Челобитная башкир Уфимской провинции на имя императрицы России

Как известно, башкиры в середине XVI века добровольно вошли в состав Русского государства. В этой связи исключительно важным является вопрос об условиях вхождения, ибо он существенно влиял на положение башкирского народа в стране в последующие века.

Исторические источники свидетельствуют, что правительство царя Ивана IV прежде всего гарантировало башкирам нормальную, спокойную жизнь, защиту как от притязаний их бывших властителей, так и вторжений соседних народов. Во-вторых, правительство пошло на серьезную уступку башкирам по земельному вопросу. Оно не только сохранило за ними все занимаемые ими земли, но и признало за башкирами вотчинное право на землю. В-третьих, правительство обещало не трогать религию башкир, не переводить их насильственно в другую веру. В-четвертых, правительство обязалось не вмешиваться во внутреннюю жизнь башкирского населения. Власть на местах была оставлена в руках башкирских биев.

Итак, Русское государство пошло навстречу коренным интересам башкир. Башкиры, в свою очередь, сделали не менее серьезные уступки Русскому государству. Прежде всего, они признали себя его подданными. Башкиры далее согласились нести ряд повинностей: платить ясак — поземельную подать и выполнять военную службу за свой счет. На них была возложена охрана государственной границы с казахскими ханствами. Башкиры должны были участвовать также во всех войнах России. Наконец, вхождение Башкортостана значительно расширило территорию Русского государства. Границы страны на юго-востоке стали простираться до рек Яик и Тобол. Как видно, присоединение башкир способствовало политическому и экономическому усилению России. Таким образом, стороны нашли общий язык, пошли на взаимовыгодные уступки. Условия присоединения отвечали интересам и башкир, и Русского государства.

Достигнутые результаты были итогом двухэтапных переговоров между сторонами. В 1554—1556 годы послы башкирских родов вели переговоры с цар­ским наместником в Казани о присоединении к Русскому государству. Переговоры завершились в 1556—1557 годы в Москве вручением башкирским послам жалованных грамот царя Ивана IV. Итогом переговоров было заключение договора между ними. Царские жалованные грамоты, в которых зафиксировано письменное соглашение сторон по принципиальным вопросам, можно фактически отнести к разряду договоров. Эти жалованные грамоты — договоры как важный государственный документ легли в основу взаимоотношений между Русским государством и башкирами. Все последующие русские цари и правительства вплоть до Октябрьской революции 1917 года признавали их как основной государственный акт по управлению башкирами, исходили из их основных положений в своей политике относительно башкир. А последние, в свою очередь, считали грамоты непреложным для себя государственным законом, ответственно относились к выполнению всех их положений, начиная от признания себя подданными Русского государства и кончая уплатой налогов и несением военной службы. Об этом же свидетельствует и то, что башкиры в защите своих прав широко использовали жалованные грамоты, опирались на них в борьбе за свои права.

Наличие договора о правах башкир не означало, что в последующие века его положения действовали автоматически, ибо с середины XVII века царские власти стали нарушать положения договора. Поэтому башкирам приходилось подавать челобитные и использовать другие способы в защиту своих прав.

В XVII—XIХ века челобитные подавались на имя местной и центральной власти. Челобитные были индивидуальные и коллективные (от имени жителей одной или группы волостей, целой “дороги”). По наиболее важным вопросам башкиры подавали челобитные от имени всего народа — населения всех четырех дорог. Подобные челобитные русские цари рассматривали самым серьезным образом, по ним принимали конкретные решения, нередко удовлетворяя основные просьбы и предложения башкирского народа.

Одна из таких всебашкирских челобитных была подана на имя императрицы Анны Ивановны в 1733 году. В документе не указано, в каком месяце и где она составлена. Но в конце челобитной есть приписка одного из канцеляристов: “Слушано июня 11 1733 году.”1 . Исходя из этого можно предположить, что жалоба была составлена в первой половине 1733 года на всебашкирском съезде. Она была доставлена в столицу весной 1733 года башкирским посольством, состоящим из четырех выборных людей: Коджа-батыра Кутлуева из Бурзянской волости Ногайской дороги, Капай-батыра Байшанова из Кущинской волости Сибирской дороги, Ахмера муллы Бураева и Ибрагима Кутаева из Елдякской волости Казанской дороги. Челобитная подписана 38 представителями 22 волостей всех 4 дорог, в том числе очень известными деятелями башкирского народа XVIII века, своеобразной его элитой, вождями прошедших и будущих восстаний, главами волостей (старостами), тарханами, муллами, батырами.

На челобитной первым стоит тамга тархана Бурзянской волости Алдарбая Эсенгильдина (Исянгильдина), вождя восстаний начала XVIII века, героя Азовских походов русской армии середины 90-х годов XVII века.

Многие сражения средневековья начинались с единоборства богатырей сторон. Успех своего богатыря вдохновлял воинов на победу. Одному из сражений под Азовской крепостью предшествовал подобный поединок воинов. Отстаивать честь российской армии царь Петр I поручил молодому башкиру Алдару. Официальный документ так характеризует этот его подвиг: “В Азовском походе ранен тремя ранами и выезжал на поединок и убил выезжего напротиву себя черкашенина, тако ж и поймал собою языка одного крымчанина и объявил блаженныя и вечнодостойныя памяти Его Императорского величества Петру Великому и за ту ево послугу убитого на бою брата Давлетбая тело для отвозу во свояси отдано ему Алдару и даны ему с прогонами подводы”2 .

Очередную услугу Алдар Исянгильдин оказал царской России в начале 30-х годов XVIII века. Одним из важных целей внешней политики России в первой трети XVIII века являлись установление постоянных торгово-экономических связей с казахскими жузами и среднеазиатскими ханствами, налаживание прямой торговли с Индией и другими дальними странами Востока. Однако попытки Петра I пробиться в эти страны через Каспийское море и Западную Сибирь не увенчались успехом. Но политическая обстановка конца 20-х — начала 30-х годов XVIII века как бы подсказала правительству новый путь решения старой проблемы — через Казахстан и Среднюю Азию.

Башкиры, казахи, каракалпаки систематически общались друг с другом, советовались по многим вопросам. Представители башкирской верхушки были широко известны казахам и каракалпакам. Особенно большим авторитетом у них пользовался тархан Алдар Исянгильдин.

Когда в середине 20-х годов XVIII века разгромленные джунгарами казахи Младшего жуза были прижаты к южным башкирским владениям, то их хан Абулхаир вынужден был обратиться к царской России с просьбой о подданстве. Состояние источников пока не позволяет определенно утверждать, что предшествовало принятию ханом этого решения, кто мог ему давать подобные советы. Но П.И.Рычков, приехавший в Башкирию в составе Оренбургской экспедиции, затем в качестве секретаря сопровождавший ее командиров во встречах с казахскими ханами, к тому же являвшийся первым историком Оренбургской экспедиции, прямо утверждал, что Алдар привел Абулхаир-хана в российское подданство: “Означенной Алдар, как выше упомянуто, в 1707 году главным бунтовщиком был, но получа в том тогда прощение, жил в Башкирии, не выежжая никуда до тех пор, пока он не нашел случай киргис-кайсацкого Абулхаира-хана в российское подданство привести, от которого взяв посланцов, в 1730 году в Уфу приехал, и с ними у двора Ея Императорского Величества был, а потом с Тевкелевым, будучи в киргисской орде, служил”3 .

Эти знатные деяния Алдара в пользу царской России одновременно способствовали повышению авторитета последнего в глазах царских властей. Но когда того требовали коренные интересы своего народа, он не колеблясь вставал в их защиту, вплоть до организации вооруженного сопротивления.

Восстания начала XVIII века вошли в историю как наиболее крупные и результативные движения башкирского народа. Они достаточно полно описаны в исторической литературе. Царские войска оказались не в состоянии разгромить эти восстания. Правительство Петра I вынуждено было удовлетворить основные требования восставшего народа. Все участники сопротивления, в том числе предводители, получили полное прощение4 .

Новое наступление царского правительства на права башкирского народа началось в середине 30-х годов XVIII века. Башкиры ответили на эту политику восстаниями 1735—1736, 1737—1738, 1739—1740 годов. Но в это время соотношение сил в крае изменилось в пользу царских властей, которые “огнем и мечом” стали подавлять выступления народа. В этих восстаниях Алдар Исянгильдин не участвовал ввиду преклонного возраста. Но он не мог остаться безучастным к злодеяниям царских карателей. Например, массовое недовольство башкир вызвало требование властей об уплате повстанцами штрафа в казну строевыми лошадьми. Без этого даже пришедшие с повинной повстанцы не могли получить прощение. Но в условиях массового разорения в ходе боевых действий и карательных экспедиций выполнить это требование было очень трудно. Алдар Исянгильдин пытался освободить повстанцев от этой обязанности, неоднократно обращался к представителям царской администрации по этому поводу. Однако начальники Оренбургской комиссии генерал-лейтенант В.А.Урусов и Башкирской комиссии генерал-майор Л.Я.Соймонов не шли ни на какие уступки. Тогда он стал просить у последних, чтоб они разрешили ему съездить в столицу с челобитной по этому вопросу. Такое поведение Алдара не понравилось генералам. Начальники опасались, как бы Алдар не раскрыл перед правительством творимые ими бесчинства в крае и решили с ним расправиться. Они пригласили Алдара “яко знатного и верного старшину” приехать к ним для переговоров “…о некоторых делах, касающихся до башкирского усмирения и удовольствия”. Алдар, хотя не исключал возможности своего ареста генералами, тем не менее в начале марта 1740 года поехал в Самару, к генералу Урусову. Его опасения оправдались. Вместо переговоров Алдар и несколько знатных башкир, приехавшие с ним в Самару, были арестованы Урусовым и отправлены в Мензелинск, к Соймонову, якобы для следствия. Последний после нескольких допросов с применением жестоких пыток 16 мая 1740 года казнил Алдара и его товарищей, обвинив их в участии в восстании5 . Так прервалась жизнь Алдара Исянгильдина, одного из самых выдающихся деятелей башкирской истории конца XVII — первой половины XVIII века.

Текст данной челобитной также важен для решения еще одного немаловажного вопроса — выяснения фамилии Алдар-батыра. Дело в том, что в одном официальном документе 30-х годов XVIII века она дана в форме Исякаева. Отсюда, некоторые историки считают, что отца Алдара звали Исякай.

Среди челобитчиков оказалось много батыров. Из таких людей Ногайской дороги можно отметить Коджу Кутлуева, Шиму Калтарсакова, Бекходжу Кутагаева из Бурзянской, Сеита Яраткулова из Юрматынской волостей, Сибирской дороги — Таймаса Шаимова из Кара-Табынской, Тюлкучуру Алдагулова из Кудейской, Кусямыша Юлкоджаева из Айлинской, Мансура Илкаева из Сызгинской, Капая Байшанова из Кущинской волостей, Казанской дороги — Султанбека Мятикова из Елдякской волости. Из тарханов, кроме Алдара, свои тамги поставили Кидрас Муллакаев из Кара-Табынской, Исякай Малдуров из Кудей­ской волостей.

Из мулл среди челобитчиков был Ахмер Бураев из Елдякской волости Казанской дороги. Его, кроме того, избрали в состав посольства для поездки в столицу с челобитной.

Интересно отметить, что в 1733 году эти челобитчики были едины в отстаивании прав своего народа. Но в ходе восстаний 1735—1736, 1737—1738 и 1739—1740 годов они не сумели сохранить свою солидарность. Некоторые заняли антиповстанческие позиции, содействовали властям в подавлении восстания. Были также колеблющиеся.

Среди руководителей восстания прежде всего следует отметить Тюлькучуру-батыра Алдагулова, Мендиара Мишарова и других. Тюлькучура Алдагулов являлся одним из самых активных боевых предводителей восставших, храбрым командиром, нанесшим немало крупных поражений карательным командам. Сторонниками властей оказались Кузяш Рахмангулов из Кущинской и Таймас-батыр Шаимов из Кара-Табынской волостей. Колебались Кидрас-тархан Муллакаев из Кара-Табынской, Муса Кашкалтаев из Уршак-Минской волостей.

Переходя к анализу челобитной, надо отметить, что она затрагивает ряд очень важных для народа аспектов. В начале челобитной башкиры благодарят императрицу Анну Ивановну за указ от 12 мая 1732 года о соли: ”А в прошлом году всемилостивейший Вашего Императорского величества указ о соли нам объявлен. За что желая Вашему Императорскому величеству многолетнего здоровья непоколебимого и благополучного государствования навеки и со всепокорнейшим нашим благодарением и о протчих делах наших с прошением мы вышеписанных 4-х человек отправили”.

Чтобы читатель мог понять важность этого указа для башкир, нужно дать небольшое разъяснение. В 1705 году в России была введена государственная монополия на соль. Население обязали покупать ее в казенных магазинах. Жители были недовольны казенной монополией из-за дороговизны соли. Поэтому довольно широко была распространена подпольная частная торговля солью. Чтобы пресечь нарушения закона, власти во многих местах устанавливали заставы с военными командами. Но были и исключения из этого общего правила, в частности, для башкир. Как известно, большое количество соли в стране, к тому же самого высокого качества, в это время добывалось в находящихся юго-западнее города Оренбурга илецких месторождениях, которые располагались на вотчинных землях башкир Ногайской дороги. Поэтому царские власти разрешали башкирам добывать там соль для собственного употребления.

В 1728 году власти восстановили вольную торговлю солью, но казенная монополия вновь была введена в 1731 году. 10 февраля 1732 года по докладу Соляной конторы именным указом императрицы Анны Ивановны ”… в низовых городах в Астраханской и в Казанской губерниях и в Уфимской провинциях в пристойных местах, откуда провозится степная илецкая соль, велено учинить заставы, чтобы тамошние степные народы и другие обыватели оную соль мимо городов тайно не вывозили и мимо казны не продавали …бывают от башкирцов, калмыков и казаков тайные провозы … продают всяким людям мимо казны … ездя в Уфимской и Казанской уезды, на Сызрань, на Самару, в Алексеевск, в Сергиевск…”6 .

Как видно, данный указ не запрещал башкирам по-прежнему бесплатно пользоваться илецкой солью, но на территории Уфимской провинции учреждались заставы. Правда, эти заградительные команды под видом борьбы с тайным провозом препятствовали башкирам добывать и привозить ее для собственных нужд. Поэтому почти сразу после принятия этого указа башкиры обратились к правительству с челобитной о сохранении своих прав пользоваться илецкой солью. В ответ 12 мая 1732 года появляется указ Сената ”О учреждении в Уфимской провинции застав для преграждения тайного провоза и продажи соли”, где говорится о том, что в Уфимской ”…провинции заставы поставить и разъезды учредить… со стороны великороссийских городов, а в самих башкирских жилищах тех застав не ставить и довольствовать им тою солью между собой по прежним указам”. Итак, башкирам разрешали добывать соль для собственных нужд, но запретили ее вывозить в города и уезды Среднего Поволжья для продажи. Они могли ее продавать только казне. Указ этот обязал офицеров соляных застав заключать с башкирами договоры о ценах за доставленную соль, ”деньги выдавать без задержания и назначить удобные места для приема соли”7 .

Затем в челобитной совершенно верно говорится не только о том, что башкиры в России пользуются особыми привилегиями (”… как предки Вашего Императорского величества, так и Ваше Императорское величество нас нижайших рабов ваших в высочайшей императорской милости содержать изволите … и пред протчими провинциями нашу Уфинскую провинцию в особливой милости содержать изволите”), но и конкретно называется причина такой политики: ”… понеже в древния лета предкам Вашего Императорского величества прадеды, деды и отцы наши в подданство пришли”8 .

Не менее интересны рассуждения челобитчиков относительно условий добровольного вхождения башкир в состав Русского государства. Они утверждают, что земли, которыми они владели, живя в составе прежних ханств, затем были пожалованы их предкам русскими царями, ”…милостиво указали и нам оными ж владеть”9 . Другими словами, земли, которые были закреплены за башкирами русским царем Иваном IV, издревле являлись их вотчинными владениями.

В исторической литературе утвердилось мнение о незначительном размере башкирского ясака, установленного царским правительством при присоединении. На самом деле трудно судить, был ли легким или трудным этот ясак для того времени.

Подобный же размер ясака А.Н.Усманов, известный исследователь Башкортостана, объясняет следующим образом. Царское правительство учло, во-первых, тяжелое экономическое положение башкир, ибо ему были хорошо известны крайняя их бедность и разоренность в результате голода, междоусобиц и грабежа со стороны прежних правителей — ногайских феодалов. Кроме того, по его мнению, правительство, понимая особую важность добровольного вхождения, выгодность этого процесса для обеих сторон, считало необходимым его поддержать и поощрить. Поэтому вносимый башкирами ясак вначале являлся не столько значительным взносом в царскую казну, сколько символизировал подданство башкир Русскому государству10 .

Но, к сожалению, подобное обоснование легкости башкирского ясака не подкреплено фактическим материалом. В данной челобитной башкир имеется убедительный ответ, почему царское правительство определило такие платежи: ”А по чему прежним ханам с тех земель и вод ясаку платили, о том платеже мы и великим государем подлинно доносили и быть в верном подданстве присягали. С которого времяни с тех от великих государей з жалованных земель и вод и звериной и рыбной ловли с меду и с соли лисицами и куницами и медом в казну Вашего Императорского величества бездоимки платили. А сверх того и подводы даем, не имая прогонных денег”11 .

Как видно, русское правительство при присоединении башкир сохранило тот ясак, который башкиры несли в пользу прежних своих владетелей. Кроме того, это решение русского царя вполне согласуется со средневековыми традициями — новые правители по возможности стремились не менять существующие порядки.

Затем в челобитной подробно говорится об основном вопросе — земельном. Представляют большой интерес конкретные сведения этой челобитной об основных контурах территории исторического Башкортостана. В ней говорится: ”А ныне у нас нижайших рабов Вашего Императорского величества земли и воды: а имянно называемую реку Тобул, озеро Чапалай, реку Мияч, которые в Кунгурском уезде… Тако ж Казанской дороги у башкирцов, которые живут по реке Каме…”. Своей землей они называют также илецкие месторождения соли12 . Хотя историкам в настоящее время известна территория башкирских земель XVII—XVIII веков, но ценны материалы об этом, исходящие от башкир XVIII века.

Далее челобитчики жалуются на захват их земель переселенцами: на реках Тобол и Миасс их земельные угодья ”кунгурцы насильством отимают”; ”Казанской дороги у башкирцов, которые живут по реке Каме называемую реку Ак Иль отнимает казанской купец С.А.Огородников под предлогом якобы имеет он у себя на ту реку крепости… Тако ж яицкие и сакмарские казаки старинную соль нашу к себе насильством же присвояют, в чем ко удержанию которых за собою мы никакого способа не имеем”. Вновь возвращаясь к землям по реке Каме, челобитчики утверждают, что ”те земли и реки Ак Эдиль начало из наших земель и протчие реки, в нее впадавшие из нашей же земли и по обеим сторонам той, сенные покосы, с рыбными ловли и со всеми угодьи нам башкирцам пожалованы, на которые земли от всемилостивейшего великого государя жалованную грамоту мы у себя имеем … ныне те земли насильством отимают сарапульские, каракульские, города Бира и мензелинские обыватели”. Башкиры обращаются к императрице с просьбой, чтобы она повелела бы их земли ”… на откуп не отдавать и неправильные крепости писать запретить”, ибо они издревне владеют своими землями, аккуратно платят в казну ясак и службу несут.13

Как видно, в центре внимания челобитчиков находилась защита своих вотчинных земельных угодий. В этом смысле данная челобитная является как бы продолжением общебашкир­ской челобитной, привезенной в Москву в 1694 году представителями всех четырех дорог в составе Тлеша Бегенешева, Кармана Бекбова, Ишека Ишкильдина, Кулчюра Кильмякова ”с товарищи” и рассмотренной в сентябре 1694 года в Приказе Казанского дворца. Правительство приняло грамоту об ограждении вотчинных прав башкир и запрещении отдавать их земли и угодья русским и другим пришлым людям в оброк, в тягло и в службу.14

В челобитной поднимается еще один немаловажный для жителей вопрос — о функционировании судопроизводства на основе Корана. В ней говорится о том, что некоторые споры между башкирами рассматриваются муллами на основе Корана, но принятые решения не выполняются по вине ”… людей, которые уничтожают суд”. Здесь, по-видимому, подразумеваются представители уфимской администрации, которые мешали судопроизводству на основе мусульманского права. Челобитчики просили принять меры по обеспечению функционирования мусульманского судопроизводства в крае.15

Челобитная завершается просьбой о том, чтобы уфимского воеводу П.Д.Кошелева ”не переменять”, т.е. оставить на очередной срок, ибо он ”… по прибытии к нам на Уфу и поныне народ наш весьма охраняет и ото всех дел защищает”. Подобные просьбы башкир в их челобитных XVII—XVIII веков встречаются нередко. Возможно, власти в Москве учли это пожелание башкир. По крайней мере, ко времени приезда в Уфу И.К.Кирилова во главе Оренбургской экспедиции в 1735 году воеводой Уфимской провинции являлся П.Д.Кошелев.

Этот документ хранится в Москве, в Российском государственном архиве древних актов (РГАДА) в фонде Правительствующего Сената 248. Дела по Камер-Коллегии. Кн.821. На листах 228—229 дано краткое изложение содержания челобитной. На л.229 об. (оборот) есть пометка канцеляриста ”Слушано июня 11 1733.”

На л. 230—237 имеется русский текст документа, а на л. 238—240 приложен текст этой челобитной на языке тюрки.

Хочется надеяться, что публикуемый документ заинтересует историков-исследователей и преподавателей истории для уточнения и конкретизации ряда важнейших аспектов присоединения башкир к Русскому государству и политики царского правительства в крае в XVII—XVIII веках.

Непонятные термины и слова объясняются в примечаниях.





Перевод с татарского письма,

писанного к Ея Императорскому величеству

от башкирцов



Всепресветлейшая державнейшая и всемилостивейшая

мужественнейшая великая Государыня Императрица и

самодержица Всероссийская16 .



Уфинского уезду 4-х дорог башкирцы и разные народы выбрали мы из оных дорог от каждой по одному человеку и послали оных к Вашему Императорскому величеству с нашим покорнейшим прошением. А в прошлом году всемилостивейший Вашего Императорского величества указ о соли нам объявлен17 . За что желая Вашему Императорскому величеству многолетнего здравия непоколебимого и благополучного государствования навеки и со всепокорнейшим нашим благодарением и о протчих делах наших с прошением мы вышеписанных 4-х человек отправили. Ибо как предки Вашего Императорского величества, так и Ваше Императорское величество нас нижайших рабов ваших в высочайшей императорской милости содержать изволите и всякие вины наши прощаете и пред протчими провинциями нашу Уфинскую провинцию в особливой милости содержать изволите и все прошении наши за благо приемлите. И во всех Вашего Императорского величества указах к нам высочайшую императорскою милость являть соизволите, понеже в древния лета предкам Вашего Императорского величества прадеды, деды и отцы наши в подданство пришли. И тогда в бытность их в подданстве у прежних ханов, которыми землями и водами они владели, и великие государи теми же землями и водами их пожаловать и милостиво указали и нам оными ж владеть. А по чему прежним ханам с тех земель и вод ясаку платили, о том платеже мы и великим государем подлинно доносили и быть в верном подданстве присягали. С которого времяни с тех от великих государей з жалованных земель и вод и звериной и рыбной ловли с меду и с соли лисицами и куницами и медом в казну Вашего Императорского величества бездоимки платили. А сверх того и подводы даем, не имая прогонных денег. А вышеписанными землями и водами владеем мы исстари без крепостей18 . Для того что великие государи пожаловали нам тою землею, которою и прежде сего предки наши владели, ныне и мы владеем. А протчие народы некоторые на те земли жалованные грамоты и крепости имеют, которыми во время приезду в Москву от великих государей пожалованы. А ныне у нас нижайших рабов Вашего Императорского величества земли и воды: а имянно называемую реку Тобул, озеро Чапалай, реку Мияч19 , которые в Кунгурском уезде, и землями нашими кунгурцы насильством отимают. Тако же яицкие и сакмарские казаки и старинную соль нашу к себе насильством же присвояют, в чем ко удержанию которых за собою мы никакого способа не имеем. А ежели у нас с ними случаются какие ссоры и за то держат нас в городех под арестом, откуды чрез великия взятки освобождаемся; Тако же Казанской дороги у башкирцов, которые живут по реке Каме, называемую реку. Ак ил20 , отнимает казанской купец Сава Афанасьев сын Огородников под предлогом якобы имеет он у себя на ту реку крепости. И продчие земли и угодьи, показывая ложные крепости, отимают. На которые места оные крепости написаны на 15, 20 и на 30 лет, якобы взяли они на откуп. А нас ниже именованных 4-х дорог башкирцов земли и реки никогда на откуп не отдаются и теми землями сами башкирцы всегда владеют. А ныне российские люди теми землями нашими насильством владеют и неправильные крепости на ту землю нашу представляют. А прежде сего оные из найму у нас на тех землях наших зверей бивали, соль брали и рыбу лавливали, как издревле от предков Вашего Императорского величества от великих государей и от Вашего величества и поныне тех земель наших на Ваше Императорское величество не отбирают и никакой обиды нам не чинится. Понеже те земли и реки Ак Идел начало из наших земель и протчие реки, в нее впадавшие из нашей же земли и по обеим сторонам той реки Ак Эдил21 , леса, пашенные земли, сенные покосы, с рыбными ловли и со всеми угодья нам башкирцам пожалованы на которые земли от всемилостивейшаго великого государя жалованную грамоты мы у себя имеем. А ныне те земли насильством у нас отимают сарапульские, каракульские, города Бира и Мензелинския обыватели.

Всемилостивейшая государыня императрица просим Вашего Император­ского величества да повелит державство Ваше которыми землями и со всеми угодья издревле прадеды, деды, отцы, тако ж и мы владеем, дабы пожаловать оных на откуп не отдавать и неправильные крепости писать запретить, понеже мы нижайшие раби Вашего Императорского величества положенной на нас ясак без доимки в казну Вашего Императорского величества платили и как верные рабы Вашему Императорскому величеству служим. Так же и впредь от той службы нас не отставить. И когда между народами нашими какие ссоры произойдут и которые пожелают по закону нашему судом производить, а потом оной производя и нарушают. И дабы указом Вашего Императорского величества повелено было таких людей, которые уничтожают суд — обвинять и по важности дела чинить им наказание.

Господин полковник и воевода Петр Дмитриевич Кошелев по прибытии к нам на Уфу и поныне народ наш весма охраняет и ото всяких дел защищает. И того ради всепокорнейше просим Вашего Императорского величества дабы оного воеводу господина Кошелева не переменять.

А сим всепокорнейшим прошением по мирскому выбору и за подписанием мирских знаков отправили мы ниже именованные башкирцы 4-х человек башкирцов же, а имянно: первый — Нагайской дороги деревни Буржан22 Коджа батыря Кутлуева; 2 — Сибирской дороги деревни Косчи Капай батыря Байшанова, 3 — Казанской дороги деревни Елдек Ахмер муллу Бураева да Ибрагима Кутаева.

На подлинном прошении 4-х дорог от башкирцов приложены знаки по сему:

Нагайской дороги деревни Буржан тархан Алдар-бай Эсенгильдин по прошению всей деревни и за себя тамгу свою приложил;

Той же деревни Буржан Шима батыр Калтарсаков тамгу свою приложил;

Сибирской дороги деревни Табин23 Таймас батыр Шаимов по прошению всей деревни и за себя тамгу свою приложил;

Деревни Айли24 Кюсамыш батыр Юлкоджаев по прошению всей деревни и за себя тамгу свою приложил;

Казанской дороги деревни Елдек25 Султанбек батыр Митиков тамгу свою приложил;

Той же деревни Елдек Юсуп Оразов по прошению всей деревни и за себя тамгу свою приложил;

Усинской дороги Муртаза сотник Кайпулов по прошению всей деревни и за себя тамгу свою приложил;

Той же деревни Юмушли Тахтар Давиняев тамгу свою приложил;

Деревни Юрмады26 Сеит батыр Ярадкулов тамгу свою приложил;

Деревни Бурджан Тойгун бай Купландыев тамгу свою приложил;

Деревни Табин Кыдрач тархан Молакаев по прошению всей деревни и за себя тамгу свою приложил;

Деревни Айли Кадиккул Туймасов тамгу свою приложил;

Деревни Тирнак27 Мандар Мишаров тамгу свою приложил;

Деревни Барун28 Курманай бай Куляев тамгу свою приложил;

Деревни Сызги29 Мансур батыр Илкаев тамгу свою приложил;

Деревни Кюди30 Абдук Килчурин тамгу свою приложил;

Деревни Кудай31 Бекчедар батыр Туюков тамгу свою приложил;

Деревни Куди Юсуп Тпруч Тарханов сын тамгу свою приложил;

Деревни Барун Табын Гаиб Ишанов тамгу свою приложил;

Сулейман Иштуганов тамгу свою приложил;

Деревни Куди Исякай тархан Малдуров тамгу свою приложил;

Деревни Куди Тюлкичора Алдагулов тамгу свою приложил;

Итжемес Алдагулов тамгу свою приложил;

Нагайской дороги деревни Китай32 Жанбек Оскавылов тамгу свою приложил;

Деревни Мин Муса Кашкалтаев тамгу свою приложил;

Мавлюд Илембетов тамгу свою приложил;

Деревни Мин33 Ногай тархан Жавгилдиев тамгу свою приложил;

Казанской дороги деревни Каршин34 Токтар Нуркаев тамгу свою приложил;

Казанской дороги деревни Яилан35 Яркей Янчурин тамгу свою приложил;

Нагайской дороги Сефер Хафизов тамгу свою приложил;

Нагайской дороги деревни Тамьян36 Хасан Кулушев тамгу свою приложил;

Казанской дороги деревни Кыргис37 Хусейн Тиляшев тамгу свою приложил;

Деревни Ялан38 Атагул Ишанов тамгу свою приложил;

Деревни Кожчи39 Кочаш Рахманкулов тамгу свою приложил;

Мандар Мишаров тамгу свою приложил;

Казанской дороги деревни Ялан Дюмай Давов тамгу свою приложил;

Нагайской дороги деревни Буржан Бекходжа батыр Кутагаев тамгу свою приложил;

Сибирской дороги деревни Кошчи40 Капач руку и тамгу свою приложил;

К сему прошению по мирскому приговору Казанской дороги деревни Елдек Ахмер молла Бураев руку приложил;



Переводил переводчик

Мустафа Турченинов.

Примечания



1 РГАДА. Ф. 248. Кн. 821. Л. 229 об.

2 Вельяминов-Зернов В.В. Источники для изучения тарханства, жалованного башкирам русскими государствами. СПб., 1864, с. 26-28.

3 Рычков П.И. История Оренбургская. Уфа, 2001, с. 134.

4 Акманов И.Г. Башкирские восстания XVII – начала XVIII вв. Уфа, 1993, с.243-244.

5 Материалы по истории Башкирской АССР. Ч.1. М.-Л., 1936. №183, 187, с. 406-419, 434-435.

6 ПСЗ РИ-1. Т.8. №5955.

7 ПСЗ РИ-1. Т.8. №6053.

8 РГАДА. Ф.248. Кн.821. Л.231.

9 Там же.

10 Усманов А.Н. Присоединение Башкирии к Русскому государству. Уфа, 1960, с. 103.

11 РГАДА. Ф,248. Кн.821. Л.231 об.

12 Там же. Л.232.

13 Там же. Л.232-234.

14 Материалы по истории Башкирской АССР. Ч.1. С.- Л., 1936, №13.

15 РГАДА. Ф.248. Кн.821. Л.233 об.

16 Челобитчики обращаются к императрице Анне Ивановне, которая правила Россией в 1730—1740 гг.

17 Имеется в виду указ Сената от 12 мая 1732 г. (ПСЗ РИ-1. Т.8. №6053).

18 Башкирские волости владели своей землей на основе жалованных грамот Ивана IV и последующих царей. Но ввиду отсутствия частной собственности на землю отдельные члены общины не имели документов на землю, как, например, русские феодалы на свои вотчины и поместья.

19 Реки Тобол и Миасс.

20 Реку Каму башкиры называли Ак иль, Ак Идел, Ак Эдил.

21 Ак Идел, Ак Эдил — здесь подразумевается р.Кама.

22 Деревня Буржан — имеется в виду Бурзянская волость.

23 Деревня Табин — имеется в виду Кара-Табынская волость.

24 Деревня Айли — имеется в виду Айлинская волость.

25 Деревня Елдек — имеется в виду Елдякская волость.

26 Деревня Юрмады — имеется в виду Юрматынская волость.

27 Деревня Тирнак — имеется в виду Тырнаклинская волость.

28 Деревня Барун — имеется в виду Барын-Табынская волость.

29 Деревня Сызги — имеется в виду Сызгинская волость.

30 Деревня Кюди — имеется в виду Кудейская волость.

31 Деревня Кудай — имеется в виду Кудейская волость.

32 Деревня Китай — имеется в виду Катайская волость.

33 Деревня Мин — имеется в виду Минская волость.

34 Деревня Каршин — имеется в виду Каршинская волость.

35 Деревня Яилан — имеется в виду Иланская волость.

36 Деревня Тамьян — имеется в виду Тамьянская волость.

37 Деревня Кыргис — имеется в виду Киргизская волость.

38 Деревня Ялан — имеется в виду Иланская волость.

39 Деревня Кожчи — имеется в виду Кущинская волость.

40 Деревня Кошчи — имеется в виду Кущинская волость.

Акманов И.


Copyrights © Редакция журнала "Ватандаш" 2000-2018