Нравственная и идейная основа понятий «Мир» и «Война» в башкирском фольклоре

Мировоззрение башкир отражается в фольклоре

В свое время важность изучения нравственной культуры подчеркнул профессор Д.Ж.Валеев: «…бережное отношение к нравственным ценностям служит обязательным условием сохранения человеческой цивилизации, ибо мораль во все возрастающей степени становится организующим фактором человеческой культуры» [10, с.7]. Необходимо отметить, что в раскрытии данной темы важны научные труды, которые анализируют духовно-нравственные ценности башкирского народа, а также статьи, посвященные историческим эпосам. Основным источником исследования является фольклор башкирского народа, значимость которого Д.Ж.Валеев выразил следующим образом: «Больше всего о мировоззрении древних башкир можно судить по материалам народного эпоса, легендам и преданиям» [10, с.41].
Понятия мира и войны в мировоззрении башкир в его ранний период истории изложены в древнем эпосе «Урал-батыр». Изучая это произведение, согласимся с выводом серьезного анализа известного ученого М.М.Сагитова: «Урал-батыр» – күп планлы, ҡатмарлы ҡобайыр. Уның идея-тематик йөкмәткеһендә тәбиғи донъяның үлемһеҙлеген, кешелекте уның дошмандарынан аралау, изгелектең яуызлыҡтан өҫтөнлөгөн раҫлау тора» («Урал-батыр» – многоплановый, сложный кубаир. Его идейно-тематическое содержание состоит в том, чтобы показать бессмертие мира природы, оградить человечество от его врагов, утвердить превосходство добра над злом») [16, с.29]. Через мифологическое восприятие мира эпос передает идею о вечном противостоянии добра и зла. Д.Ж.Валеев подчеркнул, что в эпосе «базисной моральной ценностью выступает понятие добра, которое дает критерий оценки деятельности героев» [10, с.47].
В эпосе показан нравственный выбор между добром и злом, который стал основополагающим элементом индивидуального и общественного поведения. Этот выбор ярко обрисован в действиях Урал-батыра и Шульгана. Чтобы сделать мир и человечество бессмертными, Урал-батыр, совершая многочисленные подвиги против носителей зла, пресекает рабство, жертвоприношение людей и завещает обетованное для жизни место, которое получило его имя – Урал. Урал, сторонник добра, прославлен как батыр. А Шульган перестал именоваться им, ибо начал служить злу. На этом краеугольном камне в духовном мире башкир был создан образ батыра – защитника человечества, страны от зла.
В эпосе «Урал-батыр» утверждается как аксиома неизбежность победы добра над злом. Урал говорит побежденному врагу Шульгану:

Яманлыҡты яҡшылыҡ
Еңгәнен хәҙер белдеңме? [3, с.109].
(Понял ли ты теперь, что зло
Будет побеждено добром?) [8, с.117].

Этот взгляд стал, наверное, основополагающим в поворотных моментах истории башкир, которые никогда не теряли надежду на победу добра.
Как условие жизни культивировалось бережное отношение к природе и богатству Урала [4, с.284–284]. В духовной жизни народа существовали языческие ритуалы, обычаи с освещением земли. Восприятие земли как главной и необходимой основы жизнедеятельности породило вотчинное право башкир. Оно четко фиксировалось с их вхождением в состав России и в последующие века, до 1917 года, сильно оберегалось. Острую конфликтную ситуацию породили захват и продажа башкирских земель. Потеря земли с болью и горечью отражена в исторических песнях «Ямантау», «Өйҙөрәкәй буйы» («Долины Уйзурука»), «Шарлы урман» [7, с.98–101]. В песне «Ямантау» это рассматривалось как уничтожение богатства и предательство памяти батыров, оберегавших землю:

Яман ғына тауҙың үңәрендә –
Бөтә хайуандарҙың төйәге.
Ямантауҙы һатып, әрәм иттек –
Ятып ҡалды батырҙар һөйәге.
(На отрогах Ямантау гнездовье
Всех животных диких и зверей.
Ямантау продав, мы зло совершили,
Кости там лежат богатырей) [7, с.93–96].

Право на землю понималось как гарантия свободы. Это подчеркивается в легенде исторической песни «Песня во славу Салавата» («Салауатҡа дан йыры»): «Когда в стране поднялась смута, царь попросил у него войско. Вскоре собрал Юлай пятьсот воинов, тут Салават и говорит ему: «Отец, ты неправ! Нам нужна свобода. Нельзя допустить, чтобы продолжали грабить наши земли, нельзя терпеть издевательства бояр – не дело это...» [7, с.110–112].
В эпосе «Юлай менән Салауат» выражается идея о необходимости защиты родины и ее богатств от грабителей ради благополучия простого народа:

Бөтә халыҡ ут йотоп,
Ере-һыуы таланып,
Зар илашып торғанда,
Йәйрәп ятып тирмәмдә,
Ҡаҙы-ял мин иммәмен.
Илем кисһә ҡан йылға,
Мин дә бергә кисермен;
Илем янһа утында,
Мин дә бергә янырмын;
Илем итһә ҙур туйын,
Саҡырылған ҡунаҡтай,
Мин дә бергә туйлармын [5, с.281].
(Когда огонь глотает народ,
Грабит его и этот, и тот,
Когда он слезы обильно льет,
Не буду блаженно в юрте лежать,
Жирные мослы и казы сосать.
Коль в крови бредет мой народ,
Я с ними вместе войду в этот брод;
Если горит в огне мой народ,
И я тоже в огонь войду тот.
Если будет народ пировать,
Я с ним вместе, как званый гость,
Буду на том пиру ликовать) [9, с.311].

Салават Юлаев стал национальным героем, оставшись в памяти народа как защитник простых людей. Допускался жесткий метод борьбы против баев, начальников, предателей интересов страны, народа:

Илде һатҡан яуыздарҙы
Түшәгендә һуйырға;
Йәшенеп-боҫоп, иленең
Ауыр көнөн белмәүсе,
Ил йөҙөнән көлөүсе,
Ике телле ирҙәрҙең
Яуыз телен ҡырҡырға
Илем өсөн ант иткән
Салауат батыр мин булам,
Салауат батыр мин булам! [5, с.278–279].
(Кто готов свой народ продать,
Чтоб только боярам угодить, –
Всех угодников вот таких
С господами чванливыми их
Поклялся зарезать в зородыше я!
Тех, кто живет сторонясь людей,
Страданий не знает страны своей,
Над народом смеется своим, –
Сородичам двуязыким моим,
Поклялся я языки обрезать –
Вот такой я батыр – Салават!) [9, с.308].

Родина башкир Урал

Урал – родина башкирского этноса и его государственности (Башҡорт иле). Образование этнополитических объединений (род, племя, союз племен, ханство, страна – ил) породило необходимость их защиты (илде, ырыуҙы, туғандарҙы һаҡлау). Понятия защиты родной земли, Урала и страны башкир (Башҡорт иле) неразрывно связаны.
Д.Ж.Валеев подчеркнул следующее: «Культ природы с течением времени подчинился осознанному почитанию земли предков» [10, с.45]. Урал воспринимался как единственное место для сохранения башкирского народа. В народной памяти осталась примета: не отдавать отцовский дом чужим людям. В общественном сознании уход сородича из родного края воспринимался как трагедия для будущего народа. Призывали сохранять единство народа и страны, жить на родной земле. Об этом свидетельствуют следующие пословицы: «Ил булғанда сәпсек үлмәй» («Пока есть страна, трясогузка не умрет»), «Айырылғанды айыу ашай, бүленгәнде бүре ашай» («Разлученного съест медведь, разделенного съест волк»), «Сит ерҙәрҙә солтан булғансы, үҙ ереңдә олтан бул» («Чем быть султаном на чужбине, будь ултаном на своей земле»).
С древнейших времен в сознании народа укореняются идеи гуманизма. Жизнь на Урале была открыта для всех, поэтому башкирский край становится местом обитания разных племен и этносов. Осуждались межплеменные войны и предательство интересов общества. Для укрепления связей между племенами практиковали сватовство (песня «Ҡара юрға» («Черный иноходец») [7, с.43–46].
Война, борьба, насилие рассматривались как средство борьбы над злом ради жизни человечества [3, с.77–78], но они не восхваляются. В песне «Томан» («Туман») подчеркивается трагичность вой­ны для каждого человека [7, с.57–58].
Цель главного героя эпоса «Урал-батыр» – сделать мир и человечество вечными – легла в основу мировоззрения башкир. Эта идея нашла отражение в их отношении к вопросам мира и войны. Башкирский народ никогда не предпринимал завоевательных походов против других народов, государств и территорий. В фольклорных произведениях можно найти упоминания о сопротивлении гуннам, монголо-татарам, Тамерлану. В эпосе «Ҡуҙыйкүрпәс» («Куз-Курпяч») подчеркивается, что башкиры не стремились завоевать другие земли и народы ради грабежа:

Беҙҙең ирҙәр ҡаһарман,
Сит ерҙәргә бармаған,
Ҡанға ҡанһы­рамаған,
Унда уттар һалмаған,
Түкмәгәндәр ҡара ҡан
Йыйыр өсөн харам мал;
Ҡырған улар дошманды
Донъяла иң уҫалды;
Ҡурҡынысты еңгәндәр,
Илгә именлек биргәндәр;
Беҙҙең батыр-сапсандар
Илгә зарар итмәгән,
Бары һунар сапҡандар [4, с. 81–82].
(Наши батыры удалые,
На чужую кровь не жадные,
Не ходили в страны дальние,
Не носили туда пламени,
Не пролили безвинную кровь
Для добычи столь неправедной.
Истребили с света белого
Врага лютого и злобного;
Избавляясь от опасности.
Всех избавили от пагубы,
Наши батыры удалые;
Звероловством занимаяся,
Никому вреда не делают) [8, с. 283–284].

В башкирском обществе существовали древние институты «барымта» и «ҡарымта», остатки которых сохранялись до конца XVIII века. Д.Ж.Валеев подчеркивает, что применение ҡарымта и барымта было обычным правом в решении конфликтов и оно связано «с проблемой равенства и справедливости» [10, с.75]. В эпосе «Акбузат» нашла отражение барымта (угон скота, умыкание женщин и т.д.). О существовании барымта и карымта между казахами и башкирами повествует легенда исторической песни «Бала ҡарға» («Грачонок») [7, с.32–37]. Легенды «Ете ырыу» [2, с.108], «Башҡорт тарихы» [6, с.69], «Мәмбәт» [2, с.124], «Ҡаҙаҡтар араһы» [2, с.128] описывают барымта между башкирскими племенами и казахами. Обратим внимание, что в легенде «Бәндәбикә менән Ерәнсә сәсән» осуждается барымта в отношении казахов [2, с.176–178]. По информации из фольклора, она прекратилась с вхожденим башкир в состав Российского государства. В легенде «Башҡорт тарихы» прекращение барымты связывали с постройкой укрепленной линии: «...башҡорт яғынан Таймаҫ тархан батшанан ике арала сик һыҙығын төҙөүҙе һораған. Ҡаҙаҡтар ҙа был яҡҡа, башҡорт еренә, сығып йөрөмәһен, шулай уҡ башҡорттар ҙа ул яҡҡа, ҡаҙаҡ еренә, сығып йөрөмәһен, тип сик һыҙығы төҙөлгән» [6, с.69]. О наличии ҡарымты повествуют легенды «Күсәкбей» [4, с.304–310], «Күсәк бей» [4, с.310–344], «Бабсаҡ бей менән Ҡарағөлөмбәт бей» [4, с.345–348], «Бөрйән нәҫеле» [6, с.71–72], «Ҡурыуҙы» [2, с.72], «Бабсаҡ менән Күсәк бей» (Ҡон ҡайтарыу) [2, с.168–172] (о мести сына за убийство отца между племенами кипчаков и бурзян). О необходимости мести говорится в песне «Ҡурташ» («Курташ»):

Дошман башын юймайсы,
Инде килмәм ташыңа.
Үс алмаһам дошмандан,
Антым етһен башыма.
(Я клянусь тебе, Курташ,
Не предам в борьбе, Курташ.
Если клятву не исполню,
Прокляни меня, Курташ!) [7, с.72–73].

Слогали песни проклятия. Например, «Тәфтиләү» («Тафтиляу»):

Ҡара ла ғына урман ҡая бите
Шаулайҙыр ҙа кисен, ел саҡта.
Ташҡайҙарға соҡоп яҙҙым ҡарғыш,
Ейәндәрем уҡыр бер саҡта.
(Скрывает лес скалу до самой выси,
Ветра шумят в деревьях, ветки гнут.
Проклятие, что на скале высек,
Внуки наши когда-нибудь прочтут) [7, с. 104–106].

Защита родной земли – дело чести батыра

В историческом развитии башкирского народа сформировалось убеждение о важности соблюдения договорных отношений, которые отвечали бы и их интересам. Использование мирных и состязательных методов для решения конфликтов нашло отражение в обычаях по условиям ведения войны [1, с.277].
В народном творчестве ярко отражено установление договорного отношения с монголо-татарами после оказания сопротивления. Подтверждением служит легенда «Мөйтән» [2, с. 164–165]. О сопротивлении монголо-татарам повествуется в легендах «Бөрйәндәр хан заманында» [2, с.159–160], «Биксура» [2, с.160–161], «Бошман-ҡыпсаҡ батыр» [2, с.161–162]. О борьбе с монголо-татарским игом в условиях нарушения договора рассказывает легенда «Аҡман-тоҡман» [2, с.162–163]. По договорным отношениям, обязанностью стало несение военной службы хану монгол-татар. Выполняя свои обязательства, башкиры участвовали в дальних военных походах ханов. Эта традиция продолжалась в период существования Казанского, Сибирского, Касимовского ханств.
О несении службы на восточной границе по обязательству говорится в легенде песни «Полковник Бутас» («Бутас полковник»): «После того, как Башкортостан присоединился к России, Белый царь обязал башкир нести воинскую повинность: наши войска должны были охранять восточные границы. Так рассказывал дедушка. Башкиры рода Барын оберегали свои земли со степной стороны. Пограничную крепость на земле Челябинской области построили башкирские егеты и мужчины. Там же был образован полк. Командиром полка был назначен военный человек по имени Бутас Тупеев. Он принимал участие во многих прежних войнах. Название аула Тупеево в нынешнем Учалинском районе связано как раз с этим полковником Бутасом Тупеевым. Есть Тупеевы и в ауле Карим» [7, с.124–126].
Однако защита родной земли, родного крова и сородичей считалась главной задачей. Например, это подчеркивается в легенде песни «Кахым-туря» (Ҡаһым түрә):
«–Довольны ли вы? – спрашивает царь.
– Все ничего, да когда бы не досаждали нам казахи, – отвечают башкиры.
После этого на границе по реке Яик, разделяющей башкир и казахов, заведены были казачьи поселения» [7, с.120–122].
Многочисленные восстания в XVII–XVIII веках против царской власти, поиск ханов среди чингизидов, провозглашение Карасакала ханом и поддержка Емельяна Пугачева как царя Петра III свидетельствуют о нетерпимости башкир к нарушению договоренностей. Нарушение договора в эпосе «Юлай менән Салауат» отражается как ограничение свободы страны:

Сәйет, Күсем, Аҡайҙар,
Ҡараһаҡал, Батырша –
Бары шунан буйлаған;
Иле өсөн азатлыҡ
Шул юл буйлап даулаған. [5, с.269].
(Саит, Акай и Кусюм,
Карасакал и Батырша –
Все там ходили из края в край,
По той дороге свободу стране
Добывали они в мятежах –
Поныне живет та дорога, ты знай!) [9, с.295].

Несмотря на нарушения договора со стороны царских властей, башкиры оставались верны своим обязательствам. В эпосе «Байыҡ Айҙар сәсән» сэсэн подчеркивает необходимость выполнения клятвы перед царской властью по защите общей страны во время вторжения французской армии в 1812 году:

Ил сигенә ят баҫҡан,
Ҡунаҡ түгел, яу асҡан.
Мәскәү бит оран һалған:
«Аҡ батшаға ант биргән
Ирҙәр менһен ат!» – тигән.
Батша бит һөрән һалған:
«Илде баҫты ят!» – тигән.
Минең дә һүҙем шул булыр:
Ант боҙғанға ни булыр? –
Таяныр терәге юҡ булыр,
Ҡаңғырып йөрөр Байыҡтай.
Тынлыҡ тапмай хур булыр [5, с.297].

(С призывом обратилась Москва:
«Кто государю присягал,
Пусть садится на коней!» –
Ведь царь весть нам такую дал:
«Враг на Отчизну нашу напал!»
Слово мое будет таким:
Кто клятву нарушил –
что станется с ним?
Не будет опоры таковым.
Как мытарствующий Баик
Покая не найдет ни на миг) [9, с.328–329].

В эпосе «Юлай менән Салауат» защита страны и народа рассматривается как путь к обретению престижного статуса в обществе:

Әгәр илде яҡлаһаң,
Илгә аға булырһың;
Әгәр илдән айырылһаң,
Илгә дошман булырһың [5, с.285].

(Если будешь страну защищать,
Будут как брата все уважать;
От страны оторвешься своей –
Будешь врагом ты ей) [9, с.316].

В эпосе «Байыҡ Айҙар сәсән» подчеркивается, что защита родины, страны – это совесть батыра:

Ҡыҙҙың һылыуын һайлаған,
Тыуған ерен һаҡлаған,
Ир намыҫын һатмаған
Батыры бар был илдең [5, с.291].

(Здесь егетами гарцевали,
Девушек себе выбирали, –
Никто не остался – все ушли.
Страна осталась, что их родила,
Дорога осталась, что их вела) [9, с.323].

В этом же эпосе воины, отправляющиеся на войну, говорят о важности защиты страны, утверждая, что защита родины – это защита их чести:

Яуҡайҙарға китәбеҙ, ант бирәбеҙ,
Намыҫыбыҙҙы яуҙа һаҡларбыҙ,
Һай, илкәйем, тыуған еркәйем;
Батырҙарҙан ҡалған йолаларҙы
Ҡанлы яуҙа беҙ ҙә аҡларбыҙ,
Һай, илкәйем, тыуған илкәйем [5, с.299].

(Поклявшись, мы уходим на войну,
В крутых сраженьях честь там сохраним,
Хай, страна моя, краса-земля моя.
Дела батыров, как завет их тоже,
Мы сохраним в боях и приумножим,
Хай, страна моя, краса-земля моя) [9, с.330].

По возвращении защитников родины с войны устраивали торжественные встречи, оказывали почести и слагали песни, танцы в их честь: «Наполеон еңеп, һуғыш бөткәс, уландары ҡайтҡанда, Байыҡ йөҙ ҙә ике йәштә булған, ҡурайҙа «Байыҡ» көйөн уйнап, батырҙарҙы ҡаршы алған» [5, с.299] («Когда, победив Наполеона и завершив войну, воины-сыновья воротились домой, старику Баику исполнилось сто два года; играя на курае песню «Баик», встречал он батыров» [9, с.331]).
В эпоху патриархального общества башкир защита и сила ассоциировались с мужчинами, что привело к формированию института батыров. Фольклорные произведения о Салавате Юлаеве и о других выдающихся личностях, чьи имена были прославлены за воинскую доблесть, способствовали созданию образа батыра. В эпизодах эпосов батыр показан как защитник, вершитель судьбы отечества, обладающий необычайными чертами. Он должен быть умным, физически сильным, обладать красноречием, любить родных и родную землю, обладать гордостью, честью, мудростью, знанием, непобедимым духом.
Таким образом, в мировоззрении башкир существовали традиционные понятия «Мир» и «Война», которые более ярко отражены в фольклоре. Основной идеей была защита человечества, природы и богатства родного края – Урала, страны башкир (Башҡорт иле), России, родных, свободы и вотчинного права. Эта идея определяла исторический выбор башкирского народа в различные периоды. Современные политические решения должны учитывать этот элемент менталитета, который позволил сохранить общество.

Литература

1. Башҡорт халыҡ ижады. Йола фольклоры. Т. 1. – Өфө: Китап, 1995. – 500 б.
2. Башҡорт халыҡ ижады. Риүәйәттәр, легендалар. Т. 2. – Өфө: Китап, 1997. – 440 б.
3. Башҡорт халыҡ ижады. Т.3. Эпос – Өфө: Башҡортостан «Китап» нәшриәте, 1998. – 448 б.
4. Башҡорт халыҡ ижады. Т.4. – Өфө: Башҡортостан «Китап» нәшриәте, 1999. – 400 б.
5. Башҡорт халыҡ ижады: 5-се том. Тарихи ҡобайырҙар, хикәйәттәр (иртәктәр). – Өфө: Китап, 2000. – 392 б.
6. Башҡорт халыҡ ижады. Риүәйәттәр, легендалар. – Өфө: Башҡортостан китап нәшриәте, 1980. – 416 б.
7. Башҡорт халыҡ йырҙары, йыр-риүәйәттәре / Автор-төҙөүсеһе Ф.А.Нәҙершина. – Өфө, 1997. – 288 б.
8. Башкирское народное творчество. Т.1. Эпос. – Уфа: Башкирское книжное издательство, 1987. – 544 с.
9. Башкирское народное творчество. Т.10. Исторический эпос. – Уфа: Башкирское издательство «Китап», 1999. – 392 с.
10. Валеев Д.Ж. Нравственная культура башкирского народа: прошлое и настоящее. – Уфа: Башк.кн.изд-во, 1989. – 256 с.
11. Валеев Д.Ж. Очерки истории общественной мысли Башкортостана. – Уфа: Китап, 1995. – 224 с.
12. Валиди А.-З. Воспоминания. – Уфа, 1996. (на башкирском языке) – 656 с.
13. Зарипов Н. Тарих һәм эпос / Башҡорт халыҡ ижады: 5-се том. Тарихи ҡобайырҙар, хикәйәттәр (иртәктәр). – Өфө: Китап, 2000. – 392 б.
14. Зарипов Н.Т., Сагитов М.М. Башкирский народный эпос / Баш­кирское народное творчество. Т.1. Эпос. – Уфа, 1987. – 541 с.
15. Салихов Г.Г., Галимов Б.С. Мифы в картине мира башкир. – Уфа: Китап, 2018 – 203 с.
16. Сәғитов М.М. Башҡорт халыҡ эпосының мифологик һәм тарихи ни­геҙҙәре. – Өфө: Китап, 2009. – 278 с.
17. Сәғитов М. Башҡорт халыҡ эпосы / Башҡорт халыҡ ижады. Т.3. – Өфө: Китап, 1998. – 448 б.