Все новости
История
3 Апреля 2021, 18:00

Башкирские предводители Крестьянской войны 1773–1775 годов

Кидрас МуллакаевБашкир деревни Кидрясово (Давлекановский район РБ), тархан, старшина Кара-Табынской волости Ногайской дороги (в команде вместе с Каипом Зиямбетевым было 211 дворов). Пугачевский полковник. Кидрас Муллакаев – сложнейшая историческая фигура. Из башкирских старшин Ногайской дороги он имел самый солидный послужной список: верой и правдой служил царскому правительству, неоднократно приглашался в числе «лучших людей» в столицу к царскому двору, сотрудничал с Оренбургской экспедицией. В 1730–1731 годах Кидрас Муллакаев участвовал в дипломатической миссии Алексея Тевкелева в Малый казахский жуз, за что царское правительство выдало ему грамоту на потомственное тарханство.

Во время башкирских восстаний 1735–1740 годов Кидрас Муллакаев принимал участие в их подавлении [1]. В феврале 1737 года сопроводил арестованного вождя восстания Кильмяк-абыза Нурушева из Табынской крепости в пригород Мензелинск. В 1741 году переселился из Кара-Табынской волости Троицкого уезда на земли башкир Канлинской волости Казанской дороги. В 1740–1760 годах его имя часто встречается в документах по продаже, кортомлению и аренде вотчинных земель башкир припущенникам, дворянам и заводовладельцам [2]. Упоминается и среди взяточников, которые были наказаны по представлению в Сенат уфимского вице-губернатора бригадира П.Д.Аксакова [3].
Было бы несправедливо, если бы мы перечислили только негативные «заслуги» Кидраса Муллакаева. Он вошел в историю башкирского народа, оставив в ней глубокий след. П.И.Рычков писал, что «Историю Оренбургскую» он написал с рассказа и материалов Кидраса Муллакаева.

Кидрас Муллакаев активно боролся за защиту интересов своего народа, сохраняя при этом верность присяге царскому трону. 3 июля 1737 года Кидрас-батыр «с товарищами» писал письмо капитану П.А.Батову, где они обвиняли русских карателей в вероломстве и излишней жестокости [4]. 24 февраля 1738 года Кидрас Муллакаев в числе 31 старшины четырех дорог поставил свою тамгу на челобитной башкир императрице Анне Иоанновне [5]. Они просили императрицу издать указ, подтверждающий их права на взимание оброка с припущенников за представленную им вотчинную землю.

С 1738 года, за 35 лет до Крестьянской войны, он служил старшиной Кара-Табынской волости, в течение многих лет исполнял должность главного старшины Ногайской дороги. В 1756 году Кидрас Муллакаев был назначен командиром двухтысячного башкирского корпуса для участия в Семилетней войне [6]. 18 февраля 1758 года награжден «за верную и усердную службу» саблей и «похвальным листом». С 1767 года возглавлял башкирско-мишарские команды на Оренбургской пограничной линии.

Когда началась Крестьянская война, Кидрас Муллакаев под влиянием массового перехода башкир на сторону Е.И.Пугачева оказался в лагере восставших. Когда и при каких конкретных условиях он перешел к повстанцам по сохранившимся источникам трудно проследить. В начале восстания Муллакаев явился в Бердский лагерь. Комендант Озерской дистанции крепостей бригадир А.И.Корф в своем рапорте оренбургскому губернатору И.А.Рейнсдорпу от 31 октября 1773 года сообщал, что «Усерганской волости старшина Сабыр и Уфимской – Кядряс в верности к ее императорскому величеству изменяют» [7].

Е.И.Пугачев, надеясь использовать широкую популярность Кидраса Муллакаева, присвоил ему чин полковника [8]. И.М.Гвоздикова пишет, что Кидрас Муллакаев не оправдал оказанного Е.И.Пугачевым доверия, «не проявил себя в качестве командира или советника восставших. Сформированные им отряды, прикрываясь повстанческими призывами, занимались грабежами, разоряли хозяйства рядовых башкир и крестьян» [9]. Обвинение автором Кидраса Муллакаева во всех этих грехах абсолютно ничем не оправдывается. В архивных фондах нам не удалось обнаружить ни одного документа, подтверждающего версию уважаемого автора. Кидрас Муллакаев принимал активное участие в повстанческом движении и внёс весомый вклад в общенародную борьбу. Он разбил команду В.И.Торнова и захватил самого атамана в плен только потому, что тот обращался с населением грубо и жестоко. Дальнейшее изложение действий Кидраса Муллакаева показывает, что он относился к той категории защитников народного счастья, которые боролись «как умели и как могли».

В составе повстанческого войска Каскына Самарова и Караная Муратова Кидрас Муллакаев участвовал во взятии Стерлитамакской пристани, Табынской крепости и Богоявленского завода, в походе на Уфу. В конце ноября – начале декабря 1773 года вместе с Каранаем Муратовым и другими башкирскими старшинами Ногайской и Казанской дорог Каипом Зиямбетевым, Ибрагимом Мрясевым, Ишкарой Арслановым, Муратшой Сыртлановым, Аслаем Курмекеевым и Ильчигулом Таймасовым направился в Западный Башкорт­остан. Зимой 1773–1774 годов их отряды составляли основную боеспособную часть повстанческой армии Караная Муратова в Мензелинском повстанческом районе.

Они держали в осаде Елабугу, воевали с карательными корпусами и под Нагайбакской и Бакалинской крепостями [10]. 19 февраля 1774 года во время штурма Нагайбакской крепости вместе с Каранаем Муратовым и Каипом Зиямбетевым командовал основной группой сводного войска [11]. 8 марта в сражении около деревни Стерлитамак Юрминской волости с деташаментом майора К.А.Харина Кидрас Муллакаев вместе с Каранаем Муратовым и В.И.Торновым командовал полуторатысячным повстанческим отрядом [12].

В феврале–марте 1774 года в Западном Башкортостане обстановка резко обострилась. Прибывший в Казань новый командующий правительственными войсками по подавлению Крестьянской войны генерал-аншеф А.И.Бибиков разработал план фронтального наступления на повстанческие районы. Первыми под ударом регулярных частей оказались повстанческие силы Западного Башкортостана. Обстановка в регионе осложнилась неадекватными действиями эмиссара Военной коллегии В.И.Торнова, которые внесли в командном составе восставших разброд.

В этих условиях Кидрас Муллакаев с группой башкирских старшин обратился в Ставку Е.И.Пугачева с просьбой «прислать сюда атамана Алибая Мурзагулова, ибо здесь главного начальника, коему б был народ послушен, не имеетца, кой бы тому народу подпорою быть мог» [13]. Данный факт подтверждает, что Кидрас Муллакаев и его соратники еще сохраняли веру в успех освободительной борьбы. Однако действия атамана В.И.Торнова, который «погубил многих невинных людей повелением и порублением, а иных замучил побоем до смерти», на общем фоне крупных поражений главных повстанческих войск обусловили резкое изменение позиции Кидраса Муллакаева и небольшой группы пугачевских полковников из башкирских старшин Ногайской дороги. 8 апреля Кидрас Муллакаев с отрядом около 700 человек в деревне Бишкуразово разбил команду В.И.Торнова и взял его вместе с 25 соратниками в плен [14].
Сомнения Кидраса Муллакаева имели основание. Летом 1774 года, во время нового подъема народного движения, эта группа старшин вновь оказалась в лагере восставших, многие из них сумели возглавить повстанческие отряды. Последний аккорд их повстанческой деятельности был дан 5 июля. Недалеко от Стерлитамакской пристани произошло кровопролитное сражение сводного башкирского отряда с карательным корпусом генерала П.М.Голицына [15]. Сражение закончилось страшным поражением восставших, башкиры понесли большие потери. Старшины окончательно отошли от движения. Кидрас Муллакаев стал принимать активное участие в подавлении восстания. 4 августа около деревни Ермолкино он захватил в плен пугачевского бригадира Канзафара Усаева, за что был награжден медалью и деньгами.

В декабре 1774 года Кидрас Муллакаев явился с повинной в Казанскую секретную комиссию, где пребывал до весны 1775 года. Был освобожден без наказания и остался старшиной своей волости [16]. В записи башкир Казанской и Ногайской дорог от 26 октября 1777 года о припуске на свои вотчинные земли татар и мишарей по реке Карагалке участвовали поверенные команды старшины Кара-Табынской волости Кидраса Муллакаева [17]. Точная дата его смерти неизвестна. В купчей башкир Казанской дороги от 9 ноября 1789 года заводчику И.П.Осокину на свои вотчинные земли говорится: «…приглася припущенника Кара-Табынской волости умершего главного старшину тархана Кидряся Муллакаева…» [18]. Следовательно, Кидрас Муллакаев умер между 1787 и 1789 годами.


Кунакбай

Башкир деревни Кальчир (Кальчир-Бураново Аургазинского района РБ). Полковник пугачевской армии. В архивных источниках упоминается лишь один раз. Мишарский старшина Ногайской дороги Муксин Абдусалямов в 1775 году бил челом императрице Екатерине Алексеевне, что в июне 1774 года башкирские повстанческие отряды пришли в село Бузовязы и ограбили его дом. Сводный отряд возглавляли полковники Канзафар Усаев, Канбулат Юлдашев, Ибрагим Мрясев, Каип Зиямбетев.

По сообщению Муксина Абдусалямова, среди командиров был «башкир деревни Калчировой Кунакбай, называемый полковником» [19]. К сожалению, Муксин Абдусалямов не называет фамиилии полковника Кунакбая. В XVIII веке недалеко от деревни Бузовязы была башкирская деревня Калчирово. Вероятно, полковник Кунакбай был жителем этой деревни. Мишари деревни Бузовязы Ишмухамет Сулейманов, Муксин и Ямгур Абдусалямовы вели агрессивную политику по захвату вотчинных владений соседних башкирских деревень. Во время Крестьянской войны они вели активную карательную деятельность, что усилило к ним ненависть башкир. Вероятно, жители деревни Калчирово во главе со своим полковником Кунакбаем отомстили Муксину Абдусалямову. Дальнейшая судьба Кунакбая неизвестна.


Кусяпкул Азатов и Сайран Саитов

Башкирские старшины Юрматинской волости Ногайской дороги. Сайран Саитов – житель деревни Сайраново (Ишимбайский район РБ), волостной старшина. В его команде было 360 дворов. Пугачевский полковник.
Кусяпкул Азатов – повстанческий командир. Житель ныне несуществующей деревни Кусяпкулово (Ишимбайский район РБ). Старшина волости, под его командой числилось 373 двора. В деревне Кусяпкулово в 1770 году побывал академик И.И.Лепехин. В горе Кызыляр близ деревни Кусяпкулово в пластах каменного угля он открыл источники нефти. Ныне деревня оказалась в черте города Ишимбай [20].

Сайран Саитов и Кусяпкул Азатов с командой из башкир своей Юрматинской волости в 250 человек осенью 1773 года были мобилизованы в Башкирско-мишарский карательный корпус, который комплектовался в Стерлитамакской пристани под командой товарища уфимского воеводы майора П.Н.Богданова. 28 октября для преследования бежавших с Авзяно-Петровских заводов крестьян П.Н.Богданов отправил карательную команду с «башкирскими и мещеряцкими командами в числе тысячи трехсот человек» под командой отставного секунд-майора Н.И.Голова, подпоручика князя М.Уракова. В составе команды были и юрматинские башкиры старшин Сайрана Саитова и Кусяпкула Азатова. Дальнейшие события излагаем по тексту рапорта П.Н.Богданова в Уфимскую провинциальную канцелярию.

29 октября около деревни Осиновка, недалеко от Воскресенского завода, каратели настигли бежавших заводских крестьян, которые везли в Бердский лагерь 7 пушек, порох и свинец. По рапорту Н.И.Голова в Уфимскую провинциальную канцелярию, крестьян было около 300 человек. Увидев карателей, они «остановились между болот и лесу и имеющиеся у них пушки поставили на них». Майор Н.И.Голов приказал им, «чтоб они те пушки, порох и свинец, да бывшие при них ружья отдали и возвращались бы обратно, …но только они на то не согласились». Н.И.Голов «нападение на оных злодеев учинить намерен был», но башкирские старшины Сайран Саитов и Кусяпкул Азатов запретили ему стрелять в крестьян. К тому времени к месту событий подошли «бывших в деревнях башкирцов сот до семи». Таким образом, у юрматинских старшин оказалось около одной тысячи вооруженных башкир, которые окружили карательную команду Н.И.Голова. Сайран Саитов и Кусяпкул Азатов заявили: «когда они будут по тем крестьянам стрелять, то и реченные башкирцы стануть их колоть».

В итоге майор Н.И.Голов вынужден был отказаться от намерения стрелять по авзянопетровским беглецам. Юрматинские башкиры «самоохотно» решили проводить крестьян в Бердский лагерь. Они майора Н.И.Голова, «взяв за руку потащили, приговаривая, что как ево, так и подпоручика князя Уракова и прапорщика Моисеева, отвезут к тому самозванцу».

Таким образом, Сайран Саитов и Кусяпкул Азатов с отрядом около одной тысячи конных башкир, сопровождая крестьян Авзяно-Петровских заводов с 7 пушками, порохом, свинцом и знатным числом огнестрельного оружия, в конце октября 1773 года прибыли в Бердский лагерь [21].

По сохранившимся документам выясняется, что Сайран Саитов со своим отрядом остался в Бердском лагере и участвовал в событиях под Оренбургом, а Кусяпкул Азатов вернулся домой.
Летом 1774 года Сайран Саитов и Кусяпкул Азатов активно включились в повстанческое движение. Вместе с Каранаем Муратовым они действовали в районе Стерлитамакской пристани, деревень Ашкадар и Стерля. Продолжали борьбу до осени 1774 года. 30 сентября 1774 года полковник П.Я.Шепелев обратился к башкирским старшинам с призывом отойти от восстания и явиться с повинной. В числе старшин, продолжавших не повиноваться, значатся Сайран Саитов и Кусяпкул Азатов [22].

Видимо, какое-то время они отходили от восстания, затем вновь примкнули к повстанческому движению. 31 октября 1774 года товарищ уфимского воеводы майор П.И.Богданов в своем рапорте в Уфимскую провинциальную канцелярию сообщал, что старшины Сайран Саитов и Кусяпкул Азатов «отложились» на сторону повстанцев [23]. Они до поздней осени 1774 года продолжали борьбу с карательными командами [24]. А.З.Асфандияров называет Сайрана Саитова пугачевским полковником [25]. Нет сомнения, что Е.И.Пугачев не мог не присвоить чин полковника предводителям, которые привели в повстанческий лагерь 950 конных воинов и в составе Главного войска участвовали во всех событиях. Однако указы о присвоении чина полковника Сайрану Саитову и Кусяпкулу Азатову не сохранились.

В ноябре 1774 года главный старшина Ногайской дороги Алибай Мурзагулов ездил по башкирским волостям и собирал подписи у старшин и рядовых башкир с обязательством явиться за повиновением в Казанскую секретную комиссию. В списке согласившихся имеются подписи Сайрана Саитова и Кусяпкула Азатова [26].

Сайран Саитов и Кусяпкул Азатов не подвергались допросам и наказаниям. Они сохранили должность старшины своей волости. В 1770–1780 годах активно занимались продажей вотчинных земель своей волости. 3 февраля 1777 года башкиры Юрматинской волости команды Кусяпкула Азатова заложили земли по реке Ашкадар татарам Арской дороги Казанского уезда. 10 марта 1777 года башкиры Телтим-Юрматинской волости команды старшин Юлдаша Кутлина и Сайрана Саитова оформили купчую запись на земли по рекам Белая и Стерля мордве Бугульминского уезда.
30 января 1779 года башкиры команды Кусяпкула Азатова оформили две купчие записи на вотчинную землю по реке Ашкадар бугульминским татарам. 25 февраля и 4 марта 1787 года башкиры Телтим-Юрматинской волости команды Сайрана Саитова оформили купчие записи на земли по реке Белой и по реке Стерля отставному поручику О.Т.Щевкунову. 26 октября 1788 года башкиры Юрматинской волости команды старшины Кусяпкула Азатова и Телтим-Юрматинской волости команды старшин Юмагузы Каипова и Сайрана Саитова продали землю по реке Ашкадар князю В.Б.Волховскому. 8 марта 1790 года они продали землю заводчице Д.И.Пашковой [27].

Источники и литература

1. Материалы по истории Башкирской АССР. – М.: Наука, 1956, Т.4. Ч.I. – С.339–340, 341–347.
2. Там же. Т.3. – С.527; Т.4. Ч.1. – С.233, 270, 288; Т.4. Ч.2. – С.29, 39, 45, 208–212, 279, 288.
3. Там же. Т.3. – С.548.
4. Там же. Ч.I. – С.314–315.
5. Там же. – С.144–145.
6. Материалы по истории Башкирской АССР. Т.4. Ч.2. – С.499–500.
7. Крестьянская война 1773–1775 гг. на территории Башкирии. – Уфа: Башкнигоиздат,1975. – С.44.
8. Салават Юлаев. Энциклопедия. – Уфа: Башкирская энциклопедия, 2004. – С.164.
9. Гвоздикова И.М. Кидряс Муллакаев // Салават Юлаев. Энциклопедия. – С.164.
10. Документы Ставки Е.И.Пугачева, повстанческих властей и учреждений. – М.: Наука, 1975. – С.118–119; Крестьянская война 1773–1775 гг. на территории Башкирии. – С.199, 385; Гвоздикова И.М. Указ. соч. – С.358–360.
11. Таймасов С.У. Восстание 1773–1774 гг. в Башкортостане. – Уфа: Китап, 2000. – С.94.
12. РГАДА. Ф.6. Д.507. Ч.3. Л.229 и об.
13. Крестьянская война 1773–1775 гг. на территории Башкирии. – С.118–119.
14. Там же. – С.127.
15. Там же. – С.205–208, 396–397.
16. РГАДА. Ф.6. Д.507. Ч.3. Л.166 об.–169 об.
17. Материалы по истории Башкирской АССР. Т.5. – С.60.
18. Там же. – С.268.
19. РГАДА. Ф.6. Д.507. Ч.2. Л.263 об.
20. Асфандияров А.З. История сел и деревень Башкирской АССР. Кн.2. – Уфа, 1997. – С.130.
21. РГАДА. Ф.1100. Д.3. Л.151 об.–153; Крестьянская война 1773–1775 гг.
на территории Башкирии. – С.42–44.
22. Там же. – С.235.
23. РГАДА. Ф.1100. Д.3. Л.146; Крестьянская война 1773–1775 гг. на территории Башкирии. – С.347.
24. Там же. – С.42–43, 235, 258, 260, 347, 410, 412.
25. Асфандияров А.З. История сел и деревень Башкирской АССР. Кн.2. – С.124.
26. РГАДА. Ф.1274. Д.179. Л.78 и об.; Крестьянская война 1773–1775 гг. на территории Башкирии. – С.412.
27. Материалы по истории Башкирской АССР. Т.V. – С.51, 52, 83–84, 88, 204–206, 233, 279.

Читайте нас в