Мой друг

Мой друг

Всем, кто интересуется народным творчеством, хорошо известно имя Ахмета Мухаметвалеевича Сулейманова — доктора филологических наук, профессора, академика Академии гуманитарных наук. Одни знают его как пропагандиста народного творчества, другие — как неустанного исследователя фольклора, а студенты Башкирского государственного университета, Башкирского государственного педагогического университета им. Мифтахетдина Акмуллы, Уфимской государственной академии искусств им. Загира Исмагилова видят в нем самого человечного преподавателя. Ахмету Мухаметвалеевичу исполняется 75 лет. Но, глядя на его по-юношески стройную фигуру, легкую, энергичную походку, столько лет не дашь. Лишь седина выдает почтенный возраст. А от его приветливой искренней улыбки веет неподдельной доброжелательностью и теплом…

Незабываемый для меня август 1961 года. В Башгосуниверситете идут приемные экзамены. Особенно оживленно на четвертом этаже главного корпуса, где располагается историко-филологический факультет (нынешние факультеты филологический, исторический, башкирской филологии и журналистики тогда составляли одно целое). Среди абитуриентов из разных уголков республики и страны была колхозная и рабочая молодежь, молодые учителя, начинающие журналисты, ребята, отслужившие в армии.
На приемные экзамены Ахмет неизменно приходил в солдатской форме с эмблемами танкиста, а я — в форме моряка. И не только потому, что строгие экзаменаторы к абитурентам в военной форме обычно относились более снисходительно.
мне кажется, что Ахмет так и не снял гимнастерку, потому что воинская подтянутость, аккуратность угадываются в его словах, в движениях и поныне. Не случайно студенты сочинили на него такой дружеский шарж:
Ходит, будто командир
Или вышедший из сказки
Могучий, славный богатырь...
Мы жили в одной комнате, тесно сдружились, откровенничали, поэтому я хорошо представляю его доуниверситетскую жизнь.
Ахмет Сулейманов родился в одном из красивейших мест Башкортостана — в Бурзянском районе, в деревне Набиево в добропорядочной семье колхозников Мухаметвали Хайрулловича и Нурикамал Лутфулловны.
Наше детство пришлось на трудные военные годы. Как и я, он рано лишился отца — в 1942 году. В 1946 году Ахмет пошел в школу. Это был год, когда всему нашему народу довелось испытать голод, какого не было и в военное лихолетье. Не осталось, наверное, ни трав, ни злаков, ни кореньев, мало-мальски годных в пищу, которых бы люди тогда не пробовали на зуб. Как я писал в одной из студенческих поэм:
...Думали только о земле,
Спасителе нашем от беды,
И снился нам по ночам
Не хлеб, лишь аромат лебеды...
Вспоминая об этом времени, Ахмет шутит: «Дары родной земли целебнее всех лекарств. Оказывается, употребляли мы витамины в натуральном виде. И поэтому, видать, и у меня, и у многих моих сверстников до сих пор даже зубы ни разу не болели».
После окончания Байназаровской средней школы Ахмета дважды постигла неудача — при поступлении в Кушнаренковский плодово-овощной техникум, а потом в Башкирский сельскохозяйственный институт. Но это был, как говорят, как раз тот случай, когда нет худа без добра. Иначе республика могла бы лишиться такого фольклориста, каких единицы.
Однажды в родную деревню Ахмета привезли кинофильм «Трактористы». Один раз посмотрел фильм паренек, второй раз, третий... С тех пор, вез ли он сено на быке, косил ли сено, Ахмет постоянно напевал:
Три танкиста, три веселых друга —
Экипаж машины боевой...
Это теперь многие ребята стараются избежать солдатской службы, а тогда, во времена нашей молодости, не служить в армии для егета считалось позорным. Девушки ни во что не ставили парней, не служивших в армии.
И вот осенью 1958 года пришла повестка из военкомата и Ахмету, работавшему в родном колхозе имени Сталина разнорабочим.
— Кем бы ты хотел служить? — спросил Ахмета строгий майор из комиссии.
— Тан-танкистом, — оробел паренек. На лице майора появилась улыбка:
— Отлично, поздравляю, мы призываем тебя как раз в бронетанковые войска!
Выучившись на командира танка, Ахмет Сулейманов три года бороздил на боевой машине барханы Кара-Кума.
— Я никогда не понимал тех, — говорит он сегодня, вспоминая армейские годы, — кто ныл, что солдатская жизнь невыносимо тяжела и что дни в казарме тянутся нестерпимо долго и нудно. Мне так никогда не казалось: чуть выдастся свободное время — я за книгу, дадут увольнение — я в городскую библиотеку. Тогда наша войсковая часть находилась недалеко от города Теджен. Кстати, этот город является малой родиной Героя Советского Союза, лейтенанта-шаймуратовца Аннаклыча Атаева…
Именно тогда у Ахмета появилось желание писать, стать журналистом. Он переписывается с редакциями окружных и дивизионных газет, заканчивает годичную партийную школу при войсковой части, работает секретарем комсомольской организации роты, регулярно выпускает стенгазеты, выписывает «Литературную газету», журналы «Рабоче-крестьянский корреспондент», «Агидель», книги по теории литературы.
Близилась демобилизация. Замполит полка майор Макаров не однажды уговаривал его подать заявление во Львовское высшее военно-политическое училище: «Военным журналистом станешь...» Но как раз в это время Ахмет получил письмо от родного брата Мухаметзаки, опытного сельского учителя. Он настоятельно советовал поступать в Башгосуниверситет: «Захочешь — журналистом станешь, захочешь — учителем...» Так Ахмет стал студентом БГУ.
Половина нашей учебной группы состояла из ребят. Теперь же времена изменились или что: филологические факультеты вузов комплектуют в основном из девчат. Среди воспитателей дошкольных детских учреждений и учителей школ Башкортостана мужчины встречаются лишь как исключение из правил. Потом удивляемся, почему слабым полом стала наша мужская половина. А причина, по мнению психологов, заключается в том, что с малых лет ребята получают женское воспитание и постепенно приобретают женский характер... Не это ли является одной из важных причин расцвета у нас разводов, алкоголизма и суицида, а в армии дедовщины?
После третьего курса, не знаю, какой бес попутал нас, пятерых парней нашей группы, оформить академический отпуск и разъехаться в разные стороны. Я и Юнус Латипов устроились на радио, Ахмет — учителем в Старомунасиповской восьмилетней школе родного Бурзянского района. Однако через год он вернулся в университет и с присущей ему настойчивостью снова погрузился в учебу.
В его прежней группе вместе с ним учились, помимо меня, такие пишущие ребята, как Вафа Ахмадиев, Юнус Латипов, Сафуан Алибаев, Миндияр Дильмухаметов; в новой группе — Тимергали Кильмухаметов, Тимербай Юсупов, Риф Мифтахов, Данис Тикеев, ставшие потом известными учеными, признанными писателями. Здесь же под влиянием преподавателей Джалиля Киекбаева, Анура Вахитова, Марата Мингажетдинова, Кирея Мэргэна, Льва Барага студент Сулейманов серьезно занялся фольклористикой. И не удивительно, народное поэтическое слово Ахмет впитал с молоком матери.
— Что бы мать ни делала — шила, убиралась, готовила пищу, — вспоминает Ахмет, — она всегда пела. И ей ничего не стоило сразу, так сказать, без передышки перейти от быстрых ритмов такмаков к плавным звукам чарующих стихов:
— Ханская дочь, открой дверь — лишь раз взгляну
На лицо, что излучает лунный свет!
— Что тебе в лице девичьем, мой совет:
По вечерам гляди на полную луну!
Уже став студентом, увидев в книге Ахнафа Харисова «Литературное наследие башкирского народа» (1995) те самые строки, которые читала мама, я был несказанно удивлен: откуда в памяти безграмотной женщины из отдаленной глубинки подобные образцы изысканной восточной поэзии, — удивлялся Ахмет. — Однажды мать, как обычно, возилась возле очага и вдруг, прервав свою песню, промолвила словно самой себе: «В книге святой сказано: если кто день и ночь будет намаз читать, кто-то подаяние за подаянием давать, кто-то будет томиться и в ожидании петь и плакать, желание последнего сбудется раньше, чем желание читавшего намаз и дававшего милостыню».
Для семьи Сулеймановых причин плакать и петь жалобные песни было предостаточно, а настроиться на нормальную жизнь никак не удавалось. Едва вернулся из заключения репрессированный отец, как грянула война. Его, безнадежно больного после отечественного концлагеря, местные власти подозревали в симулировании, не раз на носилках выносили из дома, бросали в сани и везли на очередную медкомиссию... Умер он внезапно.
— Мама не смогла проводить его в последний путь. Когда отца-покойника выносили из дома, она у нашей соседки Давлетбики-иняй рожала ребенка. Потом она рассказывала, что сестра Гаухар появилась на свет с громким плачем, словно сразу почувствовала себя сиротой. А мама даже голову не моглa поднять, чтобы хотя бы посмотреть в ту сторону, где выносили отца. Не меньше переживала мать, когда забрали на войну старшего сына Мухаметкильде, а ему-то едва исполнилось семнадцать...
Так вспоминает Ахмет о своей матери с певучим сердцем.
В этой семье сочинение песен, такмаков, стихов было делом обычным. Отец Ахмета тоже сочинял остро-сатирические н юмористические такмаки, некоторые из них до сих пор в памяти односельчан. После войны на страницах районной газеты часто печатались стихи, рассказы, очерки старшего брата Ахмета — Мухаметкильде. Его традицию продолжил и другой брат — Мухаметзаки. В 1997 году вышел сборник его стихов в коллективной книге «Осеннее половодье», в 2005 году — книга «Увиденное, пережитое», а в 2011 году следующая книга под названием «Годы, дороги, думы». Юмористические такмаки и баиты старшей сестры Ахмета — Бибикамал-апай также известны многим его землякам. По словам Ахмета, каждое ее письмо непременно заканчивалось такмаком. Стихия творчества коснулась и ее дочерей, и, конечно же, самого Ахмета. В 2007 году в издательстве «Китап» вышел сборник его стихов «Каждое из чудес — истина и есть».
— Вообще-то, во времена моего детства, — рассказывает Ахмет, сказительская стихия в деревне жила в полную силу. Как говорил великий Габдулла Тукай, на каждое даже самое незначительное явление и событие жизни народ немедленно откликается баитом или такмаком. В мечети-клубе вечерами молодежь устраивала хороводы. Учителя не разрешали нам, детям, при этом присутствовать. Мы все же умудрялись тайно понаблюдать, чья сестра с чьим братом пляшет и чей брат за чьей сестрой ухаживает, а потом погадать, чья сестра кому станет енгэй (снохой — женой старшего брата), чей старший брат кому станет езняй (мужем его старшей сестры). Но клуб притягивал нас еще и потому, что нам всегда было интересно первыми услышать только что сочиненный такмак и тут же пустить его по всей деревне.
Когда Ахмет учился во втором классе, дядя Агзам, собираясь за дровами, всегда брал его с собой. Дядя Агзам любил шутить, смешить людей, чем напоминал Ходжу Насретдина. У него была привычка надевать поверх шубы блестящий дождевик. На вопрос, зачем он это делает, отвечал: «Холоду скользко на моем плаще, и он мгновенно падает». В лесу дядя непременно затягивал песню за песней. Маленький Ахмет записывал в свою тетрадку все песни Агзам-агая. Оказались в тетрадке и услышанные любовные такмаки. Однажды Ахмет решил почитать одноклассникам записанное. Только он начал «Мой любимый в армии...», как его тетрадка, внезапно вырвавшись из рук, полетела в затопленную печку. Начинающий «фольклорист» растерялся, как будто его застали на месте преступления.
— Рано еще тебе такое читать! — раздался резкий голос. Никто не заметил, как в класс вошла учительница, бесцеремонно отправившая в огонь первые плоды его собирательства. Учительница действовала вполне в духе того времени, но, к счастью, эта история не заглушила в мальчике интерес к устной словесности.
— Как нас учили: по закону диалектики история имеет привычку циклически повторяться, но уже в новом качестве. Так вот, и ныне кое-кто тщетно делает попытку вырвать из моих рук тетрадь и перо и отбить охоту заниматься моим любимым делом, фольклором моего народа... Я считал бы себя счастливым человеком, если благодаря моим усилиям сохранится для потомков хотя бы один эпос, одна песня, одно предание, один кубаир моего народа. Тогда, уходя из жизни, я с великим удовольствием сказал бы: «Слава Аллаху! Я исполнил свой святой долг перед своим народом!»
Вот что сказал мой друг в дополнение своих детских воспоминаний. А я от себя добавлю: не на того напали его недоброжелатели. Не тот человек Ахмет, чтобы сдаться без боя. Не зря же он получил армейскую закалку, охраняя самую южную границу великой страны, называемой СССР, на своем боевом танке и вернулся на свою родину офицером запаса. А танк не любит дряхлых рук, звание же офицера не любому сержанту — командиру танка присваивают. Это — во-первых. Во-вторых, насчет исполнения своего святого долга. Ему ли прибедняться! Как увидим далее, он исполняет этот долг с избытком.
Немаловажную роль в поддержании интереса Ахмета к фольклору сыграл его старший брат Мухаметкильде, который работал в детском доме пионервожатым и во время туристических походов по району вместе со своими воспитанниками собирал образцы народного творчества.
Именно в ранних записях Ахмета, видимо, и следует искать истоки его жизненного дела. Еще в студенческие годы он отчетливо осознал главные особенности фольклорного собирательства.
— Приходится объезжать дальние селения, находить общий язык с людьми, которых видишь впервые в жизни, и которые бывают не слишком доверчивы к тебе, — рассказывал Ахмет. — Хорошо, если встретится человек, который понимает непреходящую ценность этого дела. Слава Аллаху, таких людей немало. А ведь иной раз фольклорист вынужден просить, умолять, чуть ли не унижаться, подобно нищему-попрошайке... Слов нет, и собиратели тоже есть всякие, — продолжает мысль известный ученый. — Некоторые одержимы тщеславной идеей «первооткрывательства». Другие прячут свои находки в столы. Но хуже всего, если так называемый собиратель просто присваивает материалы, собранные кем-то другим. Бывает и так, что собиратель обращает внимание только на материалы того жанра, который изучает, безжалостно отбрасывая и от себя, и от науки, и от всей культуры множество материалов других жанров. Видимо, уверенные в том, что народное творчество — неиссякаемый родник, фольклористы до последнего времени не очень-то спешили со сбором оригинальных материалов, преимущественно занимаясь обработкой того немногого, что уже давно добыто предшественниками, хотя, конечно, и здесь еще не все сделано...
Еще студентом Ахмет Сулейманов часто приходил в Институт истории, языка и литературы посоветоваться с работавшим там земляком, известным фольклористом, прошедшим московскую школу, кандидатом филологических наук Мухтаром Сагитовым и первым своим преподавателем фольклора в БГУ, известным прозаиком и литературоведом Ануром Вахитовым. Когда Ахмет взялся за дипломную работу, Мухтар-агай помог ему найти необходимую литературу, а Анур-агай, с присущей ему требовательностью, каждый раз встречал студента вопросом:
— Ну, Ахмет, как дела идут?
На его смущенное «ничего не успеваю», он довольно восклицал:
— Очень хорошо! Только у бездельников много времени. А сколько же ты написал после нашей последней встречи?..
Не прервал Ахмет связь с ним и после возвращения в Уфу уже в качестве старшего преподавателя БГУ. Однажды Анур-агай завел с ним неожиданно серьезный разговор:
— Понимаешь, Ахмет, подготовкой тома бытовых сказок и кулемясов многотомного свода «Башкирского народного творчества» по плану ИИЯЛ должен был заниматься твой предшественник и учитель Марат Мингажетдинов. Но после его трагической гибели это перепоручили мне. А у меня и так с докторской диссертацией работы невпроворот, затянуться дело может. Вот я и подумал, Ахмет, не возьмешься ли за подготовку этого тома?
Затем этот разговор был продолжен в кабинете заместителя директора института Ахнафа Харисова. Анур Вахитов начал было убеждать:
— Ахмет обязательно справится, что...
— Да знаю я этого егета, я бы его и в институт на работу взял, — прервал его Ахнаф Ибрагимович и спросил молодого преподавателя — как равного:
— Как думаешь, Ахмет, из известных кулемясов и бытовых сказок можно составить полноценный том?
Вопрос был вполне уместным, ибо до той поры никто серьезно кулемясы, т.е. анекдоты, не записывал, записанного в порядок не приводил, а о составлении сборника только еще думали. Про бытовые же сказки почему-то сложилось мнение, что по сравнению с волшебными сказками их очень и очень мало...
Ахмет почти не касался изучения этих жанров, ибо занимался легендами и преданиями, но врожденная интуиция исследователя подсказала верный ответ:
— Думаю, составим.
Сказано — сделано. Уж такой у Ахмета характер. Он зарылся в архивы, перелопатил рукописные фонды Башгосуниверситета, Института истории, языка и литературы, Стерлитамакского пединститута, перелистал сотни и сотни газет, журналов, специальных изданий, выезжал со студентами в экспедиции. В итоге он собрал материал на два тома только по бытовым сказкам, да еще и кулемясов столько же. Собрав целый ворох обрядового фольклора, Ахмет Сулейманов доказал, что если работать целеустремленно, то можно и в наши дни находить настоящие шедевры устного народного творчества.
Еще до окончания университета Ахмета пригласили в аспирантуру, но когда пришло время, ему дали направление в Министерство просвещения БАССР, а кто-то из тогдашнего начальства БГУ бросил решающую фразу о том, что Сулейманов и в деревне диссертацию напишет...
Ахмет отказался от теплого места в Министерстве, не стал обивать начальственные пороги, добиваясь места в аспирантуре. С молодой женой Флюрой, которая, кстати, училась с нами в одной группе, и с десятимесячной дочкой Лейсян уехал в родную деревню.
В тот год Набиевская начальная школа по настоянию сельчан была реорганизована в восьмилетнюю. И вот два выпускника БГУ с головой окунулись в многочисленные школьные заботы. Помогали открывать для начала пятые, шестые классы, вместе с односельчанами добивались строительства нового здания школы. В одном отделении своего портфеля Ахмет носил книги и тетради, в другом — рубанок, ножовку и молоток. Он помогал строителям, делал стенды, проводил уроки труда, организовывал трудовые школьные десанты в помощь колхозникам, художественную самодеятельность, сам выступал на сцене...
А в выходные дни или во время турпоходов продолжал собирать фольклор в окрестных деревнях, привлекая к собирательству ребят.
Опыт студенческих лет пригодился и здесь. Тогда, еще студентом, Ахмет не ограничился фольклорной практикой, предусмотренной по учебному плану первого курса. После второго курса заведующая кафедрой башкирской литературы доцент Ханифа Зиннатуллина назначила его руководителем первой в истории факультета студенческой научной экспедиции. С группой, состоящей из числа студентов-сокурсников, куда вошли Вафа Ахмадиев, Нафик Хамитов и Биктимир Шарипов, почти целый месяц собирал фольклор в Абзелиловском районе. После четвертого курса Ахмет объездил Зианчуринский район в качестве руководителя фольклорной практики первокурсников. Уже учителем Набиевской восьмилетки во время летнего отпуска заменил своего преподавателя, доцента Марата Мингажетдинова, и поехал руководителем фольклорной практики студентов в Миякинский район. Из числа участников Абзелиловской экспедиции Вафа Ахмадиев, Зианчуринской — Венера Хакимова-Ильгамова впоследствии стали кандидатами филологических наук, Миякинской — Зайтуна Шарипова-Ягафарова и сам руководитель этих трех поездок за сказками, песнями — докторами филологических наук.
В университете хорошо знали творческий потенциал своего студента. Когда кафедра башкирской литературы решила подготовить учебное пособие для студентов по курсу «Башкирское народное творчество», тогда еще четверокурснику Сулейманову предложили написать целый раздел «Легенды». Сам факт этого предложения говорит о многом. К сожалению, подготовку учебника по какой-то причине остановили. Зато дипломная работа Ахмета Сулейманова, написанная по теме, предложенной тогда еще кафедрой, увидела в 1969 году свет в качестве отдельного учебного пособия для студентов-филологов по спецкурсу. Книга «Башкирские легенды» стала первой публикацией образцов народной несказочной прозы, а также первым учебным пособием по башкирскому фольклору. Ахмет бесконечно благодарен своим учителям — Кирею Мэргэну и Марату Мингажетдинову — за то, что они дали возможность выйти в свет его первой научной работе и легендам, преданиям, отобранным им в студенческие годы из вороха студенческих рукописей, накопленных на кафедрах башкирской литературы и башкирского языкознания, а также собственных записей. Он не успокоился на достигнутом и продолжал работать: расширял, дополнял, углублял вступительную, заключительную части, особенно раздел «Топонимические легенды» — пока, наконец, не довел книгу до уровня кандидатской диссертации. И все это делалось среди нескончаемых школьных забот и хлопот.
В 1972 году учителя Набиевской восьмилетней школы Ахмета Сулейманова пригласили на работу в Башгосуниверситет. С тех пор он вел здесь и преподавательскую, и научную работы. Для студентов-филологов подготовил еще три учебных пособия. Уходя из школы, Ахмет не совсем оторвался от нее. Он тесно сотрудничает с Министерством образования РБ. Часто выступает перед учителями школ, на заседаниях методических объединений. Является соавтором коллективных учебников-хрестоматий «Родная литература», а также учебных пособий для внеклассного чтения для 5-х и 6-х классов башкирской школы. Когда речь зашла о введении нового предмета по истории и культуре Башкортостана, Ахмет Сулейманов совместно с доцентом БГУ Мирасом Идельбаевым подготовил за короткие сроки первое учебное пособие по этим предметам «Живые родники» для 1—2, 3—4 классов на русском и татарском языках. В соавторстве с такими опытными педагогами, как своя супруга Флюра Сулейманова, Фания Сынбулатова и Ишмухамет Шарапов, написал вариативный учебник «Родной язык» («Әсә теле») для 4-го класса башкирских школ, который был издан в 2000 г. Все эти учебные пособия и учебники получили положительную оценку учителей. Кроме того, он соавтор программы башкирской литературы для студентов, автор программ по спецкурсу и методических разработок; вместе с профессором М.Х.Ахтямовым издал пособие «Башкирский язык и литература» для поступающих в Башгосуниверситет. Только что вышло методическое пособие «Башкирский фольклор» в помощь собирателям образцов устно-поэтического народного творчества. Кроме того, были изданы его учебные пособия для студентов, бакалавров, магистров и аспирантов: «Повествовательный фольклор башкирского народа: ч. 1 и 2» (2011), «Фольклор Отечественной войны 1812 г.» (2013), а также в соавторстве со своей дочерью Нэркэс Хуббитдиновой — «Пути анализа литературного произведения» (2012). Успехи в системе школьного образования отмечены знаком «Отличник образования Республики Башкортостан».
Вместе с тем Ахмет Сулейманов активно выступает по радио, телевидению, в прессе с сообщениями, статьями, очерками о культуре, литературе, народном творчестве и его хранителях. Одно время большой читательской симпатией пользовалась рубрика «Сын мой, говорю тебе, а слушай ты, невестка моя», которую Ахмет Сулейманов вел в республиканской газете «Совет Башкорт­останы». Около десяти лет Сулейманов вел рубрику «Сэсэн» творческого объединения «Хазина» (руководитель Юлай Гайнетдинов) Гостелерадиокомпании «Башкортостан».
В 1983 г. с одобрения тогдашнего ректора БГУ Ш.Х.Чанбарисова Сулеймановым был создан фольклорный ансамбль «Янгузель», который в том же году на смотре самодеятельных художественных коллективов занял первое место в республике. Вдохновленные этим успехом янгузелевцы объездили ряд районов Башкортостана, их хорошо приняли и в Казани, Оренбургской и Челябинской областях и на Кавказе. На местах по образцу «Янгузели» стали создавать свои фольклорные ансамбли, а янгузелевцы, разъехавшись по окончании университета в разные районы, сами стали инициаторами по созданию подобных коллективов.
Сулейманов успевает быть и председателем жюри конкурсов «Мелодии Ирэндыка» (Сибай), юных исполнителей эпоса «Урал-батыр», «Салават йыйыны», и членом жюри фольклорного фестиваля музыкальных училищ (Учалы), «Озон кюй» (Туймазы), «Республиканский праздник гармони» (Янаул), комиссии по присуждению Госпремии РБ в области литературы и искусства им. Салавата Юлаева, Госпремии в области науки и техники (пока без имени). Республика высоко оценила заслуги ученого Ахмета Сулейманова в области культуры. В 1991 году ему было присвоено почетное звание «Заслуженный работник культуры Республики Башкортостан».
Сулейманов был членом диссертационных советов по педагогике, археологии, этнологии, этнографии и башкирской филологии. Не раз принимал участие в работе диссертационого совета при Институте языка, литературы и искусства АН Республики Татарстан в качестве разового члена этого совета. Он является членом редколлегий журналов «Учитель Башкортостана», «Ватандаш». Ахмет Сулейманов был членом редколлегии журнала «Бельские просторы» и издания «Башкортостан: Краткая энциклопедия», ныне — член Научно-редакционного совета многотомной энциклопедии Башкортостана, академический представитель из Башкортостана турецкого журнала «Милли фольклор». Он же является одним из соавторов по башкирской части и координаторов 35-томной «Всеобщей литературы тюркского мира». Под руководством академика АН РБ Гайсы Хусаинова совместно с доцентом БГУ Гайнисламом Ибрагимовым подготовили и издали в Анкаре двухтомную «Антологию башкирской литературы». Ахмет в единственном числе из Башкортостана принял участие в работе Международной учредительной конференции «Эпосы народов Земли за мир и объединение человечества» по созданию по инициативе Генерального секретаря ЮНЕСКО Федерико Майора Международной Ассоциации «Эпосы народов мира» под эгидой этой авторитетной международной организации по вопросам образования, науки и культуры ООН, которая прошла 24—25 ноября 1999 г. в столице Кыргызстана Бишкеке, и наряду с делегатами Армении, Германии, Ирана, Каракалпакстана (Узбекистан), Китайской Народной Республики, Монголии, Санкт-Петербурга, Саха-Якутии, Таджикистана, Татарстана от имени Башкортостана подписал Соглашение о создание этой организации.
В 2002—2006 гг., полных серьезными и сложными общественно-политическими событиями, как подготовка и проведение Всероссийской переписи населения, выборы Президентов РБ и РФ, депутатов в Госдуму РФ, Госсобрание (Курултай) РБ, а также серий антипрезидентских и других митингов, расцвета черного пиара, ему пришлось возглавить Исполком Всемирного курултая (конгресса) башкир и непосредственно вмешиваться в эти события.
Такая разносторонняя деятельность помогает моему другу не только реализовывать новые грани своего призвания, но и выявлять новые народные таланты и новые фольклорные материалы. Сулейманов регулярно выступает с докладами на международных, всероссийских, региональных научных конференциях по проблемам обрядового, детского фольклора, повествовательных жанров — кархуз башкир.
В 80-е годы мой однокурсник принял самое активное участие в деле реализации проекта ИИЯЛ БФАН СССР совместно с коллегеми из этого научного учреждения, такими как Ахняф Харисов, Мухтар Сагитов, Нур Зарипов, Фануза Надршина, Нигмат Шункаров, из БГУ — Львом Барагом, Маратом Мингажетдиновым, из Стерлитамакского госпединститута — Салаватом Галиным по составлению и изданию восемнадцатитомного академического свода «Башкирское народное творчество». Самые активные члены творческого коллектива, внесшие большой вклад в реализацию этого уникального проекта, в том числе и А.М.Сулейманов, в 1987 году были удостоены Государственной премии РБ имени Салавата Юлаева.
Башкирские фольклористы, не останавливаясь на достигнутом, подготовили свод «Башкирское народное творчество» на русском языке в двенадцати томах, три тома из которых принадлежат перу Сулейманова, за исключением тома «Обрядовый фольклор», подготовленного совместно с Розалией Султангареевой. Закончив работу по подготовке к изданию вышеназванного свода на русском языке, с середины 90-х годов прошлого столетия фольклористы ИИЯЛ под руководством Ахмета Сулейманова, заведующего отделом фольклора и искусства, по инициативе тогдашнего директора издательства «Китап» Асылгужи Багуманова стали готовить расширенный свод на башкирском языке, состоящий по первоначальному плану из 36 томов. В таком количестве он был зафиксирован в документах по линии РАН и получил свой государственный регистрационный номер (№01950001771). Однако «Программа по изучению, возрождению и развитию фольклора народов Республики Башкортостан», проект которого по поручению правительства и руководства УНЦ РАН, АН РБ и Института истории, языка и литературы был подготовлен Ахметом Сулеймановым с участием Фанузы Надршиной, Рифа Сулейманова, Хамзы Ихтисамова и с учетом пожеланий фольклористов вузов РБ под общим руководством директора ИИЯЛ академика Зиннура Ураксина во исполнение Указа Президента Республики Башкортостан М.Г.Рахимова от 23 января 1998 г. «О республиканских программах национально-культурного развития народов Башкортостана» (№УП-27) и распоряжения Премьер-министра Р.С.Бакиева от 27 мая того же года по этому поводу (№484 р) требовал уточнения первоначальных намерений и включения в план по башкирской части дополнительно еще 19 томов, а также целый список монографий, учебников, учебных пособий по фольклору и других изданий. Таким образом, новый свод предполагалось издать в 55-ти томах. При этом учитывалось совершенно новое содержание, вкладываемое в международном плане в термин «фольклор». На совещании при ЮНЕСКО правительственных экспертов по сохранению фольклора (Париж, 1 марта 1985 г.) предлагалось следующее унифицированное определение этого термина: «Фольклор (в более широком смысле часть традиционной народной культуры) — это коллективное и основанное на традициях творчество групп или индивидиумов, определяемое надеждами и чаяниями общества, являющееся адекватным выражением их культурной и социальной самобытности; фольклорные образцы и ценности передаются устно, путем имитации и другими способами, его формы включают язык, устную литературу (т.е. то, что у нас принято называть «изустной литературой». — И.К.), музыку, танцы, игры, мифологию, обряды, обычаи, ремесла, архитектуру и другие виды художественного творчества». Иными словами, то, что создано и создается непрофессионалами и имеет эстетическую ценность, теперь принято относить в область фольклора. Выступая на заседании Госсовета РФ 26 декабря 2006 г., В.В.Путин, говоря о народном творчестве, по-моему, тоже исходил именно из такого определения фольклора. Судите сами. Вот что он сказал: «...уходящие в глубь веков национально-культурные традиции многочисленных народов нашей страны... неразрывны с нашей исторической памятью и связывают поколения и эпохи, являясь при этом источником формирования морально-этических норм. Этот пласт народной культуры ЮНЕСКО относит к нематериальному наследию, подчеркивая необходимость сохранения и уважения культурного многообразия и народного творчества. Для нашей многонациональной страны разнообразие народного творчества, обрядов, обычаев, ремесел не только бесценное наследие. Это наше общенациональное преимущество». А когда говорил, что «практически каждый регион России отличается своими культурными традициями, в большинстве субъектов Федерации реализуются комплексные программы их сохранения и развития», мне кажется, что он имел в виду Программу по фольклору народов и нашей Республики. К сожалению, дело по реализации, по словам Сулейманова, в основном по субъективным причинам, изначально начало буксовать. Сами судите, по башкирской части выполнен лишь раздел по музыкальному искусству башкирского народа (исполнители Риф Сулейманов, Лилия Сальманова, Фарит Камаев), вышел учебник по устному фольклору башкир (Салават Галин), методические руководства по сбору фольклора (Борис Ахметшин, Ахмет Сулейманов), ряд монографий (Риф Сулейманов, Фануза Надршина, Гульнур Хусаинова, Гульнар Юлдыбаева, Салават Галин, Розалия Султангареева, Нэркэс Хуббитдинова, Вячеслав Котов, Ахмет Сулейманов, Борис Ахметшин), и лишь двенадцать томов запланированного многотомного свода «Башкирское народное творчество», половина которых подготовлена A.M.Сулеймановым (один — в соавторстве с Розалией Султангареевой; два — в соавторстве с Нуром Зариповым, Гайсой Хусаиновым и Зайтуной Шариповой; один — в соавторстве с Гайсой Хусаиновым и Миннигали Надергуловым). Всего им подготовлено и издано на башкирском и русском языках 13 томов, из которых пять — в соавторстве. Эти тома, как и другие, не залеживаются в магазинах. Том же «Обрядовый фольклор», подготовленный в соавторстве с Розалией Султангареевой на языке оригинала (1996) и на русском языке, стал настоящей настольной книгой для истинных ценителей народной словесности. По этой книге языковеды, философы, специалисты народной педагогики пишут диссертации. Книга стала ценным пособием даже для народных целителей, по ней составляют сценарии национальной свадьбы, обрядовых праздников...
По фольклору других народов, за исключением томов по устно-поэтическому творчеству русского населения Башкортостана, подготовленных к изданию И.Е.Карпухиным, профессором Стерлитамакского филиала БГУ, пока ничего не сделано.
Ахмет Сулейманов — автор большого количества монографических работ, таких как «Жанровое своеобразие башкирских бытовых сказок» (Уфа, 1990), «Башкирские народные бытовые сказки: сюжетный репертуар и поэтика» (М.: Наука, 1994), «В сказке действительность» (Уфа, 1997), «Народная юмористическая проза» (Уфа, 1998), «Летопись земли — на ладони» (Уфа, 1989), «Архаический эпос башкирского народа» (В соавторстве с Р.Ф.Ражаповым. — Уфа, 1999), «Повествовательные жанры башкирского фольклора» (в соавторстве с Л.Г.Барагом. — Уфа, 2000), «Истоки чуда» (Уфа, 2001), «Памятлив тот, кто ценит счет» (Уфа, 2002), «Куда идем?» (Уфа, 2003), «Будем же бдительными» (Уфа, 2003), «Поэт согрелся от звезд» (Уфа, 2003), «Раздумья о выборах» (2004), «Радость нашей страны» (2007), «Детский игровой фольклор» (Уфа, 2007), «Наши эпические памятники» (Уфа, 2007), «Дастаны о любви» (Уфа, 2007) и т.д.
За достигнутые научные успехи в 1997 году Указом Президента Республики Башкортостан М.Г.Рахимова Ахмету Сулейманову было присвоено почетное звание «Заслуженный деятель науки Республики Башкортостан», а в 2006 году Указом Президента Российской Федерации В.В.Путина — «Заслуженный деятель науки Российской Федерации».
Во исполнение Указа Президента Республики М.Г.Рахимова о подготовке и проведении 175-летия великого поэта-просветителя Муллы Мифтахетдина бин-Камалетдина аль-Башкорди — Мифтахетдина Акмуллы и проведении ежегодных Международных Акмуллинских дней в Башкортостане мой друг по своей инициативе подготовил в трех томах малый свод «Фольклор минцев — соплеменников Акмуллы», распоряжения Премьер-министра Р.С.Сарбаева о 75-летии известного ученого-фольклориста Мухтара Сагитова — его монографию «Мифологические и исторические основы башкирского эпоса», книгу об этом юбиляре «Неугомонный патриарх науки» и сделал ряд публикаций о нем в периодической печати.
Но не любит Ахмет Сулейманов говорить о своих достижениях. Нет-нет да и посетует, что работает ниже своих возможностей. Что же касается успехов, то он искренне считает, что всем этим он целиком и полностью обязан своим учителям и наставникам: Жалилю Киекбаеву, Кирею Мэргэну, Шайхулле Чанборисову, Гали Саитбатталову, Марату Мингажетдинову, Льву Барагу, Мидхату Гайнуллину, Марату Зайнуллину и таким коллегам, как Мухтар Сагитов, Борис Ахметшин, Мурат Рахимкулов, Нур Зарипов, Ким Ахметьянов, Тимергали Кильмухаметов, Роберт Баимов, Гиният Кунафин, Мирас Идельбаев, Раил Асадуллин и другим, семье, родителям и родной земле.
С особой теплотой вспоминает также дальних коллег, таких как Х.Г.Кор-оглы, В.П.Аникин, В.М.Гацак, А.И.Алиева (Москва), В.В.Илларионов (Саха-Якутия), К.М.Миннуллин, Н.Ш.Хисамов, Ф.И.Урманчеев (Казань), Тура Мирзаев (Ташкент), Садик Турал, Фикрат Туркмен, Имран-бий, Мэтин Эргун, Исянбика Валиди (Турция), Исмаил Гусейнов, Али-Шамил (Баку) и других добрых ученых. Я спросил:
— Неужели все они всегда помогали тебе?
На мой вопрос он ответил так:
— Да. Тех, кто мне не мешал, я тоже благодарю. И к тем, кто старался всячески навредить, устраивая разные козни, я отношусь с благодарностью, так как они как бы снимают бельмо с моих глаз, задевают мое честолюбие, что тоже стимулирует меня работать с еще большим усердием.
Хотя в 1991 году перешел на работу в ИИЯЛ, Ахмет Сулейманов не порывал связи с БГУ. Там читал лекции по фольклору для студентов факультета башкирской филологии и журналистики, в течение ряда лет был членом диссертационного совета. К сожалению, по неизвестным мне до сих пор причинам после его увольнения с поста председателя Исполкома ВКБ МСОО отношение к Сулейманову коренным образом изменились: его близко не подпускают к БГУ, не включили в новый состав диссертационного совета фольклористов, а руководство ИИЯЛ отказалось принять его обратно на работу, хотя он был лишь переведен в Исполком ВКБ, вычеркнули из списков Комиссий по присуждению Государственных премий и т.д. Нападки на Ахмета Сулейманова особенно усилились после публикации в 2013 г. в журнале «Ватандаш» итога его многолетних и упорных поисков — труда «Большой «Урал-батыр» в его редакции — расширенного варианта эпоса «Урал-батыр», с заполнением обнаруженных лакун, без изменения основного текста великого эпоса. Что это — наказание за слишком усердную работу? Или кто-то «зуб имеет» на него и за что-то сводит с ним счеты? Или хотят сделать из него внутренного диссидента в академической среде? Думается, общественность не должна оставаться безразличной к судьбе известного ученого-фольклориста и общественного деятеля, каким является Ахмет Сулейманов. Также следует обратить внимание на всё происходящее вокруг нашего великого эпоса «Урал батыр». Иначе ни Аллах, ни благодарные и честные потомки не простят нас.
«А.М.Сулейманов — бескорыстный человек с открытой душой». Вот такая короткая, но очень емкая характеристика дана моему другу в учебнике «Культура Башкортостана» для 10 класса (Авторы-составители — С.А.Галин, Г.С.Галина, Р.Т.Кузбеков, Р.А.Кузбекова, Л.Н.Попова. — Уфа: Китап, 2005. — С.51). И далее там же сказано: «Он одним из первых обратился к памяти своего учителя Кирея Мэргэна, посвятив ему небольшую по объему, но вескую по содержанию книгу на башкирском языке «Тяжеловоз» (Уфа, 1998). В ней он дал краткий обзор творчества Кирея Мэргэна как публициста, рассказчика, романиста, драматурга, педагога и как крупного ученого-фольклориста». Искренно выражая большой рэхмет авторам такой оценки, от себя добавлю, это не единственная книга, подготовленная Ахметом в знак уважения памяти своих учителей, рано ушедших из жизни. Не дожидаясь каких-либо указаний, постановлений властных органов, вне всякого плана, исключительно по зову своего сердца и долга перед их памятью он начал увековечивать в печатной форме их имена. Он воссоздал творческий портрет нашего общего с ним, любимого, мудрого учителя, незабываемого Джалиля Киекбаева, тоже ученого и писателя, в своей книжке «Впитывая живительные истоки фольклора: Фольклорные начала в романе Джалиля Киекбаева «Родные и знакомые» (Уфа, 2000). К 75-летию своего земляка, видного башкирского фольклориста, лауреата Государственной премии Башкортостана имени Салавата Юлаева Мухтара Сагитова, которого тоже считал одним из своих учителей, из рукописей и ранее изданных работ составил его монографию «Мифологические и исторические основы башкирского эпоса», которая была издана издательством «Китап» (2009), а свою книгу «Неутомимый патриарх науки» (Уфа, 2008) посвятил светлой памяти этого замечательного ученого и писателя-прозаика. В знак благодарности бывшему заместителю директора ИИЯЛ, видному литературоведу, фольклористу и лингвисту Ахнафу Харисову, тоже лауреату Государственной премии Башкортостана имени Салавата Юлаева, который привлек Сулейманова в творческий коллектив авторов-составителей 18-томного академического свода «Башкирское народное творчество» (Уфа, 1972—1985) и доверил составление четырех томов из них (один в соавторстве с Н.Т.Зариповым), вместе с его дочерью Зульфирой Мамаевой подготовил переиздание его широко известной в тюркологии монографии «Литературное наследие башкирского народа» (Уфа: Китап, 2007), из статей и фольклорных материалов, в свое время записанных им, составил сборник «Наследие» (Уфа: Китап, 2004). Ахмет Мухаметвалеевич подготовил сразу три книги своего предшественника, бывшего заведующего отделом фольклора и искусства ИИЯЛ, лауреата Государственной премии Башкортостана имени Салавата Юлаева Нура Зарипова: «Башкирские народные богатырские сказки», «Богатырские сказки и исторический эпос», «Исторические сказания» (Уфа, 2005). Ахмет Мухаметвалеевич был инициатором издания работ Марата Мингажетдинова, своего старшего друга и учителя, в виде отдельной книги «Пера таинственная сила: Сотвори мир в душе своей» (Авторы предисловия Вали Псянчин и Тимергали Кильмухаметов; Составители Тимергали Кильмухаметов и Ахмет Сулейманов; Послесловие Ахмета Сулейманова, 1995). Примечательно то, что благородный почин моего друга был поддержан его бывшей студенткой, кандидатом филологических наук Гульнур Хусаиновой, заменившей Сулейманова на посту заведующего отделом фольклора и искусства после его избрания председателем Исполкома Всемирного курултая башкир. Она издала материалы по детскому фольклору, собранные в свое время покойным Нигматом Шункаровым. Ныне же стала соредактором своего учителя при подготовке к изданию монографии Н.Т.Зарипова «Башкирские богатырские сказки» (Уфа: Гилем, 2008).
Со своей женой, Флюрой Губайтовной, Заслуженной учительницей Башкортостана, отличником образования РФ, в свое время первой в Республике начавшей работать в начальных классах Уфимской городской гимназии №20 им.Фатимы Мустафиной по методике развивающего обучения по системе Д.Б.Эльконина и Б.В.Давыдова, воспитали двух дочерей и сына. Лейсян — кандидат философских наук, доцент БГУ. Нэркэс — кандидат филологических наук, старший научный сотрудник ИИЯЛ Уфимского научного центра РАН. Джалиль — один из первых выпускников художественного отделения Уфимского государственного института искусств, прошел курс аспиранта-ассистента у академика Академии художестов СССР, народного художника СССР Ахмета Лутфуллина, лауреат премии имени Ш.Бабича, является заместителем председателя Союза художников РБ, заведующим кафедрой художественного отделения Уфимского училища искусств. Он стал признанным художником не только в Республике, но и за ее пределами, за творческие успехи — обладателем золотой медали выставки-конкурса «Большой Урал — 2008». Но не суждено было матери радоваться успехам своих детей. Страшная болезнь прервала жизнь Флюры Губайтовны в 1995 году. Но ее дух по-прежнему витает в этом гостеприимном доме, ничуть не нарушая дружного лада семьи и жизни Ахмета с народной артисткой РБ, известным пропагандистом народной песни, радиожурналистом Фанией Байгильдиевной.
А мне хочется пожелать своему верному другу новых творческих достижений и по-флотски «скомандовать»: Так держать! Я горжусь, что у меня есть такой друг!

Әхмәт Сөләймәновҡа

Офоҡтарҙа аҡ болоттар тора,
Һинең сәсең кеүек ҡабарып.
Ерҙә, гүйә, ҡара көндәр бик аҙ,
Ҡара уйҙар ҡуя ағарып.
Далаларға сыҡһам, күҙ алдымда
Башын сайҡай өнһөҙ ҡылғандар.
Меңйыллыҡтар һағышынан улар
Һинең сәсең кеүек булғандар.
Тауҙарыма сыҡһам, миңә табан
Тауҙар һынап ҡарай бар яҡтан.
Тауҙарҙың да бейегенә генә
Һинең сәсең һымаҡ ҡар ятҡан.
Башым түбән эйһәм — һабаҡ алам
Ҡара ерҙә аҡһыл таштан да.
Ағарғандар улар сал быуатта
Ҙур даръялар хаттин ашҡанда.
Бөтә ғаләм раҫлай һымаҡ бөгөн
Минең уйҙарымдың хаҡлығын.
Күпме йылдар рухыбыҙға күсә
Һинең күңелеңдең паклығы,
Һинең сәстәреңдең аҡлығы.

Ирек Киньябулатов,
поэт, лауреат Государственной премии
Республики Башкортостан им. Салавата Юлаева

Киньябулатов И.


Copyrights © Редакция журнала "Ватандаш" 2000-2018