Все новости
БӨЙӨК ЕҢЕҮ
22 Июля , 14:42

Эхо прошедшей войны

Марие Грошова – известный ученый Чешской Респуб­лики, кандидат философских наук, автор фундаментального труда «На каждом шагу бой», посвященного истории 1-й партизанской бригады Яна Жижки (сентябрь 1944 – май 1945). Этой темой она занималась пятнадцать лет. Является автором многочисленных статей по новейшей истории и социальной философии.

Эхо прошедшей войны
Эхо прошедшей войны

– Пани Марие, расскажите, пожалуйста, как Вы пришли к теме партизанского движения?

– Я родилась в 1953 году в семье военнослужащего в словацком городе Нитра. Мой отец Йозеф Грош ушел на пенсию в звании подполковника. В Нитре родились и мои младшие сестры Павла и Ивана. Позже семья переехала в город Попрад, который находится на востоке Словакии. Но родные места моих родителей находятся в юго-восточной части Моравии, в селе под названием Моравский Писек. Во время школьных каникул мы постоянно ездили из Словакии в Моравию.
Как известно, в 90-е годы Чехословакия разделилась на Чешскую и Словацкую Республики. Получилось так, что мои детские и юношеские годы проходили в обеих республиках. Мы ездили по тем местам, которые теперь находятся вдоль границы между Словакией и Моравией, а тогда они были межоб­ластные, сейчас же – межгосударственные. Все это в последующие годы мне помогло при изучении партизанского движения в Чехословакии, но в детстве я еще не знала, что эти земли – места боевых действий партизан. В школьные годы я увлеклась историей Второй мировой войны. Читала книги о боях Красной армии и Чехословацкого армейского корпуса под командованием будущего президента Чехословакии генерала Людвига Свободы.
Однажды наш школьный директор, собрав всех будущих выпускников, сообщил о возможности учиться за границей – об этом было написано в официальном письме Министерства образования ЧР. И тогда я решила, что рискну. Из специальностей, которые перечислялись в этом письме, мне подошла философия, которую можно было изучать в СССР. После сдачи вступительных экзаменов у себя на родине получила письмо из нашего Министерства образования, в котором сообщалось о моем поступлении. Это было для меня и моей семьи большой радостью! Хочу заметить, что я была первым человеком в нашем роду, который получил высшее образование, да еще за границей.
Мои смелость и упорство повлияли и на моих сестер, которые следовали моему примеру. Отец мой был очень старательным человеком: он сам в это время был студентом-заочником одновременно в двух вузах, но по семейным обстоятельствам не смог их закончить. Причиной тому была болезнь матери, из-за которой она много времени находилась в лечебницах. Естественно, отцу было очень трудно: кроме военной службы ему приходилось заботиться о трех дочерях. Хочу заметить, что именно он поддерживал меня в моем стремлении к знаниям и учебе.
Так я стала студенткой философского факультета Московского государственного университета имени Ломоносова – это был 1972 год. Мне очень нравилось учиться в Советском Союзе, меня окружали умные и добрые люди, готовые помочь в любой ситуации. Появились новые знакомые и друзья, с которыми я проводила время. Я была счастлива, и казалось, что мой дальнейший жизненный путь четко определен – я буду преподавать в вузе. В первое время так и было.
После того, как получила дип­лом об окончании университета, я преподавала в горном институте города Острова, куда мы переехали по службе отца. Работу свою я очень любила и гордилась ею: у меня было огромное желание делиться своими знаниями со студентами. Но жизнь внесла свои, скажем так, приятные коррективы: я вернулась в Московский государственный университет в качестве аспирантки, а в 1986 году защитила кандидатскую диссертацию.
Из Москвы я приехала не одна – привезла в Чехословакию своего супруга Владислава, советского гражданина, и нашего ребенка, который родился в СССР. Нам срочно требовалась квартира или хотя бы общежитие. В Острове – городе шахтеров и металлургов, для меня, специалиста по гуманитарным предметам, никаких шансов не было. Тогда мне посоветовали, чтобы решить жилищную проблему, идти работать в Министерство обороны Чехословакии. Вот так и получилось, что пожертвовала своей профессией на некоторое время...
Действительно, через год получила обещанную трехкомнатную квартиру и подписала обязательство, что отработаю в Министерстве десять лет. Так я неожиданно для самой себя оказалась сотрудником отдела, которое выдавало справки борцам против фашизма и политическим узникам времен Второй мировой войны.
...17 ноября 1989 года в Праге начались массовые волнения: люди вышли на демонстрации, появились новые политические лидеры. Через неделю после этих событий мои чехословацкие однокурсники по факультету в МГУ, которые работали до этого времени в вузах, оказались безработными. Это означало, что и мне некуда было возвращаться. Но мне повезло. У меня была интереснейшая работа: я полностью погрузилась в историю Второй мировой войны и, прежде всего, партизанского движения, которое развивалось на территории современной Чешской республики. Целых двадцать пять лет я изучала судьбы людей в военное время.
В мои обязанности входили анализ данных, которые о себе сообщали ветераны войны, изучение архивных материалов и др. В итоге я делала заключение: насколько деятельность заявителя по времени и содержанию отвечает требованиям закона. После окончания Второй мировой войны в 1946 году Чехословацкий парламент принял закон «О военнослужащих зарубежной чехословацкой армии и остальных участниках национальной борьбы за освобождение». Граждане, чья деятельность отвечала условиям, установленным законом, получали об этом соответствующую справку. Кроме общественного признания и уважения эта справка давала ветеранам антифашистской борьбы возможность получать пенсионные надбавки и некоторые другие льготы.
В те годы начальником отдела работал ветеран войны Йозеф Шимичек, воевавший на восточном фронте в составе I Чехословацкого армейского корпуса генерала Людвига Свободы в СССР. Я до сих пор вспоминаю, с каким вниманием и пониманием он относился к ветеранам-фронтовикам, в этом смысле можно было чему у него поучиться. И когда он принял решение о том, что для улучшения нашей работы мы должны заниматься каким-то одним направлением борьбы против фашизма и оккупации, я выбрала партизанское движение. Так как с детства меня больше всего интересовало партизанское движение в Чехословакии. В моей памяти сохранились празднование годовщины Словацкого народного восстания, школьные мероприятия, книги и кинофильмы. Однако о чешском партизанском движении в то время я мало что знала.
Мои познания ограничивались чтением художественного произведения под названием «Смерть по имени «Энгельхень» Ладислава Мнячка, бывшего партизана бригады Яна Жижки.

– Пани Марие, Ваша книга увидела свет в 2012 году, через 67 лет после окончания войны. Выходили ли раньше научные труды о партизанском движении в годы Второй мировой войны?

– Надо отметить недостаточную изученность исторической наукой именно этого направления антифашистской борьбы в Чехословакии. Дело в том, что после войны антифашистское сопротивление, в том числе и партизанское движение, использовались не всегда корректно и правдиво, как аргумент в политической борьбе. Подчеркивалась его героическая сторона, а неудачи, просчеты, ошибки, неправильные решения, проигрыши и поражения, которые имели место, не упоминались. Как будто бы их вообще не было, а ведь удачи и неудачи сопровождают любую человеческую деятельность! И когда наступило время для более трезвого и глубокого изучения, вмешалась политика. Таким образом, в политических процессах 50-х годов пострадали многие участники движения Сопротивления, включая партизан. Вот таким образом, постепенно, у людей пропало не только желание делиться своими воспоминаниями, но и признаваться в участии в партизанской борьбе.
Отрицательно на желании заниматься партизанской темой сказывался еще негласный регламент в отношении того, о ком и о чем можно писать. Но, когда казалось, что все запреты исчезли, вместо настоящего исследования выдвинулась вперед вульгарная журналистика, которая выискивала отдельные эпизоды из жизни партизан, и по возможности отрицательного характера. Так, партизаны Чехословакии в 90-х годах превратились из героев в преступников, которые пьянствовали, насиловали, воровали и убивали. К тому же, отсутствовали оппоненты, которые бы не только дали отпор подобным взглядам, но и обладали в глазах общественности надлежащим авторитетом.
Как известно, Чехия и Моравия были оккупированы Германией с 15 марта 1939 года, немцами был установлен жесткий режим репрессий. Словакия же в отличие от чешской части республики вплоть до начала Словацкого национального восстания, которое вспыхнуло 29 августа 1944 года, была союзником Германии. Преследование противников фашизма здесь не было столь систематическим и успешным по сравнению с Чехией и Моравией.
Кроме того, чешская и словацкая части республик отличались и по природным условиям. Например, в северной и средней части Словакии, где большую часть занимают высокие горы и лесные массивы, была возможность создания партизанских баз и лагерей. Здесь партизаны смогли пользоваться радиостанцией, в результате чего при изучении партизанского движения в Словакии материалов оказалось несравненно больше, чем в Моравии.
Как я уже говорила, в круг моих рабочих обязанностей в Министерстве обороны входило, прежде всего, изучение чешского партизанского движения. В то время больше всего поступали заявления от партизан и их помощников партизанской бригады имени Яна Жижки. Ее полное правильное название – «1-ая Чехословацкая партизанская бригада имени Яна Жижки». Она была крупнейшим партизанским формированием, которое действовало во время войны на территории нынешней Чешской Республики. Во время изучения ее истории я впервые услышала имя вашего соотечественника, гражданина Республики Башкортостан, славного командира этой бригады Даяна Баяновича Мурзина.

– Когда Вы впервые встретились с Даяном Баяновичем Мурзиным?

– Впервые встретились мы с ним на одной из ежегодных встреч партизан, которые проводились в 70-е годы прошлого века по инициативе самих партизан бригады. Это был улыбчивый симпатичный мужчина среднего роста, который стоял в окружении своих соратников. Меня представили ему: «Это наша Марушка». Мы подали друг другу руки и Даян Баянович сказал: «Хорошо, хорошо, Мария. А про наших партизан будете писать?» Я смутилась, так как в это время еще не была готова к такому серьезному шагу.
После этой встречи мы виделись с командиром бригады еще несколько раз, когда он приезжал в Чехословакию. В такие редкие и памятные встречи мы беседовали с ним по несколько часов подряд. Даян Баянович всегда охотно говорил со мной, но с годами у человека память ухудшается, иногда он уже не помнил некоторые имена и фамилии, из его памяти стерлись какие-то детали событий.
Он высоко ценил мой труд над книгой и сердечно благодарил меня за это. И не только меня, но и партизан и подпольщиков, многочисленных патриотов, искренне помогавших бригаде.
Даян Баянович оценивал период жизни в Моравии как самый тяжелый и сложный этап своей боевой биографии. Никогда нельзя было исключить возможность предательства. Поэтому, уже будучи командиром бригады, установил четкую систему проверок, паролей, постоянно работала разведка, анализировались не только донесения партизан, но и местных жителей. В то же время был благодарен за помощь местного населения, которые укрывали партизан и доставали им еду, медикаменты, предупреждали об акциях немцев. Помню, однажды он тепло сказал: «Это были золотые люди! Без их помощи мы бы сами ничего не смогли делать».
Даян Баянович был совсем молодым командиром, ему было всего 23 года, и выглядел он как юноша. Иван Петрович Степанов, комиссар бригады, посоветовал ему отпустить бороду. Он так и сделал. С бородой он выглядел старше.
Несмотря на молодость, он был смелым, отважным и опытным командиром, командовал крупнейшим партизанским объединением, которое действовало в рамках границ сегодняшней Чешской Республики. Навсегда имя Даяна Баяновича Мурзина вошло в историю нашей страны. Я горжусь тем, что имела честь общаться с таким замечательным человеком, написать книгу о нем и о славных делах партизан бригады имени Яна Жижки.
Чтобы продолжать работу над своей книгой, я перевелась в Прагу, в Военно-историческом архиве как раз нужен был архивист. Мне помогали мои знания и конспекты, архивные материалы и многочисленные письменные заметки по делам партизан. Ведь я вела записи бесед с живыми участниками движения Сопротивления на протяжении почти 15 лет! Но этого было мало. Поэтому мне пришлось часто ездить и в Моравию, чтобы еще ближе ознакомиться с местностями, где шли партизанские бои и совершались диверсии. Много раз приходилось ездить и в Моравский краеведческий музей, где хранится письменное наследие историка Йозефа Пшикрыла.
Упоминая имя этого уникального историка, хочу подчеркнуть, что именно он был первым исследователем истории партизанской бригады. Йозеф Пшикрыл, написав подробную монографию, которая охватила первый этап истории бригады, сделал огромную историческую работу! Его монография начинается с описания событий в августе 1944 года, когда разведчики будущей бригады совершили десант. Предполагаемый партизанский отряд должен был дислоцироваться в северной части западной Словакии.
Десант был составлен из граждан СССР, у которых был опыт партизанской борьбы против фашизма. Чехословацкие граждане, которые входили в состав десанта, являлись бывшими солдатами словацкой армии, которая воевала во время войны на стороне немцев. Они добровольно перешли на советскую сторону и принимали участие в партизанском движении в Белоруссии и Украине, в Одессе. Отряд пополнялся за счет новых бойцов уже в пути, он двигался на запад в сторону Моравии. Командиром отряда был чехословацкий гражданин Ян Ушияк, ему было тридцать лет.
В отряд проникли гестаповские агенты. В результате их действий были тяжело ранены командир и начальник штаба. Эти неприятные события произошли 2 ноября 1944 года. Раненый командир Ян Ушияк укрывался у местных жителей, чтобы не попасть живым в руки гестапо, покончил с собой. Мурзина спрятал чешский патриот и антифашист Инджих Ткач. Именно на этих событиях заканчивается книга историка Йозефа Пшикрыла, которая была издана в 1976 году в городе Остраве. К сожалению, трагическая смерть в автокатастрофе навсегда прервала его работу над историей бригады. Я высоко ценю труд своего предшественника, его научное значение. Чтобы изучить и осмыслить накопленный им материал, несколько лет постоянно ездила в Брно. Старалась в своих сочинениях сохранить его логику изложения и подтвердила сделанные им выводы.
Так у меня накопился огромный материал и в то же время его не хватало. Проблема заключалась в субъективном характере абсолютного большинства письменного материала. Иногда мне казалось, что не справлюсь с поставленной задачей, за которую взялась. Одному человеку это просто было невозможно. Мои тревоги подкрепила и смерть главного инициатора и организатора нашего проекта – партизана Яна Ондровчака. В эти трудные для меня моменты меня поддержала дочь одного из партизан Гана Фабиянкова, которая просила, чтобы я довела до конца начатую работу над историей бригады. «Неважно, что многие события не раскрыты до конца, или где-то могла ошибаться, но все это исправимо, – говорила она. – Ты ни в коем случае не должна разочаровать тех, кто тебе доверяет и ждет».
Разговор с ней и ее слова мне дали силу и уверенность. Я подвела черту под поисками новых материалов в районных архивах и местных администрациях, и начала работать с теми фактами, что у меня накопились. Текст я писала десять месяцев, и потом четыре месяца вносила исправления и дополнения.

– Уважаемая пани Марие, в конце нашей беседы хотелось бы спросить Вас о личном. Давно ли Вы были в Москве, скучаете ли по студенческим годам?

– Очень-очень скучаю и вспоминаю. В Москве я была в последний раз в 2020 году. Посетила МГУ им.Ломоносова, где прошли мои самые счастливые годы. И в первый момент у меня нахлынули чувства и потекли ручьем слезы... Москва оставила в моей памяти, мыслях и душе самые теплые воспоминания и самый светлый след. И такой останется навсегда.
Здесь я познакомилась с мужем Владиславом Дмитриевым. Первые годы жизни после переезда в нашу страну семье было очень трудно. Я видела, как муж скучает по родине, тоскует по родным и близким. Нам было трудно и в материальном плане. В то время нам обоим было по тридцать лет и мы начинали все с нуля. Когда у супруга не стало родителей, мои были живы, они доброжелательно относились к нему и старались помочь обжиться в новом месте. То, что он был русский, вызывало, конечно, много неоднозначных реакций. Я старалась защитить его в различных ситуациях. Все, кто знает моего супруга, уважают его как доброго, порядочного, отзывчивого человека.
Так как мой супруг был художником, он продолжал писать картины и после переезда в Чехословакию. Здесь у него появились новые сюжеты и впечатления. По образованию он архитектор, городской пейзаж был его любимой темой. Когда мы встали на ноги, он открыл собственную галерею и продавал картины. Продавал и работы русских художников и друзей. Кто был в Праге, возможно, видел его картины в галерее, которая находится у Карлова моста.

– А чем занимается ваш сын? Есть ли у вас внуки?

– Сначала казалось, сын пойдет по стопам отца. Но мечты и желания родителей, увы, не всегда сбываются. В настоящее время он работает менеджером и ему эта работа нравится.
Сейчас у нас растут двое внуков: мальчик и девочка, и, конечно же, они радуют нас. Но заранее предугадать, кем они станут, когда вырастут, что их ждет впереди, пока рано, ведь старшему всего четыре года. Изо всех сил буду стараться, чтобы мои внуки полюбили книгу.

– Чтобы Вы хотели пожелать читателям журнала?

– От души поздравляю читателей с великим праздником 9 Мая! Это долгожданный праздник не только советского народа, но и всего мира, потому что был побежден сильнейший враг человечества – фашизм. Недаром через год после войны Герой Советского Союза генерал Людвиг Свобода, тогда еще министр национальной обороны, обратился к партизанам 1-ой Чехословацкой партизанской бригады имени Яна Жижки с такими словами:
– Вы выполнили свою миссию честно, вы принесли своему отечеству огромные жертвы во имя освобождения. Ваши военные действия я оценил тем, что украсил ваше знамя Чехословацким военным крестом 1939 года.
Но вы не имете право почивать на лаврах прошлого. Сейчас настало время, когда каждый, и вы прежде всего, должен принимать не менее героические действия на поле мирного строительства. Вы должны быть примером и ныне...
День 9 Мая всегда был и нашим праздником. Но с тех пор, как закончилась война, прошло 77 лет, сейчас и люди, и обстоятельства изменились. Думающие совестливые люди по традиции ходят к памятникам освободителей, поставленным советским солдатам, которые отдали свою жизнь на нашей земле. Также будет и в этом году.

– Спасибо Вам, уважаемая пани Марие, за столь содержательный и интересный рассказ. Сердечно поздравляем Вас и ваших близких с праздником Победы, желаем вам всем здоровья, счастья!


Интервью взяла Миляуша Годбодь.

Фотографии из архива М.Грошовой.

Партизанский бункер
Даян Мурзин
Партизаны перед боем
В.Дмитриев. «Озеро»
Партизанский бункер
Читайте нас в