Специфика проектирования башкирского национального сценического костюма

В современном мире народный костюм является одним из наиболее ярких выразителей национального своеобразия народа. Если традиционная архитектура, предметы быта и интерьера сегодня не находят должного применения, то национальный костюм используется широко и активно, начиная с торжественных мероприятий высшего уровня и заканчивая рекламными плакатами. Как известно, по законам рыночных отношений, спрос рождает предложение, которое в данном случае исходит от всевозможных комбинатов и ателье по изготовлению национальной одежды. Именно на них возлагается большая ответственность за созданную вещь, которая в конечном итоге будет олицетворять образ целого народа. В этой связи следует отметить, что анализ производственного процесса изготовления национального костюма в комбинатах Республики Башкортостан выявил ряд недостатков, связанных с разработкой моделей одежды. Последнее предполагает глубокое изучение закономерностей конструктивно-композиционного построения народного костюма, символики и территориальной принадлежности декоративных элементов костюма, их предназначения и многого другого. Однако любое серьезное исследование требует значительных затрат времени и средств, а небольшие мастерские и комбинаты не могут себе этого позволить. Более того, некоторые швейные объединения не считают необходимым дополнительное исследование народного костюма, так как это означает создание новых моделей, привлечение нового специального оборудования, материалов, отделки, то есть изменение технологического процесса.

Так каким же требованиям должны отвечать современные модели национального костюма? Одним из первых требований к моделям одежды является этнографическая и историческая достоверность костюмного образа. В культурологическом аспекте проектировщик посредством народного костюма формирует национальное сознание масс. Чаще всего человек ассоциирует свою национальную принадлежность, помимо языка и национальной кухни, с наиболее мобильной частью материальной культуры — народным костюмом, который видит на артистах, танцорах, участниках мероприятий. Нередко это становится для него единственным способом ознакомления с культурой своего народа, так как осознанное изучение народного наследия для человека, не связанного с данной областью, зачастую не представляется возможным, в силу дефицита времени, занятости и ряда других причин. Современная национальная одежда является для человека «образцом-аналогом», отложенным в сознании, с которым человек идентифицирует уже последующие увиденные им народные костюмы. Поэтому, говоря о башкирской одежде, большое внимание следует уделять проектированию подобных «аналогов» национального костюма всех комплексов одинаково. Осознанно игнорируя народную одежду какого-либо района (например, северных и западных групп башкир), мотивируя это тем, что она утратила историческую основу и приобрела много элементов костюма «не свойственных» башкирской, мы обедняем наше достояние и лишаем потомков большой части народного наследия. Действительно, одежда северных и западных башкир во многом отличается от традиционного костюма жителей Южного Урала, но, несмотря на видимые изменения, она не перестала быть башкирской. Напротив, их одежда является ярким примером трансформации народного костюма под влиянием долгого совместного проживания народов различных по религии, типу хозяйствования, характеру труда. Поэтому мы не вправе исключать ее из материальной культуры башкир, более того, необходимо сделать так, чтобы элементы их костюма воспринимались всем башкирским населением как часть собственной культуры — региональной субкультуры местных башкир.

На проектировщика национальной одежды возлагается большая ответственность за формирование национального сознания людей, и от того, насколько грамотно и достоверно решена композиция костюма, зависят представления человека об эстетике и функциональности используемой в прошлом одежды.

Второе требование — это индивидуальность модели национальной одежды. Это требование обусловлено «эксклюзивностью» костюма. Нельзя копировать один и тот же разработанный художником образец народного костюма несколько раз, за исключением, возможно сценических костюмов для танцевальных коллективов. Однако сейчас речь идет о национальной одежде, предназначенной для участников всевозможных народных гуляний и праздников (например, сабантуй), а также артистов, народных певцов или распорядителей (ведущих) праздников. Естественно, что для данной группы людей, основное занятие которых связано с публичными выступлениями, необходим костюм, изготовленный по мере возможности в единственном экземпляре, чтобы снизить риск встречи двух совершенно одинаково одетых людей. Поэтому основной целью, стоящей перед художником — проектировщиком национальной одежды, является обеспечение разнообразия моделей с минимальными затратами времени на создание эскиза и подготовку модели к производству.

Третье требование — это соответствие используемых в национальной одежде элементов декора, головных уборов и украшений их семантическому смыслу. Это один из немаловажных аспектов проектирования национальной одежды. В прошлом, в условиях отсутствия письменности, костюм являлся своеобразным языком общения, одежда могла рассказать о владельце очень многое. Особой информативностью обладали головные уборы, они указывали на социальное положение и возраст владельца. Скажем, если перед проектировщиком стоит задача создания костюма демского комплекса замужней женщины, то однозначно в качестве головного украшения можно выбрать кашмау, если же это незамужняя девушка — то красный украшенный треугольник — накосник, закрепленный у основания кос. Для пожилых женщин предпочтительней головное покрывало тастар.

В расположении и выборе декора проектировщик должен руководствоваться историческими предпосылками, мифологическими установками и назначением декора. В одежде должна быть отражена трехчастная система представления мира людьми в прошлом, а также «защитная система» от злых духов. В башкирской орнаментике существуют элементы декора, используемые только на определенной территории и появившиеся в результате каких-то исторических событий, например, эполеты. В этой связи необходимо отметить большой вклад Г.Х. Казбулатовой в изучение символики костюма, в числе ее многочисленных работ можно выделить статью, опубликованную в журнале «Ватандаш» (№3, 2005 год).

Четвертое требование — это узнаваемость моделей. Проектировщику необходимо добиться узнаваемости народных костюмов различных регионов Башкортостана большинством населения, то есть разработанная одежда не должна быть ничем отвлеченным и чересчур стилизованным, а обладать характерными узнаваемыми признаками. На сегодняшний день таковым является костюм юго-восточных башкир — это привычный для нас елян, украшенный монетами, позументом, кораллами, также головной убор — кашмау и массивный коралловый нагрудник. Однако помимо юго-восточного костюма существует большое количество разновидностей башкирской народной одежды, с которой, к сожалению, многие не знакомы. При этом различия в костюмах весьма су­щественны и проявляются в покрое, декоре, головных уборах, украшениях и обуви. В данной статье мы ознакомимся с тремя наиболее типичными для башкирской материальной культуры принципами кроя верхней одежды юго-восточных, северо-западных и юго-западных районов Башкортостана, а также факторами, повлиявшими на их формирование.

Итак, геометрический вид одежды определяется ее конструктивной основой. Общеизвестно, что покрой одежды любого народа, в том числе и башкир, обусловлен родом занятий, природно-климатическими условиями и уровнем развития производительных сил.

Наиболее популярный среди современного населения Башкортостана костюм юго-восточных башкир формировался в условиях относительной изолированности районов их проживания, благодаря высоким хребтам Уральских гор, и сохранил свою уникальность с ранних этапов зарождения этноса до конца XIX века. Вся жизнь юго-восточных башкир была неразрывно связана с лошадьми, именно на них башкиры передвигались по Южному Уралу в поисках пастбищ для многочисленных табунов коней и овец. Это определило особенности кроя верхней одежды юго-восточных башкир — елян. На рисунках 1 а и 1б представлены фотоизображения башкирских елян из юго-восточных ра­йонов и развертки деталей кроя этих елянов. Как видно, елян представляет собой длинную, распашную одежду прямого силуэта (иногда с умеренным прилеганием по талии), с рукавами и воротником-стойкой. Данный тип покроя елян прекрасно приспособлен к верховой езде. Большая ширина одежды по низу не стесняет движений наездника, узкие к низу рукава и плотно прилегающий к шее воротник сохраняют тепло в под­одежном пространстве и защищают от сильных ветров.

К тому же наездники, как правило, запахивали полы еляна друг на друга и закрепляли поясом, это создавало дополнительный утепляющий слой в области груди человека. Климатические условия, а в особенности резкие перепады температуры (даже в течение дня), пред­определили многослойность в одежде. Так, если становилось прохладно, башкиры не переодевали легкий елян на более теплый, а просто накидывали поверх еще один елян.

Анализ разверток еляна дает возможность выявить ряд особенностей в формообразовании деталей кроя юго-восточного халата. Во-первых, из рисунков 1а и 1б видно, что конструкция еляна разделена на три части, то есть ширина двух половинок переда и спинки одинакова. Кроме того, детали кроя отличаются лаконичностью форм и минимальным количеством в развертке. С чем же это связано? Для объяснения обратимся к рисунку 2, где представлена реставрированная раскладка старинного еляна. Известно, что размеры деталей обусловлены шириной раскраиваемого полотна. В нашем случае при определении ширины полотна мы отталкивались от наиболее широкого участка на детали кроя, исходя из того, что главным правилом мастеров в прошлом являлась полная утилизация тканей, то есть раскрой без остатка. А для выполнения данного требования, то есть получения экономичной раскладки с минимальными межлекальными отходами на узком полотне, необходимо, чтобы основные детали (перед и спинка) были сравнительно одинаковы по ширине, что наглядно доказано на рисунке 2.

То же самое относится к деталям рукавов. Ширина рукава по окату совпадает с шириной спинки по низу, а сумма длин рукавов примерно равна длине детали переда или спинки. Таким образом, если предположить, что основные детали кроя старинного юго-восточного еляна: перед (2 дет.), спинка (1 дет.) и рукава (2 дет.) выкраивались примерно одинаковой длины, то для того, чтобы определить длину всего отреза, необходимого для изготовления одного еляна, следовало лишь умножить длину переда или спинки на четыре. Такова специфика кроя юго-восточных елян.

Теперь рассмотрим принципы кроя одежды северо-западных башкир. На рисунках 3а и 3б (также см. 3 стр. обложки) представлена зарисовка традиционного для данных районов вида верхней одежды — бешмет и на рисунках 3а и 3б (в тексте) развертки деталей кроя данной одежды. На формирование своеобразного вида башкирской верхней одежды в западных районах Башкортостана повлияли ряд обстоятельств: широкое распространение земледелия и ремесел, более мягкие теплые природно-климатические условия, проживание в тесном контакте со многими соседними народами.

Основным отличием бешмета от рассмотренного ранее еляна является полуприлегающий силуэт, небольшая длина изделия (до середины щиколоток) и невысокий воротник-стойка. К конструктивным особенностям бешмета необходимо отнести: деление конструкции на три равные части, наличие отрезного бочка на передних половинках изделия, среднего шва по спинке, и кроме того, расширение по низу за счет клиньев.

Как видим, в целом принцип кроя бешмета идентичен с рассмотренным ранее, это наглядно показано на примере реставрированной раскладки женского бешмета (рисунок 4), однако с изменением условий эксплуатации и требований к одежде изменились форма и количество деталей.

Так, верхняя одежда северо-западных башкир характеризуется полуприлегающим силуэтом, что означает необходимость «приталивания» изделия. Послед­нее достигалось мастерами с помощью отрезного бочка по переду (клин, верхним срезом составляющий часть проймы), который являлся своеобразным средством формообразования, позволяющим регулировать степень облегания изделия в области груди и величину расширения по линии бокового шва. Средним швом по спинке подчеркивался прогиб талии. Широкий низ изделия, получаемый за счет нескольких треугольных клиньев, зрительно уменьшал талию, придавая легкость и динамику фигуре женщины.

В отличие от юго-восточной манеры ношения еляна, не закрепляя пол, у северо-западных башкир являлось традиционным застегивать бешмет на пуговицы и петли, потому как свободно свисающие полы халата мешали при работе. К тому же северо-западные женщины большую часть времени проводили в доме, а их выходы на улицу были непродолжительными, поэтому для них целесообразнее было одеться в один бешмет, но соответственно погоде и утепляющим качествам одежды.

Для верхней одежды северных и ряда других районов Башкортостана характерно наличие в конструкции прорезного кармана, причем всегда с полуовальной фигурной формой прорези (входа в карман). Несомненно, подобная форма прорези, кроме того, размеры (длина входа в пределах от 16 до 17,5 см) и расположение кармана удобны в эксплуатации, то есть характеризуются эргономичностью конструкции.

Проанализированные выше юго-восточный и северо-западный типы верхней одежды формировались в относительной изолированности друг от друга и характеризуются значительной разницей в средствах формообразования, размерах и конфигурации деталей кроя, но сохраняют при этом единые правила раскроя. Помимо этого, в башкирском костюме существует еще одна разновидность конструктивной основы верхней одежды, возникшая на границе между двумя этими районами — демская, или юго-западная.

Костюм демской женщины отличается «миниатюрностью» — он короче по сравнению с башкирской одеждой других районов Башкортостана. Специфика кроя юго-западной верхней одежды заключается в органичном сочетании традиций изготовления костюма юго-восточного и северо-западного районов. Это хорошо прослеживается на примере разверток деталей кроя, представленных на рисунках 5а (см. 3 стр. обложки), 5а и 5б (в тексте).

Итак, демские еляны полуприлегающего силуэта кроились с умеренным облеганием по линии талии. В целом можно сказать, что конструктивная основа демского еляна приближена к юго-восточной — это лаконичная форма деталей переда и спинки (в виде трапеции или прямоугольника), отсутствие среднего шва по спинке и застежки (за исключением декоративной застежки — каптырма), а также наличие воротника-стойки. Влияние северо-западной традиции формообразования одежды проявляется в широком использовании отрезных бочков по переду и особенно по спинке. Желание увеличить объем еляна по низу, уподобляя его северо-западным бешметам, не меняя при этом традиционно сложившегося метода кроя и формы деталей кроя, привело к появлению в конструкции дополнительных деталей. При этом в отличие от рассмотренных ранее клиньев, притачиваемых к боковому шву деталей, в конструкции демского еляна отрезные бочки составляли часть переда или спинки, располагаясь от линии талии до низу. Величина расширения еляна по низу регулировалась количеством и размерами отрезных бочков. Так, в более объемных изделиях использовалось по четыре детали по спинке и по две по переду.

Нельзя сказать, что изготовление дем­ской верхней одежды основывалось только на вышеописанном способе формообразования, отнюдь нет. Здесь также применялись отрезные бочки по переду (четырехугольный клин под проймой) и клинья в боковом шве (как, например, в раскладке, представленном на рисунке 3). Приоритетность в выборе той или иной детали в конструкции в конечном итоге определялась районом бытования, предпочтениями местного населения, возможностями мастера-изготовителя и другими факторами.

Подводя итог сказанному, следует отметить, что исследование башкирской народной одежды с позиций современного дизайна позволило выявить ряд зависимостей и закономерностей, раскрывающих огромный потенциал рационального и продуманного использования материала, эргономической проработки конструкции соответственно условиям проживания, типу хозяйствования и природно-климатической зоны. Народная мудрость, вложенная веками в костюм, сегодня должна быть отражена в современных моделях национальной одежды, и более того понятна современному человеку. Это станет возможным при выполнении двух условий: первое — создание этнографически и исторически грамотного образа — модели костюма, основанного на исследовании музейных натурных образцов башкирской одежды. Второе — это популяризация традиций башкирской материальной культуры, в частности одежды, посредством распространения результатов научных исследований народного костюма.

Согласитесь, символичный язык одежды, на котором создается национальный костюм, должен быть понятен всем.



Л И Т Е Р А Т У Р А

1. К а з б у л а т о в а Г.Х. Историческая память и символика костюма // Ватандаш. — №3, 2005.

2. Ш и т о в а С.Н. Башкирская народная одежда. — Уфа: Китап, 1995.

3. Башкиры: Этническая история и традиционная культура. Уфа: Научное издательство «Башкирская энциклопедия», 2002.

Камалиева А.


Copyrights © Редакция журнала "Ватандаш" 2000-2018