Участие башкирских полков в освобождении Германии в 1813–1814 гг.

 Салават Асфатуллин

Участие башкирских полков в освобождении Германии в 1813—1814 гг.

Германия накануне войн с Наполеоном делилась на Пруссию, полтора десятка герцогств, почти столько же княжеств и отдельные королевства Рейнского союза. Бернер К.-Х. (ГДР) в статье «Политические и военные аспекты положения государств Рейнского союза весной 1813 г.» перечисляет их с указанием численности населения и военного контингента. Это четыре королевства: Бавария, Вестфалия, Саксония и Вюртемберг. Пять великих герцогств: Баден, Берг, Гессен, Вюрцбург и Франкфурт. Одиннадцать герцогств: Мекленбург-Шверин, Нассау, Саксен-Гота, Саксен-Веймар, Мекленбург-Штрелитц, Саксен-Кобург, Ангальт-Дессау, Саксен-Мейнинген, Ангальт-Бернбург, Саксен-Гильдбурггаузен, Ангальт-Кетен. И 14 княжеств: Липпе-Детмольд, Шварцбург-Рудольштадт, Шварцбург-Зондерсгаузен, Изенбург, Вальдек, Гогенцоллерн-Зигмаринген, Шаумбург-Липпе, Ройсс-Шлейц, Ройсс-Грейц, Ройсс-Лобенштейн, Ройсс-Эберсдорф, Гогенцоллерн-Гехинген, Лихтенштейн и княжество фон ден Лейен. Там проживало 13 миллионов 645 тысяч людей, а воинский контингент в сумме составлял 124540 человек — больше русской армии на тот момент1.
Бернадот дал следующую характеристику Наполеону, которого хорошо знал: «Для борьбы с ним нужен один талант — выжидание, — чтобы победить его, нужны выдержка и настойчивость»2. Выдержке и настойчивости Кутузова мог бы позавидовать любой генерал его времени.
7 (19) марта отряд полковника Теттенборна захватил Гамбург.
Подпоручик Александр Щербинин пишет: «Марта 6-го. В Гамбурге большое возмущение. Витгенштейн отрядил Тетенборна поддержать пламя в том краю. Марта 10-го. Франкфурт занят графом Воронцовым. Оставив 6 баталионов гарнизону, обложил с остальною частию крепость Кюстрин. Марта 11-го. Тетернборн 7-го числа занял Гамбург.
5000 человек вооружает сей город и 3000 человек принц Мекленбург-Шверинский. Гамбургская газета получила первобытный свой вид. Город отправил в Лондон известие о вшествии русских войск и о свободе торговли, в удостоверении чего послан туда казак»3.
А.М. Валькович, подготовивший его «Военный журнал» к изданию, нашел даже фамилию этого казака, посланного как «живое свидетельство успеха, одержанного русскими войсками»: А. Витиченко. Башкиры участвовали в освобождении Франкфурта-на-Майне и Гамбурга.
Через два дня, 10 (22) марта подполковник К.Х. Бенкендорф с одним казачьим полком (!) занял Любек.
10 (22) же марта партизанский отряд полковника Дениса Давыдова вошел в Дрезден, но авангард Винценгероде занял его чуть позже — 15 (27) марта. 19 марта первые казаки прошли через Лейпциг.
21 марта (2 апреля) отряды Чернышева и В. Дернберга атаковали у Люнебурга (40 км юго-восточнее Гамбурга) дивизию генерала Морана — 3,5 тысячи человек с 8-ю орудиями. После упорного 8 часового боя французы были разбиты и во главе с командиром сложили оружие. В плен были взяты сам генерал Ж. Моран, весь штаб, более 80 офицеров и 2500 солдат4. А также все орудия и 3 знамени. Согласно наградам, в этом бою участвовал и 1-й Башкирский полк5. 29 марта 1813 года многие джигиты, отличившиеся в боях и показавшие себя храбрыми, стойкими и дисциплинированными воинами, были представлены рапортом А.Х. Бенкендорфа генерал-майору Ф.Ф. Довре на утверждение в чинах и званиях: Кутлугильды Тимиров и Абдулла Аргамбаков — в старшины; Кучурбай Хусеинов, Ишдавлет Исшаринов и Ярмухамет Азаматов — в есаулы; Баймухамет Якшинбаев, Рахматулла Давлетшинов, Давлеткильды Атибаев, Тулукай Сияргужинов и Ильмень Гульискужинов — в сотники; 5 человек — в хорунжии: Кинжагул Халилов, Якшибай Максутис, Беккужа Рафикис, Юзбек Акмурзин и Эрназар Девлетсорин; Бикмухамет Сияргулов — в полковые писари и Хасан Акимбетов — в полковые квартирмистры6.
В тот же день генерал-майор Бенкендорф подал по команде «Списки военным нижним чинам, отличившимся сего марта 21-го дня в сражении против неприятеля под городом Люнебургом» из 1-го Башкирского полка.
29 марта 1813 года
Генерал-майор Бенкендорф7.

Тогда же А.Х. Бенкендорф написал генерал-майору Ф.Ф. Довре представление и о награждении командиров 1-го Башкирского полка с таким предисловием:
«Вашему превосходительству почтеннейшее честь имею представить список об отличившихся господах штаб и обер офицерах 22-го февраля с прописанием зделанных ими подвигах. Покорнейше прошу милостивейшего Вашего внимания на столь достойных офицеров, что будет служить им поощрением к дальнейшим подвигам.
29 марта 1813 года

 

 

 

 

 

 

 

 

Генерал-майор Бенкендорф»8.

Не зря Кутузов писал: «…Мы действуем за Эльбой легкими нашими отрядами, из которых (по качеству наших легких войск) ни один не пропадёт»9.
24 марта (5 апреля) в боях под Даничковым, Веглицем и Цедеником войска Витгенштейна нанесли поражение главным силам Богарне и отбросили их за Эльбу. Противник потерял до 5000 убитыми и раненными, 1 пушку и 2 знамени. 25 марта (6 апреля) корпус Остен-Сакена овладел крепостью Ченстохов, пленив 2500 человек. В начале апреля все пространство от Одера до Эльбы было очищено от неприятеля. Казачьими частями был занят Бремен на Эльбе.
Немцы хорошо встречали российские войска, ведь они несли им освобождение. Сохранилось немало дневниковых записей русских офицеров, видевших такие встречи своими глазами. Вот, например, подпоручик Александр Щербинин записал в своём «Военном журнале 1813 года»: «29 марта. Главная квартира — местечко Милич. При местечке Здуни переехали мы границу Пруссии. Преданность жителей Силезии к государю нашему и к нам оказалась торжественным принятием в местечке Здуни и местечке Миличе. День сей щитаю я приятнейшим в жизни моей. 1 апреля. Главная квартира — местечко Винциг. Жители с восторгом принимают государя. При въезде в местечки встречает его народ. Молодые девушки бросают цветы на пути его. Везде видны надписи, сообразно надеждам и желаниям народа: «Александру Первому, Избавителю! Боже, благослови его оружие!!» Апреля 7-го. Дорога из Бунцлау в Лаубан идёт через местечко Наумбург, где граница Силезии с Саксонией. И в сем краю принимают нас с восхищением. Государя ожидала в Лаубане такая же встреча, как и в Силезии оказываема была». Ему вторит штабс-капитан Михайловский-
Данилевский: «7 апреля. Саксония была для нас неприятельская земля, потому что король пребывал в твёрдом союзе с Наполеоном, а войска его находились под знамёнами французов; не менее того… в каждом городе были триумфальные ворота для императора, и принимали его с восторгом, ибо владычество французов сделалось для них нестерпимо: обращение французских офицеров было самое грубое, а требования их правительства крайне обременительные… Но нигде не встретили нас так радостно, как в Бауцене. Улицы были до такой степени наполнены народом, что государь с трудом мог по ним проехать. Женщины в щегольских нарядах во множестве находились у всех окон. Вечером была прекрасная иллюминация»10.
Однако Наполеон тоже не терял времени даром и сосредоточил свою новую армию в 300 тыс. человек в Тюрингии в районе Эрфурта, планируя начать оттуда контрнаступление. Поэтому теперь Кутузов не торопился переносить боевые действия за Эльбу против основных сил Наполеона.
При освобождении Европы 1-й Башкирский полк принимал участие в сражениях под Берлином, Дрезденом, «Лисимбургом», под местечком Ютербок, под городами Винтербург, Десава, Бреда, в знаменитом сражении под Лейпцигом, под крепостью Дефентер, под городом «Лаон» и, наконец, под Парижем11.
Освобождаемые народы Европы с ликованием встречали российские войска. Знакомый нам подпоручик Александр Щербинин пишет: «10-го апреля. В Бауцене ожидала нас торжественная встреча искренних добрых жителей. На полмили от городу нашли мы их уже собранными, ожидающими прибытия государя. Не менее того оказывают они всякому русскому, скромно меж них проезжающему, те ласки, каковых владетели за золото и почести купить не могут. Часто при проезде моём, сопровождаемый одним козаком, кричали жители ура, бросали верх шляпы, били в барабаны и на трубах играли. Из каждого окна выглядывает искреннее лицо, на котором радость написана. Это случалось со многими товарищами моими. Вечером был город иллюминирован с необыкновенной расточительностью и вкусом. Каждый дом горел бесчисленным множеством разноцветных огней. Окна увиты были гирляндами, а на балконах горели транспаранты, рисунки коих доказывали хороший вкус жителей. 12 апреля вступила Главная армия в Дрезден, сопровождаемая государем и величеством русского имени. Торжество сего дня было единственное. Чтобы описать его с успехом, иметь должно высокие авторские таланты и свободное время»12. В советской историографии все эти крупные события почему-то скромно назвали «Заграничный поход 1813—1814 годов». Между тем, количество участников, потери сторон, географический масштаб происходящего и, наконец, неподдельная радость освобождённых народов, дают право называть всё это, как «Освобождение Европы в 1813—1814 годах».
В новой сложившейся обстановке первоочередной задачей для Кутузова стало сосредоточение основных сил российской армии на направлении предполагаемого главного удара Наполеона. Исходя из тщательной оценки обстановки и вероятных намерений противника, таковым было признано Лейпцигско-Эрфуртское. Поэтому он решил сосредоточить главные силы армии в районе Лейпциг — Люцен-Альтенбург. Время показало, что он не ошибся. Но заканчивали сосредоточение войск за Эльбой уже без него. Кутузов довел победоносные русские, а с марта 1813 г. и союзные с ними прусские войска до Эльбы, и даже успел создать плацдармы за ней, но 16 (28) апреля в силезском городке Бунцлау он умер.
Сказались чрезмерное перенапряжение сил, неимоверно большой масштаб деятельности и полная лишений походная жизнь. К этому времени он стал настолько популярен в освобождаемых странах Европы, что жители г. Бунцлау, где он умер, воздвигли ему памятник. На нем выбито: «До сих мест довел князь Кутузов-Смоленский победоносные российские войска, но здесь положила смерть предел славным дням его. Он спас отечество свое, он открыл путь к избавлению народов, да будет благословенна память героя»13. Ныне это город Болеславец на юго-западе Польши. Интересно, сохранили ли памятник поль-ские власти?
Неожиданная смерть главнокомандующего всеми армиями перед назревавшими крупными военными событиями стала тяжелой утратой для войск. Вот как сие описывает штабс-капитан Михайловский-Данилевский: «В то время, когда все готовилось к сражению, пришла весть о смерти князя Кутузова. Государь велел содержать её в тайне и не объявлять о ней до конца предстоящего сражения. Непритворные слёзы омочили глаза многих, кому сообщили известие сие. Кутузов умер на высочайшей степени человеческого величия, со славой избавителя отечества… через два дня после его кончины мы проиграли сражение и отступали, казалось, он унёс в гроб и счастье наше. Упоминая об его кончине в военном журнале, я написал, что войска после него осиротели, но слово сие было вымарано государем». Далее он цитирует письмо Тургенева Н.И.: «С прибытием бренных останков его в пределы России народ впрягался под печальную колесницу и вёз её на себе. Из лишне говорить о слёзах, пролитых на гробе его, и благословениях, возносимых памяти его на пространстве более тысячи вёрст. Я нигде не находил в истории, чтобы скорбь народная была более, как при сём случае, общая, более единодушная… Все улицы, где везли фельдмаршала, были наполнены народом, все зрители плакали. Гроб был поставлен на катафалке в Казанском соборе. По Невскому проспекту с трудом пройти можно было. Я был при отпевании. В то время, когда гроб был снят с катафалка и понесён в приготовленную в церкви же могилу, яркие лучи солнца ударили из верхнего окна прямо на могилу, прежде же того погода была пасмурная. Таким образом само небо, казалось, принимало участие в сей горести народной и благословило в могилу победителя того, который, вооружася против человечества, вооружился и против самого бога»14.
Надгробие было обнесено оградой темной бронзы, установленной в 1814 году (последняя работа Воронихина в соборе). К тому времени в соборе были собраны 115 трофейных знамен и штандартов, а также 94 ключа от городов и крепостей, взятых российскими войсками в ходе освобождения Европы. На украшение Казанского собора донские казаки пожертвовали 40 пудов серебра, отбитого у неприятеля. Из него в 1836 г. по проекту архитектора К.А. Тона был создан новый иконостас.
После смерти Кутузова руководство армией фактически перешло к Александру I. Затем новым главнокомандующим был назначен генерал от кавалерии граф П.Х. Витгенштейн, а в мае — Барклай-де-Толли. Но эти назначения, особенно первое, ни в коей мере, не были равноценными заменами мудрому Кутузову.
Из-за смерти Кутузова оставшиеся несколько сот километров до Парижа союзные войска преодолевали ровно год. Весной 1813 г. военные действия развернулись на территории Саксонии. 19—20 апреля и 8—9 мая Наполеону удалось в двух битвах — при Люцене и Бауцене нанести поражение войскам союзников. Пришлось отступить за Эльбу. В первом сражении под Люценем русско-прусские войска потеряли более 20 тыс. человек, а французы — только 15 тысяч. Это связано с тем, что численность наполеоновских войск составляла накануне сражения 200 тысяч человек, а союзных — 92 тысячи, в том числе 54 тысячи русских15.
Союзные войска уступили Наполеону даже ряд городов, ранее лихо захваченных легкими отрядами русских войск: 28 апреля — Дрезден, 18 мая — Гамбург, 20 мая — Бреславль, 21 мая — Любек и многие другие.
Главным образом неудачи были связаны с недостатками в управлении союзными войсками. Приказы и распоряжения главнокомандующего должны были сперва согласовываться с Александром I и королем Фридрихом-Вильгельмом I. За это время обстановка резко менялась благодаря быстрым, неожиданным решениям Наполеона, и запоздалые приказы переставали соответствовать реальной диспозиции. Участник событий Михайловский-Данилевский ярко описывает это сразу после сражения под Лютценом: «На рассвете меня разбудили и послали к графу Витгенштейну узнать от него распоряжения его на наступавший день. Долго я ездил по полям: никто не знал, где главнокомандующий, наконец, я нашел его на поле, сидевшего с большим хладнокровием. Узнав, зачем я был к нему прислан, он мне отвечал: «В армии находится император, и я ожидаю повелений его величества». Таким образом, никто не давал приказаний, государь надеялся на главнокомандующего, а тот на государя». Чуть позже он дописал: «Милорадович в то время покрывал себя славою, начальствуя арьергардом от Люцена до Бауцена, он ежедневно имел жаркие дела с неприятелем и заставлял французов дорого платить за каждый шаг земли. Наполеон столь негодовал на своих генералов, командовавших против Милорадовича, что несколько дней лично управлял движениями своего авангарда, но и его распоряжения не были успешны. Наш полководец действовал по своему произволу и как будто независимо от главнокомандующего… Между тем присоединились к нам корпуса Барклая-де-Толли, пришедшие из Торна, и Сакена, командовавшего в окрестностях Кракова против австрийского генерала Фримона. Сакен заключил с ним перемирие. Корпус Понятовского, состоявший из 20 тысяч человек и расположенный в Галиции, выступил через Богемию в Баварию, после чего всё Варшавское герцогство было очищено от неприятелей»16.
Другой очевидец подпоручик Щербинин оставил живое свидетельство о сдаче Дрездена французам за спиной союзников в своём «Военном журнале 1813 года»: «30 апреля. Король саксонский прибыл в Дрезден, заключил, без совещания с министрами и против воли народа, союз с Наполеоном. Крепость Торгау сдана французам. Губернатор оной барон Тилеман оставил отечество и прибегнул под покровительство императора».
Двухдневное сражение под Бауценом было таким же упорным и кровопролитным, как и под Люценом. Французы потеряли в нем до 18 тыс. человек, союзники — 12 тысяч: русские — около 6,5 тыс., пруссаки — свыше 5,5 тысяч. Витгенштейн решил прекратить сражение и вечером 9 (21) мая русско-прусская армия отошла за реку Лебау. Очевидец Михайловский-Данилевский записал в своем журнале 1813 года: «9-го мая в пятом часу утра государь находился уже на высоком кургане, откуда можно было удобно обозревать всё поле сражения и куда изредка долетали ядра. Государь не съезжал с кургана до отступления армии, и перед глазами его была гора, на которой стоял Наполеон, не трогаясь с неё весь день. Вообще я не видел сражения, в котором бы войска обеих противных сторон менее маневрировали и где главнокомандующие были менее деятельны, как в Бауценовском. Оба императора, как я выше заметил, не сходили с курганов. Граф Витгенштейн не оставлял ни на минуту государя и не подъезжал ни разу к войскам, а начальник штаба его, а следственно, всех российских армий Доврай несколько часов на том же самом кургане спал. Всё утро до десяти часов французы атаковали наше левое крыло, стоявшее на горах, и были всегда отражаемы. Граф Витгенштейн весьма справедливо сказал государю при сём случае: «Ручаюсь головою, что это ложная атака, намерение неприятеля состоит в том, чтобы обойти нас справа и припереть к Богемским горам. Он отгадал намерение Наполеона, но не сделал ни малейшего распоряжения, чтобы предупредить опасность. Ежели он был уверен в своём мнении, то почему он не согласился на неоднократные предложения Милорадовича, который, присылая ему сказать, что он опрокинул неприятельское правое крыло, требовал разрешения продолжать наступление. Всякий раз ему отвечали, чтобы он довольствовался только отбитием атаки неприятеля, а сам не действовал наступательно».
После сражения Михайловский-Данилевский записал: «Во время отступления к Швейдницу Барклай был назначен главнокомандующим вместо графа Витгенштейна. Сражения под Люценом и Бауценом затмили славу сего последнего и обнаружили посредственность его, а беспечность его относительно внутреннего управления армии привела её в большое расстройство, до такой степени, что иногда не знали, где находятся иные полки. Союзники наши пруссаки равномерно были недовольны графом Витгенштейном; это и неудивительно, ибо им надобна была победа, а под его предводительством они испытали два поражения и видели ежедневно увеличивавшееся расстройство армии»17.
После битвы при Бауцене 8—9 (20—21) мая войска Наполеона вошли и в Бреслау. 22—28 мая 2-й Башкирский полк, находясь в отряде генерал-майора Ланского из корпуса Ф.В. Остен-Сакена, сражался на подступах к Бреслау18.
18 (30) мая маршал Франции Даву с датчанами заняли Гамбург. Такой неожиданный поворот событий напугал Александра 1 и Фридриха Вильгельма. В начале июня при посредничестве Австрии было заключено перемирие, но обе стороны стремились лишь выиграть время. Интересные подробности обо всём этом находим у Александа Щербинина в его «Военном журнале 1813 года»: «Неизвестно мне, кем был сделан первый шаг к перемирию. Утверждают, что австрийцы вступили в посредничество и предложили трактовать о мире. Сие вероятно. Слабый император их (Франц I Иосиф Карл — примеч. А.М. Вальковича) не отважился выступить из Богемии на коммуникацию французской армии. Без сомнения, сие было единственное средство к совершенному истреблению ее, и Наполеон был бы наказан за быстрое вторжение в неприятельскую землю, не обеспечив тыл армии своей.
Мы не могли отвергнуть предложения о перемирии. После сражения под Бауценом беспорядок господствовал в армии. Переменив главнокомандующего (что воспоследствовало 13 мая), надобно было ему дать время к приведению армии в устройство. Между тем французская армия находилась в ужаснейшем положении. Потери их в сражениях под Люценом, Бауценом и в других ариергардных делах превосходила 75 тысяч. Раненые умирали в Дрездене на улицах. Не было ни лекарей, ни аптек, одним словом, ни малейшего призрения. В армии свирепствовали болезни и голод. О сём узнали мы, к сожалению, впоследствии времени и уже по заключению перемирия. 23-го числа (мая) заключена конвенция (Плесвицкое перемирие. — Авт.).
Несчастный город сей (Гамбург. — Авт.) пал жертвою, как некоторые полагали, измены Бернадота, который, высадив войска в Стралзунде, послал несколько баталионов в подкрепление генерал-майора Тетенборна, находившегося в оном с несколькими полками козаков, 4 эскадронами гусар и только 700 человек пехоты.
Когда французы приступили к штурму города, тогда объявили себя и датчане с их стороны. Шведские баталионы получили повеление от принца оставить Гамбург. Тетенборн не мог его держать, оставшись с столь малыми силами, и отступил к Бойценбургу. Поведение Тетенборна заслуживает всякое одобрение. Он умел привесть любовь и доверенность жителей, и когда шведские генералы уже получили повеление оставить Гамбург, то употребил все средства уговорить их к нарушению сего повеления. Они действительно остались 24-ю часами долее в городе. Бернадот не замедлил послать им вторичное повеление, которому они уже не могли противиться. Тетенборн обвиняет его в измене»19.
Барон Фридрих Карл Теттенборн (1778—1845) родился в г. Баден. Ещё будучи студентом Геттингенского университета, поступил на австрийскую службу. Участвовал во всех войнах с Францией. Подполковник с 1809 г. 31 августа 1812 года принят на русскую службу тем же чином и направлен в летучий корпус Винценгероде под Москву. Участвовал в боевых действиях под Москвой, боях на Березине, при занятии Вильно. Награждён орденом Св. Георгия 4-й ст. и произведён в чин полковника русской армии. В 1813 году отличился при занятии Кёнигсберга, Берлина, при взятии и защите Гамбурга. В марте получил чин генерал-майора и орден Св. Георгия 3-й ст. В 1813—1814 гг. в составе Северной армии освобождал города на севере Германии, воевал в Дании. Со своим летучим отрядом вкупе с корпусом Винценгероде взял Бремен, участвовал во взятии Кёльна, сражался при Арси-сюр-Об и при Сен-Дизье. Награждён золотой саблей с алмазами. В 1815 г. участвовал в последнем походе во Францию.
Разграничительной линией приняли следующую: Одер — границы Саксонии — Эльба до моря. Гамбург оставался за французами.
Перемирие продолжалось два с лишним месяца и было, по сути, стратегической ошибкой Наполеона. Потому что союзники использовали время для окончательного оформления коалиции и укрепления своих вооруженных сил. Михайловский-Данилевский записал в своём «Журнале»: «30-го июля, за неделю до окончания перемирия, на меня возложили лестное поручение ехать в Прагу и условиться с австрийским правительством о разных статьях, касавшихся до вступления армии нашей в Богемию. Нам, русским офицерам, в каждом местечке и в каждом городке, где были цесарские войска, отдавали особенные почести. Хотя правительство ещё и не объявило войны французам, но генералы их, и офицеры принимали нас с несомненными знаками приверженности»20. Конечно, Наполеон тоже наращивал армию, но у него не было столь масштабных резервов, как у государств, вошедших в коалицию.
Русские с пруссаками создавали новые партизанские отряды, которые не ограничивались лишь одним наблюдением. Произведенный в генерал-лейтенанты граф М.С. Воронцов сообщает Барклаю-де-Толли в рапорте от 13(25) июня о подготовке французами переправы через р. Эльбу и об укреплении г. Виттенберга. Разведчики, посланные Воронцовым, известили об активных действиях неприятеля: «Виттенберг крепко укрепляют, сгоняя туда для сего со всех окружных мест множество рабочих и мастеров и запасая его, как говорят, провиантом на два года, а равно слышно, что во многих местах неприятель укрепляет левый берег р. Эльбы». В следующем рапорте от 29 июня (11 июля) М.С. Воронцов сообщает о движении французских войск к Дессау и просит Барклая-де-Толли разрешить нападение на французов, если перемирие с их стороны будет нарушено»21.
Плесвицкое перемирие закончилось 4 (16) августа, после чего военные действия возобновились. Австрия, после долгих колебаний и дипломатических интриг, наконец-то также примкнула к коалиции, подписав с Россией Теплицкий договор о дружбе и оборонительном союзе. Поручик Александр Щербинин отметил 26 июля в своём «Военном журнале 1813 года»: «Итак совершился союз трёх сильных держав против Франции. Принц шведский принял командование над армиею, состоящей из шведских, прусских и российских войск, т. е. корпуса Винцингероде, всего около 100 тысяч. Назначение его действовать из Берлина на Дрезден, между тем как Главная соединенная армия под командованием князя Шварценберга будет действовать на Дрезден со стороны Богемии. Для прикрытия Силезии остаются корпуса генералов Блюхера и Ланжерона, под командою первого. В герцогстве Варшавском расположена большая резервная армия под командою Бенигсона, и получившая название Польской армии»22. (Беннигсен Леонтий Леонтьевич (1745—1826) — барон, граф, уроженец Ганновера, с 1773 г. по 1818 г. на русской службе, генерал от кавалерии. Позднее, в 1814 г. за успешные действия по освобождению германских государств награждён орденом Св. Георгия 1 степени).
Командующими армиями были назначены: Богемской — австрийский фельдмаршал К. Шварценберг, Силезской — прусский генерал Г. Блюхер и Северной — шведский наследный принц, бывший наполеоновский маршал
Ж. Бернадот. Союзным главнокомандующим считался Шварценберг. По данным на 8 июля 1813 г. на театре военных действий находилось 65 казачьих полков, приписанных к девяти корпусам и Главной квартире, общей численностью 26 тысяч казаков. В регулярной кавалерии силы сторон оказались примерно равными: у французов — 73 тысячи сабель, у союзников — 77 тысяч.
Наполеон также увеличил армию до 440 тыс. человек и 1200 орудий. В районе Дрездена против Богемской армии было сосредоточено 102 тыс. французов, против Силезской армии — 120 тыс. человек. Резерв в 90 тысяч во главе с Наполеоном стоял у Герлица. 70-тысячная армия под командованием маршала Удино находилась южнее Берлина, в Гамбурге встал 35-тысячный корпус маршала Даву, у Магдебурга — дивизия генерала М. Жерара в 12 тыс. человек.
С августа 1813 года 1-й Башкирский полк (343 чел.) находился в Северной армии в отряде генерал-майора И.К. Орурка под общим командованием генерал-лейтенанта М.С. Воронцова. На 1 августа 1813 года, согласно «Десятидневного рапорта о состоянии войск отряда генерал-лейтенанта М.С. Воронцова», в нём было 3 штабс-офицера, 18 обер-офицеров, 26 унтер-офицеров и 338 казаков всего. Лошадей убыло ещё больше, недоставало до комплекта 442 строевых лошади и 20 подъёмных23. 2-ой Башкирский полк в это же время был в составе иррегулярной кавалерии ген. А.А. Карпова. Позже, в сражении под Лейпцигом он насчитывал 295 всего человек 24. А ведь оба полка уже доукомплектовывали после потерь в Отечественной войне до штатных 530-ти человек, но сказались потери в непрерывных боях за освобождение Пруссии и Польши.
11 (23) августа в сражении при Гроссберене маршал Удино потерпел поражение от Бернадота. Французы потеряли более 4 тыс. человек, в том числе до 2 тысяч пленными. 14 (26) августа в сражении на реке Кацбах Силезская армия разбила маршала Макдональда. Дороги на Берлин и в Силезию оказались закрытыми для французской армии.
Во второй половине дня 14 (26) августа союзные войска (160 тыс. человек) пятью колоннами с разных сторон повели наступление на саксонскую столицу — г. Дрезден.
Михайловский-Данилевский записал в своём «Журнале»: «13 августа увидели Дрезден, а впереди оного несколько французских колонн. Государь хотел, чтобы немедленно атаковали их, ибо цель нашего движения состояла в овладении столицей Саксонии, ключом операционной линии неприятелей. Но мнение государя, которое по всем соображениям должно было увенчаться успехом, ибо Наполеон с главными силами своими находился в Силезии против Блюхера, а в Дрездене оставался малочисленный гарнизон, встретило противоречие в австрийцах. Они утверждали необходимость обождать прибытия остальных войск их, которые по причине бесчисленных обозов своих находились ещё позади, в теснинах гор. Австрийцы до такой степени были напуганы французами, что они хотя ясно видели малочисленность своих неприятелей, но не решались атаковать их, пока не подоспеют все наши силы. День прошёл в сих пустых трениях, государь, с коим Моро и Жомини были одного мнения, не мог убедить австрийцев, и положили, чтобы на следующий день в четыре часа пополудни произвести атаку на Дрезден, то есть предоставляли Наполеону, полководцу необыкновенной деятельности, сутки времени, чтобы поспешить на помощь маршалу Сен-Сиру, находящемуся в Дрездене.
14 августа наша армия обложила Дрезден. Всего неприятнее был недостаток в единоначалии, ибо тут присутствовало три монарха и каждый окружён советниками, подававшими мнения, не редко противоречащие, а главнокомандующий князь Шварценберг не имел довольно веса, чтобы согласовать всех и принять такие меры, которые бы всех удовлетворили.
Место, где стояли монархи со штабом своим и конвоем, уподоблялось шумному народному совещанию. Какая разница представлялась с войною 1812 года, где бывало один князь Кутузов, сидя на скамейке, возносил голос свой; и горе тому, кто без вызова его предлагал совет. Наконец, в пятом часу пополудни, многочисленная артиллерия двинулась вперёд со всех сторон и тысячи ядер и бомб полетели на Дрезден, но было уже поздно, ибо Наполеон подоспел на помощь осаждённому городу и нам видно было, как густые колонны его спускались с гор, лежащих по ту сторону Эльбы. Пока оне не вступали в дело, поверхность была на нашей стороне, мы завладели некоторыми предместьями города, но под вечер неприятели высыпали из форштатов и сделали отчаянный отпор, вследствии которого наши войска возвратились на те возвышения, откуда днём спускались для произведения атаки. Ружейный огонь продолжался до ночи и во мраке уподоблялся фейерверку»25.
А на следующий день, 15 (27) августа французы нанесли сильный удар по левому крылу союзных войск, где находились австрийцы, и опрокинули их. Были задействованы крупные силы артиллерии: в сумме более 1200 орудий. Барклай-де-Толли предложил Шварценбергу нанести контрудар по левому крылу французов, но австрийский фельдмаршал отверг это и, переоценивая успехи противника, отдал приказ об отступлении. Дрезден оставили. Часть армии отступала в порядке, но некоторые австрийские корпуса бежали в панике, преследуемые по пятам кавалерией Мюрата. В итоге потери союзников в ходе 2-х дневного сражения составили до 30 тыс. человек. А французская армия потеряла только 10—15 тыс. человек26.
Русские же войска, включая башкир, действовали достойно. Поэтому суховатый, но всегда объективный М.С. Воронцов счёл нужным подать рапорт о награждении отличившихся воинов 1-го Башкирского полка по команде генерал-адьютанту Ф.Ф. Винценгероде.
«19 августа 1813 года
«Представленные ко мне от господина генерал-майора графа Орурка списки отличившимся воинским чинам в сражениях 8-го, 9-го, 14-го и 15 го чисел сего месяца в оригинале Вашему Превосходительству при сём представить честь имею. Генерал-лейтенант Воронцов».
Из «Списка отличившихся обер-офицеров в сражении с неприятелем при м. Лукенвальде августа 17 числа»:
«...Нарвского драгунского полка подполковник Лачин. Имеет орден Св. Владимира 4 степени. Командовал 1-м Башкирским полком, ходил с оным в атаку противу неприятельской пехоты, которую опрокидывал с успехом, и с личной храбростью, благоразумием подавал пример подчинённым.
1-го Башкирского полка старшина Кутлугильды Темиров. С тремя сотнями башкир, посылан будучи во фланг, ударил на неприятельскую пехоту отлично, храбро, хотя и был встречен сильными ружейными выстрелами.
Есаулы: Муклен Сексеймбаев, Ихсан Абубякиров, Усейн Кучербаев. Действовали с вверенными сотнями в делах 9, 14, 15 августа. Неоднократно били на пехоту и кавалерию и всегда подавали пример подчинённым.
Сотники: Езбек Акмурзинов, Ильмен Худейбердинов, Бранбай Сусембаев. На пикирующихся неприятельских стрелков бросались со своими сотнями на них, опрокидывали и поражали неприятеля с неустрашимостью и подавали пример прочим»27.
Надо добавить, что в упоминавшийся в рапорте день 8 августа произошёл авангардный бой корпуса ген. Остен-Сакена при Томасвальде, а 9 (21) августа — бой отряда Чернышёва в Гуздорфе. В упоминаемый в рапорте Воронцова день 14 августа отряд генерала И.К. Орурка взял приступом Ютербок, 14—15 августа шло сражение армий под Дрезденом, а 17-го (16—18-го) — новые бои отряда генерала Воронцова за Ютербок.
Разбитые под Дрезденом союзники отступали к Рудным горам. В последующие дни маршалы Виктор, Мармон, Мюрат, Гувион Сен-Сир, генерал Вандам, преследуя их, взяли в плен еще несколько тысяч австрийцев, пруссаков и русских. Но в 2-дневном сражении под Кульмом 17 (29)—18 (30) августа французы потеряли до 5 тысяч только убитыми, 12 тыс. пленными, всю артиллерию (84 орудия), весь обоз, 2 знамени и 3 орла. В плен попал и раненый в сражении генерал Вандам. Потери союзников составили более 9 тысяч, в том числе 7 тыс. русских, 1,5 тыс. пруссаков и более 800 человек австрийцев28.
19 августа 1813 года казачий полк Быхалова производил рекогносцировку под Люкенвальде и при приближении к городу на них напала кавалерия противника сомкнутыми рядами, надеясь смять их на месте. Но казаки ещё в 1807 году нашли противоядие против таких атак. Капитан прусских улан Ганцауге, прикомандированный к казакам, подробно описал, что же произошло дальше: «Плотно сомкнутыми рядами, чтоб не дать казакам прорваться в интервалы, они двинулись рысью на центр казачьей лавы, которая раздалась,.. и французы попали в пустоту. Казаки в это время атаковали тыл и фланги колонны. Французам пришлось прекратить движение вперёд, поскольку они не встречали с фронта никакого сопротивления. Казаки, воспользовавшись этим, стреляли в сомкнутые ряды противника, чем нанесли ему немалый урон, и кололи пиками фланговые ряды. Выстрелы в сомкнутые ряды давали больший эффект, нежели стрельба по рассыпавшимся казакам. Защищаясь, фланговые ряды французов повернулись к казакам лицом и образовали нечто вроде каре, открыв ответную стрельбу из карабинов. Спасли французскую кавалерию из затруднительного положения пехота и артиллерия, подоспевшие им на помощь. После этого казаки спокойно отступили, никем не преследуемые»28а.
25 августа (6 сентября) 1813 г. произошло сражение у с. Денневиц, близ
г. Ютербока. В нём участвовали пруссаки и русские войска под командованием М.С. Воронцова — 3 конно-артиллерийские роты, 2 егерских батальона, 5 казачьих (включая 1-й Башкирский. — Авт.) и 2 пехотных полка. Союзники захватили 4—5 тысяч пленных, 25—30 орудий и закрыли тем самым дорогу на Берлин29. Воронцов в августе скромно записал: «16. Принял команду над авангардом под Ютербоком. Сражение. Атаковал их арьергард. Раевский легко ранен, егерей и казаков ранено до 40. 17. Занял Ютербок. Поход до Немека»30.
В РГВИА сохранился другой «Список генералитетам, штаб- и обер-офицерам, отличившимся в сражении августа 21 дня 1813 года». И в нём находим ещё одного земляка:
«7-го Башкирского полка полковой старшина Алтынбай Худайшукуров.
Какие имеет ордена: не имеет.
Подвиги: личной храбростью ободрял башкир и сам с оными кидался на неприятельских стрелков с успехом, так же и 28 минувшего мая храбро отличил себя в атаке на неприятеля и в поражении онаго.
К какому удостаивается награждению: во уважение отличной его храбрости как он полковой старшина зауряд, то представляется в чин капитана. Генерал от кавалерии… (подпись)»31.
Через пять дней полковник Сталь составил свой «Список офицеров 1-го Башкирского полка, награждённых «за отличную храбрость, оказанную в преследовании неприятеля в 26 день августа месяца при местечке Герцберхт»:
«26 августа 1813 года
Нарвского драгунского полка командир 1-го Башкирского полка подполковник Моисей сын Лачинов, кавалер орденов С. Анны 2-го и 3-го класса, С. Владимира 4-й степени. Командуя 1-м Башкирским полком во время атаки на неприятельскую колонну, невзирая на сильную пушечную картечь и ружейный огонь, с неустрашимым мужеством с оным врезался в неприятельские колонны и примером личной храбрости подчинённым, приведя неприятеля в беспорядок, воздействовал к разбитию оных.
Башкирские старшины: Кутлугильды Темиров, Абдулла Аргамбайсин. Во время атаки на неприятельские колонны невзирая на сильную пушечную картечь и ружейный огонь с неустрашимой храбростью врезались в колонны, поражая неприятеля своеручно, подавая пример подчинённым, и тем содействовали к разбитию оного.
Есаул Усейн Кучурбайсин. Командуя сотней, ему вверенною, во время атаки на неприятеля с неустрашимой храбростью врезался в неприятельские колонны невзирая на сильный ружейный огонь и примером личной своей храбрости поощрил к таковой подчинённых, приведя неприятеля в совершенный беспорядок, и тем способствовал к совершенному разбитию оного, равно неоднократно по отличной своей храбрости делал в партиях и в других местах на неприятеля атаки, всегда успешно поражал и при сих два раза уже был ранен, за которое воздаяния никакого не было.
Сотник Брамбай Суешбаев. Будучи в охотниках впереди, с неустрашимым мужеством и храбростью сделал на неприятеля удар, в пики збив оных стрелков, и тем, приведя неприятеля в беспорядок, содействовал к разбитию оных. Полковник Сталь»32.
В феврале 1814 года генерал от кавалерии барон Ф.Ф. Винценгероде подал рапорт императору Александру I о награждении отличившихся воинов 1-го Башкирского полка: «Вашему императорскому величеству имею щастие представить Список нижним чинам, отличившимся в разных сражениях, рекомендованным их начальством, коих отличия действительно подходят под статьи Манифеста изданного «О учреждении Знаков отличия Военного ордена Св. Георгия 1807 года февраля 13 дня», каковыми они по всей справедливости заслуживают быть награждёнными, так и в чины офицерския, к денежному награждению и к производству из казаков в урядники.
Из «Списка нижним чинам, удостоенным к получению Знаков отличия военного ордена за подвиги, оказанные ими в сражениях»
1-го Башкирского.
Урядники: Шиберда Шкинеев, Аитшах Матуланов. Казаки: Ишсар Сулейманов, Юзейбай Мухаметов — за дело 18 августа.
Урядники: Узбель Акмурзин, Ишмулдин. Казаки: Бикул Кучаков, Юзямбай Могаметов, Бурангул Чувашев, Кунаккул Суваргушев, Муса Галлеев, Ахмет Арманов, Абрешит Музаков, Амантей Жанчурин — за дело 26 августа»32а.
28 августа (9 сентября) были подписаны Теплицкие союзные договоры между Россией, Пруссией и Австрией, оформившие 6-ю антинаполеоновскую коалицию. К осени 1813 г. армии союзников насчитывали уже 492 тыс. человек, в том числе русских — 173 тысячи и 1383 орудия. В театре военных действий появились и шведские войска. Были сформированы три армии: Богемская — 235 тыс. человек, в том числе 77 тыс. русских; Силезская — 100 тыс. человек, в том числе 61 тыс. русских; Северная — 156 тыс. человек, в том числе 31 тыс. русских. И кроме этого, еще отдельный корпус под командованием генерала графа Л. Вальмодена — 28 тыс человек и 62 орудия. В течение двух последующих месяцев военные действия шли с переменным успехом.
2 (14) сентября под Ноллендорфом русский отряд принца Евгения Вюртембергского из корпуса Витгенштейна неожиданно атаковал и наголову разгромил дивизию генерала Ж. Дюмонсо. Один из батальонов ее, оказавшись в окружении, сложил оружие. Двумя днями раньше отряд прусского генерал-лейтенанта Иоганна Тиллемана всего в 1,5 тыс. человек (8 прусских эскадронов, 3 казачьих полка и 2 конных орудия) внезапно атаковал у Вейссенфельса 4,5 – тысячный французский отряд, прикрывавший крупный обоз, и разгромил его. В плен было взято до 1300 солдат.
3 (15) сентября перед отрядом генерал-майора Ф.К. Тетенборна капитулировал Бремен.
9 сентября начальник летучего отряда генерал-лейтенант М.С. Воронцов подал генералу от кавалерии Ф.Ф. Винценгероде рапорт о новом награждении офицеров 1-го Башкирского полка: «Честь имею представить Вашему Высокопревосходительству оригинальные списки отличившимся г. генералам, штаб-, обер-офицерам и нижним чинам по засвидетельствованию г. генерал-лейтенанта графа Орурка. Покорнейше прошу сделать милость не оставить их Вашим представлением для вознаграждения их по заслугам. Отличные сии чиновники по всем отношениям службы совершенно заслуживают внимания Вашего Высокопревосходительства.

Из «Списка генералам, штаб- и обер-офицерам с отметкою награждений»

 

 

 

 

 

Генерал-лейтенант Воронцов»33.
11 сентября Платов получил приказ сформировать новый «летучий» корпус «с целью, чтобы независимо от движения главных армий действовать в тылу армии неприятеля». Вскоре корпус был сформирован и 14 сентября выступил из города Зейде к Хемницу, где был назначен общий сбор. На следующий день атаман двинулся к Пенигу, чтобы соединиться с отрядами генералов Кудашева и Тиллемана. Соединенные с Н.Д. Кудашевым силы под общим командованием Платова двинулись к Альтенбургу. Здесь они атаковали французов маршала Лефевра. Сил у него было: 8 тысяч человек и 8 орудий, то есть почти в два раза больше, чем у русских. Однако неприятеля выбили из занимаемых позиций и преследовали «с поражением» до местечка Мейзельвиц. Здесь Лефевр получил подкрепление в 3 тысячи человек. Однако и к русским подоспел Тиллеман с венгерскими и прусскими гусарами. Общими усилиями, сбив вторично неприятеля с рубежа реки Плейсы, казаки отрезали им дорогу на Лейпциг, заставив отступить на Цейц. У Цейца Лефевр ещё раз попытался остановить напор казаков, но снова был смят. 36 офицеров и 1380 солдат противника оказались в плену у союзников. Платов потерял около трёх сотен казаков убитыми и ранеными. «В этот день отличился князь Н.Д. Кудашев, который во время командования авангардом находился с казачьими полками «впереди и распоряжался ими как искусный генерал». А также начальствующий атаманцами Греков Т.Д. и командир донской конной артиллерии П.Ф. Тацин, «с отличной храбростью поражавший неприятеля картечными выстрелами». Дивизионный генерал Лефевр отступил к Вейсенфельсу, потеряв 3 знамени, 5 пушек и 1435 человек пленными, в том числе 55 офицеров. У союзников «урон был не так велик… всего до двухсот убитых и раненых чиновников и казаков, а также венгерских и прусских гусар».
Получив в двадцатых числах сентября сообщение, что неприятель с большими силами пехоты и кавалерии приближается к Хемницу, атаман пустился туда, атаковал его правый фланг с тыла и опрокинул. Французы, отступив, закрепились на высотах за городом. Началась артиллерийская дуэль. Донские канониры действовали успешнее и заставили замолчать французские пушки. В атаку пошёл авангард князя Кудашева. Справа ударила казачья бригада Г.А. Костина, усиленная атаманцами Т.Д. Грекова. Они привели неприятеля в совершенное расстройство. Но на левом фланге положение стало угрожающим. Противник «в немалом числе кавалерии, шедшей по Рохлицкой дороге», сбил заставу рус-ских и приготовился наброситься на корпус Платова. Дважды Матвей Иванович посылал своего дежурного офицера к австрийскому генералу Иоганну Фридриху Мору, незадолго до того вытесненному французами из Хемница, но тот не спешил оказать помощь союзникам. Между тем со стороны Пенига подошёл полковник Менсдорф с отрядом из двух казачьих полков под началом знаменитого партизана Давыдова и четырёх эскадронов регулярной кавалерии и сразу обрушился на неприятеля, «опрокинул его и гнал с жестоким поражением» несколько вёрст. Войска генералов Жана Пьера Ожеро и Антуана Бодуена Ван Дедема были выбиты с позиции на высотах у Хемница. Казаки пустились в погоню. «Тогда обратился и генерал-лейтенант Мор к преследованию»34.
«Летучий» отряд Чернышева совершил рейд в Вестфальское королевство с полками казаков в составе 10 тысяч всадников и частей лёгкой пехоты. При появлении казаков у Касселя народ поднялся. Его король Жером Бонапарт, брат Наполеона, бежал во Францию. 18 (30) сентября столица королевства — город Кассель был взят.
21 сентября (3 октября) корпус генерала Йорка (16 тыс. чел.) в бою под Вартенбургом разбил французский корпус генерала А. Бертрана (12 тыс. человек). 2 (14) октября у Либертволковица под Лейпцигом произошло кавалерийское сражение. Союзная русско-прусская конница в 6 тысяч сабель под командованием П.П. Палена нанесла поражение кавалерии знаменитого Мюрата в 7 тыс. сабель и заставила ее отступить.
23 сентября Платов прибыл в Борн. Отсюда он послал разведывательные партии к Лейпцигу. Пять дней спустя его корпус появился у Люцена. В рапорте Барклаю он писал: «Долгом поставляю с особым восхищением донесть вашему превосходительству, что жители здешние, хотя и ожидают сегодня прибытия самого Наполеона в Лейпциг, но на самом поле бывшего Люценского сражения в городе сём и в окрестностях встречают нас хлебом — солью»35.
Е.Ф. Сталь, ставший генерал-майором, подаёт генерал-майору И.К. Орурку новый рапорт об отличившихся воинах 1-го Башкирского полка: «28 сентября 1813 года.
Об отличившихся во время преследования неприятеля от города Дессау до селения Лейденталь бригады, мне вверенной, обер-офицерах список при сём Вашему сиятельству представить честь имею.

Из «Списка об отличившихся господах офицерах во время преследования неприятеля от Дессау до селения Лейденталь от 23 по 26 число сего сентября месяца 1813 года»

 

 

 

Из «Списка об отличившихся господах офицерах в сражении против неприятеля сентября 26 числа при селении Лейденталь. 1813 год»

 

 

 

 

Из «Списка полка конного Андриянова 2-го и Башкирского 1-го об отличившихся нижних чинах в сражении против неприятеля сентября 26 числа при селении Лейденталь. 1813 год»

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Генерал-майор Сталь»36
29—30 сентября (11—12 октября) 1813 г. произошло сражение армии Беннигсена Л.Л. с корпусом Сен-Сира под Дрезденом. 1 октября началась блокада Дрездена союзными войсками. Она длилась ровно месяц, до 30 октября
(11 ноября) 1813 года.
4—7 (16—19) октября 1813 г. под Лейпцигом произошло крупнейшее сражение. В начале сражения, 4 октября, армия Наполеона насчитывала 155 тыс. человек против 220 тыс. пруссаков и австрийцев, но 5 октября в бой вступила подошедшая 110-тысячная армия союзников, состоявшая в основном из русских и шведских войск. На следующий день сражение достигло высшего напряжения.
Нельзя не отметить героизм башкирских конников, участвовавших в знаменитом Лейпцигском сражении 4—7 октября 1813 года. Это сражение получило название «Битвы народов». В нем участвовало с обеих сторон около 500 тыс. человек. На стороне союзников: русские, прусские, австрийские и шведские войска. На стороне Наполеона: французы, поляки, бельгийцы, голландцы, итальянцы.
1-й, 4-й, 5-й, 9-й и 14-й Башкирские полки в составе армии генерала Беннигсена прибыли в окрестности Лейпцига прямо к великой битве37. Наполеоновский генерал Марбо писал, что перед Лейпцигским сражением русские войска получили подкрепление. В числе вновь прибывших было большое количество башкир, вооруженных луками и стрелами. За такое вооружение, продолжает Марбо, «наши солдаты прозвали башкир амурами»38. Тот же генерал был поражен смелостью и храбростью башкирских джигитов, которые, пренебрегая смертью, бросались на опасные участки боя.
«Открыли сражение русские (4 октября) на правом крыле Богемской армии. Они взяли Вахау и Клеберг, двинулись за отступающим неприятелем и попали под губительный огонь французских батарей. В одно мгновение были подбиты почти все орудия первой линии корпуса принца Евгения Вюртембергского. Теперь уже французы пошли в атаку и выбили русских из Вахау и Клеберга. Сражение развернулось по всей линии центра правого крыла Богемской армии. Попытки австрийцев форсировать реку Плейсе, чтобы усилить русских, успеха не имели. Сразу за центром, у деревни Гюльденгосса, на высоком холме Вахтберг, за развитием событий наблюдали монархи Александр I, Франц I и Фридрих Вильгельм III. Русский император действовал в тот день решительно. Приказал подтянуть артиллерию, а лейб-казакам прикрывать её до подхода тяжёлой кавалерии с правого фланга, за которой послал генерал-адьютанта Василия Васильевича Орлова-Денисова. Вызвал из резерва гвардейские полки, потребовал от фельд-маршала Шварценберга во что бы то ни стало форсировать Плейсе, чтобы усилить союзников в центре.
Между тем Наполеон бросил в атаку 10-тысячный корпус, которым за ранением Латур-Бобура командовал генерал Думмерк. В три часа дня вся эта конница, имея впереди латников, с нарастающим аллюром ринулась вперёд, огибая Вахау справа и слева, и обрушилась на войска Евгения Вюртембергского. Французы овладели батареей, изрубив прислугу, прорвали расположение русской пехоты, рассеяли гвардейскую кавалерийскую дивизию Ивана Шевича, сражённого французской пулей, и устремились на холм Вахтберг. Никаких войск, кроме лейб-гвардии казачьего полка, составлявшего конвой Александра I, в этот момент поблизости не было. Катастрофа казалась неизбежной. Александр I призвал к себе полковника Ивана Ефремовича Ефремова, оставшегося за командира после отъезда Орлова-Денисова с поручением, и указал ему на наступающих французов, которые были уже совсем близко. Ефремов понял государя. Отчаянная атака лейб-казаков освободила от натиска французов отступавшую русскую лёгкую кавалерийскую дивизию. Она перестроилась и примкнула к флангам полка Орлова-Денисова. Дышать стало легче. В это время к месту сражения подтянулась русская резервная артиллерия, поставленная левее Гюльден-госсы. Началась страшная пальба, которая, по словам М.А. Милорадовича, была «громче бородинской».
Атаман Платов с десятью полками своего казачьего корпуса находился в этот день на самом краю правого фланга. Между ним и центром Богемской армии, где развернулись основные события, стоял австрийский корпус графа Клейнау. Когда французы пошли на него и выбили союзников с занимаемой позиции, Матвей Иванович «сильным ударом на неприятеля остановил его стремление и, опрокинув, прогнал с большим поражением до их батарей»39.
Очевидец событий, штабс-капитан секретной квартирмейстерской канцелярии при начальнике Главного штаба Александр Андреевич Щербинин оставил описание сего сражения: «4-го октября в 9-ть часов были сделаны первые выстрелы из батареи князя Горчакова. Кленау, находившийся на правом фланге, двинулся к Либертволковицу. Мы с генералом были при Кленау (командир австрийского корпуса — авт.). Вскоре увидели мы большие силы неприятельские, простирающиеся далеко за правый фланг наш. Сие заставило Кленау потянуться вправо. Мы нашли значущую высоту, называемую Колберг, незанятую неприятелем. Мы тотчас поставили на оную 20-ть орудий и два баталиона в прикрытие. Несколько баталионов атаковали деревню Либертволковиц. Остальное войско генерала Кленау находилось в резерве в 1000 шагах от батареи. Несмотря на советы Толя, Кленау и находившийся при нём полковник Роткирх не полагали нужным приближать резервы. Несколько стрелков, занимавших кустарники впереди батареи, вскоре были вытеснены. Вслед за сим двинулись четыре сильные неприятельские колонны атаковать высоту. Они вбежали на оную с распущенными знамёнами и гремящею музыкою. Находившиеся в редуте два баталиона австрийцев первые подали пример к бегству. Поспевшие из резерву два же баталиона последовали им.
Генерал и я, мы бросились к голове баталиона и повели к высоте, чтоб опрокинуть находившегося уже на ней неприятеля. Мы подвели их на 50-ть шагов к неприятелю, видели как он забирает две австрийские пушки, думали, что сие зрелище побудит колонну нашу броситься в штыки, но они, объятые страхом, бежали назад. Мне удалось ещё раз остановить колонну в бегстве, чтоб дать время уйти нашим пушкам. Неприятель, заняв высоту, понудил нас отступить к деревне Пёза (Gross-Possa), где он оставил нас спокойно в позиции нашей.
На всех пунктах линии нашей неприятель ни малейшего не имел успеху до 3-х часов пополудни. Тут повёл он сильную атаку на центр. Кавалерия его два раза прорывалась сквозь 1-ю гвардейскую кавалерийскую дивизию. Лейб-казаки остановили стремления его. Гвардия приблизилась, и егерские полки были употреблены для удержания деревни Госсы, которую неприятель после тщетно форсировал.
Между тем посудил генерал Толь сделать на правом фланге покушение на неприятеля. Нам удалось занять деревню Зейфертсгайн, которую мы долго до самого вечера оспаривали.
4 октября 1813. Расположение фрунта армий наших в вечеру 4-го числа следующее: деревня Грёберн на левом фланге, деревня Госса в центре; от Госсы простирался фрунт к Университетскому лесу, к деревне Пёза, потом по высотам к деревне Фуксенгайн. Впереди правого фланга занято нами было Зейфертсгайн.
5-го октября вознамерились мы выждать приближение Бенигсона, Коллоредо и принца шведского. Мы имели нужду в подкреплении, ибо, распространившись на большом расстоянии, многие пункты были слабы. Для подкрепления левого фланга употреблена была часть войск, находившихся на левом берегу Плейсы под командою принца Гессен-Гомбургского.
Коллоредо прибыл к центру армии у Госсы в 12-ть часов утра. Бенигсон, шедший из Богемии чрез Ноллендорфские дефилеи, заставил отступить Сен-Сира к Дрездену и, назначив корпуса Толстого и Маркова для наблюдения его, направился чрез Фрейберг и Колдиц к правому флангу Главной армии. Он прибыл туда во 2-м часу пополудни.
Диспозиция к генеральной атаке уже была разослана. Бенигсону надлежало начать атаку, направляясь чрез Зейфертсгайн на левый неприятельский фланг, упиравшийся к Голцгаузену. Всему корпусу Бенигсона оставался для дебуширования тесный дефилей Зейфертсгайна. Дождливая погода испортила дороги, артиллерия медленно продвигалась. В 5-м часу успел Бенигсон только войти в деревню. Мы вывезли едва первое орудие для сигнального выстрела, как император присылает приказание отложить атаку до следующего дня, по причине наступившей ночи… Армия Блюхера действовала со стороны Галле. Неприятель принуждён был противопоставить ему почти три корпуса. 4-го числа взял Блюхер 30 пушек и 2000 пленных, а 5-го числа подошёл по самые стены Лейпцига. Неприятель, заняв дефилеи города, препятствовал Блюхеру предпринять 6-го числа что-либо решительное, не менее того содействовал он много и всей день к одержанию победы, тревожив неприятеля сильною канонадою»40.
Александр Михайловский-Данилевский тоже подробно описал это грандиозное сражение: «6-го октября, поутру прекраснейшего осеннего дня, повсюду загремела артиллерия, однако же общее на всех пунктах нападение с нашей стороны началось в часу одиннадцатом. В новейшей истории мы не находим ни одного сражения, в котором было с обеих сторон до полумиллиона солдат. Взор терялся в бесчисленности наших войск, подвигавшихся в величайшем порядке на полукружии к Лейпцигу, как к средоточию. В одном месте атаковали деревни, обходя их с боков, в другом действовали цепи застрельщиков на полянах и в пролесках, там конные полки неслись в атаку, вдали резервы с распущенными знамёнами готовились нанести решительный удар. Более тысячи орудий громили неприятелей, можно сказать без всякого преувеличения, что земля стонала.
…Но самым радостным вестником был начальник саксонских войск, передавшийся к нам часу в третьем. (Согласно письму Беннигсена начальнику Главного штаба князю Петру Михайловичу Волконскому, именно атаман Платов, действовавший с казаками своего корпуса на правом фланге союзников у деревни Зоммерфельд, принудил сдастся вюртембергскую бригаду вместе с её командиром генералом Норманном, а также шесть батальонов саксонской пехоты с 22 пушками и зарядными ящиками).
С сей минуты дела неприятелей были уже совершенно в отчаянном положении. Русские дрались с обыкновенною своею храбростью, но не с тем остервенением, как при Бородине; это естественно: на берегах Колочи дело шло о том, быть или не быть святой Руси! Цесарцы не изменялись в своём хладнокровии, но пруссаки казались убеждёнными в той мысли, что в сей день надлежало им довершить восстановление отечества их от чужеземного ига.
Относительно до французов, то им с самого утра было уже не до победы. Наполеон остановился в невыгодной для него позиции при Лейпциге, имея речку и дефилею позади себя. Спасению своему в тот день французы обязаны скоро наступившей темноте. Бесчисленное множество огней заблистали вокруг Лейпцига, союзники ликовали, тишина была в лагере неприятельском.
С рассветом 7-го октября государь объезжал войска, благодарил их и ободрял колонны, шедшие на приступ, ибо французы в ночи оставили все деревни, которые они защищали накануне, и отступили к предместьям Лейпцига. Все окрестности были усеяны трупами неприятельскими, множество обозов, зарядных ящиков, подбитых лафетов и всякого рода оружием.
Часу в десятом наши подступили к городу, сопротивление продолжалось, предместья доставались уже в руки союзников, и государь, желая избегнуть ужасного кровопролития, неминуемо сопряжённого с приступом, послал генерала Толя к королю Саксонскому предложить ему сдаться со всеми войсками, находившимися в Лейпциге, и объявить, что в противном случае император и за самую жизнь короля не ручается.
Около полудня государь въехал в Лейпциг не при звуке труб и литавр, но под ружейные выстрелы французов, которые ещё дрались на улицах. Пули летали около государя и, чтобы очистить город, император отправил вперёд верных своих лейб-казаков. Я был послан вслед за ними за городские ворота, где представилось мне ужаснейшее бегство неприятелей, рассыпавшихся как стадо овец вдоль берегов Плейсы и Эльстера, через которые они искали спасения, ибо в ту минуту французские инженеры, постигнутые паническим страхом, взорвали мост ранее, нежели им сделать надлежало, от чего целые корпуса их со всеми своими начальниками, оставшись на нашем берегу, достались нам в плен (око-ло 28 тысяч. — Авт.).
Окна огромных домов, стоящих на площади и имеющих этажей по восьми, наполнены были восхищёнными жителями, они приветствовали нас восклицаниями, телодвижениями, платками, многие рыдали от радости, а из нижних жильёв предлагали нам закуски и вино. «Виват!» и «ура!» заглушали слух наш. Вечером, когда всё начало утихать, я ходил по улицам, покрытым тысячами пленных, говоривших на всех языках европейских, это было подобие вавилонского столпотворения. Природные французские пленные совсем упали духом»41.
Воронцов, как всегда, был лаконичен: «6. Сражение под Лейпцигом, мы перешли через Парту и пошли прямо к городу, примыкая правым флангом с Ланжероном, а левым — с Беннигсеном. Канонада жестокая. Мантейфель убит ядром, Арнольди потерял ногу. Ночевал 2 версты от города. 7. Сражение. Взятие Лейпцига, я вошёл с 14-м егерским полком. Победа совершенная, 30000 пленных, 200 орудий, 20 генералов (Лористон, Ренье, Делмас и пр.). Понятовский утонул»42.
Из заметок Гусселя «Первые русские в Лейпциге»: «1813 год. Все сгорали от желания увидеть пользовавшихся дурной славой и внушающих страх казаков, которые, по описаниям французов, едва ли имели человеческий облик, и, поднявшись на башни, искали невооружённым и вооружённым глазом скачущих всадников… Здесь присутствовали воины народов, никогда более не вступавших на европейскую землю, в чужих, невиданных доселе национальных одеждах и вооружении и с совершенно новыми для нас нравами и обычаями.
… Наибольшее волнение у всех вызывали башкиры, о которых можно было услышать самые невероятные вещи и которые, по слухам, имели только один глаз на лбу, длинные морды и огромные клыки вместо зубов. Простолюдины принимали за чистую монету сказки о том, что в самой России они передвигались не иначе, как закованными в цепи и под сильной охраной, чтобы они не могли похищать на улице детей, возбуждавших в них плотоядные желания, и съедать их целиком, без остатка… Многие действительно не без ужаса восприняли известие о том, что завтра придут башкиры. Тем не менее весь город сбежался, чтобы посмотреть на этих странных существ… Каково же было удивление, когда увидели правильные черты лица и совершенно пропорциональное телосложение. На многих физиономиях, имевших большое сходство с китайцами, можно было видеть выражение добродушия… выглядят они совершенно также, как нерегулярные казаки, за исключением их головного убора, высокой шапки в виде сахарной головы, отороченной толстым меховым валиком, который можно было развернуть вниз, и тогда он доставал им до плеч.
...Они редко останавливаются на квартирах, а устраиваются чаще всего на биваках. Вскоре мы с ними познакомились, и дети вертелись среди них, но ни один из них за это время не пропал»42а.
Наименования нескольких башкирских полков, участвовавших в Лейпцигском сражении и проявивших героизм, были занесены в число особо отличившихся частей русской армии. Об этом свидетельствуют мемориальные надписи, до сих пор сохранившиеся в Лейпцигском музее-церкви. Ведь на месте сражения к 100-летию победы был возведён величественный храм — памятник по проекту академика архитектуры В. Покровского.
За проявленную отвагу и храбрость многие башкирские конники были награждены боевыми орденами и медалями. «Походный сотник 9-го Башкирского полка Аккусюк Телимбаев «за отличие и храбрость пожалован кавалером Св. Анны 3-го класса». Отличились и были награждены орденами воины 14-го Башкирского полка Насыр Абдуллин, Галикей Ташбулатов, Абдулла Сурагулов. В приказе командующего Польской армией генерала Беннигсена от 30 ноября 1813 года о награждении есаула 9-го Башкирского полка Кутлугильды Ишимгулова читаем: «Именем е. и. в. и властию, высочайше мне вверенною, в справедливом уважении к отличной храбрости вашей в сражениях 6-го и 7-го октября под городом Лейбцигом оказанной, по засвидетельствованию господина генерал-майора барона Крейца, препровождая у сего для возложения на вас орден Св. Анны 3-го класса». В тот же день за Лейпцигское сражение был награжден орденом Св. Анны 3-го класса сотник того же полка Аксулор Тимирбаев.
13 января 1814 года за храбрость «в сражениях 4-го и 6-го октября под городом Лейпцигом» был награжден орденом Св. Анны 3-го класса войсковой старшина 5-го Башкирского полка Бикчурин. За лейпцигское сражение награждались орденами и повышались в чинах многие другие башкирские конники. «В воздояние оказанного мужества, усердия и отличия г-д штаб и обер-офицеров в сражении противу неприятеля 6-го и 7-го числа октября под городом Лейпцигом бывшим, — говорится в приказе генерала Беннигсена, — по силе данной мне власти награждаются следующие чины: прапорщик легкой роты № 1 Ефремов, казачьих полков полковой командир 9-го башкирского полка Алмалид Уразгулов, полковой командир 14-го башкирского полка Абдул Сурагулов»43. Нигматулла Газеев из 5-го Башкирского полка был отмечен знаком военного ордена44. Платову был пожалован орден Св. Андрея Первозванного, Воронцову — орден Св. Александра Невского. «Русские войска, — отмечал Ф. Энгельс, — составляли основное ядро, вокруг которого лишь позднее сгруппировались пруссаки, австрийцы и остальные»45.
Наполеон потерял под Лейпцигом свыше 80 тыс. человек и 325 орудий. Тарле пишет в книге «Наполеон»: «Долго ещё, несколько дней подряд страшные вопли тяжелораненых оглашали Лейпцигские поля, и разложение трупов наполняло окрестности невыносимым зловонием. Не хватало рабочих рук, чтобы очистить поле, и медицинского персонала, чтобы подать помощь искалеченным и раненым»46. 15 генералов, в том числе именитые Лористон, Ренье, Бертранд попали в плен. Командир Польского корпуса маршал Понятовский попытался было спастись вплавь на коне, но, будучи раненным, утонул в водах Эльстера. Любопытная деталь: как свидетельствуют современники, обычно он возил при себе большое количество золота, драгоценных камней и ювелирных изделий, которыми имел обыкновение награждать подчиненных. Видимо, это сыграло роковую роль: Макдональд смог выплыть, а он — нет. Вскоре после гибели один рыбак случайно выловил сетью его тело и обнаружил при нём все эти богатства. Рыбак возвратил сокровища его родным, получив за это большой выкуп47.
Потери союзников в «Битве народов» составили около 54 тыс. человек, в том числе у русских — 22 тысячи, у пруссаков — 16 тысяч, австрийцев — 15 тысяч48. И всё же Наполеону опять удалось вывести остатки войск из окружения и отступить за Рейн, что затянуло войну еще на полгода. Ночь 8(20) октября Наполеон провёл около Люцена, куда собрались остатки армии. Вслед за отступавшими неотрывно следовали казаки и они смогли освободить почти всех пленных из союзных армий. Но после «Битвы народов» союзники действовали нерешительно, распыляли большие силы на овладение уже осажденными кре-постями. А пехота и артиллерия, выйдя к Рейну, и вовсе остановились там на два месяца. Активны были только казаки и летучие корпуса с их участием. Пассивность союзников позволила Наполеону оправиться от поражения под Лейпцигом и продолжить войну.
Но 8(20) октября Бавария, увидя разгром Наполеона в «Битве народов», наконец-то подписала конвенцию со сторонами коалиции и, соединившись с австрийскими войсками в количестве 60 тысяч человек, направила свои силы в тылы французской армии.
После взятия Лейпцига часть армии Беннигсена преследовала отступающих к г. Эрфурту французов. При этом некоторые башкирские полки и 3-й Оренбургский казачий полк были включены в состав «летучего» корпуса атамана Платова, который начал преследование отступающего противника сразу же 7 октября. 9-й Башкирский полк занял г. Эрфурт49. «Следуя по Эрфуртской дороге, корпус Платова и отряд В.Д. Иловайского взяли курс на Веймар, где проживала сестра царя великая княгиня Мария Павловна, в 1804 году выданная замуж за герцога Карла Фридриха Саксен-Веймарского. Вечером 8 октября казаки расположились на ночлег у переправы через реку Сале в деревне Кёзен. На рассвете 9 октября со стороны Фрейбурга к Кёзену подошла французская пехота с артиллерией. Все попытки неприятеля овладеть переправой были отбиты. Ближе к полудню в дело вступил корпус графа Гулая, а атаман Платов с казаками устремился на Камбург и далее на Веймар. Он имел особое задание императора — спасти от разорения «землю русской принцессы Марии Павловны». В три часа дня Платов пришёл в Камбург, переправился через Сале и двинулся далее. Вскоре его авангард под командованием генерал-майора Кайсарова столкнулся с отрядом французской кавалерии, опрокинул его и преследовал до селения Экарцберг. В плен при этом было взято три офицера и около ста рядовых. Неприятель, стоявший у Экарцберга, видя поражение своего отряда, выслал на помощь пехоту и несколько эскадронов кавалерии, но казаки бригад генерал-майоров Дехтярева и Щербатова с орудиями донской артиллерии отбросили их назад. Из донесения Платова об этом бое главнокомандующему Барклаю-де-Толли: «10 октября 1813 года. Бой у местечка Сал-Мунстер с арьергардом 7000 чел… поражали неприятеля Атаманский, Ольвиопольский гусарский, Черноморский казачий, части полков, собранные из разных отлучек, генерал-майора Грекова 8-го, Иловайского 10-го, часть Тептярского казачьего полка, эскадрон австрийских драгун, прусский партизанский отряд майора Балтернштерна, полурота 1-й роты донской конной артиллерии подполковника Тацыена 4-го подоспела. Арьергард неприятельский весь истреблён, часть разбежалась»49а.
Пока шли эти бои, отряд генерал-майора В.Д. Иловайского, подкреплённый накануне командой в 500 казаков подполковника Г.А. Костина и гвардейскими уланами ротмистра Ф.К. Гейсмара, 9 октября вошёл в Веймар и отбил попытку авангарда корпуса маршала К.П. Виктора ворваться в город.
В час пополудни 10 октября в Веймар прибыл и корпус Платова. Едва он успел представиться герцогу и наследному принцу, как пришлось объявлять тревогу. Наполеон, раздражённый вчерашней неудачей, послал «отважнейшего из наездников своих Лефевра-Денуэтта с 5000 конницы, чтобы предать Веймар огню». Неприятель успел даже ворваться в город и был уже на подступах ко дворцу герцога, но на него обрушились казаки Иловайского и Платова. Бой продолжался несколько часов. Казаки отстояли столицу сестры своего государя.
Вечером того же дня Матвей Иванович продиктовал донесение Александру I: «Высочайшее изустное повеление Вашего Императорского Величества по верноподданническому долгу моему исполнил я в точности… Веймар спасён от разграбления неприятельского. Дорога, по которой он прогнан, покрылась трупами его. В плен взято немало разных кавалерийских полков штаб и обер-офицеров и нижних чинов, есть в том числе и мамелюки, но за скоростью и наступлением ночи всем разборки и щёту ещё не сделано…».
10 октября Дания объявила войну Пруссии и России.
10(22) октября Наполеон двинулся на запад и был встречен вышедшими ему в тыл австро-баварцами под начальством генерала Вреде, занявшими линию реки Кинциг. «За переправу через реку Кинциг начались жестокие бои, длившиеся несколько дней, и, преодолев препятствие, понеся большие потери не только в сражении, но и от начавшегося дезертирства, армия Наполеона отошла и собралась в количестве 40 тысяч человек во Франкфурте-на-Рейне. Около 190 тысяч войск было разбросано в гарнизонах разных стран Европы — от Модлина и Замостья до Гамбурга и Дрездена»50. Французский император еще надеялся вновь создать новую армию. При отступлении противник преднамеренно оставлял в городах крупные гарнизоны, которые должны были выдержать осаду до подхода новой армии, благо фронт проходил рядом. Чтобы не допустить соединения этих гарнизонов с основными силами противника, командование решило ликвидировать все важные узлы сопротивления французов. Эта задача была возложена главным образом на ополчения и другие иррегулярные части. Башкирские конники, входившие в число легкоподвижных сил нерегулярной армии, широко использовались для борьбы с группировками противника, укрепившимися в различных городах и крепостях.
12 октября к Веймару подошли русские и австрийские войска Богемской армии. Александр I устроил здесь свою главную квартиру.
Утром 13 октября отряды генерала Иловайского и полковника Храповицкого нанесли поражение кавалерийской дивизии генерала Ф. Фурнье. На следующий день Иловайский истребил колонну неприятельской пехоты, отбил две пушки и, задержав французов на несколько часов, помог баварским войскам генерала К.Ф. Вреде, наступавшим по дороге от Вирцбурга, овладеть городом Ганау. Летучий корпус Воронцова 14 октября занял Кассель, по направлению к которому двигалась армия Бернадотта.
А.А. Гордеев в «Истории казачества» написал: «Союзники боялись, что с устранением Наполеона возможна новая революционная вспышка во Франции, которая так недавно была обуздана Наполеоном. Поэтому был выработан план мирных переговоров и 14(26) октября передан Коленкуру. Ответ со стороны Наполеона был уклончивый и со значительными поправками. Мирные предложения успеха не имели, и союзники решили продолжить войну».
15 октября казачьи отряды Иловайского и Чернышёва соединились. Выйдя на дорогу Эйзенах — Франкфурт и упредив неприятеля, они ворвались в Фульду, сожгли там большой провиантский магазин и взяли в плен не менее 500 человек. Вечером дважды отразили попытки авангарда французской армии овладеть городом, после чего двинулись вперёд и остановились на ночлег близ деревни Нейгоф. В четыре часа утра 16 октября отряды Иловайского и Чернышёва форсированным маршем устремились по Франкфуртской дороге к селению Роттенберг, разрушая за собой мосты и устраивая лесные завалы. Авангард полковника К.Х. Бенкендорфа энергечно атаковал дивизию генерала Демутье вместе с остатками корпуса маршала Мармона и гнал их до города Ганау, взяв в преследовании до тысячи пленных. На подступах к Ганау французы обнаружили, что город уже занят авангардом баварских войск генерала Вреде, который осыпал их картечью. Внезапно повернув, они атаковали русских «с яростью и отчаянием в надежде проложить дорогу и соединиться со своей армией. Но храбрые казаки, — писал Чернышев Александру I, — несмотря на потери, защищались блестяще»51. Противник, атакованный со всех сторон, после упорного сопротивления вынужден был сложить оружие. В бою под Ганау казаки взяли в плен до 4 тысяч человек, в том числе двух генералов, несколько полковников и много офицеров. Башкирские казаки принимали участие в сражениях при Веймаре и Ганау, как и 3-й Оренбургский полк.
Вечером 17 октября к Ганау подошла французская кавалерия численность 12 тысяч сабель. За ней расположились четыре пехотных корпуса и Старая гвардия с самим Наполеоном. Целые сутки отряды Иловайского, Чернышева, Орлова-Денисова и баварские войска Вреде мужественно воевали с целой армией под руководством самого Наполеона, но в ночь на 19 октября вынуждены были отступить за реку Кинциг. Правда, тут они ухватились с разных концов за арьергард Наполеона и разорвали его в клочья. Платов оторвал от него более 2 тысяч пленных, дорога до Гельнгаузена покрылась трупами. Орлов-Денисов перешел речку Кинциг вброд, напал на противника, приведённого в «совершенный беспорядок», разбил его и взял в плен 1,5 тысячи человек. На остальных набросились Грассер с австрийцами и Чернозубов 5-й с казаками и захватили ещё 1100 солдат и офицеров. Часть арьергарда сумела-таки перейти на левый берег Кинцига, где Иловайский 12-й захватил в плен более тысячи человек. После этого арьергард французской армии перестал существовать.
С перенесением военных действий в пределы Германии, а затем и Франции башкирские полки продолжали принимать участие в преследовании наполеоновской армии. Многие полки сражались с французами под Лейпцигом, Дрезденом, Магдебургом, Веймаром, Гамбургом, Глогау, Шатобрианом, Парижем. Часть башкирских конников использовалась для связи между действующими корпусами русской армии, конвоирования пленных, гарнизонной службы. Например, 18 октября 1813 года из дер. Гунтельми Платов рапортовал Барклаю-де-Толли, что занята «Крепость Кенигсховен, в которой оставлен комендантом Тептярского казачьего полка есаул Сагетов с пятнадцатью человеками казаков»52.
Башкиры сражались при Веймаре и Ганау, а 21 октября в окрестностях Франкфурта-на-Майне. 11-й Башкирский полк на 29.10. (11.11.) 1813 года указан в составе казачьего корпуса Платова в Богемской армии53.
Четыре полка уральских казаков сражались под Дрезденом, Лейпцигом, Гамбургом и Пфальцбургом54.
«Ополчение III округа состояло главным образом из ратников Поволжья и входило в состав Польской армии. С 18 по 25 августа 1813 года ратники прошло дополнительную военную подготовку, после которой командующий ополчением генерал Толстой провел смотр полков ополчения. 31 августа был получен приказ, в котором Поволжскому ополчению предлагалось форсированным маршем двигаться к городу Лигницу для последующего наступления на Дрезден. 6 сентября ополчение вступило в пределы Силезии.
В то время фронт проходил в непосредственной близости от г. Дрездена, в котором находился 36-тысячный гарнизон французских войск во главе с маршалом Сен-Сиром. В конце сентября 1813 года на войска Поволжского ополчения была возложена задача ликвидации Дрезденского гарнизона. Не имея достаточных сил для решительного штурма хорошо укрепленных дрезденских позиций, защищаемых сильным гарнизоном, русское командование решило окружить город и вынудить противника капитулировать. Ополченческим корпусом генерала Толстого Дрезден был блокирован. В составе корпуса Толстого были 2-й, 13-й и 15-й Башкирские полки»55.
Позднее к Дрездену подошли и другие полки башкирских конников.
Сопротивление французов продолжалось в течение целого месяца. За этот период они неоднократно пытались прорвать кольцо блокады и вырваться из окружения. Войска неприятеля численностью 20 тыс. человек 5 (17) октября выступили из укреплений и повели атаку на блокирующих ратников. Атаки противника повторялись в последующие дни.
Если 2-й, 13-й и 15-й Башкирские полки участвовали в блокаде Дрездена с начала октября, то после известного Лейпцигского сражения сюда прибыли еще 1-й, 4-й, 5-й и 14-й Башкирские полки. В дни решающих сражений с гарнизоном Дрездена 30 и 31 октября особенно отличились 14-й и 4-й Башкирские полки. Воины указанных полков Кильдияр Баудуллин, старшина Бакиров, Назарбей Тляпов, Насыр Наурузов и другие за сражение 30 и 31 октября были награждены орденами56. К 17 октября кольцо блокады вплотную сомкнулось вокруг осажденного гарнизона. Все попытки французов прорвать эту цепь разбивались о мужество и стойкость ополченческих полков. Участились перебежки на сторону русских тех солдат, которые насильно были мобилизованы из оккупированных Наполеоном стран.

Из Журнала военных действий Польской армии об участии ополчения 3-го округа в военных действиях под Дрезденом
Октябрь 1813 года

«1-го. По отбытию главнокомандующего Польскою армиею генерала от кавалерии и кавалера Беннигсена с большей частью войск, остальные под командою генерал-лейтенанта и кавалера Маркова соединены с ополчением под командою генерал-лейтенанта и кавалера Толстого, расположены были около Дрездена следующим порядком:
…Третий отряд — между дер. Пляуен и Пестиц, под командою генерал-майора Булатова, состоял из полков: кавалерии — Донского казачьего Платова-5-го полка, 15-го Башкирского, 5 эскадронов Нижегородского конного полка, инфантерии — 3 баталионов 43-го егерского полка, 1 баталиона Нейшлотского пехотного полка, 3 полков пензенских, во всяком по 3 баталиона, 3 баталионов Нижегородского пехотного полка от ополчения, батарейной роты 6 орудий № 16, лёгкой роты 5 орудий № 64, конной роты 4 орудий № 22.
6-го. …Генерал-майору Булатову с назначенным отрядом предписано оставаться в той же позиции до вечера, ночью отступить за дер. Цейст, где и ожидать дальнейшего повеления.
10-го. Авангарду генерал-майора Булатова предписано следовать вперёд и атаковать неприятеля, который и был атакован, опрокинут и преследован с немалою потерею за дер. Локвиц, перед коею отряд и расположился.
15-го войска оставались в той же позиции. Генерал-майору с отрядом из позиции, им занимаемой перед Локвиц, предписано командующим следовать вперёд и неприятеля, расположившегося при дер. Прохлиц и Никкерн, вытеснить, что и было исполнено: неприятель был опрокинут за дер. Лейбниц, а отряд расположился при Прохлиц.
16-го. …Генерал-майор Булатов того же числа по предписанию вытеснил неприятеля из Лейбниц и Гистриц, где оного отряд и расположился.
17-го….Генерал-майору Булатову предписано следовать вперёд и занимать дер. Шершниц и высоту, простирающуюся к дер. Стреле. По данному сигналу все отряды двинулись по назначению к своим пунктам и стремительно атаковали неприятеля, который хотя и упорно удерживался, особенно в дер. Рекниц, Шершниц и Пляуен, производя сильную канонаду, но был опрокинут и преследован до самых укреплений при Дрездене»57.
25 октября (6 ноября) противник сделал последнее усилие прорвать блокаду. В течение всего дня шли ожесточенные бои. В этот день русские вынуждены были отступить к Рейхенбергу, но на следующий день они отбросили неприятеля обратно к Дрездену. Не выдержав натиска русских войск, 31 октября (11 ноября)1813 года маршал Сен-Сир капитулировал. Сдались в плен 2 маршала, 32 генерала, 1759 офицеров и 33744 солдата. Кроме того, победителям досталось 200 пушек неприятеля58. В боях с сильным гарнизоном Дрездена ратники Поволжского ополчения и башкирские конники проявили массовый героизм, многие офицеры и рядовые были представлены к награде.
После Лейпцигской битвы главные силы Наполеона начали отходить за Рейн. 18 (30) октября у Ганау дорогу Наполеону попыталась преградить австро-баварская армия графа К. Вреде, численностью около 40 тыс. человек со 116 орудиями. У Наполеона было всего 36 тыс. человек, но он был в привычной среде. Австрийцы и баварцы были наголову разбиты, потеряв 15 тыс. человек. А французы оружием проложили себе дорогу вперед. Правда, на следующий день подошедшие на помощь казаки Платова нанесли поражение занимавшему Ганау французскому корпусу Бертрана и заставили его оставить город. Французы тогда только пленными потеряли более 3 тыс. человек59. 19 октября корпус Платова прошёл через Франкфурт. С утра 20 октября корпус Платова пустился за непри-ятелем, отступившим от Ганау, и «положил более трёх тысяч человек». В тот же день у города Бергена отряд Орлова-Денисова соединился с авангардом Платова под командованием Кайсарова. Общими силами они окружили два батальона французской пехоты числом до 1300 человек и принудили их сложить оружие. 24-го в полдень во Франкфурт торжественно въехал Александр 1 со свитой.
Вскоре там собрались все коронованные особы бывшего Рейнского союза: короли баварский, вюртембергский, герцоги, принцы, чтобы «лично уверить высоких союзников в искренности обещаний и в доброй воле их к пожертвованиям на общую пользу».
На 9 ноября 1813 года 2-й Башкирский полк находился в кавалерии под командою генерал-лейтенанта Ланского корпуса генерала от инфантерии Сакена. 7-й Башкирский казачий полк, 2-й Тептярский, Оренбургский атаманский, Симферопольский татарский, Перекопский татарский полки вместе с пятью донскими казачьими полками находились в корпусе генерала от кавалерии Александра Виртембергского60.
Уфимский пехотный полк вновь отличился «храбростью и мужеством» при взятии города Бремерлей и батарей Карлсбурга и Блексена 8, 11 и 13 ноября 1813 года:
«Ноябрь 1813 года

 

 

 

 

 

 

 

Генерал-майор…»60а.
На 14 ноября в Польской армии под командованием Беннигсена в отряде генерал-майора Крейца из корпуса «генерала от инфантерии Докторова», стоявшем под Магдебургом, находился 14-й Башкирский полк, 5-й Уральский, Андриянова 3-го и Шамшиева 2-го казачьи полки. В корпусе генерал-лейтенанта Толстого, который «Весь состоит под Дрезденом, но имеет предписание следовать вниз по Эльбе» под командою генерал-лейтенанта Маркова, находились 15-й Башкирский, Турчанинова 2-го и Платова 5-го казачьи полки. Башкирские 8-й, 12-й, 13-й, 16-й и 2-й Мещерякский считались откомандированными. 10-й Башкирский полк находился в городе Пензе61.
Братство по оружию башкир и русских при нахождении в чужих странах ещё более укрепилось. Тому масса примеров уже приведена, вот ещё один:

Рапорт генерал-майора Г.А. Шостакова
генерал-адъютанту графу С.Г. Строганову о бое при д. Гринебург
«д. Микенфельд. № 11. 21 ноября 1813 года

Сего числа следовавши в назначение по дислокации квартиры Елисаветградского гусарского полка с майором Диком 1-м один ескадрон и башкирский полк из ночлега местечка Гитфельд в селение Микенфельд. На марше расстоянием полверсты открыта была неприятелем перепалка, сбивая пикеты Ямского казачьего полка при деревне Гринебург, в которую неприятель вступил числом до 100 человек пехотных и начал фуражировать. Почему майор Дик нужным почёл подкрепить казачий полк. Елисаветградского гусарского полку порутчик Шияновский с 10 гусарами и 10 башкирцами был откомандирован. Атаковали неприятеля совместно с казаками при деревне Гринебург, прогнали к деревне Вилздорф, нескольких закололи и несколько человек взято в плен, кои и остались при Ямском казачьем полку. Убитых при атаке башкирского полка казак 1 и Елисаветградского гусарского полка ранили обер-офицера 1, строевых лошадей 2-х. Я же, расположась с двумя ескадронами гусар и башкирским полком в деревне Микенфельд, выставил пикеты при деревне Зейды, а с левой — к пикетам Ямского казачьего полка, о чём сим вашему сиятельству честь имею донести.
Генерал-майор Шостаков»62.
27 ноября 1813 года полковой командир 5-го Башкирского казачьего полка войсковой старшина Бикчурин был представлен к ордену Св. Анны 3 класса, а сотник этого же полка Суюшев — к чину 14 класса63.
Положение французской армии становилось все более затруднительным. В тылу французских войск действовали многочисленные партизанские отряды, в основном из казаков. В оккупированных французами городах начались волнения. Воинские части государств Рейнской конфедерации, входившие в состав армии Наполеона, были ненадежны, солдаты зачастую бросали оружие и дезертировали. Бавария открыто порвала с Наполеоном и примкнула к союзникам. Михайловский-Данилевский записал в своём Журнале: «С прибытием во Франкфурт кончился поход в Германию, и она была освобождена от французского ига, ибо неприятели удалились на левый берег Рейна, оставя по сю сторону арьергард у Гохгейма, но и тот в скором времени был прогнан. Мы (главная квартира — авт.) пробыли более месяца во Франкфурте, то есть с 24 октября до 29 ноября. Армия наша расположилась на выгодных кантонир-квартирах вдоль Рейна, а между тем начались дипломатические переговоры. Он (государь) не хотел даже долго останавливаться на Рейне, а идти прямо в Париж зимою, но союзники наши как будто оробели при виде границ Франции, вероятно от неудачных покушений их в прежние войны. Наконец, все согласились с императором и после долгих прений решились начать наступательные действия таким образом, чтобы главной армии идти к швейцарским границам»64.
В последних числах октября летучий корпус Платова прибыл к городу Висбаден, недалеко от реки Рейн, где простоял до второй половины декабря 1813 года65. 26 ноября корпус Платова вместе с гвардией и войсками Витгенштейна двинулся в сторону Швейцарии. 5 декабря последовала небольшая остановка в герцогствах Вюртембергском и Баденском. После непродолжительного отдыха здесь Платов двинул корпус на Шарм.
Александр Щербинин в Главном штабе кратко записал: «Ноябрь. Генерал Бенигсен обще с принцем шведским обращены в Голландию для отрезания отступления корпуса Давуста. 14-го числа получили мы известие о генеральной инсуррекции в Голландии. Города Амстердам, Гааге и другие свергнули иго правительства французского. Голландия призывает принца Оранского на престол. 14-го числа вошли казаки в Амстердам. Все укрепления на Исселе взяты штурмом. Также и батареи на устье Везера.
Принц шведский намерен атаковать Давуста, но прежде штурмовать Гарбург и Вилгелмсбург. Винценгероде, отрядив корпус графа Строгонова для взятия Штаде, находился с остальною частью войск в Бремене, имея всю легкую кавалерию в Голландии и на берегах Исселя.
20-го ноября. Государь император надел в сей день на себя и на всех участвовавших в походе 1812 года серебряные медали на голубой ленте»66.
19 ноября (1 декабря) капитулировала крепость Модлин, блокированная ополченцами из России генерал-лейтенанта А.А. Клейнмихеля численностью в 9 тыс.человек. 3-тысячный гарнизон во главе с дивизионным генералом Г. Дендельсом сдался в плен.
22 ноября (4 декабря) перед союзниками капитулировал Любек, а на следующий день — Штеттин.
11 декабря Главная армия переправилась через Рейн и вошла в Швейцарию.
14 (26) декабря капитулировала крепость Торгау с 10-тысячным гарнизоном.
Во Фрейбурге государь Александр 1 отдал приказ: «Воины! Мужество и храбрость ваша привели вас от Оки на Рейн. Они ведут нас далее: мы переходим за оный, вступаем в пределы той земли, с которою ведём кровопролитную, жес-токую войну. Мы уже спасли, прославили отечество своё, возвратили Европе свободу ея и независимость. Остается увенчать подвиг сей желаемым миром. Да водворится на всём шаре земном спокойствие и тишина! Да будет каждое царство под единою собственного правительства своего властию и законами благополучно! Да процветают в каждой земле, ко всеобщему благоденствию народов вера, язык, науки, художества и торговля! Сие есть намерение наше, а не продолжение брани и разорения. Неприятели, вступая в средину царства нашего, нанесли нам много зла, но и претерпели за оное страшную казнь. Гнев божий поразил их. Не уподобимся им: человеколюбивому богу не может быть угодно бесчеловечие и зверство. Забудем дела их, понесём к ним не месть и злобу, но дружелюбие и простёртую для примирения руку»67.
2-ой и 11-ый Башкирские полки из Главной (бывшей Богемской) армии на 25 декабря 1813 г. (6.01.1814 г.) находились в составе войск генерала
М.Б. Барклая-де-Толли «на военных дорогах». 1-ый Башкирский полк был в составе иррегулярной кавалерии в корпусе генерала Ф.Ф. Винценгероде, входившего в Северную армию, затем вместе с корпусом был передислоцирован на усиление Силезской армии68.
В начале декабря 1813 года после капитуляции Дрезденского гарнизона ратники Поволжского ополчения блокировали Магдебург, гарнизон которого совершал неоднократные попытки вырваться из окружения. Например, особо сильно 18 (30) и 23 декабря.

Именной указ императора Александра I, объявленный в приказе главнокомандующим армиями М.Б. Барклаем-де-Толли, о раздаче медалей, установленных в память 1812 года:

«22 декабря 1813 года
Государь император высочайшим указом, на имя моё сего декабря в 22 день данным, относительно установленных в память 1812 года медалей, повелеть соизволил:
1) Раздавать строевым чинам в армиях и ополчениях, всем без изъятия, действовавшим против неприятеля в продолжении 1812 года.
2) Из нестроевых, священникам и медицинским чинам — тем только, кои действительно находились во время сражений под неприятельским огнём, представляя об них всякий раз на утверждение его императорского величества именные списки.
3) Все чины военные, в армиях и ополчениях употреблённые против неприятеля с 1 генваря текущего года, равно и не участвовавшие в действиях в 1812 году, по случаю нахождения в других корпусах или при особых поручениях, не имеют права на приобретение медалей.
4) За исключением поименованных в первых двух пунктах указа сего, решительно никто не должен носить медалей»69.
То есть, знаменитыми серебряными медалями «В память об Отечественной войне 1812 года» начали награждать уже в 1813 году, в ходе освобождения Европы. И награждения производились достаточно строго, после проверки: действительно ли тот или иной воин участвовал в боевых действиях Отечественной войны 1812 года. Каждый командир должен был составить списки действительно служивших в 1812 году воинов и представлять его в Главный Департамент. Генерал-лейтенант М.С. Воронцов, согласно Указу императора, также составил свою «Перечневую ведомость состоящих при штабе генералов, штаб- и обер-офицеров и нижних воинских чинов, действительно бывших на службе в 1812 году» после награждения. И в нём находим, после генералов, офицеров, и башкирских казаков:
«Башкирских полков:
1-го Башкирского: урядник Бурбай Бердинов, башкиры Сансе Куцубаев, Ишкузя Карешен, Дусай Тиматов, Барис Салимиев.
5-го Башкирского полка: урядник Авасталлих Абдулов, башкиры Хирсамендин Мисаликов, Ильяс Искантаров, Кутлубай Мисагитов, Фезулла Газитов, Сейфульмулюк Боязитов, Габдулафар Гибадилов, Шикале Масягутов, Хайбулла Имаметов.
Дежурный полковник…»69а.
Однако серебра на всех не хватало, и многие воины были награждены этой медалью уже после окончания освобождения Европы и взятия Парижа. По фамилиям видно, что большинство из вышеперечисленных воинов не дожили до их учёта по месту жительства в кантонах в 1836 — 1839 гг. То есть таких надо плюсовать к известному списку профессора А.З. Асфандиярова.
Согласно «Расписанию Российской армии 1813 года, действующей на левом (французском) берегу Рейна», — главнокомандующий Барклай-де-Толли, в 1-м кавалерийском корпусе под командою генерал-лейтенанта графа Палена 3-го воевал 4-й Башкирский полк, в особом казачьем отряде Платова, в 1-м его отряде, под командованием генерал-майора Кайсарова действовал 1-й Тептярский полк, а во 2-м отряде — 1-й Башкирский полк70.
4 (16) января 1814 года отрядом Юзефовича Д.М. был взят Кёльн. 14-й Башкирский полк, неоднократно отличавшийся в боях с неприятелем, участвовал во взятии города Кёльн на Рейне71.
Между тем 2 января 1814 года ополченческому корпусу генерала Толстого было приказано двинуться к Гамбургу для ликвидации последнего крупного неприятельского очага на Эльбе. Там находился корпус маршала Даву.
Против гарнизона Магдебурга был оставлен отряд генерала Кноринга, а Поволжское ополчение Л.Л. Беннигсена вместе с регулярными войсками генерала Дохтурова и генерала Маркова блокировало Гамбург.
Наконец, 18 мая, только через два месяца после взятия Парижа союзными войсками корпус Даву сложил оружие и Гамбург был занят русскими войсками. Даву сдал город только по личному приказу нового короля Франции Людовика ХVIII и начальника штаба французской армии Л. Бертье72. Население города с ликованием встретило своих освободителей. В числе победителей вошли в Гамбург и башкирские полки.
«Правда, что одежда и вид башкирцев, которые в сие время входили в город (Гамбург. — Авт.), — пишет Андрей Раевский, — поразили немцев. Но вскоре невинное простосердечие сих «людоедов» рассеяло совершенно всякое сомнение». С восхищением рассказывает генерал Раевский случай, когда башкирские полки вошли в Гамбург в числе победителей: «Мы сами удивлялись опрятности и чистоте их одежды, которую берегли они только для случаев торжественных. Белые кафтаны и красные шапки в сомкнутых рядах нескольких полков представляли новое, но довольно приятное зрелище73.
Вернёмся к декабрю 1813 — январю 1814 гг. Рейнская конфедерация распалась. Подвластные Наполеону немецкие государства, следуя примеру Баварии, перешли на сторону союзников. Прекратило существование созданное французами Вестфальское королевство.
После завершения военных действий под Гамбургом некоторые участники получили награды:

Из «Списка штаб- и обер-офицерам, награждённых чинами и орденами за особое отличие, оказанное в разных против неприятеля делах под Гамбургом» по представлению генерала от инфантерии Д.С. Дохтурова:

12 июня 1814 года
Использованая литература

1. Бессмертная эпопея. К 175-летию Отечественной войны 1812 г. и Освободительной войны 1813 г. в Германии. Ответ. редакторы академики Нарочницкий А.Л. (СССР) и Шеель (ГДР). — М.: Наука. 1988. С. 134.
2. Гордеев А.А. История казачества. — М.: Вече. 2006. С. 354.
3. Щербинин А.А. Военный журнал 1813 года. 1812 год… Военные дневники. — М.: Сов. Россия, 1990. С. 259.
4. РГВИА. Ф. 410. Д. 3843. Л. 458.
5. Отечественная война 1812 г. Материалы ВУА. Т. 19. — СПб. 1912. С. 40.
6. Усманов Абубакир «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года». Ватандаш-Соотечественник. 2012. №3. С. 71./ Российский государственный военно-исторический архив, ф. 103, оп. 208а, св. 47, д. 4(6), лл. 348—348 об.
7. Вклад Башкирии в победу России в Отечественной войне 1812 года. Сборник документов и материалов. — Уфа: Китап. 2012. С. 73—74./РГВИА. Ф. 103. Оп. 1/208В. Св. 47. Д. 4. Л. 103—104.
8. Там же. С. 74./ Там же, л. 344—346.
9. Из письма М.И. Кутузова к Л.И. Голенищеву-Кутузову от 28 марта
(9 апреля) 1813 года. Цит. по : Жилин П.А. Роль русской армии в освобождении народов Западной Европы от наполеоновского ига. С. 70.
10. Щербинин А.А. Военный журнал 1813 года + Михайловский-Данилевский А.И. Журнал 1813 года. 1812 год… Военные дневники. — М.: Сов. Россия, 1990. С. 260—263; 328.
11. Усманов Абубакир «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года». Ватандаш-Соотечественник. 2012. №3. С. 71./РГВИА. Ф. 395, 1818 г. Оп. 124/321. Д. 122. Лл. 28—29 об.
12. Щербинин А.А. Военный журнал 1813 года. «1812 год… Военные дневники». — М.: Сов. Россия, 1990. С. 266—267.
13. М.И. Кутузов. Сборник документов. Т.5. — М., 1956. С.571.
14. Михайловский-Данилевский А.А. Журнал 1813 года. «1812… Военные дневники». — М.: Сов. Россия, 1990. С. 330—331, 350—351.
15. 1812 — 1814: Из собр. Гос. Истор. Музея. Сост. Ф.А. Петров и др.
— М.: «Терра», 1992. С. 341.
16. Михайловский-Данилевский А.А. Журнал 1813 года. «1812… Военные дневники». — М.: Сов. Россия, 1990. С. 337; 340—341.
17. Михайловский-Данилевский А.А. Журнал 1813 года. «1812… Военные дневники». — М.: Сов. Россия, 1990. С. 343, 345.
18. Альбом «Воинская слава». Уфа: ДизайнПолиграфСервис, 2007. С.21.
19. Щербинин А.А. Военный журнал 1813 года. 1812 год… Военные дневники.
— М.: Сов. Россия, 1990. С. 272, 275—276.
20. Михайловский-Данилевский А.А. Журнал 1813 года. 1812… Военные дневники. — М.: Сов. Россия, 1990. С. 351, 353.
21. Захарова О.Ю. Генерал-фельдмаршал светлейший князь М.С. Воронцов.
— М.: Центр-полиграф, 2001. С. 77/ Поход русской армии против Наполеона в 1813 году и освобождение Германии: Сборник документов. М., 1964. С. 205, 209—210.
22. Щербинин А.А. Военный журнал 1813 года. 1812 год… Военные дневники.
— М.: Сов. Россия, 1990. С. 279.
23. Вклад Башкирии в победу России в Отечественной войне 1812 года. Сборник документов и материалов. Уфа: Китап. 2012. С. 93./РГВИА. Ф. 103. Оп. 1/208Г. Св. 4. Д. 35. Ч. 7. Л. 22.
24. Энциклопедия «Отечественная война 1812 года». М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН). 2004. С. 54.
25. Михайловский-Данилевский А.А. Журнал 1813 года. 1812… Военные дневники. — М.: Сов. Россия, 1990. С. 354 – 355.
26. Фролов Б.П. «Да, были люди в наше время…» Отечественная война 1812 года и Заграничные походы русской армии./Военная история государства российского. М.: Animi Fortitudo. 2005. С. 518—520.
27. Вклад Башкирии в победу России в Отечественной войне 1812 года. Сборник документов и материалов. Уфа: Китап. 2012. С. 94./РГВИА. Ф. 103. Оп. 1/208Г. Св. 3. Д. 15. Л. 7, 10, 12.
28. Хронология русской военной истории. СПб. 1891. С.148.
28а. Сапожников А.И. Войско Донское в наполеоновских войнах. Кампании 1805—1807 гг. — М., СПб.: Альянс-Архео. 2008. С. 182./Денисон Дж. История конницы. С. 364—365.
29. «1812 —1814: Из собрания Гос. Исторического музея». Сост. Ф.А. Петров. — М.: «Терра», 1992. С. 312.
30. Захарова О.Ю. Генерал-фельдмаршал светлейший князь М.С. Воронцов. –М.: Центр-полиграф, 2001. С. 78/ 1812—1814: Из собрания Гос. Исторического музея. Сост. Ф.А. Петров. — М.: «Терра», 1992. С. 296.
31. Вклад Башкирии в победу России в Отечественной войне 1812 года. Сборник документов и материалов. Уфа: Китап. 2012. С. 94./РГВИА. Ф. 103. Оп. 208А. Д. 33. Л. 33об.
32. Там же, с. 95./ РГВИА. Ф. 103. Оп. 1/208Г. Св. 3. Д. 30—32. Л. 5—5 об.
32а. Вклад Башкирии в победу России в Отечественной войне 1812 года. Сборник документов и материалов. Уфа: Китап. 2012. С. 141./РГВИА. Ф. 103.
Оп. 1/208Г. Св.6. Д. 11—13. Л. 4—13 об.
33. Вклад Башкирии в победу России в Отечественной войне 1812 года. Сборник документов и материалов. Уфа: Китап. 2012. С. 98./РГВИА. Ф. 103. Оп. 1/208Г. Св.3. Д. 33. Л. 1—3 об.
34. Лесин В. И. Атаман Платов. М.: Молодая гвардия, 2005. С. 335—336.
35. Астапенко М., Левченко В. Атаман Платов: жизнеописание.
— М.: Современник, 1988. С. 206—207.
36. Вклад Башкирии в победу России в Отечественной войне 1812 года. Сборник документов и материалов. Уфа: Китап. 2012. С. 99—100./РГВИА.
Ф. 103. Оп. 1/208Г. Св. 3. Д. 26—28. Л. 4—8 об.
37. Усманов Абубакир «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года». Ватандаш-Соотечественник. 2012. №3. С. 71./ Российский государственный военно-исторический архив. Ф. 395, 1818 г. Оп. 124/321.
Д. 122. Лл. 4—4 об., 11, 22, 28—29 об., 31.
38. Усманов Абубакир «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года». Ватандаш-Соотечественник. 2012. №3. С. 71./«Труды Оренбургской ученой архивной комиссии», вып. III. Оренбург, 1897, стр. 2.
39. Лесин В. И. Атаман Платов. М.: Молодая гвардия, 2005. С. 339—340.
40. Щербинин А.А. Военный журнал 1813 года. Военные дневники. — М.:
Сов. Россия, 1990. С. 289—290, 292.
41. Михайловский-Данилевский А.И. Журнал 1813 года. 1812 год… Военные дневники. — М.: Сов. Россия, 1990. С. 366—369.
42. «1812—1814: Из собрания Гос. Исторического музея». Сост. Ф.А. Петров. — М.: «Терра», 1992. С. 297—298.
42а. Вклад Башкирии в победу России в Отечественной войне 1812 года. Сборник документов и материалов. Уфа: Китап. 2012. С. 172—173.
43. Усманов Абубакир «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года». Ватандаш-Соотечественник. 2012. №3. С. 71—72./ Российский государственный военно-исторический архив, ф. 395, 1818 г., оп. 124/321,
д. 122, л. 29; лл. 4—6 об.; л. 19; л. 22; л. 31; л.11.
44. Альбом «Воинская слава». Уфа: ДизайнПолиграф Сервис.2007. С.21.
45. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-ое изд. Т.7. С. 502.
46. Тарле Е.В. Наполеон. М., 1992. С. 306.
47. 1812—1814: Из собрания Гос. Исторического музея. Сост. Ф.А. Петров.
— М.: «Терра», 1992. С. 266.
48. Советская военная энциклопедия. М. 1977. Т.4. С. 595.
49. Заграничные походы русской армии 1813—1814 гг. Большая Башкирская энциклопедия. Уфа: Научное издательство ББЭ. Т. 3. С. 9.
49а. Вклад Башкирии в победу России в Отечественной войне 1812 года. Сборник документов и материалов. Уфа: Китап. 2012. С. 198./Попов И.П. Материалы к истории Дона. С. 127—128.
50. Гордеев А.А. История казачества. М.: Вече. 2006. С. 368—369.
51. Лесин В. И. Атаман Платов. М.: Молодая гвардия, 2005. С. 343—344.
52. Усманов Абубакир «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года». Ватандаш-Соотечественник. 2012. №3. С. 70./ «Донское казачество в Отечественной войне 1812 года». М.: Госполитиздат, 1942, стр. 44.
53. Усманов Абубакир «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года». Ватандаш-Соотечественник. 2012. №3. С. 74 + Отечественная война 1812 года. Энциклопедия. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН). 2004. С. 54.
54. Казачество — щит Отечества. М.: ТОНЧУ. 2005. С. 65.
55. Усманов Абубакир «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года». Ватандаш-Соотечественник. 2012. №3. С. 72./ «Отечественная война 1812 года», т. XXI. СПб., 1914, С. 22.
56. Усманов Абубакир «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года». Ватандаш-Соотечественник. 2012. №3. С. 73./ Российский государственный военно-исторический архив, ф. 395, 1818 г., 124/321, д. 122, лл. 4—4 об., 10, 28.
57. Вклад Башкирии в победу России в Отечественной войне 1812 года. Сборник документов и материалов. Уфа: Китап. 2012. С. 101—107./РГВИА. Ф. 846. Оп. 16. Д. 3418. Л. 1—6 об.
58. Усманов Абубакир «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года». Ватандаш-Соотечественник. 2012. №3. С. 72-73./ Российский государственный военно-исторический архив, ф. 410, д. 2395, л. 15; «Народное ополчение Поволжья в Отечественной войне 1812 года». Сара-тов, 1941. С. 32.
59. Хронология русской военной истории. СПб. 1891. С.152.
60. Вклад Башкирии в победу России в Отечественной войне 1812 года. Сборник документов и материалов. Уфа: Китап. 2012. С.108—110./РГВИА.
Ф. 846. Оп. 16. Д.3915. Л. 104, 106 об., 107.
60а. Там же. С. 230./ РГВИА. Ф. 103. Оп. 1/208Г. Св. 3. Д. 33. Л. 30 об.
61. Там же. С. 110—115./ РГВИА. Ф. 846. Оп. 16. Д.3915. Л. 140—142 об.
62. Там же. С. 115./РГВИА. Ф. 103. Оп. 1/208Г. Св. 7. Д. 30. Ч. 6. Л. 63.
63. Там же. С. 115—116./РГВИА. Ф. 103. Оп.1/208А. Св. 0. Д. 35. Ч. 2.
Л. 125.
64. Михайловский-Данилевский А.И. Журнал 1813 года. 1812 год… Военные дневники. — М.: Сов. Россия, 1990. С. 374.
65. Усманов Абубакир «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года». Ватандаш-Соотечественник. 2012. №3. С. 74./ Юдин М.Л. Оренбуржцы в войне 1812—1814 годов. — Оренбург, 1962. С. 26.
66. Щербинин А.А. Военный журнал 1813 года. 1812 год… Военные дневники. — М.: Сов. Россия, 1990. С. 297.
67. Михайловский-Данилевский А.И. Журнал 1813 года. 1812 год… Военные дневники. — М.: Сов. Россия, 1990. С. 378.
68. Энциклопедия «Отечественная война 1812 года». — М.: РОССПЭН. 2004. С. 54.
69. Вклад Башкирии в победу России в Отечественной войне 1812 года. Сборник документов и материалов. Уфа: Китап. 2012. С. 135—136./ ПСЗ. 1. Т. ХХХ11. № 25505.
69а. Там же, с. 67./РГВИА. Ф. 103. Оп. 1/208А. Св. 6. Д. 28. Ч. 2. Л. 2–6.
70. Вклад Башкирии в победу России в Отечественной войне 1812 года. Сборник документов и материалов. Уфа: Китап. 2012. С.137—138./ ГАРФ. Ф. 679. Оп. 1. Д. 106. л. 1– 9.
71. Усманов Абубакир «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года». Ватандаш-Соотечественник. 2012. №3. С. 74./ Российский государственный военно-исторический архив, ф. 410, д. 3401, лл. 56, 63—63 об.
72. Чиняков М.К. Луи – Никола Даву.// Вопросы истории. 1999. № 2. С.70.
73. Усманов Абубакир «Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года». Ватандаш-Соотечественник. 2012. №3. С. 73 + Раевский А. Воспоминания о походах 1813—1814 гг. Ч. II. — М., 1822. С. 35, 36.
74. Вклад Башкирии в победу России в Отечественной войне 1812 года. Сборник документов и материалов. — Уфа: Китап. 2012. С. 152./РГВИА.
Ф. 9194. Оп. 1/184Б. Д. 84.; Навеки с Россией. С. 174—176.
 

Асфатуллин С.


Copyrights © Редакция журнала "Ватандаш" 2000-2018