НАЦИОНАЛЬНЫЕ ВОИНСКИЕ ФОРМИРОВАНИЯ БАШКИРСКОГО НАРОДА ПЕРИОДА ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ 1941—1945 гг.

В годы войны в Башкирской АССР, как и в других регионах страны, создавались национальные воинские части и соединения. По имеющимся документам и материалам можно утверждать, что таких воинских формирований  было три. Это две кавалерийские (112-я и 113-я) дивизии и один (1292-й) истребительный противотанковый артиллерийский полк.

Создание кавалерийских дивизий в республике носит закономерный характер. Этот процесс, прежде всего, связан с историческим прошлым башкирского народа, наличием большого опыта в данной области, а также имеющейся базой для этого. Башкиры с древнейших времен любили лошадей, занимались их разведением. Лошади не только их кормили и являлись средством передвижения, но и становились важным средством защиты людей. Постепенно во всем мире на основе применения лошадей формировался род войск — кавалерия. Формирование кавалерии, использование ее в тактическом звене, оперативном искусстве и в стратегии стало в свое время большим достижением в военном деле. Общие тенденции в развитии кавалерии непосредственно коснулись и башкир. Они в свою очередь способствовали развитию этого рода войск.

Есть основание считать, что именно поэтому  Иван IV поручил башкирам нести сторожевую службу и охранять восточные рубежи Русского государства. Это стало важным историческим ремеслом для башкир. Ярким проявлением воинского мастерства башкирских кавалеристов был период Отечественной войны 1812—1814 годов. Башкирская кавалерия показала себя как реальная сила в годы Первой мировой войны. Она участвовала во всех больших сражениях и боях в период Гражданской войны. Все это говорит о том, что башкирская кавалерия вписала славные страницы в истории военной славы России. Вклад башкир в развитие военного дела страны, имеющийся их опыт в этой области пригодились в годы Великой Отечественной войны 1941—1945 годов.

К концу первого периода Второй мировой войны в Сухопутных войсках страны было 9 кавалерийских и 4 горно-кавалерийских  дивизии. Из них де вять входили в состав кавалерийских корпусов, одна — в стрелковый корпус и еще три были отдельными. Кавалерийская дивизия состояла из четырех кавалерийских и одного танкового полков, отдельных конно-артиллерийских и зенитно-артиллерийских и ряда специальных частей. По штатам в кавалерийской дивизии предусматривалось иметь 9240 человек, 64 легких танка, 18 бронемашин, 32 полевых, 16 противотанковых и 20 зенитных орудий, 64 миномета. Но в дивизиях было в среднем по 6 тысяч человек. В июле — августе 1941 года по решению Ставки Главного командования были созданы легкие кавалерийские дивизии. Они сильно отличались от тех, которые формировались в первом периоде Второй мировой войны. Их создание являлось вынужденной мерой. Это было связано с нехваткой вооружения, боевой техники, а также с необходимостью как можно быстрее сформировать подобные боевые единицы в начале развернувшейся широкомасштабной войны. Уже к концу 1941 года в составе Сухопутных войск было 82 кавдивизии. В ходе войны они использовались для развития прорыва, преследования отходящего противника и действий в его тылу.

Легкие кавалерийские дивизии создавались и в Башкирской АССР. В числе первых воинских формирований, созданных в республике с началом стратегической обороны страны, были 74-я и 76-я кавалерийские дивизии. Они были отмобилизованы в основном за счет людских и материальных ресурсов республики. В составе этих соединений были и башкиры. Например, в начальный период формирования 76-й кавалерийской дивизии их было около 4 процентов.

Дивизии формировались параллельно. 74-я кавалерийская дивизия после формирования и первоначальной подготовки была направлена в Москов­ский военный округ, там была включена в состав 16-го кавалерийского корпуса. В апреле 1942 года она была расформирована, а ее части влились в состав ­3-го гвардейского кавалерийского корпуса. Это решение вышестоящего командования было продиктовано в связи с обстановкой на фронте и необходимостью доукомплектовать 3-й гвардейский кавалерийский корпус.

 76-я кавалерийская дивизия также формировалась в очень тревожное время, в период с 25 августа по 1 октября 1941 года. На фронт убыла 16 ноября 1941 года и была включена в состав 14-го кавалерийского корпуса. Дивизия вела боевые действия в мае — июне 1942 года, попала в окружение. Она активно действовала в тылу противника. В последующем соединение было выведено из окружения, а потом расформировано. Ее части влились в состав 11-го кавалерийского корпуса. 76-я кавдивизия  мало воевала, но, тем не менее, в начале Великой Отечественной войны нанесла урон противнику, внесла вклад в обеспечение общей стратегической обороны страны.

Формирование 74-й и 76-й кавалерийских дивизий проходило в сложных условиях. Руководство и трудящиеся республики вложили огромный труд в их создание. Им были выделены материальные средства, людские ресурсы, места для дислокации, созданы условия для проведения занятий. Создавая эти соединения, республика получила необходимый опыт в формировании кавалерийских соединений и частей, который в последующем очень пригодился. Дивизии в таком составе, как были сформированы в Башкирской АССР, активных и длительных боевых действий не вели, но они пополнили ряды других соединений. Воины, ушедшие из республики в составе этих дивизий, принимали участие в боевых действиях в составе других кавалерийских формирований. В этом заключается их вклад в обеспечение стратегической обороны страны в самый трудный период войны.

Учитывая сложившуюся обстановку в стране и на фронте, а также на основе уже имеющегося опыта создания национальных воинских формирований, 13 ноября 1941 года Государственный Комитет Обороны принял постановление, где обязал командование ряда внутренних округов совместно с партийными, государственными и общественными организациями сформировать в соответствующих союзных и автономных республиках 15 отдельных стрелковых бригад и  20 кавалерийских дивизий. Согласно этому постановлению было определено создать: 87-ю и 88-ю бригады, 97-ю и 98-ю кавдивизии — в Туркменской ССР; 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97-ю бригады, 99, 100, 101, 102 и 103-ю кавдивизии — в Узбекской ССР; 98 и 99-ю бригады, 104-ю кавдивизию — в Таджикской ССР; 100 и 101-ю бригады, 96, 105 и 106-ю кавдивизии — в Казахской ССР; 107, 108 и 109-ю кавдивизии — в Киргизской ССР; 110 и 111-ю кавдивизии — в Калмыкской АССР; 112 и 113-ю кавдивизии — в Башкирской АССР; 114-ю кавдивизию — в Чечено-Ингушской АССР; 115-ю кавдивизию — в Кабардино-Балкарской АССР.

Главной причиной образования национальных воинских формирований следует считать ухудшение обстановки на фронте к осени 1941 года и стремление ГКО использовать возможности союзных и национальных республик в их создании. Кроме того, в составе призванных контингентов ряда союзных и автономных республик имелось много людей, слабо владевших русским языком или совсем не знавших его. Вследствие этого затруднено было их обучение военному делу, удлинялись сроки подготовки боевых резервов. Поэтому важно было наладить работу с личным составом на их родном языке.

С самого начала работы по формированию национальных соединений эта важнейшая государственная задача оказалась в центре внимания партийных, советских органов, военных комиссариатов, общественных организаций и трудовых коллективов. 17 ноября 1941 года на совместном заседании Совнаркома БАССР и бюро обкома ВКП(б) было обсуждено решение Государственного Комитета Обороны  от 13 ноября 1941 года № 894сс. Рассматривались вопросы, касавшиеся только республики по формированию двух кавалерийских дивизий. На этом совместном заседании было принято решение считать выполнение постановления ГКО по формированию двух кавалерийских дивизий важнейшей задачей всей общественности Башкирии. Было предложено местным партийным, советским органам и райвоенкоматам немедленно приступить к отбору людей для формирования дивизий из представителей местных народов — башкир, татар, физически здоровых и морально устойчивых, в возрасте не старше сорока лет10. В это же время согласно постановлению ГКО от 13 ноября 1941 года подобные национальные кавалерийские дивизии создавались во многих регионах страны. Шел процесс полного развертывания Вооруженных сил страны.   

Основанием для создания 112-й и 113-й кавалерийских дивизий является постановление ГКО СССР от 13 ноября 1941 года и директива НКО от 20 ноября 1941 года11. Для практической работы по формированию и материальному обеспечению дивизии была создана комиссия во главе с председателем СНК республики С.А. Вагаповым. На эту комиссию возлагалась разработка плана мероприятий по всем видам материального обеспечения формируемых дивизий. 20 ноября Совнарком и бюро обкома ВКП(б) вновь вернулись к этой проблеме. Правительство республики и обком партии потребовали от местных руководителей обеспечить каждого призываемого в кавалерийские дивизии за счет личных, общественных (колхозных) и районных ре сурсов соответствующим обмундированием и снаряжением (полушубок белой дубки и шапка-ушанка, сапоги, брюки ватные, гимнастерка, две пары нательного белья, одна из них теплая, две пары теплых портянок, шерстяные перчатки, варежки, два полотенца, носовые платки, поясные и брючные ремни, вещевой мешок, котелок, фляга, кружка, ложка и бритвенный прибор). Каждый боец должен был быть обеспечен наилучшим строевым конем и снаряжением. Было принято решение считать целесообразным дислоцировать формируемые дивизии в Благовещенском и Уфимском районах на базе отмобилизованных и убывших на запад 74-й и 76-й кавалерийских дивизий12. Это решение было не случайным. Там, где располагались 74-я и 76-я кавдивизии, была соответствующая база, казарменно-жилищный фонд, учебные поля, опыт работы у местных руководителей и военных комиссариатов.

Военный совет Уральского военного округа в своей директиве от 24 ноября 1941 года уточнил детали формирования двух кавалерийских дивизий. В директиве был определен предварительный состав дивизии. Эти соединения также являлись кавдивизиями, но в их составе, кроме управления, трех кавалерийских полков, отдельного эскадрона химической защиты должен был быть еще бронетанковый эскадрон13. Дивизии планировалось укомплектовать к 15 декабря 1941 года личным составом и лошадьми за счет ресурсов Башкир­ской АССР. Средним начальствующим составом они укомплектовывались в первую очередь за счет башкир, их собирались изъять из воинских частей округа. Что касается должностей младшего командного состава, то их должны были укомплектовывать кадрами за счет башкир, призываемых из запаса и из числа забронированных за народным хозяйством, выздоравливающими после ранений и заболеваний на фронте, за счет изъятия из тыловых частей и складов. Недостающий младший командный состав должен был укомплектовываться русскими. Рядовой состав должен был быть отобран из числа мужчин башкирской национальности. Специально созданные для этой цели медицинские комиссии отбирали здоровых и крепких людей не старше 40 лет. Важными являются и другие требования. Например, в строевые части должны были быть направлены люди не старше 35 лет, то есть самые сильные и боеспособные. Ввиду ограниченности людских ресурсов было принято решение в строевые части направлять до 50 % обученных военнообязанных, то есть ранее служивших, и 50 % новобранцев 1922 года рождения. Граждане 1922 года рождения призывались впервые по исполнении им 18 лет. Предполагалось, что молодые  воины в процессе боевой подготовки с помощью воинов из запаса быстро освоят программу обучения. Обмундированием, кон­ским снаряжением, продфуражом, холодным и частично огнестрельным оружием дивизии должны были укомплектовываться за счет ресурсов Башкир­ской АССР14, то есть соединения практически полностью создавались за счет сил и средств республики.

Через месяц на заседании Совнаркома БАССР и бюро обкома ВКП(б) был вновь рассмотрен вопрос о создании двух кавдивизий, где было принято решение о создании дивизионных комиссий по приему личного состава, лошадей, упряжи, вооружения и снаряжения. Были установлены сроки: начало приема 1 декабря и завершение 15 декабря 1941 года15.

Процесс создания национальных кавалерийских дивизий был непростым. В ходе их формирования возникли трудности, особенно по вопросу обеспечения младшим командным составом и лошадьми. Руководство республики и военный комиссариат оперативно приняли меры для своевременного завер шения формирования дивизий. Военный совет округа также принимал активное участие в этой работе, помогая поставкой командного состава, специалистами и консультациями. Перечни частей, их номера, штатные численности соединений были определены штабом Уральского военного округа 13 декабря 1941 года.

Эти соединения создавались по старому штату, то есть они являлись легкими кавалерийскими дивизиями, в своем составе не имели танков, артиллерии, противотанковых и зенитных средств.

Ход и состояние формирования дивизий неоднократно рассматривались Сов­наркомом и обкомом республики. Были и многочисленные проверки и инспекции из различных инстанций. Самая серьезная проверка была осуществлена Инспекцией кавалерии Красной Армии. В ее итогах отмечалось, что в 112-й кавалерийской дивизии директива Военного совета округа о формировании не выполнена, укомплектование ее рядовым составом закончено только 22 декабря 1941 года, состав не соответствует требованиям. Младшим командным составом эта дивизия  на 2 января 1942 года была укомплектована лишь на 48 %. К началу проверки не было еще командира и начальника штаба дивизии. Не хватало двух командиров и трех комиссаров, трех начальников штабов полков и семи командиров эскадронов. Соединение не имело даже минимального количества вооружения. Боевая подготовка проводилась нерегулярно, хотя в последующем, с прибытием командира дивизии, полковника М.М.Шаймуратова, в полки были спущены план и сроки боевой подготовки16.

В воспоминаниях ветерана 112-й кавалерийской дивизии Ш.А.Алибаева говорится о том, что в связи с нехваткой командного состава Башвоенкомат 15 ноября 1941 года, собрав примерно 20 человек офицеров и сержантов, сообщил о приказе сформировать две башкирские кавалерийские дивизии. Временно исполняющим обязанности командира первого полка Башвоенкомат назначил старшего лейтенанта Гайсина, бывшего работника Уфимского Осоавиахима. Расположение полка было определено на станции Дема. Исполняющим обязанности командира второго полка был назначен сам старший лейтенант Ш.А. Алибаев. Этот полк располагался на хуторе Жуковка. Исполняющим обязанности командира третьего полка был назначен Аминев, бывший работник прокуратуры города Уфы. Этот полк располагался на станции Алкино17. Получается, что Башвоенкомат начал проводить мероприятия по созданию национальных кавалерийских дивизий уже через два дня после выхода постановления ГКО СССР о формировании национальных воинских формирований в республиках Средней Азии, Казахстана, Башкирии, Кабардино-Балкарии и Чечено-Ингушетии. В связи с этим постановлением 17 ноября 1941 года состоялось совместное заседание СНК БАССР и бюро обкома ВКП(б), но к этому времени в республике уже проводились определенные мероприятия.

113-я кавалерийская дивизия подвергалась различным проверкам. В ней были такие же, как и в 112-й кавалерийской дивизии, недостатки. На 1 января 1942 года комплектование дивизии рядовым составом было закончено. По штату в ней должно было быть 3501 человек, но она имела только 3362 человека. К этому времени в дивизии не хватало 397 человек руководящего состава, из них: 283 человека младшего командного состава, 72 — среднего и младшего командного состава, 7 политработников и 35 человек начальствующего состава. Без них дивизия как боевая единица не могла быть принята в состав округа и Вооруженных сил. В это время рядового состава на 257 человек было больше, чем по штату, но это не имело значения, просто в дивизии находились лишние люди. В составе соединения был большой процент ранее не служивших в кавалерии людей. Дивизия не имела никакого вооружения. Всего в ней насчитывалось 5 учебных винтовок, 15 револьверов, 25 шашек, 1 пулемет и 132 старых неисправных седла. Серьезная проблема сложилась и с комплектованием дивизии лошадьми. Верховых лошадей по штату должно было быть 3221, а налицо было лишь 832, не хватало 2389 голов. Артиллерийских лошадей вместо положенных по штату 588 было всего 278, то есть не хватало 310. Зато обозных лошадей было много. Их по штату должно было быть только 310, а имелось 218218. Лишние лошади были не нужны, но их тоже приходилось кормить. Получается, что колхозы и совхозы по нарядам отправляли в дивизию в основном обозных лошадей, то есть любых, а кавалерийская дивизия должна была комплектоваться прежде всего верховыми лошадьми. Отсюда видно и то, что прием лошадей в соединение был осуществлен неправильно, не было их отбора. Теперь лишних лошадей надо было куда-то деть и набрать соответствующих. Положение дел в дивизии существенно не изменилось и к 27 января 1942 года19.

Подобная обстановка сложилась и в 112-й кавалерийской дивизии. В политическом донесении начальника политотдела этого соединения, старшего политрука А.Г. Абдуллина, на имя начальника политуправления Южно-Ураль­ского военного округа 20 января 1942 года была дана объективная картина состояния дел в дивизии. В этом донесении подчеркивалось, что в соединении имелось 409 отличников боевой и политической подготовки. Среди командного состава кавалеристов было только 32 %. Это вызывало трудности в боевой подготовке. По мнению А.Г. Абдуллина, политико-моральное состояние личного состава было вполне здоровым. Люди выражали свою ненависть к немецким оккупантам. Общее состояние воинской дисциплины в дивизии было удовлетворительным. Военные были расквартированы частично в общественных зданиях (клубах, школах), а в большинстве — в частных домах, приспособленных под казармы, в землянках и на квартирах колхозников по 3 — 5 человек. Во всех видах помещений, занимаемых дивизией, была исключительная теснота и неприспособленность, никакого казарменного оборудования не имелось, бойцы спали на голых нарах, а в частных домах — прямо на полу. В частях, расквартированных в селах, не было ламп, керосина и свечей.

Центром расквартирования дивизии являлась станция Дема. Здесь был расположен штаб дивизии, штаб 275-го кавалерийского полка, химэскадрон  и медсанвзвод. Эскадроны 275-го кавалерийского полка дислоцировались в селах: Балаково (в 3 км от станции Дема), Мармалево (в 4 км от станции Дема), Негайкино (в 10 км от станции Дема). 394-й кавалерийский полк был расквартирован в селе Жуково (в 8 км от станции Дема), 313-й кавалерий­ский полк находился в селе Авдон (в 12 км от станции Дема). Что касается укомплектованности дивизии лошадьми, то здесь, по сравнению с 113-й дивизией, положение было несколько лучше. В дивизии не хватало всего 27 верховых и 311 артиллерийских лошадей, но также намного превышало штатную численность количество обозных лошадей20.

Необходимо подчеркнуть, что все первоначально установленные сроки комплектования кавалерийских дивизий давно уже прошли. Хотя эти соединения должны были быть укомплектованы личным составом и лошадьми еще к 15 декабря 1941 года, но даже к началу февраля 1942 года эти вопросы не были полностью решены.

В связи с завершением комплектования и отработкой в основном программ боевой и политической подготовки были созданы комиссии по проверке готовности дивизий и их обеспеченности. Они проверялись с 26 февраля по 2 марта 1942 года21.

Комиссия пришла к выводу о том, что дивизия в основном укомплектована, политико-моральное состояние личного состава здоровое. СНК БАССР к 25 марта 1942 года должен был обеспечить дивизию необходимым имуществом и средствами. Округ брал на себя часть задач по обеспечению дивизии. Комиссия установила, что до включения дивизии в состав действующей армии необходимо предоставить ее командиру две недели для освоения личным составом боевого вооружения, техники и слаживания подразделений и частей. Этот дополнительный срок был установлен в связи с тем, что в дивизии был большой процент необученных, не служивших ранее в армии, а также слабо подготовлен младший начальствующий состав22.

Для проверки 112-й кавалерийской дивизии также была создана комиссия. Ее возглавлял начальник отдела боевой подготовки округа полковник Г.П. Панков. В составе комиссии были представители организационно-мобилизационного, организационно-инспекторского отделов округа, Башвоенкомата, 17-й запасной стрелковой бригады, начальник политического отдела 112-й кавдивизии батальонный комиссар А.Г. Абдуллин и другие специалисты из воинских частей и учреждений Уфимского гарнизона. В ходе работы комиссии присутствовали командир дивизии полковник М.М. Шаймуратов, военный комиссар дивизии батальонный комиссар М.З. Назыров, секретарь обкома ВКП(б) Н.Д. Буренкин, заместитель председателя СНК БАССР Г.В. Нигмаджанов. Комиссия работала с 26 февраля по 2 марта. Она установила много недостатков и положительные моменты хода формирования дивизии. На 1 марта 1942 года дивизия была укомплектована командным составом на 99 %, начальствующим составом — на 97%, младшим начальствующим составом — на 76% и рядовым составом на 109%. Дивизия была укомплектована в основном из башкир (91,7% от общего числа личного состава соединения). Комиссия пришла к выводу о том, что рядовой состав по моральному и физическому состоянию отвечал требованиям бойца-кавалериста.

Окончательный вывод комиссии был следующий: «С получением вооружения, техники и дообеспечения в материальном отношении дивизия через 10 — 15 дней может быть включена в состав войск действующей армии»23.

Несмотря на серьезные недостатки и неподготовленность, обе дивизии 6 марта 1942 года приказом командующего войсками Южно-Уральского военного округа были приняты в состав частей округа. Приказ был подписан командующим войсками округа генерал-лейтенантом Ф.Н. Ремизовым24.

В последующем в связи с тем, что 113-я кавалерийская дивизия оказалась менее обеспеченной и организованной, а также в силу ограниченности вооружения и снаряжения было решено ее расформировать. Хозяйство и личный состав этой дивизии частично были переданы для доукомплектования 112-й кавалерийской дивизии, часть имущества и личного состава в составе маршевых подразделений убыли на фронт25. Оставшиеся люди, материальные средства и вооружение 113-й кавдивизии в апреле 1942 года были передислоцированы в Туймазы, и на этой базе был сформирован 9-й запасный кавалерийский полк. Он готовил маршевые подразделения и команды для кавалерийских частей Красной Армии26.

Не все национальные кавалерийские дивизии были отправлены в ряды действующей армии. Из 20 сформированных кавдивизий в течение 1942 года 15 были расформированы. Весной 1942 года в действующую армию прибыли 110-я Калмыцкая, 112-я Башкирская, 115-я Кабардино-Балкарская кавалерийские дивизии и 225-й Чечено-Ингушский кавалерийский полк27. Личный состав, материальная часть и вооружение расформированных соединений были переданы поступавшим в действующую армию национальным кавалерийским, а также артиллерийским, механизированным и стрелковым частям, нуждавшимся в пополнении. Кроме того, в это время шла тенденция сокращения количества кавалерийских дивизий в Сухопутных войсках. Это было связано с большой уязвимостью кавалерии от огня артиллерии, ударов авиации и танков, а также затруднениями с пополнением конским составом28.

22 марта 1942 года, в канун 23-й годовщины со дня образования республики, Председатель Президиума Верховного Совета БАССР Р.К. Ибрагимов в торжественной обстановке вручил 112-й кавалерийской дивизии Знамя Президиума Верховного Совета республики29.

Таким образом, Башкирская АССР выполнила задание ГКО СССР от 13 ноября 1941 года по созданию двух легких кавалерийских дивизий. Необходимо сказать, что эта задача была крайне сложной. В принципе, создание двух таких полнокровных кавалерийских дивизий оказалось почти непосильной задачей для республики в это время. Процесс сильно затянулся, первоначально установленные сроки оказались нереальными. Они не были выполнены. Очевидным являлось стремление руководства республики, руководителей на местах, местных органов военного управления и трудовых коллективов сделать все возможное для укомплектования дивизий подготовленными национальными кадрами, транспортом, снаряжением, имуществом, конским составом и частично вооружением. В решении этих задач конкретную помощь оказывал штаб Южно-Уральского военного округа. В целом республика с честью выполнила эту сложнейшую задачу. Она подготовила одну полнокровную бое­способную кавалерийскую дивизию, а усилия по созданию второй дивизии также не прошли даром. Люди и имущество 113-й кавдивизии пополнили ряды боевых и запасных воинских формирований.

11 апреля 1942 года первые подразделения 112-й кавалерийской дивизии начали погрузку на железнодорожные составы для отправки на фронт. 17 апреля дивизия полностью убыла в состав действующей армии30. В конце апреля части и подразделения выгрузились на железнодорожной станции Московско-Донбасской железной дороги и разместились в населенных пунктах Ознобишино, Ситово, Мостоушка, Игнатовка, Тиряев-завод, Родионовка, Титовка, Кадное Сафоновского района Тульской области31. В течение мая и июня 1942 года она получала и изучала вооружение, материальную часть и занималась боевой подготовкой в составе 8-го кавалерийского корпуса32. В это время в составе дивизии были 275-й, 294-й и 313-й кавалерийские полки, 101-й отдельный конно-артиллерийский дивизион, 101-е отделение артиллерийского парка, 112-я отдельная зенитная батарея, 112-й отдельный взвод химзащиты, 83-й отдельный полуэскадрон связи, 80-й отдельный медико-санитарный эскадрон, 84-й эскадрон подвоза, 379-й ветлазарет, 13-й комендантский взвод, 14-й взвод особого отдела, 15-я редакция красноармейской газеты, полевая почтовая станция № 1927 и полевая касса Госбанка № 103033.

8-й кавалерийский корпус был сформирован в январе — июне 1942 года в Орловской и Тульской областях. Боевые действия он начал в оборонительных боях на Воронежском направлении. В этот период командиром корпуса был генерал-лейтенант П.П.Корзун34. Корпус входил в состав Брянского фронта35. В это время он участвовал в Воронежско-Ворошиловградской операции. В последующем, в конце июня, по приказу командующего фронтом он был выдвинут для ведения оборонительных боев в разрыв между Брянским и Юго-Западным фронтами36.

2 июня 1942 года командир корпуса поставил дивизии первую боевую задачу: занять оборону на рубеже Алешки — Малые Борки — Святошка, во втором эшелоне корпуса. На правом фланге оборону занял 275-й кавалерийский полк майора Т.Т.Кусимова, левее оборонялся 294-й кавалерийский полк майора Г.А.Нафикова и во втором эшелоне находился 313-й кавалерийский полк майора Г.Д.Макаева37.

По приказу командира корпуса дивизия заняла оборону на рубеже Алешки — Малые Борки — Святошка. Впереди действовала 55-я кавалерийская дивизия. На рассвете 2 июля противник силою до трех полков пехоты, одного артиллерийского полка, поддерживаемый 80-ю танками и самолетами, пере шел в наступление и, оттеснив части 55-й кавалерийской дивизии, на рубеже Ясная Поляна — Турганово форсировал реку Олым и вошел в соприкосновение с частями 112-й кавалерийской дивизии. До 4 июля противник в разных местах форсировал Олым. 112-я кавалерийская дивизия, 106-я и   107-я мотострелковые бригады с трудом удерживали рубежи обороны. В этот же день противник сосредоточил до двух полков пехоты, 40 танков и 2 артиллерийских дивизиона перед фронтом 294-го кавалерийского полка 112-й кавалерийской дивизии с целью нанести основной удар в направлении Алешки — Малые Борки. 21-я кавалерийская дивизия, которая должна была занимать оборону левее 112-й кавалерийской дивизии, к этому времени находилась на марше, в связи с этим 112-я кавдивизия двумя, 275-м и 294-м, кавалерий­скими полками занимала оборону до двенадцати километров по фронту, при этом не имела второго эшелона. К рассвету 4 июля начали отходить 106-я и   107-я мотострелковые бригады. Полоса обороны дивизии увеличи лась до 25 километров, что является недопустимым для кавалерийской дивизии. К исходу дня противник перед фронтом дивизии создал тройное превосходство в живой силе и технике и, прорвав линию обороны двумя ротами автоматчиков, начал действовать по тылам полков. В ночь на 5 июля противник при поддержке танков и артиллерии сбил боевое охранение 294-го кавалерий­ского полка и пятью батальонами начал наступление в направлении Малые Борки. К утру 5 июля группы автоматчиков противника начали просачиваться в Малые Борки и действовать по тылам полков. В течение трех суток части дивизии, не имея танков и авиации, отбили восемь атак противника, в три раза превосходящего численностью, нанося ему большие потери в живой силе и технике. Только 8 июля, будучи обойденными с фланга двумя полками пехоты противника, с боями пробивая себе путь, полки начали отходить. 8 июля к исходу дня противник прекратил наступление и начал вести окопные работы, подтягивая резервы. 112-я кавалерийская дивизия передала свою полосу обороны 1-й гвардейской стрелковой дивизии и к исходу 9 июля 1942 года форсированным маршем выступила по маршруту Марино, Прудки, Петров­ское, Бурдино, Тербуны38. Решение передачи полосы другой дивизии можно обосновать тем, что 112-я кавалерийская дивизия выполняла очень сложную задачу и, очевидно, в результате длительных боев с превосходящим в силах и средствах противником имела значительные потери.

В результате боев с 2 по 8 июля 1942 года было захвачено: 6 унтер-офицеров, 1 солдат, 13 лошадей, 7 пулеметов, свыше 20000 патронов и штабные документы. Было уничтожено 12 офицеров, 12 унтер-офицеров, 3019 солдат, 6 станковых пулеметов, 12 пушек разного калибра, 2 танка, 10 грузовых автомашин, 17 мотоциклов, два склада с боеприпасами и продовольствием, сбито 3 самолета противника.

Оставшуюся часть лета и осень дивизия провела в многочисленных оборонительных боях.

8 августа 1942 года в дивизионной газете «Љыґыл атлылар» № 58 сообщалось, что героизм и мужество, проявленные в предыдущих боях бойцами и командирами 112-й кавалерийской дивизии, были отмечены высокими правительственными наградами. Орденом Красного Знамени были награждены  старшие лейтенанты Сабитов Фарваз Шаякович и Сиригулов Шейхи Загитович, лейтенанты Гареев Миннемулла Миннегареевич, Колесник Николай Игнатьевич, Миннияров Максим Харитонович и Мирсаяпов Хусаин Гатиевич, старший сержант Нуретдинов Назам Нуретдинович, красноармейцы Шалимов Имам Галиевич, Максутов Искандер Хисметдинович, Хусаинов Гатаулла Хусаинович. Орденом Красной Звезды были награждены 31 человек, медалью «За отвагу» — 30 человек и медалью «За боевые заслуги» — 25 человек. Среди награжденных были командиры полков майоры Кусимов, Макаев и Нафиков. Майор Г.А. Нафиков был награжден посмертно39.

В середине октября 1942 года дивизия получила приказ сдать позиции стрелковым частям и совершить марш в юго-восточном направлении, к Сталинграду. Совершив 500-километровый марш, дивизия оказалась в районе Серафимовичи, у станции Слащевская. В последующем дивизия с начала и до конца принимала участие в контрнаступлении наших войск под Сталин­градом. С 19 по 25 ноября 1942 года в боях за станцию Обливская части дивизии освободили свыше 10 населенных пунктов. С 26 ноября с боями прошли более 300 километров, захватив в плен и уничтожив при этом око ло 3000 солдат и офицеров, более 100 танков и 500 автомашин противника. 30 декабря, совершив ночной марш, полки дивизии внезапным ударом овладели селом Красный Яр, захватили в плен 400 немцев, штабные документы и трофеи. В дальнейшем дивизия успешно наступала в районе реки Чир, освободила населенные пункты Чернышки, Абалеевский, Сиволобово.

В январе 1943 года в ходе многочисленных боев отличился взвод лейтенанта Аннаклыча Атаева. Взвод захватил важную высоту и три дня ее удерживал, отражая многочисленные атаки противника. Весь взвод погиб, а бойцов во взводе было 30 человек. Командиру взвода лейтенанту Атаеву посмерт­но было присвоено звание Героя Советского Союза40.

В начале февраля дивизия получила боевой приказ: в составе 8-го кавалерийского корпуса пойти в глубокий рейд по тылам противника и овладеть населенным пунктом Чернухино, станцией Дебальцово, уничтожить противника в направлении станции Миллерово. В тыловом и техническом отношении дивизия была хорошо подготовлена к рейду. Моральный настрой личного состава перед выполнением этой необычной задачи также был высокий41. Дивизия в составе корпуса, выйдя в тыл врага, наносила огромные потери в тыловых гарнизонах противника, уничтожала его технику и запасы. Рейд продолжался две недели. Дивизии удалось выполнить все поставленные задачи успешно, но сама она также имела большие потери. При выходе из рейда 24 февраля 1943 года погиб командир дивизии генерал-майор М.М. Шаймуратов42. Подвиг бойцов дивизии обошелся дорого. В жестоких боях также смертью храбрых погибли комиссар штаба дивизии Д. Артикулов, комиссар 62-го полка В. Саитгалин, секретарь партийной комиссии дивизии Хайруллин и многие другие. В полку майора Т.Т. Кусимова после рейда в живых осталось всего 80 человек43.

За храбрость и мужество в ходе рейда многие бойцы и командиры были награждены правительственными наградами. Орденом Александра Невского были награждены полковники И.И. Голенев, Г.Е. Фондеранцев, подполковник Т.А. Черников, майор С.Х. Хабиров, орденом Отечественной войны I степени — подполковник М.М. Валиев, майор Г.А. Белов44.

За успешное проведение рейда, за проявленные доблесть и мужество 8-й кавалерийский корпус был переименован в 7-й гвардейский, а 112-я кавалерийская дивизия — в 16-ю гвардейскую кавалерийскую дивизию45.

Весной и летом 1943 года дивизия находилась в резерве Ставки Верховного Главнокомандования. Она доукомплектовывалась, пополнялась личным составом и вооружением. С прибытием пополнения в ее составе были представители 32 национальностей.

Дивизия приняла активное участие в ожесточенных боях за город Чернигов в ходе Черниговско-Припятской операции в составе войск Центрального фронта. В боях за Чернигов и Черниговскую область 16-я гвардейская кавалерийская дивизия захватила в плен 1360 солдат, 340 офицеров противника, получила трофеи: 1500 винтовок, 38 пулеметов, 7 орудий, 21 миномет, 260000 патронов, 4 тысячи гранат, 6 складов, 6 штабов, 1300 снарядов, 100 велосипедов, 4 рации, 19 бронемашин. Было уничтожено 1800 солдат и офицеров противника, 24 танка, 17 пулеметов, 22 миномета, 37 бронемашин и 2 самолета противника46. 

Приказом Верховного Главнокомандования соединениям и частям, отличившимся в боях за форсирование реки Десна и за освобождение города Чернигов было присвоено наименование Черниговских, в том числе и 16-й гвардейской дивизии полковника Г.А.Белова. Этим же войскам Верховный глав нокомандующий своим приказом от 21 сентября 1943 года объявил благодарность, и в Москве был дан салют 12-ю артиллерийскими залпами из 124 орудий47.

К этому времени дивизия имела на вооружении автоматы, противотанковые ружья, в ее составе уже был зенитно-артиллерийский дивизион, а также она имела танки и артиллерию. Все это способствовало успешному решению боевых задач.

После освобождения Чернигова дивизия в многочисленных боях освободила 20 населенных пунктов и 25 сентября сосредоточилась на левом берегу Днепра, севернее Киева, в районе Красная Гута, Новая Рудня, Пролетарская Рудня, Комаровка, имея задачу в ночь на 26 сентября форсировать реку Днепр в районе Дымарна — Неданичи, уничтожить пехоту немцев на противоположном берегу и обеспечить переправу частей корпуса.

Перед фронтом дивизии оборонялась 7-я пехотная дивизия противника, при поддержке 10 — 15 танков «тигр» и большого количества артиллерии и самоходных орудий типа «фердинанд», а также минометных батарей. Противник, имея значительные силы, а также хорошо оборудованные в инженерном отношении позиции, прочно оборонял западный берег Днепра. 7-я пехотная дивизия имела задачу удержать рубеж до подхода 276-й пехотной и 5-й танковой дивизий. Плотность огня стрелкового оружия противника была очень высокой. 25 и 26 сентября 1943 года 16-я гвардейская кавалерийская дивизия подготовила средства для переправы на противоположный берег и ночью начала переправу. Артиллерия дивизии обеспечила огнем переправу подразделений. Первым переправился 4-й эскадрон 58-го кавалерийского полка под командованием гвардии старшего лейтенанта Рудного.  К 7 часам 27 сентября 58-й гвардейский кавалерийский полк полностью переправился на противоположный берег и вел бои за обеспечение форсирования реки всей дивизией. Утром 27 сентября противник усилил огонь артиллерии и минометов с целью сорвать форсирование реки 16-й гвардейской кавдивизии. Пикирующие бомбардировщики противника наносили огромный ущерб дивизии в районах переправ. Форсирование реки затянулось, переправочные средства были разбиты и потоплены. В район форсирования прибыли понтонные лодки. Дивизия начала переправу артиллерии и боеприпасов. В дальнейшем за трое суток боев дивизия освободила на западном берегу Днепра населенные пункты Нивки, Вялое, уничтожила свыше 500 солдат, было подбито 3 танка, 5 артиллерийских и минометных батарей, захвачено 5 станковых и 13 легких пулеметов, а также                7 минометов. Дивизия овладела плацдармом на западном берегу Днепра и создала возможность навести мост для переправы частей и соединений                61-й армии. В боях за Днепр особо отличился 58-й гвардейский кавалерийский полк гвардии подполковника Т.Т.Кусимова.

За форсирование Днепра были награждены правительственными наградами: орденом Красного Знамени — 22 человека, орденом Александра Нев­ского — 8 человек, орденом Отечественной войны I степени — 38 человек, орденом Отечественной войны II степени — 7 человек, орденом Красной Звезды — 344 человека, медалью «За отвагу» — 569 человек, медалью «За боевые заслуги» — 420 человек. Всего было награждено 1408 человек48.

За освобождение Черниговской области и форсирование Днепра и проявленные при этом мужество и героизм 54 человека 16-й гвардейской Черниговской кавалерийской дивизии стали Героями Советского Союза.

В конце 1943 и в начале 1944 года дивизия приняла участие в Белорусской операции. В составе корпуса она получила задачу уничтожить Мозырскую группировку противника. В это время дивизия, участвуя в Калиновическо-Мозырской наступательной операции, успешно действовала по тылам Мозырской группировки противника. 14 января Мозырь был очищен от немцев.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 января 1944 года за участие в разгроме Мозырской группировки противника и освобождение города Мозырь дивизия была награждена орденом Красного Знамени. 14 января Москва салютовала войскам, освободившим Мозырь, 12-ю залпами из 124 орудий49.

В дальнейшем 7-му гвардейскому кавалерийскому корпусу командование фронта поставило следующую задачу: во взаимодействии с частями 6-й армии перейти в наступление и занять рубеж Скыргалово — Балажевичи — Острожанка и далее по реке Уборть до населенного пункта Лельчицы. По приказу командира корпуса 16-я кавалерийская дивизия, уничтожая мелкие отряды и группы врага, вышла на рубеж Скрыгалово — Особец — Глушицы — Сон. Здесь был получен приказ принять участок 3-й гвардейской кавалерийской дивизии. 16-я кавалерийская дивизия заняла оборону протяженностью 28 километров. Но из-за больших потерь она имела очень мало сил. Полки состояли только из двух эскадронов, не хватало и вооружения. Для комплектования дивизии полностью требовалось более 1300 человек рядовых, 270 человек младших командиров, 45 офицеров50.

В конце января части дивизии передислоцировались в район Заставник, Буйновичи, Злодин и заняли новый рубеж обороны51.

В связи с 26-й годовщиной Красной Армии от командующего кавалерией Красной Армии Маршала Советского Союза С.М. Буденного в дивизии была получена телеграмма. В ней говорилось: «Такие боевые операции, как разгром четырех дивизий противника в Сталинградской битве, быстрый выход в тыл противника и овладение городами Мозырь, Калинковичи записаны в истории кавалерии как яркие страницы. Верю, что в предстоящих битвах конники, верные своим боевым традициям, будут еще крепче громить врага до полного его уничтожения». В адрес командования дивизии была также получена поздравительная телеграмма от Башкирского обкома и Совнаркома52.

В марте 1944 года дивизия в составе 7-го гвардейского кавалерийского корпуса действовала во 2-м Белорусском фронте, южнее Ковеля. В первых числах апреля полки дивизии вышли в район Родивичи. Потом дивизия проводила длительные и активные боевые действия в направлении Владимир-Волынского53.

Летне-осенняя кампания 1944 года началась с 1 июня 1944 года. Важнейшей составной частью этой кампании является Белорусская стратегическая операция. Она проводилась с 23 июня по 29 августа. В этой операции приняли участие 1-й Прибалтийский, 1-й, 2-й, 3-й Белорусские фронты (в полном составе) и Днепровская военная флотилия. В рамках Белорусской стратегической наступательной операции 1-й Белорусский фронт с 18 июля по 2 августа проводил свою Люблинско-Брестскую наступательную операцию54. 7-й гвардейский кавалерийский корпус со своими соединениями, в том числе и с 16-й гвардейской Черниговской кавалерийской дивизией в начале операции входил в состав 69-й армии. В начале операции 16-я кавалерийская дивизия шла во втором эшелоне корпуса. Когда дивизии первого эшелона дошли до реки Западный Буг, 16-я кавдивизия получила задачу: во время форсирования реки выйти  в первый эшелон корпуса, преследовать отходящего противника и вместе с другими частями армии овладеть городом Хелм.

22 июля части и соединения фронта освободили город Хелм. В это время полки 16-й кавалерийской дивизии обошли город с севера, вышли в тыл, чтобы выполнить конечную цель операции армии и фронта. Оторвавшись от стрелковых соединений и других кавалерийских дивизий 7-го кавалерийского корпуса, черниговцы устремились в направлении города Люблин. В этот же день Верховный главнокомандующий объявил благодарность воинам 7-го кавалерийского корпуса. После освобождения города Хелм общее наступление фронта продолжалось. 22 июля приказом командующего фронтом Маршала Советского Союза К.К. Рокоссовского 7-й гвардейский кавалерийский корпус был переведен в оперативное подчинение 2-й танковой армии55.

23 июля дивизия получила приказ выйти южнее Люблина, перерезать все дороги из города, преградить путь отходящему противнику. Дивизия успешно справилась с этой задачей. После освобождения польского города Люблин части дивизии совместно с войсками 2-й танковой армии освободили узников концлагеря «Майданек», в котором находились более 10 тысяч советских военнопленных и антифашистов многих стран Европы. После освобождения Люблина 7-й гвардейский кавалерийский корпус был выведен в состав резерва фронта и находился в районе Любартув, Каменка. За образцовое выполнение заданий командования в боях за город Хелм и Люблин  16-я гвардейская кавалерийская дивизия Указом Президиума Верховного Совета СССР была награждена орденом Суворова II степени56.

8 августа 1944 года по приказу командующего 1-м Белорусским фронтом 7-й гвардейский корпус со своими дивизиями занял  оборону по восточному берегу реки Висла. Там дивизия в составе корпуса оборонялась в течение пяти месяцев, при этом кавалеристы, совместно с другими частями, обеспечивали стык между 69-й и 8-й гвардейскими армиями.

В декабре 1944 года 16-я гвардейская кавалерийская дивизия отмечала третью годовщину со времени формирования. В связи с этим Президиум Верховного Совета БАССР и обком ВКП(б) поздравили личный состав дивизии57.

12 января 1945 года началась Висло-Одерская стратегическая наступательная операция. Она продолжалась до 3 февраля. В ней приняли участие в полном составе 1-й Белорусский и 1-й Украинский фронты58. В этот период дивизия имела задачу: выйти к реке Пилица, форсировать ее и захватить город Томашув. Бой за город был тяжелым, противник оказывал упорное сопротивление. В последующем дивизия прошла с боями от Вислы до Одера более 400 километров. В боях за город Томашув гвардейцы уничтожили около 2000 солдат и офицеров противника, а 800 взяли в плен. Было уничтожено также 15 танков и самоходных орудий, 6 минометов, 6 артиллерийских батарей, 8 шестиствольных минометов, около 200 различных автомашин. Были взяты в плен богатые трофеи: свыше 100 автомашин, 11 складов с войсковым имуществом и боеприпасами, около 200 лошадей, 2 полковых знамени 42-го армейского корпуса, 5 исправных самоходных орудий «фердинанд» и многое другое.

За освобождение польских городов и проявленное при этом мужество 16-я гвардейская Краснознаменная ордена Суворова II степени Черниговская кавалерийская дивизия Указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 января 1945 года была награждена орденом Ленина59. В честь 16-й гвардейской кавалерийской дивизии, а также других частей и соединений, участвовавших в боях за освобождение Томашува и других польских городов, приказом ВГК от 19 января 1945 года в Москве был дан салют 24-мя артиллерийскими залпами из 324 орудий60.

С 16 апреля 1945 года дивизия принимала участие в Берлинской стратегической наступательной операции. В этой беспрецедентной исторической операции приняли участие 1-й и 2-й Белорусские фронты, 1-й Украинский фронт, 1-я и 2-я армии Войска Польского, Днепровская военная флотилия и часть сил Балтийского флота61.   

За период с 16 апреля по 5 мая дивизия участвовала в окружении Берлинской группировки противника.Преодолевая сопротивление противника между реками Одер и Хавель, она с боями прошла 216 километров, форсировала канал Фриндландершторм, Гогенцоллерн-канал, Руппинер-канал, канал Хаупт-Гросс, каналы Гренц-Грабен, Цвентель-Флюгель-Грабен, Эрстер-Флюгель-Грабен (дважды), Зило-канал и реку Хафель.

Дивизия овладела городами Вандлитц, Зандхаузен, Креммен, Бранденбург, Преемниц и населенными пунктами Лобеталь, Вензикендорф, Шмахтенхаген, Амалиенфельде, Гросс-Бнитц, Метлов, Липе, Даме, Ненихаузен, Буков, Гарлиц, Бушув, Барневитц, Брилов, Герден, Дюберитц, Темпельфельде, Даневитц, превращенные противником в сильные опорные пункты обороны подступов к Берлину с севера и запада.

За этот период было уничтожено 2966 солдат и офицеров противника, 13 орудий, 202 автомашины, 3 различных склада. Подбито и повреждено 10 танков и самоходных установок, 2 бронетранспортера, 5 автомашин, 8 лодок с грузами, сбито 11 самолетов. Было захвачено 189 самолетов, 51 орудие, 93 пулемета, 700 автоматов и винтовок, 100 фаустпатронов, 29 паровозов, 1075 вагонов, платформ и цистерн, 4332 автомашины, 1225 мотоциклов, 54 трактора, 130 авиамоторов, 32 электромотора, крупные автомастерские, фабрика оптических приборов, фабрика по производству активированного угля, 100 стеклянных баллонов с кислотой, 630 различных стан ков, 62 подъемных крана, 4 автодрезины, 6 автоприцепов, 3 каютные парусные лодки, 230 велосипедов, 65 складов с боеприпасами, продовольствием и военным имуществом. Было взято в плен 4327 солдат, офицеров и 1 генерал. Освобождено 54500 человек разных национальностей, находившихся в лагерях, тюрьмах и других местах62.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 мая 1945 года за умелые действия при осуществлении Берлинской операции и взятии Бранденбурга дивизия была награждена орденом Кутузова II степени.

В годы войны дивизия прошла с боями более 4 тысяч километров. За период военных действий около 4 тысяч ее воинов были удостоены орденов и медалей, 77 наиболее отличившимся воинам было присвоено звание Героя Советского Союза63. По поводу количества Героев Советского Союза дивизии существуют различные данные. В энциклопедии «Великая Отечественная война 1941 — 1945» показано 76 героев64. Опираясь на архивный источник (ЦАМО РФ, ф.16 гв. Кд, оп. 356129, д. 1), Кирсанов Н.А. утверждает, что в 16-й гвардейской кавалерийской дивизии 75 воинов стали Героями Советского Союза. В их числе представители десяти национальностей: 33 русских, 13 башкир, 10 украинцев, 6 татар, 5 туркмен, 3 узбека, 2 чеченца, армянин, еврей и казах65. В любом случае, это единственная дивизия сухопутных войск, имевшая так много Героев Советского Союза.

16-я гвардейская Черниговская ордена Ленина, Красного Знамени, Суворова  II степени и Кутузова II степени кавалерийская дивизия приняла активное участие во всех периодах Великой Отечественной войны, в ходе больших операций, в многочисленных тяжелых и кровопролитных боях нанесла противнику огромный урон. Созданная в трудных условиях полностью за счет людских и материальных ресурсов Башкирской АССР и Южно-Уральского военного округа, она оправдала надежду трудящихся республики, внесла существенный вклад в победу над фашистской Германией.

 

Боевой путь

1292-го башкирского

истребительно-противотанкового

артиллерийского полка имени Салавата Юлаева

 

Среди артиллерийских полков, созданных в республике, как особая воинская часть выделяется 1292-й истребительный противотанковый артиллерийский полк (ИПТАП). Он был предназначен для уничтожения танков противника. Больше подобных полков в годы войны и после ее завершения республика не формировала. Полк по своему составу, вооружению и предназначению имел много особенностей, в принципе он был уникальным воинским формированием. Его боевой путь тоже имеет свои особенности.

В июле 1943 г. имеющиеся в составе сухопутных войск истребительно-противотанковые артиллерийские полки были сведены в истребительно-противотанковые артиллерийские бригады Резерва Верховного Главнокомандования. Эти полки вооружались новыми 57 и 76 мм, а в 1944 г. и 100 мм противотанковыми пушками, благодаря чему значительно возросла их маневренность и возможности по борьбе с танками противника. В наступлении ИПТАП обычно составляли артиллерийские противотанковые резервы корпусов и армий, а в обороне включались также в противотанковые районы. Атаку и контратаку противника ИПТАП отражал огнем прямой наводкой, для чего развертывался в боевой порядок на огневом рубеже протяженностью по фронту 2 — 3 км и глубиной 1 — 2 км66.

В годы Великой Отечественной войны противотанковой артиллерии придавалось важное значение. Она предназначалась для поражения танков и другой броневой техники. На вооружении противотанковой артиллерии состояли противотанковые пушки и безоткатные орудия. Поражение целей противотанковая артиллерия осуществляла огнем прямой наводки бронебойными снарядами. Противотанковые пушки вели огонь до 1100 метров и способны были пробить броню до 160 мм67.

1292-й ИПТАП был сформирован на основании приказа командующего Южно-Уральским военным округом № 00205 от 21 апреля 1943 года. Следует сказать, что в стране в этот период войны подобные воинские части не создавались, а созданные и действующие на фронте части и соединения по мере необходимости выводились в районы боевых действий на переформирование и доукомплектование. Определение места доукомплектования и переформирования зависело от полученных частью или соединением потерь и ущербов в боях, а также от планов возможного их применения в будущем. Необходимо подчеркнуть и то, что 1292-й ИПТАП формировался во втором периоде Великой Отечественной войны, т.е. в ходе обеспечения коренного перелома, который длился с ноября 1942 до конца 1943 года.

Решение о создании полка, безусловно, было принято не случайно. В этот период обстановка на фронте была напряженной. Второй фронт в Западной Европе еще не был открыт, и Советский Союз один продолжал вести борьбу против фашистских государств. К началу коренного перелома, т.е. к концу 1942 года на Восточном фронте противник имел 266 дивизий (свыше 6,2 млн человек), около 52 тыс. орудий и минометов, свыше 5 тыс. танков и штурмовых орудий68.  Для того, чтобы сокрушить такие огромные силы противника и добиться коренного перелома в войне, нужны были огромные усилия всей страны. В это время Советский Союз проводил целый ряд крупных мероприятий, связанных  с совершенствованием всех звеньев своих вооруженных сил. Создание 1292-го ИПТАП в Башкирской АССР происходило именно в русле этих мероприятий, обусловленных необходимостью обеспечения коренного перелома в войне. Таким образом, основанием для издания приказа командующим Южно-Ураль­ским военным округом о создании 1292-го ИПТАП является общая обстановка на фронте. Приказ командующего связан с общими мероприятиями, проводимыми страной в интересах защиты Отечества в этот период войны.

В отчете Военному отделу управления кадров ЦК ВКП(б) о работе военного отдела Башкирского обкома ВКП(б) за первое полугодие 1943 года подчеркнуто, что военный отдел обкома ВКП(б) 21 марта 1943 года предложил  бюро обкома ВКП(б) создать добровольческую минометную бригаду из мест­ных людских и материальных ресурсов в особый фонд Главного командования Красной Армии69. Эта инициатива рассматривалась на совместном заседании бюро обкома ВКП(Б) и Совнаркома БАССР 23 апреля 1943 года. На этом заседании было принято решение создать отдельный Башкирский истребительный противотанковый артиллерийский полк имени Салавата Юлаева и просить Народного комиссара обороны передать его на усиление огневой мощи 16-й гвардейской Башкирской кавалерийской дивизии70. К этому времени инициатива военного отдела потеряла свое значение, так как командующий округом еще 21 апреля издал приказ о создании полка71. Теперь обсуждать инициативу не было смысла, надо было выполнять решение командующего округом. Полк не мог быть передан в состав 16-й гвардейской Башкирской кавалерийской дивизии. Организационно-штатная структура диви зии не предусматривала иметь в своем составе подобный полк. Из всех пунктов принятого решения остался пункт о присвоении части имени Салавата Юлаева. Это запоздалое решение способствовало выполнению приказа командующего округом.

Военный комиссариат республики непосредственно занимался созданием полка и не мог обойтись без соответствующей материальной и финансовой поддержки Совнаркома республики при решении столь сложной и ответственной задачи. В историческом формуляре полка записано, что Башвоенкомат занимался укомплектованием полка личным составом и составлял наряды на получение техники72.

Совместные усилия штаба Южно-Уральского военного округа, обкома ВКП(б), Совнаркома БАССР и военного комиссариата республики дали свои положительные результаты. Формирование полка началось в мае, и он был сформирован за короткие сроки, обеспечен всем необходимым, кроме вооружения. Формирование закончилось в июле 1943 года. Это время завершения формирования полка зафиксировано в его историческом формуляре. В этом документе записано, что полк создавался в лагере Алкино73. Эти сроки вполне реальны, они не вызывают сомнения. Однако в отчете военного отдела обкома ВКП(б) за первое полугодие имеются другие данные. Здесь подчеркнуто, что полк был сформирован уже в мае и на фронт отправлен в начале июля74. Эти данные весьма сомнительные, так как в такое сложное время и за один месяц, когда в республике мобилизационные ресурсы были исчерпаны, полк сформировать было крайне сложно. Кроме того, в такое тревожное время сформированный для фронта полк не мог находиться в глубоком тылу еще полтора месяца. Складывается мнение о том, что военный отдел обкома ВКП(б) практического отношения к формированию полка не имел, но в своем отчете о проведенной работе в вышестоящий орган доложил. Реально созданием полка занимались штаб округа, Совнарком БАССР и республикан­ский военный комиссариат. Штаб округа обеспечил воинскую часть командным составом, Совнарком республики материальными средствами, транспортом и продовольствием, а военный комиссариат укомплектовывал ее людьми за счет оставшихся мобилизационных ресурсов.

После завершения формирования воинская часть получила наименование: 1292-й Башкирский истребительно-противотанковый артиллерийский полк Резерва Главного командования. К этому необходимо добавить, что на совмест­ном заседании бюро обкома ВКП(б) и СНК БАССР еще 23 апреля 1943 года было решено присвоить полку имя Салавата Юлаева. Таким образом, полным наименованием полка следует считать: 1292-й Башкирский истребительно-противотанковый артиллерийский полк имени Салавата Юлаева.

17 июля полк под командованием майора Кривенцова прибыл в расположение командующего Коломенским учебным артиллерийским лагерем и расквартировался в селе Парфентьево, где продолжал доформирование и учебу. Здесь полк находился до 17 ноября 1943 года. Из этого лагеря 19 августа 1943 года командир полка майор Кривенцов написал письмо на имя председателя СНК БАССР. Содержание этого письма короткое, оно выглядит так: «Сообщаю, что с полком нахожусь в Коломенском учебно-артиллерийском лагере. Полк на колесах, в скором времени должен уйти. За время  пребывания в лагере полк выполнил боевые стрельбы на «отлично». Среди частей лагеря полк стоит на хорошем месте. Благодарю Башкирское правительство за обеспечение и подбор хороших людей»75.

 

Боевые действия полка

 

После завершения подготовки к боевым действиям полк под командованием майора Кривенцова, укомплектованный полностью, поступил в распоряжение командующего артиллерией 1-го Украинского фронта. Только 1 декабря 1943 года полк оказался в районе боевых действий. Он вошел в оперативное подчинение командующего артиллерией 60-й армии. Действуя в полосе обороны 121-й Рыльско-Киевской стрелковой дивизии, полк занял противотанковый опорный пункт в районе хутора Черняховский — Киселевка — Федоровка76. Здесь он начал действовать в соответствии со своим предназначением.

Все перечисленные нами факты говорят о том, что 1292-й ИПТАП прибыл в зону боевых действий в ходе первого этапа борьбы за освобождение Правобережной Украины. В это время войска 1-го Украинского фронта (командующий генерал Н.Ф. Ватутин) проводили Житомирско-Бердичевскую операцию77.

Действуя в полосе обороны 121-й стрелковой дивизии, полк 6 декабря 1943 года принял первый бой. Этот бой был тяжелым, личный состав отражал массированную танковую контратаку противника. В ходе боя полк уничтожил 48 танков, до 300 немецких солдат и офицеров78. Это был огромный успех. В этом крайне тяжелом бою полк потерял почти все свое вооружение, вышли из строя 19 противотанковых пушек (ЗИС-3), 40 % автотранспорта. Были значительные потери и в личном составе. Из 580 человек в бою 24 человека были убиты, 35 получили ранения и 123 пропали без вести79. В числе погибших были: заместитель командира полка по политической части майор Мигалов И.А., командир 4-й батареи старший лейтенант Пилюгин А.А., командир 6-й батареи лейтенант Назаров М.С. и другие80. Это говорит о том, что после такого ожесточенного боя полк практически потерял свою боеспособность. В связи с этим приказом командующего артиллерией 1-го Украинского фронта (№ 08 от 6 января 1944 года) полк 10 января был выведен из района боевых действий и отправлен в глубокий тыл на доукомплектование. Местом до­укомплектования части был определен г. Тамбов. Командиром полка в это время был подполковник Локша.

Таким образом, полк активно и успешно вел боевые действия в ходе освобождения Житомирской области.

В феврале полк получил офицерский, сержантский и рядовой состав, до­укомплектовался до штатной численности, получил необходимое количество транспорта и вооружения. После доукомплектования начался процесс боевой подготовки, она продолжалась долго. В марте полк вошел в состав 37-й отдельной истребительно-противотанковой артиллерийской бригады Резерва Верховного командования и в мае в составе бригады прибыл в г. Житомир, где продолжил боевую учебу и доукомплектование. К боевым действиям он был готов к 15 июля81.  16 июля в составе 37-й отдельной истребительной противотанковой артиллерийской бригады из резерва Верховного главнокомандующего поступил вновь в распоряжение командующего артиллерией 1-го Украинского фронта. 17 июля  полк в составе 37-й ОИПТАбр. под командованием гвардии подполковника Локши совершил марш по маршруту Житомир — Луцы, сосредоточился в районе Лаврува и поступил в оперативное подчинение командующего артиллерией 1-й гвардейской танковой армии82. Этой прославленной армией командовал генерал М.Е. Катуков83. 1-я гвардейская танковая армия по решению командующего 1-м Украинским фронтом маршала И.С. Конева наносила удар по противнику в составе войск правого крыла фронта. Фронт стремился разгромить группу армий «Северная Украина» противника. Так полк во второй раз оказался в зоне боевых действий.

25 июля 1944 года воинская часть, взаимодействуя с 46-й гвардейской танковой бригадой, форсировала реку Сан в районе Родымно. Отбивая контр­атаки противника, обеспечила переправу подвижных частей через реку Сан и продвижение их в направлении Перемышль. В этом бою полк действовал весьма успешно. Им было уничтожено: танков — 4, САУ — 2, противотанковых орудий — 7, пулеметов — 8, минометных батарей — 2, повозок — 16. Было убито и ранено до 170 солдат и сержантов противника. Сам полк потерь не имел84. После успешно проведенного боя, в период 27 — 28 июля, полк в составе 11-го гвардейского танкового корпуса совершил рейд по маршруту Перемышль — Сандомир и в ночь с 31 июля по 1 августа в районе Копшевница совместно с 40-й танковой бригадой форсировал реку Висла и вел тяжелые бои по удержанию и расширению Вислинского плацдарма. В боях за плацдарм с 1 по 4 августа 1944 года противнику были нанесены следующие потери: разрушено 2 переправы, уничтожено 2 самоходных орудия, 2 наблюдательных поста, 26 повозок, 10 автомашин, убито и ранено до 300 солдат и офицеров. Сам полк и в этих боях получил незначительные потери. Погибли 8 человек. Потерь в технике и вооружении не было.

В ночь с 3 на 4 августа 1944 года полк под командованием гвардии подполковника Локши вошел в подчинение 8-го механизированного Прикарпатского корпуса и, совершив марш в обход Сандомировской группировки противника в направлении Богория, Опатув, вел наступательные бои во взаимодействии с 19-й гвардейской механизированной бригадой. При этом полк, как и прежде, оставался в составе 37-го ОИПТАбр. Боевые действия были успеш ными. За это время полк прошел с боями 68 км и нанес противнику следующие потери: танков — 3, минометных батарей — 2, противотанковых орудий  — 6, автомашин — 12, повозок — 18, было убито и ранено до 150 солдат и офицеров. Сам полк потерь не имел.

В ночь с 8 на 9 августа полк по приказу командира 37-й ОИПТАбр  совершил марш, после чего поступил в оперативное подчинение 44-й танковой бригады и занял противотанковые опорные пункты в районе села Лопота северо-западнее Сандомира. На рассвете 9 августа, когда полк вышел в указанный район, противник при поддержке танков и авиации перешел в контрнаступление. Отражая контрнаступление противника в течение трех дней, с 9 по 11 августа 1944 года, полк без прикрытия пехоты отбил 18 контратак и удержал занятый рубеж до подхода наших частей. В ходе непрерывных контр­атак противник получил значительный урон. Полком было уничтожено 5 самоходных орудий типа «фердинанд», 4 танка «пантера», 8 танков Т-4, 5 минометных батарей, 2 наблюдательных пункта, убито и ранено до 800 солдат и офицеров. Подвергаясь сильным артиллерийским обстрелам и налетам авиации противника, полк понес значительные потери в личном составе и технике85: в личном составе — 143 человека, из них погибли  и получили ранения — 116, пропали без вести — 27, потери в технике: пушек — 19, автомашин — 11. В этом же бою погибли командиры 3-й и 6-й батарей. Столь ощутимые потери привели к тому, что воевать было нечем, воинская часть как боевая единица потеряла свою боеспособность и в связи с этим была выведена из боевых порядков на доукомплектование. Таким образом, полк активно участвовал в освобождении Западной Украины и Польши.

Доукомплектование проходило в районе Богория, где в период с 20 по 31 августа 1944 года было получено 90% личного состава от штатной численности, а материальная часть и вооружение — полностью 100%. Личный состав на доукомплектование полка поступил из 8-го запасного артиллерийского полка 1-го Украинского фронта. Получив все необходимое, полк приступил к боевой подготовке, которая длилась до середины сентября86. Следует сказать, что это было второе доукомплектование полка. В отличие от первого, на этот раз полк оставался для получения личного состава и пушек недалеко от передовой, в составе 1-го Украинского фронта, т.е. не выводился в глубокий тыл. Боевая подготовка также была непродолжительной. Этого требовала обстановка. Кроме того, поступило подготовленное пополнение из запасного артиллерийского полка фронта.

15 сентября 1944 года полк совершил марш по маршруту Богория-Красно и поступил в оперативное подчинение командующего артиллерией 305-й стрелковой дивизии. Позже, 2 сентября, в соответствии с боевым распоряжением командующего артиллерией 1-го Украинского фронта, он вошел  в подчинение 14-й гвардейской стрелковой дивизии и с боями вышел на перевал Дукле — деревня Поляны. В этих боях противнику были нанесены следующие потери: уничтожено 6 танков, 8 противотанковых орудий, 21 повозка. Убито и ранено до 800 солдат и офицеров. Потери самого полка были тоже серьезными: погибли 13 человек, получили ранения и контузии 23 человека. Были выведены из строя 3 автомобиля и 1 пушка.

12 января 1945 года полк под командованием подполковника Локши, выполняя боевое распоряжение командира 37-й ОИПТАбр., участвовал в артиллерийском наступлении при прорыве обороны противника на Сандомирском  плацдарме. После прорыва обороны полк в составе 52-й армии вел активное преследование отступающего противника и участвовал в освобождении городов: Хмельник, Енджеюв, Кружлев, Жутно, Радомско, Вжесня, где личный состав показал образцы мужества и отваги. В этих длительных боях потерь в технике не было, но погибли три воина и еще трое получили ранения87.

Противник все время отступал. Преследуя его, 19 января полк с боями перешел германскую границу и вышел на реку Одер в районе Штейнау. Здесь командир 37-й ОИПТАбр. поставил полку боевую задачу: во взаимодействии с частями 7-го механизированного корпуса окружить город Бреслау88. В этих боях воинская часть потерь не имела. Было ранено 2 человека.

12 февраля воинская часть, взаимодействуя с 26-й механизированной бригадой 7-го механизированного корпуса, заняла город Кант. В это время противник силами пехоты при поддержке танков предпринял 4 контратаки с целью овладеть городом Кант, но успеха не имел. Противнику в районе города Кант был нанесен серьезный ущерб. Были уничтожены 2 самоходно-артиллерийские установки и 6 танков. Убито и ранено 200 солдат и офицеров. Потери самого полка  были незначительными. Погиб 1 и получили ранения 7 человек. Потерь в технике и вооружении не было.

7 мая полк под командованием подполковника Шиловского по распоряжению командира 37-й ОИПТАбр. поддерживал наступление 125-й стрелковой дивизии и 26-го танкового полка при прорыве обороны противника в районе города Штригау. Сопровождая пехоту и танки огнем, в числе первых участвовавших в боях частей ворвался в город Штригау и завязал уличные бои. Противник вынужден был оставить город. В ходе этих боев полком было уничтожено 5 пулеметов, 5 противотанковых орудий, подавлен огонь одной минометной батареи, убито и ранено 120 солдат и офицеров противника. Сам полк потерь не имел.

С 8 по 10 мая полк по-прежнему поддерживал 125-ю стрелковую дивизию и 26-й танковый полк в преследовании отходящего противника к городам Фрейбург, Вальденбург, Готессбург, Трутенау и вел бои с арьергардами и под разделениями, отказавшимися капитулировать. Позже воинская часть, взаимодействуя с 26-м танковым полком, заняла деревни Тейхау, Уллерендорф и ворвалась в город Фрейбург. Развивая успех, полк вышел к городу Вальденбург, где вел уличные бои и, заняв город, продолжал преследование противника в направлении Готесберг и Трутенау. Бои были успешными. Потерь в технике и вооружении не имелось, ранение получили 5 человек. А преследуемый противник понес значительные потери. Полком было уничтожено 9 пулеметов, 2 самоходные артиллерийские установки, 12 противотанковых орудий и 70 повозок с грузом89.

13 мая 1945 года полк вышел из зоны боевых действий и сосредоточился в военном городке Трутенау в Чехословакии. В это время он был укомплектован личным составом на 80 % и имел 100% техники и вооружения. Командовал полком подполковник Жиманский. Воинская часть была в полной боевой готовности, по-прежнему оставаясь в составе 37-й отдельной истребительно-противотанковой артиллерийской Одерской бригады90.

В течение всех боевых действий полком было уничтожено 79 танков (в том числе «пантер» — 4), 13 самоходных орудий (из них «фердинандов» — 5), 38 противотанковых орудий, 11 минометных батарей, 22 пулемета, 4 наблюдательных пункта, 25 автомашин, 151 повозка. Было разрушено 2 переправы. Убито и ранено свыше 2 тыс. солдат и офицеров противника. Полк прошел с боями 2154 км91.

За мужество и героизм, проявленные в боях за Родину, 573 воина полка были награждены правительственными наградами. Приказами командующих 1-м Украинским фронтом, 1-й гвардейской танковой армией, 5-й гвардей­ской армией, командира ОИПТАбр. и командира полка орден Красного Знамени получили 11 человек, орден Отечественной войны I степени — 14 человек, орден Отечественной войны II степени — 20 человек, орден Красной Звезды — 92, орден Славы III степени — 4, медаль «За отвагу» — 245, медаль «За боевые заслуги» — 157 человек92.

1292-й Башкирский истребительно-противотанковый артиллерийский полк имени Салавата Юлаева, как специфическая воинская часть, созданная для уничтожения танков, прошел героический боевой путь. Личный состав полка принимал активное участие в боях в конце коренного перелома и в течение всего завершающего периода войны. Полку пришлось воевать и после объявления победы над фашистской Германией. В ходе всех боев он проявил себя как мощная боевая единица, нанес большой урон противнику. Созданная за счет внутренних ресурсов Башкирской АССР воинская часть оправдала доверие народов республики, с достоинством и честью в боях за Родину пронесла имя славного сына Башкирии Салавата Юлаева.

Вначале полк был сформирован за счет людских ресурсов Башкирской АССР, но в ходе многочисленных и тяжелых боев понес значительные потери. Он два раза  доукомплектовывался с выводом из зоны боевых действий в тыл, многократно получал пополнение и его состав постоянно менялся. Тем не менее, он оставался Башкирским истребительно-противотанковым артиллерийским полком имени Салавата Юлаева. Традиции и славные дела продолжали те люди, которые оставались в строю с самого начала его формирования. Это можно подтвердить данными из алфавитной книги полка. Приведем только два примера. В 1944 году в составе полка успешно воевал лейтенант Ахмедов Ахмет Талипович — помощник начальника финансовой службы. Башкир. Родился в Башкирской АССР на станции Богоды. Жена — Мария Владимировна, в это время с детьми (дочь Роза — 1932 года рождения, сын Альберт — 1937 года рождения, дочь Раиса — 1941 года рождения) проживали по адресу: г. Уфа, ул. Пушкина, 11293. Младший лейтенант Комалов Юсуп Фазылович — командир взвода. Татарин. Холост. Родился в деревне Асяново Дюртюлинского района Башкирской АССР. Окончил Дюртюлинскую среднюю школу. Мать — Салима Сахибгареева — проживала там же. Младший  лейтенант Комалов Ю.Ф. 17 августа 1944 года получил ранение и был отправлен в военный госпиталь94. Таких примеров из алфавитной книги можно привести очень много. Эти многочисленные факты хранятся в архиве Министерства обороны РФ. Изучать их без волнения трудно, они вызывают чувство глубокого уважения к нашим землякам, участникам войны, людям старшего поколения, которые выдержали неимоверные трудности и испытания. Все они активно приближали победу в Великой Отечественной войне.

 

 

 

Примечания

 

 1 Великая Отечественная война 1941 – 1945 . Энциклопедия М.: 1985. С. 311.

 2 ЦГАОО РБ. Ф. 122, оп. 21, д. 115, л. 147; История Уфы. Краткий очерк. Уфа, 1981. С. 384; Бикмеев М.А. Военный вклад Башкортостана в победу в Великой Отечественной войне . Уфа, 1997. С. 112; Бикмеев М.А. Дивизии Башкортостана на фронтах Великой Отечественной войны. Уфа,: БИРО, 2005. С. 46 – 50.

 3 Бикмеев М.А. Исторический опыт военно-организационной и мобилизационной работы Башкирской  АССР периода Второй мировой войны. Уфа: БИРО, 2005. С. 211.

 4 ЦАМО РФ. Ф. 3594, оп. 1, д. 11, л. 4; там же. Д. 18, Политдонесение № 048, от 25.01.1942 г.

 5 Урал ковал победу. Сборник – справочник. Челябинск, 1993. С. 344.

 6 ЦАМО РФ. Ф.3596, оп. 1, д. 5 (из справки об управлении 76 кавдивизии).

 7 Бикмеев М.А. Исторический опыт военно-организационной и мобилизационной работы  Башкирской АССР периода Второй мировой войны. Уфа: БИРО, 2005. С.212.

 8 Кирсанов Н.А. Национальные формирования Красной Армии в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 // Отечественная история. 1995. № 4. С. 120.

 9 Кирсанов Н.А. Указ. Соч. С. 117.

 10 ЦГАОО РБ. Ф. 122, оп. 21, д. 115, л. 148.

 11 ЦАМО РФ, ф. 3552, оп. 1, д. 1, л. 1.

 12 ЦГАОО РБ, ф. 122, оп. 21, д. 115, л. 148.

 13 Там же. Д. 24, л. 1 – 4.

 14 Там же.

 15 Там же . Л. 5.

 16 Бикмеев М.А. Военный вклад Башкортостана в победу в Великой Отечественной войне. Уфа, 1997. С. 97.

 17 ЦГИА РБ, ф. Р-1800, оп. 1, л. 140, л. 1 – 2.

 18 ЦГАОО РБ, ф. 122, оп. 21, д. 24, л. 18 – 23.

 19 Там же. Оп. 22, д. 427, л. 3 – 4.

 20 Там же. Д. 15,  л. 268.

 21 Там же. Д. 428, л.1; д. 429, л. 1.

 22 Там же. Д. 429, л. 1 – 12.

 23 Там же. Д. 428, л. 1 – 7.

 24 Там же. Оп. 21, д. 24, л. 205.

 25 Там же. Оп. 23, д. 622, л. 101.

 26 История Уфы. Краткий очерк. Уфа, 1981. С. 385.

 27 Кирсанов Н.А. Указ. соч. С. 122.

 28 Великая Отечественная война 1941 – 1945. Энциклопедия. М.,1985. С. 311.

 29 Белов Г.А. Путь мужества и славы. Уфа, 1967. С. 17.

 30 ЦАМО РФ, ф. 3552, оп. 1, д. 1, л. 2; Кусимов Т.Т. Лихие эскадроны Башкирии // Солдаты победы. Уфа, 1970. С. 5.

 31 Ахмадиев Т.Х. Башкирская гвардейская кавалерийская. Уфа, 1999. С. 39.

 32 Бикмеев М.А. Военный вклад Башкортостана в победу в Великой Отечественной войне. Уфа, 1997. С. 106.

 33 ЦАМО РФ, ф. 3552, оп. 1, д. 1, л. 1 (об).

 34 Великая Отечественная война 1941 – 1945. Энциклопедия. М., 1985.                         С. 108 – 109.

 35 Там же. С. 178.

 36 Белов Г.А. Указ. соч. С. 19.

 37 ЦАМО РФ, ф. 3552, оп. 1, д. 1, л. 1 (об); НМ РБ, ОФ. 10343/1, л. 2;                      Бел­ов Г.А. Указ. соч. С. 20.

 38 НМ РБ, ОФ. 10343/1, л. 2.

 39 Бикмеев М.А. 50-летию Великой Победы // Агидель. 1995. № 7. С. 176 – 177.

 40 Солдаты победы. Уфа, 1970. С. 69.

 41 Белов Г.А. Путь мужества и славы. Уфа, 1967. С. 69.

 42 Захаров А.И. Гордость и слава 16-й кавдивизии. Уфа, 1990. С. 3 – 20.

 43 Солдаты победы. Уфа, 1970. С. 18.

 44 Захаров А.И. Указ. соч. С. 20.

 45 Великая Отечественная война 1941 – 1945. Энциклопедия. М., 1985. С. 829.

 46 Бикмеев М.А. Военный вклад Башкортостана в победу в Великой Отечественной войне. Уфа, 1997. С. 109.

 49 Освобождение городов. М., 1985. С. 255.

 48 Башкирская АССР в период Великой Отечественной войны. 1941 – 1945. Уфа, 1980. С. 242 – 243.

 49 Белов Г.А. Указ. соч. С. 150; Освобождение городов. С. 159.

 50 Ихсанов А. Саљма тояљ аттарґа (На огненных копытах). Уфа, 1995. С. 461 – 462.

 51 Ахмадиев Т.Х. Башкирская гвардейская кавалерийская. Уфа, 1999. С. 253.

 52 Бикмеев М.А. Башкортостан в годы Второй мировой войны 1939 – 1945. Уфа, 2000. С. 271.

 53 Белов Г.А. Указ. соч. Уфа, 1967. С. 154.

 54 Гуркин В.В. Стратегические и фронтовые операции Красной армии Военно-исторический журнал. 1998. № 2. С. 22.

 55 Ахмадиев Т.Х. Указ. соч. С. 277.

 56 Бикмеев М.А. Военный вклад Башкортостана в победу в Великой Отечественной войне 1941 – 1945. С. 110.

 57 Ахмадиев Т.Х. Указ. соч. С. 280 – 281.

 58 Гуркин В.В. Указ. соч. С. 24.

 59 Белов Г.А. Указ. соч. С. 180, 187.

 60 Освобождение городов. С. 405.

 61 Гуркин В.В. Указ. соч. С. 26.

 62 НМ РБ, ОФ. 10343/9.

 63 Ахмадиев Т.Х. Указ. соч. С. 351.

 64 Великая Отечественная война 1941 – 1945. Энциклопедия. М., 1985. С. 782.

 65 Кирсанов Н.А. Указ. соч. С. 122.

 66 Великая Отечественная война 1941 – 1945. Энциклопедия. М., 1985. С. 130.

 67 Военный энциклопедический словарь. М., 1984. С. 600.

 68 Великая Отечественная война 1941 – 1945. Энциклопедия. М., 1985. С. 15.

 69 ЦГАОО РБ, ф. 122, оп. 23, д. 622, л. 3.

 70 Там же.

 71 ЦАМО РФ, ф. 1292 ИПТАП, оп. 3258710с, д. 1, л. 1.

 72 Там же.

 73 Там же.

 74 ЦГАОО РБ. Ф. 122, ол. 23, д. 622, л. 4, 101.

 75 ЦГИА РБ, ф.  Р-(№№, оп. 1, д. 147, л. 1.

 76 Документы мужества и героизма. Уфа, 1980. С. 257.

 77 Великая Отечественная война Советского Союза 1941 – 1945. Краткая энциклопедия. М., 1984. С. 289 – 290.

 78 ЦАМО РФ, ф. 1292 ИПТАП, оп. 325871с, д. 1, л. 3.

 79 Там же.

 80 Документы мужества и героизма. Уфа, 1980, С 258.

 81 ЦАМО РФ, ф. 1292 ИПТАП, оп. 325871с, д. 1, л. 1.

 82 Документы мужества и героизма. Уфа, 1980. С. 258.

 83 Великая Отечественная война Советского Союза 1941 – 1945. Краткая история. 3-е изд. М., 1984. С. 325.

 84 Документы мужества и героизма. Уфа, 1980. С. 258.

 85 Там же. С. 259.

 86 Там же.

 87 Там же. С. 260.

 88 ЦАМО РФ, ф. 1292 ИПТАПс, оп. 325871с, д. 1, л. 13.

 89 Документы мужества и героизма. Уфа, 1980. С. 260 – 261.

 90 ЦАМО РФ, ф. 1292 ИПТАПс, оп. 325871с, д. 1, л. 1.

 91 Там же.

 92 Там же. Л. 12.

 93 Там же. Ф. 1292 ИПТАП, 32 ОИПТАбр. ол 167173, д. 5, л. 3.

 94 Там же. Л. 9.

Михаил БИКМЕЕВ


Copyrights © Редакция журнала "Ватандаш" 2000-2018