует, объявив себя страной нейтральной. А лучше бы предложила воссоздать Союз трех славянских государств: России, Белоруссии и Украины. Один из героев моих книг – реальный и очень грамотный украинец считает, что в этом случае можно было бы оправдать войну. Я с ним согласна, но боюсь, что украинцы, головы которых забиты мечтами о Европе, с этим не согласятся. Хотя до четырнадцатого года они мало знали Европу, так как визы им давали с большим трудом, чем наверняка и разожгли аппетит украинцев и интерес к себе, по принципу запретного плода, а теперь, когда беженцы заполнили все страны Европы, даже до Исландии добрались, наверняка они поняли, как в гостях хорошо, а дома лучше. Я не знаю, как они себе представляют свою победу и понимают ли мощь России, которая в такой схватке ни за что не сдастся. Ресурс у нас огромный, даже бесконечно далекий Красноярск – середина страны, и от него еще столько же до Дальнего Востока. Исходя из этого, не сложно понять, у кого больше шансов на победу.
Я верю в Россию, и на вопрос, что в этом случае делать с проигравшими, то есть украинцами, отвечу: стерпится – слюбится. Долгое время мы жили в мире и согласии с воевавшей с нами Восточной Европой, довольно быстро помирились с Чечней, помиримся в конце концов и с украинцами и опять вместе будем, как и после прошлой войны, восстанавливать заводы и фабрики, гидроэлектростанции, отстраивать разбитые в войну дома. Украинцы, как и раньше, будут выращивать на своей земле богатые урожаи, будут ездить отдыхать в Крым, не задумываясь над тем, кто вложил большие деньги, чтобы он стал современным курортом.
Может быть, я чего-то не понимаю, но мне кажется, что украинцам выгоден проигрыш в этой войне, который перечеркнет все их долги по кредитам, взятым на Западе, вполне возможно, что и канут в Лету все договора на собственность западных концессий на украинскую землю. Уверена, что Россия на украинский язык и землю посягать не станет.
Войны всегда кончаются миром, но я уверена, что в историю эта война, идущая сейчас между Украиной и Россией, войдет как национальный позор двух родственных народов, которые не смогли договориться и стали уничтожать друг друга в угоду Западу.
Все, чего хочу – это мира, и чтобы мои книги были доступны всем желающим в нашей стране, и, конечно, была бы счастлива, если бы ими заинтересовались читатели за ее пределами. Я написала книги для того, чтобы мир знал правду!