Идейно-эстетические источники и природа мировоззрения м.Уметбаева

 В 2016 году исполняется 175 лет со дня рождения великого башкирского просветителя Мухаметсалима Уметбаева (1841—1907). Ведя речь о его творческом пути, необходимо обратиться к теоретическим, философским и другим трудам, без которых невозможно глубоко проникнуть в природу мировоззрения, понять смысл и историческое значение многогранного научно-литературного наследия автора.
Как известно, к моменту формирования М.Уметбаева как творческой личности башкирский народ вступил на путь капиталистического развития с довольно сильной художественной культурой, включающей фольклор, изустную и письменную литературу, которые уже характеризовались наличием великолепных произведений во многих жанрах.
Неудовлетворенность существующим порядком, поиски лучшего общества, счастливой жизни, призыв к борьбе за свободу были главными идеями фольклора и изустной литературы. Скажем, башкирские легенды, кубаиры о таких батырах, как Жик Мэргэн, Бушман и другие, героические эпосы «Урал-батыр», «Акбузат», «Алпамыша», «Кусяк-бий», или же цикл кубаиров сэсэна Баик-Айдара насыщены идеями патриотизма, единства народа в борьбе против иноземных захватчиков, притеснителей и феодалов, защиты интересов народа. А в произведениях «Заятуляк и Хыухылыу», «Кузыйкурпяс и Маянхылыу», «Алдар и Зухра», в песнях сэсэнов Буранбая и Ишмухамета эти идеи соединились с темой борьбы за свободу личности. Такие идеи, по-разному отразившиеся в различных жанрах фольклора и изустной литературы, разумеется, не могли не оказать известного влияния на формирование мировоззрения М.Уметбаева. А то, что в его опубликованных трудах, рукописях встречаются многочисленные образцы фольклора и отдельные высказывания о них и о поэтах-сэсэнах М.Акмулле и Х.Жданове, не только указывает на хорошее знание писателем духовного богатства своего народа, но и свидетельствует о том, что изустная литература была важным источником его творчества.
Значительную роль в интеллектуальном развитии М.Уметбаева сыграла и письменная литература, заключающая в себе, наряду с произведениями оптимистического, гуманистического характера, и произведения религиозно-мистического содержания. Влияние находящихся на различном идейно-эстетическом уровне произведений на формирование М.Уметбаева как писателя и мыслителя нашло довольно сложное отражение в его сознании. Он высоко ценил любимые народом произведения «Юсуф и Зулейха», «Тахир и Зухра» и в то же время, судя по архивным материалам, не оставался равнодушным и к произведениям религиозного толка, к творениям башкирских поэтов-суфистов. Однако в целом он критически относился к доктринам ортодоксального суфизма, в противовес поэтам-суфистам цель своей жизни видел в служении народу, основой своего творчества считал реальную действительность. Преобладающую роль сыграло здесь влияние творчества таких прогрессивных представителей башкирской и татарской интеллигенции, как М.Иванов, С.Кукляшев, Ш.Марджани, М.Биксурин, М.Акмулла и другие.
Одним словом, богатейший башкирский фольклор, довольно развитая изустная и письменная литература, творчество прогрессивных представителей нарождающейся башкирской интеллигенции явились одним из могучих источников формирования мировоззрения М.Уметбаева. Без наличия серьезных традиций многовековой башкирской культуры и, естественно, не опираясь на них, М.Уметбаев не смог бы стать одним из талантливых деятелей культуры и науки своего народа.
Как известно, какой бы ни была та или иная литература, малой или великой, она не может существовать изолированно, без связей с другими литературами, питаясь только своими собственными соками. В своем развитии литература каждого народа, именно общаясь с литературами других народов, воспринимая и творчески используя их достижения и опыт, становится более зрелой и богатой. Рассматривая другие пласты идейных истоков мировоззрения М.Уметбаева, очень важно иметь в виду эту истину. Было бы неверно представить М.Уметбаева творческим деятелем, замкнувшимся в узконациональных рамках и изолированным от мировой культуры, литературы и науки. На формирование его мировоззрения особенно благотворное влияние оказало творчество восточных поэтов и мыслителей.
С произведениями восточной литературы М.Уметбаев ознакомился еще в годы учебы в Оренбургском кадетском корпусе и не расставался с ними до конца своей жизни. К сожалению, мы не имеем точного списка всех прочитанных им произведений. Поэтому иногда трудно установить, какими именно источниками пользовался он в своих духовных исканиях. Тем не менее, даже разрозненные и отрывочные сведения, разбросанные в его научных трудах, стихотворениях, записях различного характера и письмах, позволяют утверждать, что он был хорошо знаком с творениями Абулькасима Фирдоуси, Саади Ширази, Хафиза Ширази, Низами Гянджеви и Алишера Навои. Например, в одном из своих писем, отправленных из Петербурга родным, он сообщил о своем повторном прочтении «Шахнаме» Фирдоуси, а в другой рукописи привел несколько биографических данных о нем и в конце поместил одну из газелей Саади Ширази.
Вообще, Фирдоуси и Саади Ширази были самыми любимыми авторами М.Уметбаева. Он интересовался не только произведениями самих классиков таджикской и персидской литератур, но и широко распространившимися на Востоке легендами, сказаниями и трудами, содержащими различные сведения о жизненном и творческом пути этих поэтов. У нас есть основания утверждать, что башкирский писатель и ученый был знаком и с другими произведениями восточной классической литературы, различными путями достигшими Урало-Поволжья и распространенными среди местного населения и в рукописной, и в печатной форме. Во всяком случае, упоминание им в своих записях шедевра мировой литературы — сказок «Тысячи и одной ночи», высказывание о «Сейфуль-Мулюке» как об одном из известнейших произведений во всей России, свидетельствуют об этом.
Изучение устного творчества родного народа, научно-литературного наследия своих предшественников, а также произведений восточных классиков не могло до конца удовлетворить ищущую натуру М.Уметбаева. Стремясь глубже и всесторонне познать мир, он обращается к передовой русской литературе, к прогрессивной русской общественной мысли, которые были для него лучшим источником знаний, хорошей школой, возбудившей в нем интерес к науке и просвещению, воспитавшей у него чувство уважительного отношения ко всем народам России. Знакомство с передовой русской общественной мыслью, наукой и литературой во многом способствовало повышению его культурного и теоретического уровня, углублению общественно-политических взглядов.
Период изучения творчества таких видных русских писателей, как А.С.Пушкин, И.А.Крылов, Н.В.Гоголь, Л.Н.Толстой и другие, явился вершиной в формировании мировоззрения М.Уметбаева. Он не ограничивался только чтением произведений этих писателей, но и стремился проникнуть в суть идей, проблем, поднятых в их творчестве, интересовался их философскими, этическими и педагогическими воззрениями. Он с увлечением собирал и изучал материалы периодической печати и серию трудов о замечательных людях России, монографии и учебные пособия по русской литературе. Часть одного из учебников даже сохранилась в его архиве.
М.Уметбаев особо интересовался творчеством Л.Н.Толстого. Яркое тому подтверждение — снятие им копии с письма, посланного 23 октября 1902 года из Константинополя на имя Л.Толстого одним из ревностных проповедников исламской религии Воиновым Асфендиаром Зианетдиновичем, и перевод тех мест монографии «Очерки по истории русской литературы» (1902) видного русского критика, историка литературы Е.А.Соловьева (1867—1905), где речь идет о взглядах великого русского писателя на «прогресс современности» и взаимоотношения между простыми народными массами и интеллигенцией. В архиве М.Уметбаева встречаются и другие материалы, касающиеся жизни и творчества Л.Толстого.
Как известно, литературная, научная и общественная деятельность М.Уметбаева проходила в условиях развития революционно-освободительного движения в России. Революционно-демократические идеи выдающихся представителей русского освободительного движения не могли не оказать определенного влияния на формирование прогрессивных взглядов передовых деятелей нерусских народов России. Общий дух общественно-политических, философских и особенно этических взглядов революционных демократов в той или иной мере нашел отражение в их воззрениях, в том числе и в мировоззрении башкирского просветителя-демократа М.Уметбаева. Так, его мысли относительно морального усовершенствования человека тесно перекликаются с высказываниями некоторых революционных демократов о том, что добродетель должна быть сознательной. «Истинно добр только тот, кто разумен, — писал, например, В.Г.Белинский в своей статье «Опыт системы нравственной философии», — следовательно, только те поступки, которые происходят под влиянием сознающего разума, могут называться добрыми... иначе верная собака и послушная лошадь были бы существами самыми добродетельными» [1]. В этом вопросе М.Уметбаев стоит на той же позиции. По его мнению, разум должен быть одним из основных требований нравственности. «Если человек будет образованным, следовательно, и благочестивым, то все его поступки, дела будут чудесами», — говорит он и призывает своих соплеменников «проявить большой интерес к любому явлению окружающей нас действительности, искренне заниматься наукой, развивать просвещение», быть здравомыслящими, справедливыми, простыми и вежливыми людьми [2].
Важно и то, что М.Уметбаев, так же как и лучшие сыны русского народа, вполне определенно говорит о роли общественной среды в жизни человека и в формировании его характера. Если жизненные условия, поведение, поступки человека зависят от того, в какой среде он живет, то, по его мнению, надо ее улучшить. Однако просветитель-демократ не поднялся до понимания революционно-демократических идей, необходимости устранения социально-экономических основ неравенства. Он встал на путь реформизма, и в одном лишь оздоровлении нравственной обстановки в семье и школе, в некоторых изменениях, сдвигах в системе хозяйствования, управления и просвещения видел возможность вызволения трудового народа из тяжелой, беспросветной жизни и создания для него достойных условий существования. Причины бедственного положения человека он искал и в его субъективных качествах. Все это, в свою очередь, привело его к дидактизму, к рационализму. Этим же обусловлен его подход к литературе с педагогической точки зрения. В своих произведениях он стремился пробудить в родном народе чувство человеческого достоинства, подавленного в условиях средневекового варварства и деспотизма, установить такие нормы морали, которые диктовались бы здравым смыслом и справедливостью. Именно в нравственном совершенствовании людей и освобождении их от балласта, оставленного патриархально-феодальным строем, в распространении знаний и просвещения он видел единственный путь преодоления отсталости, улучшения материального и духовного благосостояния родного народа.
Не остались вне внимания М.Уметбаева и труды классиков русской педагогики. Он с большим интересом изучал произведения К.Д.Ушинского, Л.Н.Толстого и в своих произведениях, касаясь вопросов обучения, воспитания и морали, часто опирался на их педагогические и нравственные идеи. Обращает на себя внимание тот факт, что при усвоении мыслей русских педагогов он учитывал условия жизни своего народа, его психологию, положительные традиции, обычаи и нравы. В своих суждениях по вопросам воспитания у детей и подростков человечности, бескорыстия, справедливости, честности, уважения к старшим, снисходительности к младшим, наряду с мыслями К.Д.Ушинского, Л.Н.Толстого, он опирается на богатый опыт народной педагогики. «Эй, дитя, не проводи времени напрасно, без дела, стремись к знаниям. Учись упорно и прилежно. Всегда с раннего утра иди по прямой дороге до школы и обратно в опрятном виде. В пути приветствуй всех старших, веди себя скромно, не дерись с ребятами. Если кто-нибудь из них начинает драку, то обязательно постарайся удержать его от этого дурного поступка поучительными словами, а иногда даже путем применения силы. Никогда не давай младших и слабых в обиду», — говорит писатель. Он призывает детей не расти людьми лживыми, зловредными и чванливыми: «С малых лет воздержитесь от дачи ложных сведений, написания фиктивных бумаг, потому что клеветничество и ложь равноценны воровству» [3].
Внимательное изучение идейного наследия М.Уметбаева убеждает нас в том, что его освоение творчества русских педагогов шло в плане осмысления их опыта. Опираясь на идеи передовых представителей русской культуры, он старался создать свою теорию по тем или иным вопросам жизни. Так, он открыто заявляет о своем несогласии с «отдельными мыслями графа Толстого в вопросах морали и воспитания», в частности, в вопросах взаимоотношения мужчин и женщин, семьи и брака. По его глубокому убеждению, эти вопросы должны решаться, исходя из принципов честности, искренности, чистоты и в моральном, и в физиологическом отношениях [4].
Желание сделать свой народ счастливым через просвещение, развитие его культуры привело М.Уметбаева на путь творческих исканий в полном смысле этого слова. Он старался ознакомить родной башкирский народ со всеми прогрессивными явлениями в жизни других народов. Вне внимания писателя-гуманиста, живущего с такими добрыми намерениями, не остались и культурные достижения народов Западной Европы. Его интерес к духовным богатствам, созданным в странах Запада, был подчинен просветительским идеям: необходимой предпосылкой вступления башкирского народа на путь прогресса он считал его приобщение к культуре передовых наций, в особенности русского и западноевропейских народов. Он был убежден, что ни исторические дали, разделяющие народы на протяжении веков, ни языковые и религиозные различия, ни другие соображения идеологического или иного порядка не могут быть помехой обмену между народами духовными ценностями и приобщению башкирского народа к достижениям мировой цивилизации [5].
М.Уметбаев особенно интересовался историей, философией и литературой античного мира, в которых великие наставники, учителя рабочего класса видели один из значительных элементов мировой культуры, продолжающих и сейчас «доставлять нам художественное наслаждение и в известном отношении служить нормой и недосягаемым образцом» [6]. В ознакомлении М.Уметбаева с этими «недосягаемыми образцами» мировой культуры и литературы роль «моста»
сыграли русский язык и литература. Именно знание русского языка, ориентация на русскую культуру и литературу помогли ему разобраться в ценностях античной, вообще западноевропейской культуры и использовать их в своих трудах, пропагандировать среди родного народа.
Как видно из статей «О городе Риме», «О науке мудрости», М.Уметбаев имел довольно широкие представления об истории, философии и литературе античного мира. Гомер, Софокл, Пифагор, Сократ, Платон, Аристотель, Клавдий Птолемей, Цицерон, Юлий Цезарь, Октавиан Август, Корнелий Сулла, Гай Марий, Гней Помпей, Лиссиний Красс, Диоклетиан, Константин, Корнелий Сципион, Румул Августул — вот неполный перечень великих представителей античной истории и культуры, имена которых фигурируют в этих статьях и других записях М.Уметбаева.
М.Уметбаев не только интересовался художественными завоеваниями, историей и философией Рима и Греции, но и проделал большую работу по ознакомлению родного народа с «мудрыми словами европейских народов», с их достижениями в областях культуры, науки и техники. Первым ученым и писателем из башкир, мечтавшим перевести на родной язык произведения Шекспира, Гёте и Шиллера, призывавшим башкирских, татарских деятелей культуры взяться за это и впервые в истории башкирской педагогики обратившимся к трудам выдающегося чешского гуманиста и философа-педагога Яна Амоса Коменского, был именно М.Уметбаев. В своей просветительско-педагогической деятельности М.Уметбаев часто опирается на дидактику чешского педагога. Как и Коменский, главной задачей обучения и воспитания он считал формирование человека, любящего свой народ, свою родину, обладающего высокими нравственными качествами, впервые в истории башкирской педагогики поднял вопрос о необходимости воспитания детей с малых лет. «Если позаботитесь о молодых саженцах, кустиках и создадите им хорошие условия для их роста, — следует Коменскому Уметбаев, — то они вырастут. Детей нужно воспитывать именно до совершеннолетия. Обязанность матери, отца и наставников — дать детям правильное воспитание, начиная с раннего детства. Ведь в народе говорится, что молодое дерево можно прогибать как угодно, но, если оно выросло, этого сделать невозможно» [7].
Следует подчеркнуть, что М.Уметбаев вовсе не был слепым подражателем кого-либо из указанных выше писателей, ученых и мыслителей. Каждое положение, каждую мысль он старался провести через собственную критическую мысль, и свою концепцию строил применительно к своей эпохе, к нуждам реальной жизни родного края, своего народа.
Миропонимание М.Уметбаева довольно сложно и противоречиво. Это особенно ярко проявляется в его философских воззрениях, в которых, с одной стороны, заметны следы влияния творчества классиков Востока, передовой русской и западноевропейской культуры, а также устного народного творчества и прогрессивных традиций национальной общественно-политической мысли, с другой стороны — мусульманской схоластической философии. Правда, влияние первых берет верх над последней. Но элементы религиозно-мистической философии продолжают наличествовать в мировоззрении М.Уметбаева до последних дней его жизни, хотя в практической жизни и объяснении основного вопроса философии, т.е. вопроса об отношении сознания к бытию, мышления к материи, он становится на позицию материализма. Природа в его понимании существует объективно и независимо от нас, и человеческий ум, который он считал плодом упорного труда и воспитания, может познать ее. В природе нет ничего недоступного человеческому разуму. «Удивительные камни, родники, растения, — говорит М.Уметбаев, — все доступно и дорого властелину ума» [8]. По его мнению, разумные существа постигают тайны природы с помощью научных опытов, жизненной практики и мышления. Исходя из этого, он призывает людей не держаться за старое, а овладевать ремеслами, просвещаться, знакомиться с достижениями науки и сам же оказывает неоценимую помощь своему народу в ознакомлении с основами различных наук, интересными сообщениями, научно-техническими открытиями и разными новостями современности.
Ознакомление с научными трудами, стихотворениями и различными записями М.Уметбаева убеждает нас в том, что «он стоял на позиции диалектического метода мышления. Явления природы, вещи, по мнению М.Уметбаева, не изолированы друг от друга, а взаимосвязаны, оказывают друг на друга влияние и находятся в постоянном движении и развитии. При этом такой взгляд на реальный предметный мир у него не является общим, абстрактным теоретическим рассуждением, оторванным от жизненной практики. Он видит развитие, изменение не только в предметах и явлениях природы, но и в человеческом обществе, в повседневной жизни народа. Более того, М.Уметбаев поднимается до понимания диалектической связи между законами природы и общественного развития, роли и значения общественной среды в формировании личности» [9]. Например, считая, что в жизни человека, так же как и в природе, есть своя «осень» и «весна», в ряде своих стихотворений, особенно в публицистических статьях, он стремится выявить причины, лежащие в основе этих явлений, и показать родному народу пути превращения «осени» человеческой жизни в «весну». Но М.Уметбаев не смог до конца проникнуть в самую сущность диалектики движения и развития. Он был еще далек от понимания того, что в основе постоянного процесса развития и изменения явлений мира лежит их противоречивая природа. Непонятным осталось для него и то положение диалектики, что движение, изменение и развитие могут быть и эволюционными, и революционными. Но важно то, что для объяснения процесса обновления явлений мира он не обращался к воле божества, а на возникшие вопросы искал ответы в самой природе. Он видел, как на его глазах меняется мир, знал, что в мире вещей нет ничего постоянного и неподвижного, что все эти изменения происходят не по вине небесного повелителя, хотя не мог себе представить, как возник мир, какая сила приводит его в движение. М.Уметбаев был бессилен дать правильный научный ответ на все эти вопросы. Тогда он поневоле прибегает к крайности — ищет первопричину всего сущего вне природы, и тем самым, не доводя до конца свое материалистическое понимание природы, сползает на путь объективного идеализма. Следовательно, его материализм непоследователен и половинчат. М.Уметбаев признает объективное существование внешнего мира и возможность познания его человеком, но в то же время пытается доказать, что создателем мира и его явлений является бог, который сотворил их целесообразно, с пользой для человека, наделил человека сознанием, способным подчинить себе как живую, так и неживую природу. «Бог, — пишет М.Уметбаев, — создал неисчислимые богатства, живую и неживую природу. Чтобы человек знал цену этим сокровищам, познал и использовал их в своих интересах, он наделил его разумом...» Но, дав жизнь природе, ее явлениям и человеку, бог, по его мнению, в дальнейшем не вмешивается в их дела: он не является повседневным наставником человека. Многое зависит от самого человека, от его разума и от окружающих его людей. М.Уметбаев крайне отрицательно относится к тем, кто, ссылаясь на божью волю, предается лени, не занимается созидательным трудом, не стремится к знаниям, совершенствованию своих моральных качеств, не думает о своем будущем. По его мнению, чтобы человек трудился, заботился о своем благополучии, отстаивал свои интересы, господствовал над силами природы, бог сделал его «...не животным, а наделил всеми необходимыми органами... и самой дорогой во всем мире «вещью» — сознанием» [10].
Как известно, такое истолкование отношения бога к миру, к человеку есть деизм, присущий миропониманию многих прогрессивных мыслителей прошлого. А как указывал К.Маркс, «деизм — по крайней мере для материалиста — есть не более, как удобный и легкий способ отделаться от религии» [11].
Эти деистические идеи М.Уметбаева, в сущности, противостоят догмам мусульманской религии, которая боролась против всяких проявлений вольнодумства. Разумеется, это еще не говорит, что творчество М.Уметбаева, вообще вся его просветительская деятельность были свободны от религиозных мотивов.
Отношение М.Уметбаева к религии менялось. Молодой Уметбаев особой религиозности не проявляет. Скажем, в одной из своих записей он объясняет на русском языке совершение разновидных религиозных ритуалов мусульман, комментирует отдельные суры Корана, а под конец сам же подчеркивает, что эти священные строки «должны были писаться только арабскими буквами, написание же их другими буквами — грех», и тем самым дает знать о своем нарушении канонов ислама [12]. Со временем религиозные элементы пустили довольно глубокие корни в его сознании. Но он не был фанатиком, слепым поклонником религиозных догматов. Если ислам, согласно которому ни один лист дерева не падает без ведома бога, противопоставлял свои догмы просвещению, то М.Уметбаев ищет какую-то гармонию между ними, стремится «примирить» религию с наукой, при этом он отдает предпочтение последней и высоко оценивает деятельность тех, кто интересуется ею, основами современного производства, приобретает профессиональные навыки. Без науки, без людей, изучающих ее, М.Уметбаев не представляет себе будущего. Он призывает соплеменников «не остаться равнодушными к науке и производственно-профессиональным знаниям» и, стремясь доказать свою мысль о том, что ученые и мастера есть выдающиеся представители рода человеческого, пишет, что «сам бог возвысил их над людьми». Как и многие просветители Востока, считая, что шариат не отрицает того, что установлено человеческим разумом, при решении тех или иных вопросов он стоит на позиции принятия во внимание не только установок шариата, но и научных данных.
Основанные на такой философии общественно-политические взгляды М.Уметбаева также противоречивы и ограничены. Он не дошел до понимания того, что развитие общества определяется не случайными факторами, а обусловливается законами развития производства и борьбы противостоящих сил и явлений.
Один из первых исследователей творчества М.Уметбаева З.Шарки пишет, что в стихотворениях М.Уметбаева «капитализм отображен однобоко», что «он не различал историческую прогрессивность капитализма по сравнению с феодальными, патриархально-родовыми отношениями» [13]. С этим мнением З.Шарки трудно согласиться. В действительности же между высказываниями З.Шарки и взглядами М.Уметбаева, звучащими как программа, нет ничего общего, так как он одной из причин бедственного положения своего народа считает низкий уровень его экономики и призывает башкир овладевать навыками земледелия, разными видами ремесла, ратует за строительство мастерских, железных дорог, за создание в крае новых промыслов и тем самым, хотя и в несколько примитивной форме, выступает за установление капиталистических отношений среди башкир. А если в некоторых своих стихотворениях он изображает капитализм только в черных красках, как некую силу, разрушающую и расшатывающую все, в том числе веками устоявшиеся и пустившие глубокие корни в сознании народа обычаи и традиции, то в этом в первую очередь повинны жестокая национально-колониальная политика, проводимая царизмом по отношению к инородцам, и ее последствия.
Конечно, из-за отсутствия действительно научного взгляда на развитие человеческого общества М.Уметбаев не смог увидеть все сложности и противоречия капиталистического развития. Своими мыслями, делами целиком и полностью оставаясь на стороне простого народа, прежде всего на стороне деревенского труженика, он все же не смог до конца понять эксплуататорской сущности этого строя, создающего небывалые доселе условия непримиримого антагонизма богатства и бедности. И это нельзя ставить ему в упрек. Уметбаев — сын своего времени. Его мировоззрение формировалось в период расцвета просветительских идей, когда «все должно было предстать перед судом разума», когда «мыслящий рассудок стал единственным мерилом всего существующего» [14], он остался верен этим идеям.
И М.Уметбаеву «просвещение, образование, наука казались универсальным средством для усовершенствования нравственных качеств и общего культурного уровня человека, разрешения всех проблем человечества. Он не допускал мысли, что знания и нравственность не всегда могут совпадать, что не все образованные добродетельны, что нравственного совершенствования и просвещения недостаточно для освобождения людей от бедственного положения» [15].
И все же во взглядах М.Уметбаева на общество есть и свое «рациональное зерно». Поднятые им идеи, предложенные им мероприятия, несомненно, способствовали бы полному разложению феодального строя и развитию капитализма, в недрах которого подготавливались материальные предпосылки для зарождения культуры и литературы нового типа, справедливого общества, поднимали бы самосознание народа и вселяли в него стремление к освобождению от двойного гнета. Этого М.Уметбаев не мог тогда предвидеть, но объективно, помогая духовному росту родного народа, он подготовил благоприятную почву для борьбы за преобразование башкирского общества на подлинно демократической основе.
М.Уметбаев горячо любил родной народ, жил его мыслями и чаяниями и гордился тем, что является представителем именно этого народа. Но в то же время ему была чужда национальная ограниченность, характерная для панисламистов и пантюркистов. В его понимании любовь и уважение к своему народу должны предполагать почтительное отношение и к другим народам.
Н.А.Добролюбов писал: «Патриотизм живой, деятельный именно и отличается тем, что он исключает всякую международную вражду, и человек, воодушевленный таким патриотизмом, готов трудиться ради всего человечества... Настоящий патриотизм, как частное проявление любви к человечеству, не уживается с неприязнью к отдельным народностям» [16].
Патриотизм М.Уметбаева был именно таким.
Башкирский просветитель не ограничивался отвлеченными призывами, абстрактными проповедями. Он стремился внести свою лепту в дело укрепления уз дружбы между башкирским и другими народами России. Его взгляды на межнациональные отношения подчинены просветительским идеям: считая национальную ограниченность одной из причин отсталости народа, он возлагал большие надежды на то, что путем учебы у развитых в экономическом и культурном отношении наций башкирский народ встанет на путь прогресса.
Взгляды М.Уметбаева на отношения между народами отличаются научно-исторической объективностью. Например, взаимоотношения башкир и татар, переселение последних в Башкирию он объясняет так: «Татары, мишари, башкиры — дети одного отца. Но татары и мишари, потеряв раньше других свои земли, пришли к своим братьям башкирам. И башкиры сказали: «Душа у нас широкая, земли просторны. Добро пожаловать!» [17].
В творчестве Уметбаева нельзя не ощутить его стремления подходить к определяющим отношения между башкирами и татарами, вообще между тюркскими народами факторам — языку, вере, общим явлениям в быту, культуре, национальным обычаям и традициям — с исторической точки зрения, и понимания того, что этой концепции совсем чужда национальная ограниченность.
М.Уметбаев, увидевший в отдельных изменениях, сдвигах в системе хозяйствования, в просвещении и образовании, в укреплении дружбы между народами главное условие вступления родного народа на путь прогресса, в течение продолжительного времени оставался в плену монархистских взглядов. Как видно из его некоторых записей и стихотворений, он не понимал того, что развитие общества зависит не от воли отдельных людей, а от законов, действующих внутри общества, и поэтому возлагал большие надежды на «справедливого» царя, на «гуманность» сытых, на инициативы и указания свыше, которые, по его мнению, должны были бы способствовать прогрессу родного народа. Поэтому он обращался к высокопоставленным лицам, богачам и различным административным органам со своими предложениями, советами и призывами. При этом он и не предполагал, что они не будут приняты во внимание царской администрацией, власть имущими. Он был далек от мысли о возможности социального переустройства общества, насильственного свержения самодержавия. Более того, в царском самодержавии он видел олицетворение воли России к прогрессу.
Для М.Уметбаева вопрос устранения национального гнета стоял на переднем плане, заслоняя собой социальные проблемы. Этим и объясняется, что М.Уметбаев, так же как и многие прогрессивные творческие деятели национальных окраин России [18], сумел «снять» с повестки дня вопрос о классовом противостоянии и построить теорию о «справедливом обществе», созданном мирным путем на основе гармонии классов.
Поэтому естественно, что М.Уметбаев остался в стороне от революционных событий 1905—1907 годов. Во всяком случае, среди его архивных материалов трудно найти какие-нибудь прямые сведения, говорящие о его отношении к первой русской буржуазно-демократической революции. И все же, хотя и через косвенные источники, можно заметить проявление его солидарности с демократическими тенденциями. Например, среди его рукописей хранится листовка-брошюра «Что такое всеобщее, равное, прямое и тайное избирательное право?», напечатанная в типографии «Донская речь» еще до манифеста 17 октября. В ней он особо подчеркнул те места, где говорится об ответственности главы государства и министров перед собранием народных представителей, о свободе вероисповедания, о праве всего населения участвовать в выборах, о свободных выборах без сословных и профессиональных группировок и о недопущении многоступенчатости на выборах.
Таким образом, мировоззрение М.Уметбаева было довольно противоречивым и исторически ограниченным. Но все же, если судить о его философских и общественно-политических взглядах не на основе отдельных ошибочных фраз, а на основе сути всей его творческой деятельности, всего его научно-литературного наследия, то он предстает перед нами как передовой мыслитель, литературный, научный и общественный деятель башкирского общества второй половины XIX века. Его высказывания по многим вопросам философии, общественной жизни безусловно сыграли в свое время прогрессивную роль в развитии общественной мысли в Башкортостане.
Следует отметить, что всякая попытка затушевать слабые стороны мировоззрения М.Уметбаева или же, наоборот, раздувание его отдельных идеалистичес­ких ошибок были бы явным искажением исторической правды.

Гиният КУНАФИН


Copyrights © Редакция журнала "Ватандаш" 2000-2018