Тагир Имаков — главный комиссар по башкирским делам

Видный деятель башкирского национального движения, активный участник национально-государственного строительства в Башкортостане Имаков Тагир Гильманович родился 26 октября 1895 г. в д. Канчура Оренбургского уезда одноименной губернии (ныне Куюргазинский район РБ). Его отец Гильман Имаков в свое время получил приличное образование, служил в царской армии и, по некоторым сведениям, получил звание унтер-офицера.

Своим сыновьям (их было четверо) Гильман Имаков стремился дать достойное образование. Его сын Тагир обучался в широко известном в мусульманском мире медресе с новой методикой преподавания «Хусаиния» г.Оренбурга. Участвовал в Первой мировой войне, получив соответствующее боевое крещение. Как многие участники этой войны, в 1917 г. Имаков, по-видимому, вернулся на родину, где к этому времени общественно-политическая обстановка была предельно сложной. Башкирский народ поднялся на борьбу за самоопределение, за землю. Вполне понятно, что фронтовик Имаков активно окунулся в этот бурлящий поток народного движения. Он был делегатом первых башкирских съездов-курултаев, хотя в 1917 г. не вошел в руководящие органы национального движения. Его имя в документах и материалах башкирского движения появляется только в 1918 г., когда Т.Имаков стал членом Временного революционного совета Башкортостана (ВРСБ, 17 февраля), организованного левыми башкирскими деятелями А.Давлетшиным, Б.Шафиевым наряду с известными активистами башкирского движения Г.А­ит­­­баевым, У.Куватовым и М.Муртазиным. Однако, как писал позже в своих воспоминаниях А.Давлетшин, Б.Шафиев не доверял М.Муртазину, У.Куватову, Т.Имакову, считая их приверженцами З.Валиди. Более того, в сохранившихся документах сообщается об аресте Б.Шафиевым Т.Имакова и Ш.Бабича (он первоначально тоже пытался сблизиться с членами ВРСБ) за ведение якобы «вредных агитаций». Скорее всего, в данном случае речь идет о выведении из состава ВРСБ указанных лиц, не поддерживавших большевистских амбиций Б.Шафиева и А.Давлетшина.

Но, тем не менее, в апреле 1918 г. Т.Имаков и Г.Аитбаев, по распоряжению Народного комиссариата по делам национальностей, были приглашены для работы в Центр. В ходе заседания Центрального комиссариата Татаро-Башкирской Республики (официально признанной советским правительством 22 марта 1918 г.) Т.Имаков был назначен главным комиссаром по башкир­ским делам. Он же 10 апреля 1918 г. был утвержден и заведующим отделом башкирских дел в Центральном мусульманском комиссариате (ЦМК).

Представители башкирского народа, в том числе Т.Имаков, названные «новыми членами ЦМК», 6 апреля в Москве подписали Положение о Татаро-Башкирской республике. Однако, ни З.Валиди, ни его ближайшее окружение, бежавшие из Оренбургской тюрьмы, не могли одобрить и не поддержали подобный шаг Имакова и Аитбаева.

Возможно, по этой причине Имаков не задержался в Москве и в конце апреля вернулся в Уфу, где сторонники совместной Татаро-Башкирской республики развернули широкую деятельность по склонению башкирского населения на свою сторону. С этой целью известный татарский писатель, общественный деятель, один из организаторов Мусульманского комиссариата при Наркомнаце, товарищ председателя этой организации Г.Ибрагимов 29 апреля 1918 г. в Уфе провел объединенное собрание Мусульманского комиссариата Уфимской губернии и представителей Центрального татаро-башкирского комиссариата. В итоге возник объединенный Татаро-Башкирский комиссариат при Уфимском губернском совете. Т.Имаков занял в этом совете пост заведующего отделом агитации и орготделом.

В дальнейшем, уже в мае 1918 г. среди башкирских деятелей, включая Т.Имакова, стали возрастать настроения, направленные против идеи Татаро-Башкирской республики. Этот раскол явственно наметился в ходе москов­ского совещания об образовании ТБСР, открывшегося 10 мая 1918 г. и работавшего до 17 мая. От имени башкир там участвовал Ш.Манатов. Его критические высказывания в адрес учредителей ТБСР привели к тому, что он и другие башкирские представители не вошли в состав комиссии по подготовке созыва Учредительного съезда ТБСР, который должен был состояться в Уфе. Более того, на страницах газет, издаваемых татаро-башкиристами, стали появляться статьи, назвавшие Ш.Манатова, Ф.Ахмедуллина «националистами», «провокаторами». Т.Имаков вообще не был приглашен в качестве делегата указанного совещания, и это объясняется, прежде всего, его принципиальной позицией неприятия к этому времени Положения о ТБСР. То есть по этому вопросу он проявлял полную солидарность с Ш.Манатовым, Ф.Ахмедуллиным.

Как только началась гражданская война (имеется в виду мятеж белочехов и захват ими в конце мая Челябинска), Т.Имаков немедленно прибыл в г.Челябинск, где уже находились члены башкирского правительства во главе с З.Валиди. З.Валиди и другие лидеры Башкирского национального движения очень тепло встретили уже получившего широкую известность среди мусульман общественно-политического деятеля, фронтовика Имакова. Он сразу же стал членом Башкирского военного совета (БВС), возникшего там же. В июне 1918 г. БВС направил его и Габдулхака Иркабаева в Бурзян-Тангауровский кантон для организации военных отрядов. В период пребывания Башкир­ского правительства и войск в лагере белых Т.Имаков верой и правдой служил в башкирских частях, защищая, как было сказано в Обращении БВС к башкирского народу, свою автономию «от насильников-большевиков», под которым Т.Имаков тоже поставил свою подпись как член БВС.

Однако белые генералы, в том числе атаман Дутов и адмирал Колчак не были склонны поддерживать идею башкирской автономии. По этой же причине, как известно, в феврале 1919 г. башкирские войска и правительство перешли на сторону советской власти, красных. Т.Имаков выступил одним из организаторов Всебашкирского военного съезда (21 февраля 1919 г.). Он был избран заместителем (товарищем) председателя этого съезда, стал членом нового революционного органа власти Башревкома. С 26 февраля Т.Имаков был назначен Башревкомом комиссаром внутренних дел и национальностей.

В марте 1919 г. Т.Имаков, ссылаясь на ухудшение своего здоровья, обратился к Башревкому с просьбой о выводе его из состава комиссариата. Однако большинством голосов его просьба была отклонена: ему предоставили отпуск с 13 по 31 апреля, как было записано, «для поправки здоровья»10 . Но уже 31 марта Т.Имаков вышел на работу и на очередном заседании был избран членом коллегии для выработки декретов, постановлений и распоряжений Башревкома.

В дальнейшем Т.Имаков выполнял весьма ответственные поручения Башревкома, в частности, стал членом комиссии по разбору дел о бесчинствах и насилиях 20-й дивизии Красной Армии, действующей на Восточном фронте. С этой целью он вошел в состав ревтрибунала штаба I Армии, как политпредставитель Башревкома. В конце мая 1919 г. он представил докладную записку Башревкому, где подробно сообщил о насилии в отношении башкирского населения со стороны командиров 20-й дивизии11 . В другой докладной записке, датируемой 1 июля 1919 г., Т.Имаков, говоря о бесчинствах 20-й дивизии, ее командиров Зеленкова и Сидорова, выражает свое недоумение по поводу того, что З.Валиди лично вел с ними недипломатичные переговоры вместо того, чтобы направить к ним мирную делегацию, т.е. комиссию, которая достигла Соглашения с советской властью. И, по его мнению, Зеленков и Сидоров, выражая свое сугубо отрицательное отношение к Валиди, фактически «аннулировали достигнутое Соглашение»12 . То есть, как считал Т.Имаков, «первое условие перехода Башкирского правительства не было удачным, имели место недоговоренности» и все это обернулось, по его мнению, большой трагедией для башкирского народа. Следует признать, что с этими выводами Имакова невозможно не согласиться. Дело в том, что переговоры о переходе на сторону советов З.Валиди вел в основном с командирами 5-й армии, действовавшими в центральных районах Башкортостана, а юго-восточные районы были заняты тогда частями 1-й армии, с командирами которой З.Валиди начал переговоры лишь после перехода башкирского правительства и войск на сторону красных13 .

Немаловажную роль сыграл Т.Имаков в деле организации вторичного перехода Башкавбригады М.Муртазина в августе 1919 г. на сторону красных. 10 августа он, как член Башвоенревкома, прибыл в д. Абзелилово, где находилась кавбригада М.Муртазина. В течение двух дней он вел переговоры с М.Муртазиным об условиях перехода. В этих переговорах участвовал и сам З.Валиди, о чем он писал в своих «Воспоминаниях»14 . В конце августа временное командование бригадой М.Муртазина даже было поручено Т.Имакову15 .

Интересно отметить, что Т.Имаков в октябре 1919 г. вступил в ряды компартии. Дело в том, что один из московских партфункционеров, направленный в БАССР уполномоченным ВЦИК, в октябре 1919 г. писал о нем, как о кандидате в члены РКП(б)16 .

Т.Имаков был одной из центральных фигур известного январского кон­фликта между Башревкомом и обкомом партии17 . 12 января 1920 г. на своем заседании Башревком утвердил председателем БашЧК Т.Имакова вместо С.Мурзабулатова. В свою очередь обком партии 16 января созвал совещание, которое приняло постановление о предании партийному суду Т.Имакова и председателя Башревкома Х.Юмагулова с немедленным отстранением их от всех партийных и советских постов. Центр, ЦК партии в данном конфликте полностью поддержали противников Башревкома из обкома партии. 20 января на заседании Башобкома РКП(б) Имаков, другие башкирские деятели (Х.Юмагулов) и сочувствующие им лица (Ракай и Марков) были исключены из партии18 . Однако Т.Имаков, хотя и был снят с поста председателя БашЧК, оставался членом Башревкома. Более того, после Уфим­ского совещания (14 марта 1920 г.) с участием Л.Д.Троцкого, подвергшего резкой критике Ф.Самойлова и его сторонников, Т.Имаков, как член Башревкома, при отсутствии З.Валиди исполнял обязанности его председателя. Он же принимал активное участие в рассмотрении так называемого «Усерганского дела», когда в одноименном кантоне дело дошло до острого вооруженного противостояния между канткомом партии и кантревкомом. Он резко осудил деятельность руководителей канткома партии Чистякова и Сычева, пытавшихся вывести кантон из состава республики и подчинить его Оренбурским властям19 .

В мае — июне 1920 г. обстановка в Башкирской автономии была чрезвычайно сложной из-за известного декрета ВЦИК и СНК «О государственном устройстве Автономной Советской Башкирской республики», направленного на ограничение прав республики. Т.Имаков был среди башкирских деятелей, выступивших с острой критикой этого декрета, задержанием в Москве З.Валиди. 29 мая группа членов Башревкома, в том числе Т.Имаков, направили в Центр телеграмму с резким протестом против Декрета20 . 15 июля 1920 г. Имаков и Каспранский обратились в адрес Ленина с телеграммой, где речь шла о немедленном возвращении З.Валиди, ссылаясь притом на волеизъявление народа21 . Тогда же Т.Имаков, С.Ишмурзин, И.Мутин — активные участ­ники башкирского национального движения, выступая перед участниками парада войск в Стерлитамаке, как об этом доносил особоуполномоченный ВЧК по Башкортостану Журбинский (Норкин), произносили «контрреволюционные речи», которые на «ура» были встречены башкирскими солдатами, а на приветствия эмиссаров Москвы Викмана, Опарина участники парада ответили глубоким молчанием22 .

20 июня Т.Имаков, как и другие члены Башревкома, подал в отставку в знак протеста против Декрета. К этому времени валидовский Башревком, созданный в феврале 1919 г., перестал существовать. 26 июля 1920 г. стараниями Башобкома партии был создан новый Башревком, в составе которого уже не было прежних активных участников башкирского национального движения. Интересно отметить, что председатель нового Башревкома Ф. Мансырев обратился к А.Ягафарову, оставленному в Стерлитамаке в качестве связного, члену валидовского Башревкома, с таким вопросом: «...Передал ли председатель Башревкома Имаков Вам полномочия председательствования и право действовать от имени БВРК?» Ягафаров на этот вопрос дал отрицательный ответ23 .

После всех этих событий Т.Имаков на некоторое время был вынужден отойти от общественно-политической деятельности. Башкирская республика из-за антибашкирской политики правительства Г.Шамигулова находилась в тяжелейшем положении. В конце 1920 г. в юго-восточных районах БАССР началось повстанческое движение. Наряду с попытками его вооруженного подавления предпринимались меры по мирному урегулированию вооруженного конфликта. В этих условиях в декабре 1920 г. Имаков был включен в состав уполномоченных БЦИК, как гласит решение обкома партии «по ликвидации антисоветского восстания в юго-восточной части Башкирии»24 .

После подавления повстанческих выступлений 1920—1921 гг. некоторые участники башкирского национального движения, в том числе Т.Имаков, были привлечены к работе в руководящий аппарат Башреспублики. Он работал в Народном комиссариате юстиции республики, занимая незначительные чиновничьи посты. Но, в связи с началом гонений на бывших «валидовцев» в Башкирской АССР, в 1935 он вынужден был поменять место работы и устроился в Оренбургском отделении Государственного банка СССР, где трудился до своего ареста в 1937 г. Жена выдающегося общественно-политического деятеля Мастура Имакова с сыном Илтотаром (1926 г.р.) и малолетней дочерью Танзилей (1932 г.р.) была вынуждена скрыться в Средней Азии25 .

Тагира Имакова, как «валидовца и активного участника националистического башкирского движения», расстреляли в 1937 г. Память об этом замечательном борце за родную республику навсегда сохранится в сердцах башкирского народа и она достойна увековечения.

 

 

 Примечания

 

1 Башкортостан. 1996 г. 29 ноября.

 2 Национально-государственное    устройство    Башкортостана.    Документы    и материалы. Автор-составитель Юлдашбаев Б.Х. Т.1. Уфа, 2002. С. 384, 385.

 3 Там же. С. 405.

 4 Там же.

 5 Там же. Среди подписавших этот документ со стороны башкир перечислены, кроме Т.Имакова, Г.Аитбаев, Гибадуллов(?), Ирназаров и член ВРСБ Б.Шафиев.

 6 Там же. С. 409.

 7 Там же. С. 510.

 8 Там же. С. 411.

 9 Там же.

 10 Национально-государственное устройство Башкортостана. Т.2. 4.2. С. 430.

 11 Центральный Государственный Исторический Архив РБ (ЦГИА РБ). Ф. 1107. ОпЛ.Д. 65.

 12 Там же.

 13 Там же.

 14 Национально-государственное устройство Башкортостана. Т.2. 4.2. С. 47, 49. Тоган З.В. Воспоминания. 4.1. Уфа, 1994. С.307, 308.

 15 Там же. С.53.

 16 Там же. С.205.

 17 Обком партии возник в ноябре 1919 г. в ходе I Башкирской партконференции. См.: Очерки истории Башкирской организации КПСС. Уфа, 1973. С. 231.

 18 Образование БАССР. Сб. документов и материалов. Уфа, 1959. С. 446, 447.

 19 Национально-государственное устройство Башкортостана. Т.4. 4.1. С. 72, 114.

 20 Там же. С. 219.

 21 Там же. С. 230.

 22 Там же. С. 284.

 23 Национально-государственное устройство Башкортостана. Т.4. 4.1. С. 252, 254.

 24 Образование БАССР. Сб. Документов и материалов. С. 586

 25 Башкортостан. 20 ноября 1998 г. (Автор статьи М. Султанов).

Марат КУЛЬШАРИПОВ


Copyrights © Редакция журнала "Ватандаш" 2000-2018