Некоторые аспекты этнодемографических процессов в полиэтничном регионе

Динамика изменения этнического состава населения Башкортостана привлекает к себе внимание всех интересующихся этническими процессами в полиэтничных регионах. Особый интерес представляет соотношение численности на территории Башкирии двух родственных народов — башкир и татар.

После подавления многочисленных башкирских восстаний XVII—XVIII веков, в следующем столетии башкиры, тем не менее, смогли существенно увеличить свою численность. Несмотря на трудное социально-экономическое положение, массовую колонизацию края, башкиры продемонстрировали свою живучесть. На мой взгляд, при анализе динамики численности башкир, наиболее аргументированными представляются выводы, сделанные исследователем Натальей Томашевской. Так, по ее расчетам, в середине XVIII в. башкир было 151228 человек, а на рубеже XVIII—XIX вв. — 185201 человек (по данным ­Б.Юлдашбаева — 160 тыс. человек, А.Асфандиярова — 200 тыс. человек, И.Акманова — 250-275 тыс. человек). Уже в 1834 (по данным VIII ревизии) башкир было в пределах 400 тыс. человек (по П.Кеппену — 392 тыс. чел., по Н.Томашев­ской — 377983 чел.), а к следующей, X ревизии (1859г.) численность башкир вместе с башкирами казачьего войска составила 593173 человека. Вторая половина XIX века также была благоприятна в демографическом плане для башкир. По переписи 1897 г. их стало приблизительно 1,3 млн (тогда­ в границах современного Баш­корт­остана было учтено около 3,8 млн человек, кроме башкир проживали  русские  — 1,9 млн, татары — 280 тыс.) 8. Конечно же, одним из источников увеличения численности башкир к концу XIX — первого десятилетия XX в. явилось  и включение в их состав этнически родственных  мишарей и тептярей (“новобашкиры”), входивших в состав Башкирского войска 9. Смещению у части мишарско-тептярского населения понятий об этнической принадлежности способствовали также специфические условия системы землевладения в Башкирии10.  Тем не менее, эти процессы свидетельствовали и о высоком уровне башкирского самосознания. Сто лет назад (согласно “Сведениям по уездам” 1908 г.), людей, отнесших себя к этническим башкирам, оказалось 1 720 687 человек11, то есть больше, чем  численность башкир в настоящее время.

В следующий период истории, в первой четверти XX в., башкирский народ перенес вторую в своей истории демо­графическую трагедию (первая, в результате жесточайших подавлений башкирских восстаний в XVIIв.). Много башкир погибло в борьбе за автономию и в результате голода 1921 года. Так, американский историк Сергей Зеньковский утверждает, что голод 1921 г. стал катастрофой именно для башкир, в то время как русские и татарские сельскохозяйственные области Урала потеряли 1/5 — 1/6 части своего населения, у башкир умерла от голода почти треть людей12. В итоге, в середине 20-х гг. XX в. башкир стало около 800 000 человек, их доля в населении автономной Башкирии упала с 36,4% в 1920 г. до 23% в 1926 г. В то же время численность русских в республике повысилась с 37% населения в 1920 г. до 40% в 1926 г., а татар с 15% в 1920 г. до 19% в 1926 г.

 Среди причин сокращения численности башкир следует назвать и получивший особый размах процесс их ассимиляции родственным и более крупным этносом — поволжскими (казанскими) татарами. Татаро-башкирский вопрос приобрел особую остроту и значимость уже в 1917 г., когда столкнулись два представления: это один народ или два обособленных, на одном общем языке говорят они или на разных, и как следствие решения этой проблемы — вопрос о путях национального самоопределения татар и башкир. Поскольку этнос не существует изолированно от других подобных общностей, на каждом этапе истории на его развитие оказывают влияние другие культуры, другие народы. На рубеже XIX — XX веков наблюдается подъем национального самосознания татарского этноса, сопровождавшийся и ростом духовно-культурного и общественно-политического развития. Среди татар появляется многочисленный слой предпринимателей, интеллигенции. Важное место в росте самосознания этноса заняло татарское духовенство, оказавшее в то время духовное, культурное воздействие не только на соседние народы, но и на народы Средней Азии. Не случайно немецкий исследователь Отто Гетч по этому поводу заметил, что “татарские интеллигенты в литературном и политическом отношении принадлежат теперь к передовым элементам ислама, к его самым энергичным и влиятельным элементам”13.  

В силу объективных исторических процессов ареалом расселения татар стало не только Среднее Поволжье, но и Приуралье, где получили распространение татарский язык и татарская культура. В результате Уфимская губерния стала одним из центров татарского национализма, “составляющего, — как пишет Б.Х. Юлдашбаев, —  суть и  ядро тюрко-мусульманского национализма”14.  Башкиры в этой ситуации оказались под сильнейшим ­влиянием этнически близких татар. Лидеры татаро-мусульман­ского национального движения вообще стояли на позиции не выделения  башкир в отдельную нацию, считая ее ­частью тюрко-татар. Единство башкир с татарами татарской интеллигенции виделось и в литературном языке, и в “высокой” культуре, как пишет Д.М.Исхаков, которые складывались у волго-уральских татар до 1917 г., и ­обслуживали не только татар, но и башкир15.  

Особенное влияние на судьбы западных башкир оказало административно-территориальное включение около 200 тыс. башкир Мензелинского и Бугульминского уездов бывшей Уфимской губернии в состав созданной большевиками Татарской автономной республики. Уже материалы переписи 1926 г. практически не фиксировали башкир в этом регионе. В дальнейшемв Татарии стало само собой разумеющимся вообще не упоминать о западных башкирах. Вовсе не случайным выглядит то, что в Атласе “Таrtаricа. История татар и народов Евразии”, в разделе, посвященном народам, проживающим в Республике Татарстан, не нашлось места для главы о башкирах. И только в общей главе указано следующее: “Наиболее крупные суще­ст­вую­­щие общины украинцев … и башкир, … сформировались в результате трудовых миграций 60—70-х гг. XX в. В Набережных Челнах и Нижне­кам­ске сегодня проживают более 40% украинцев и 55% башкир республики”16 . С этой позицией коллег нельзя согласиться. Да, коренное население восточных районов современной Республики Татарстан, к сожалению, фактически утратило свое национальное самосознание. Однако, ради исторической справедливости, следует подчеркнуть ряд моментов. Проводившиеся в Россий­ской империи в XVIII — XX вв. учеты населения или, как тогда это называлось, “Ревизские сказки” фиксировали множество населенных пунктов с башкирским наслением в Мензелинском и Бугульминском уезде, а также в южной части Елабужского и Сарапульского уездов. Часть этих сел были в этническом отношении смешанными — башкиро-тептярскими, башкиро-тептяро-мишарскими, однако вплоть до XXв. в них преобладали башкиры. И лишь включение ­части указанных выше уездов с башкирским населением в созданную в 20-е гг. Татар­скую республику сделало возможным беспрецедентное и сделанное при ­помощи мощного админи­стративного аппарата смену этнической идентич­ности западных башкир. По самым скромным расчетам, этнических башкир, в первую очередь потомков коренных башкир, веками проживавших на своей земле — западной части исторического Башкорт­остана, а ныне в восточных районах Татарстана, должно быть 350—400 тысяч человек, что составляет до 10% современных ее жителей. Абсолютное большинство населения Актанышского района Татарстана и, соответственно, выходцы из этого района составляют потомки нескольких башкирских родов: гарейцев (гњрњ), основавших деревни: Старый Гарей и Новый Гарей (Нижний и Верхний Гарей), Ямалы, Балтач и Новый Балтач, Старый Зияш, Такталачук, Азякуль, Тоймурза, Тлякей, Барсуково, ­Куяново, Уразай, Шарип, Ирмяш, Ильчибай, Верх­ний Актанышбаш, Мряс; кыргызов ­(Єырђыз), основавших деревни: Актаныш, Кадыкей (Казкей), Старый Алим и Новый Алим, Аишево, Баштопасево, Чугана; буляр (бјлњр), основавших деревни: Аккуз, Минлияр (Миниярово), Чуракай, Байсар, Зюберово, Тюково, Ахун, Старый Айман, Якшиево) и еней (йњнњй), основавших деревни: Адай, Новые Багады, Старый Багады, Кадырмет, Шабыз, Калмаш, Султангул и другие.

Далее, енейцами были основаны села и в низовьях реки Ик, ныне это Мензелинский район (деревни Бикбулат и Калмурза),  а также на правобережье Камы в низовьях реки Бима, Иж (ныне Агрызский район Татарии и юго-восточная часть Удмуртии): Кучук, Битсимяс, Аккузино, Таузима, Исенбай, Утяган, Агарзи, Писляк, Новый Матей.

 Большинство населения Муслюмовского района, соответственно и выходцев из этого района также составляют потомки башкир, прежде всего булярцев, ими основаны Амикей, Старый Альмет, Семяк, Сикия, Бикаабыз, Суяркей, Уразмет, Кубяк, Карамалы и другие,  а в долине Ик этого района иректы (ирњкте)-табынцами были основаны Верхний Табын и Нижний Табын, Тамьян, Меллитамак, Шарып, Наратасты, Варяшбаш, Именни, Салауз, Тугаш, Тигерменник, Митряй. 

Булярцы, кроме того, основали деревни и в долине нижнего течения реки Ик (ныне — Мензелинский район) — Атрякле, Мушуги, Айман, Иркиняш.

Крупнейшим из западных башкирских родов были байлар, ныне на их, когда-то обширных вотчинных землях расположились современные Мензелинский район (деревни Гулюк (Кулюк), Деуково, Урусово, Подгорный Тикермень, Оски Тикермень, Кузембетьево и другие), Тукаевский район (деревни Старый Байлар, Тоирово, Кулуш, Калмей, Майтабар (Малтабар), Кускей, Калмаш, Биюрган), Сармановский  район (деревни Усаево, Азалак, Каташ Каран, Сарман, Старый Ахмет и Новый Ахмет, Кавзияк, Бикмет, Шаулиарема, Альмет). Ими же были основаны села и на территории самых юго-восточных районов Татарии — Бавлин­ском  (Старые Чути, Тумбарлы и Бавлы) и Ютазинском (Дым-Тамак, Апсалям, Караярык, Алабуга-Куль) и на самом северо-восточном районе Татарии — Агрызском (Турай, Салауш, Куразово, Янмурза, Девятерна, Варзи, Ключ Ахтоял, Ключ Курбану).

Большая часть территории современного Ютазинского района была когда-то вотчинами рода Кыргыз, где они основали деревни  Каразирик, Каракашла и другие.

На территории Татарии имеются деревни, основанные представителями крупного башкирского рода Елан (Йылан) — Исергап и Кызыльяр Бавлин­ского района.

В верховьях рек Зай и Шешма, вся долина реки Стярле17 , а также долина среднего течения реки Ик были вотчинными землями рода Юрмий, где ими были основаны деревни, очень скоро ставшие этнически смешанными — башкиро-тептяро-татарскими: Урманай, Урсай, Сарлы, Уразай, Азнакай, Тумутук, Чалпы, Сасыккуль, Салей, Суюндук, Стерлитамак (Азнакаевский район), Абдрахман, Тайсуйган, Новое Каширово, Бишмунчино (Альметьевский район), Карабаш, Сугушлы (Бугульминский ра­йон), Шугурово (Лениногорский район).

Потомки крупнейшего башкирского рода мин (меѕ) компактно проживали ипроживают в Сармановском ра­йоне (дд. Чураш (Саклау), Саклавбаш, Сулюк, Сарысаз-Тегермен, Старый Имян, Рангазар, Сулы-Саклау, Сарайлы (Илексаз, Сарайлы Бикмет), Карашай-Саклау) и прилегающих мест­ностях Ту­каевского района (Ургуда, Кы­уады, Казаклар, Саит, Кугаш, Иман, Семекей).

Таким образом, в пределах современного Татарстана оказались все вотчины башкир рода байлар, большая часть земель еней, буляр и юрми. Далее, в Татарстане остались  часть родов кыргыз (в Актанышском и Ютазинском районах), гарэй (в Актаныш­ском районе) и елан (в Бавлинском ра­йоне), а также обширные земли мин­ских и табынских башкир. Принимая во внимание этнических башкир, ныне проживающих в современной Республике Татар­стан, но тем не менее яв­ляющихся ее коренными жителями, численность башкир в настоящее время фактически должна составлять не менее двух миллионов человек.

Башкирия, будучи ниже по рангу по сравнению с союзными республиками, отставала в развитии практически всех социальных отраслей: по жилью, образованию, медицине и прочих. Имелся целый комплекс тяжелых экологиче­ских проблем. Башкиры, в силу множества объективных причин оказав­шиеся меньшинством на своей земле, все более и более утрачивали такие важнейшие маркеры этнической идентичности, как культура, язык, знание своей истории и т.д. Особенно был тревожным процесс усиления в застойные годы татаризации западных башкир. Этому способствовали не только и не столько объективные этнические процессы, а скорее проводимая тогдашним руководством республики политика в национально-культурной (массовый перевод обучения башкирских детей на татарский язык обучении, кадровая политика и т.д.) и социально-экономической (размещение инвестиций, ­производств) сфере.

Окончательно включив в 20-е годы XX столетия в свой состав мишарей и тептярей, татарский этнос сравнялся по численности с коренным народом Башкирии, советские переписи населения 1939, 1959, 1970, 1979 гг. фиксировали приблизительное равное (23—24%) количество двух народов.

Материалы переписи 1989 г. привлекают свое внимание тем, что в этническом составе БАССР произошло существенное расхождение с данными предшествующих переписей, в частности, произошло резкое сокращение в западных районах республики башкирского населения и одновременное увеличение татарского. Анализ состояния демографического воспроизводства населения (включающий показатели рождаемости и смертности) этих этносов делает сомнительным столь серь­езное снижение естественного воспроизводства башкир. Традиционно, а статистические данные подтверждают это, рождаемость в башкирских ­семьях выше, чем в татарских. Рождаемость у башкир в 1989 г. доходила до 23—24 ребенка на тысячу человек против 18 у татар, в последующий период наблюдалось примерно такое же соотношение. Тем не менее, по переписи 1989 г. численность татар в автономной республике увеличилась на 180200 человек, когда как башкир стало меньше на 72 000. Следовательно, причины падения численности башкир в республике лежали в иной плоскости. В недалеком прошлом, в 70—80-е годы прошлого столетия, фактически имело место целенаправленная ассимиля­ционная политика по отношению к башкирам. Во многих школах западной части Башкирии вводилось обучение на татарском языке, школьные программы были переориентированы на Казань. Эти и другие мероприятия оказали определенное воздействие на национальное самосознание башкир. Особенно сильно сократилась численность башкирского населения в западном регионе Республики Башкортостан. Показателен пример Миякинского района, где произошло общее снижение всего населения района с 34 172 чел. в 1979 г. до 30 274 чел. в 1989 г. Причем это отрицательное демографическое сальдо “обеспечили” именно башкиры, численность которых сократилась с 11 011 чел. в 1979 г. до 7 708 чел. в 1989г.  Очень много этнических башкир этого района выехало за пределы Башкирии — в основном в нефтегазоносные районы Сибири18.  В то же время татарское население Миякинского ра­йона увеличилось с 15 079 чел. в 1979г. до 16 731 чел. в 1989 г., составив более половины его населения.

Обращает на себя внимание значительное увеличение по переписи 2002 г. (по сравнению с переписью 1989 г.) доли коренного населения региона. Как и следовало ожидать, данную ситуацию ряд наших коллег, в первую очередь в соседнем Татарстане, поспешили объявить надуманной, сфальсифицированной.

Отметим свою точку зрения на протекающие в республике демографические процессы, на соотношение численности двух близких народов. Среди объективных причин увеличения доли башкирского населения в республике, по сравнению с переписью 1989г., важнейшими явились процессы внутри самого башкирского общества, рос­та этнического самосознания башкир. Этому способствовали преобразования, последовавшие после провозглашения демократизации российского общества. Произошло резкое увеличение общеобразовательных, дошкольных и вузовских учреждений, где более серьезное внимание стало уделяться изучению родного языка, истории, культуре родного края и народа, работе средств массовой информации, появлению литературы по истории башкир. К примеру, увидели свет “Воспоминания” А.З.Валиди, работы зарубежных авторов о взаимоотношении России и башкир: Р.Пайпса, А.С.Доннели и других. Особо следует отметить публикации по истории сел и районов (в первую очередь книги А.З.Асфандиярова), переписям. Была проведена большая разъяснительная работа Исполкомом Всемирного курултая башкир, в частности, накануне переписи 2002 г. подготовившего и выпустившего брошюры по целому ряду районов РБ, куда были включены данные “Ревизских сказок”, проводившихся в царской России, и переписей населения СССР. В них наглядно и доказательно раскрывались этнические корни населенных пунктов республики.

Во-вторых, важное влияние на формирование современного этнического лица Башкортостана оказала демография. Например в 2000 г. в “башкир­ских районах” (Баймакский, Зианчуринский, Учалинский, Бурзянский и другие) коэффициент рождаемости ­варьировал от 13,5 до 20 чел. (из расчета на тысячу человек), в “татар­ских районах” (Чекмагушевский, Кушнаренковский, Дюртюлинский, Чишминский и другие) от 8,3 до 13 чел. Аналогичная картина наблюдалась и в городах республики.

В-третьих, нельзя забывать о переселении башкирского насления в Башкортостан, в том  числе о “возвратной” миграции, т.е. возвращении на родину башкир, когда-то выехавших за ее пределы.  Из данных, которые давались госкомтсатом и миграционной службой, следует, что башкиры не доминировали среди лиц, въехавших на постоянное жительство в республику. Однако следует учесть, что официально была зареге­стрирована лишь 1/3 часть въехавших, а также прошедших процедуры получения статуса беженцев и вынужденных переселенцев. Имеются основания полагать, что многие этнические башкиры, приехавшие в Башкирию в 90-е гг., не утруждали себя бюрократическими волокитами, приезжали первоначально к родным, устраивались на работу, учебу и т.д. К тому же Республика Башкорт­остан с начала 90-х гг. стала центром­притяжения для башкир, особенно молодых, из ­окрестных регионов — Челябинской, Оренбургской, Самарской, Курганской и других областей.

В-четвертых, частично общий прирост башкирского населения по переписи 2002 г. был обеспечен возвратом части татароязычного башкирского населения западных районов Башкортостана, учтенного переписью 1989 г. в составе татар. Этот вопрос следует рассмотреть подробнее. Перепись 1989 г. вызывает множество вопросов. Составляя по переписям населения республики 1939, 1959, 1970, 1979 гг. около 23—24% населения республики, в 1989 г. процент татар в ее населении поднялся до 28%. За счет чего? Такой темп роста татарского населения ни­где более на пространстве бывшего СССР не наблюдался, в том числе и в Татарской автономной республике. Если учесть этот момент и проанализировать динамику численности башкир и татар не только за период с 1989 по 2002 г., но и за предшествующие периоды, то изменение соотношения численности этих двух народов по последней Всероссийской переписи вполне закономерно и опровергает размышления некоторых исследователей о якобы имевших место в Башкортостане фальсификациях при ее проведении. Сделаем небольшой анализ изменения этнического состава населения по городам и сельским районам республики. Так, в столице — г.Уфе, башкиры в 1979 г. составляли 92 678 чел (9,5% населении города)19, татар тогда было 240 881 чел. (24,7% населения города), в течение следующих десятилетий оба народа постепенно увеличили свою численность, в 2002 г. башкир в г.Уфе стало 154 928 (14,8%), татар (28,1%), в совокупности составив почти половину жителей столицы. Численность русских в столице  в 2002 г. составила 530 136 чел. (50,5%). Как видно, не произошло чего-то неординарного, все укладывается в нормальные демографические рамки. Такое же соотношение сложилось за рассматриваемый период и во втором по величине городе республике — Стерлитамаке. Заметно увеличилась численность татар в городах Западного Башкортостана: в Белебее с 10309 чел. в 1979 г. до 14007 чел. в 2002 г.; Дюртюлях с 11267 до 19444, т.е. с 58% в населении этого города в 1979г. до 65% в 2002г., за этот же период башкир увеличилось с 4317 чел. (22,3%) лишь до 6715 чел. (22,4%). Аналогичная картина сложилась и в других городах — Октябрьском, Нефтекамске, Бирске, Благовещенске. В целом по республике общая численность горожан-татар и их доля в городской части населения РБ увеличилась, т.е. произошло существенное изменение в структуре татарского населения в результате урбанизации.

За последние 30-40 лет произошло сокращение сельского населения Башкирии, первоначально процессы массовой урбанизации затронули русское население, далее (с 60-х гг.) — татар­ское. Этот фактор наложил отпечаток и на естественную динамику воспроизводства и на долю башкир в составе сельского населения, в том числе и в западных регонах. Если исключить из внимания “странную” перепись 1989г., то динамика соотношения башкир и татар в западных сель­ских ра­йонах во второй половине XX — начала XXI столетий вполне укладывается в нормальные рамки естест­венного воспроизводства. Возьмем для примера динамику численности сельского населения этнически смешанных сельских районов за 1979—2002 гг. Так, в Янаульском ра­йоне произошло общее сокращение населения с 32429 чел. в 1979 г. до 22 861 чел. в 2002 г. (70% к 1979 г.), численность башкир сократилась с 17114 чел. до 11305 чел. (66% к 1979 г.), татар с 4160 чел. до 3043 (73% к 1979 г.), удмурты с 6507 до 4754 (73% к 1979 г.). В Туймазинском районе также произошла убыль населения. Если в 1979 г. проживало 38876 жителей, ток 2002 г. — 30923, сокращение коснулось всех этнических групп: башкиры с 24010 чел. (61,8% населения района) до 18515 чел. (59,9%), татары с 9719 (25,0%) до 8381 чел. (27,1%).

И, наконец, в-пятых, очень важный момент — этноязыковой аспект. При проведении переписи 2002 г., в переписных листах было более четко, по сравнению с предыдущими, разграничена языковая и этническая принадлежность (последняя основывается, в первую очередь, на этническом самосознании). Большая часть башкир западного региона Башкортостана разговаривают на диалектах, более похожих на современный литературный татарский язык. Эти обстоятельства способствовали тому, что родным языком эта часть башкир считает татарский язык, на основе которого, соответственно, и делался вывод об этнической принадлежности. То есть, отсутствие объяснений со стороны переписчиков при проведении предыдущих переписей делало возможным записывать башкир этниче­скими татарами. Язык, хотя и является важнейшей частью бытия того или иного народа, тем не менее, не может выступать главным и тем более единственным маркером этнической идентичности. Таким образом, попытки проанализировать демографические процессы,  происходящие на территории Республики Башкортостан, лишь опираясь на данные переписей 1989 и 2002 гг., могут привести к необъективным и неверным выводам. Важно сопоставление данных о численности основных этнических групп Башкирии за гораздо более длительный пред­шествующий период. Анализ мате­риалов Всероссийских переписей XIX в., Всероссийской переписи населения 2002г., а также советских переписей 1926—1989 гг. доказывает закономерность роста численности башкир, и в част­ности, увеличение численности  башкир в западных районах Республики Башкортостан на рубеже веков.

 

П р и м е ч а н и я 

 

 1 Томашевская Н.Н. От социального пространства к социальному времени: Опыт этнической истории башкирского этноса в новое время. Уфа: Китап, 2002.

 2 Юлдашбаев Б.Х. История формирования башкирской нации (дооктябрьский период). Уфа: Башкнигоиздат.  С.68.

 3 Асфандияров А.З. Башкирия после вхождения в состав России (вторая половина XVI — первая половина XIX в.). Уфа: Китап, 2006.

 4 Акманов И.Г. Социально-экономическое развитие Башкирии во второй половине XVI — первой половине XVIII в. Уфа, 1981. С.8.

 5 Кеппен П. Об этнографической карте Европейской России. СПб., 1852. С.3.

 6 Томашевская Н.Н. Указ соч. С.232.

 7 Томашевская Н.Н. Там же. С.95.

 8 Первая всеобщая перепись населения. 1897 г. Т. XXVIII. С.7; т. XIV. С.10; т. XXI. С.97; т. X. С.89; т.XXVI. С.58.

 9 С 1798 г. по 1865 г. в Башкирии существовала кантонная система управления. Башкиры перешли в военно-казачье сословие с единым для всех башкир правовым положением, и из них было образовано иррегулярное войско. Эта система, хотя зачастую осуществлявшаяся и насильственными методами, тем не менее, на наш взгляд, косвенно способствовало росту чувства сплоченности, этнической консолидации общности. Благодаря этой системе и незначительная часть мишар стала идентифицировать себя с башкирским этносом. Первоначально существовали отдельные мещерякские кантоны и войско, впоследствии слившиеся с башкирскими в Башкиро-мещерякское войско, а с 1855г. переименованные в Башкирское войско.

 10 Кузеев Р.Г. Историческая этнография башкирского народа. Уфа: Башкнигоиздат, 1978. С. 235-236.

 11 Томашевская Н.Н. Там же. С.232.

 12 Zenkovsky S. Pan-Turkism and Islam in Russia. Cambridge, 1960.

 13 Цит. по: Национально-государственное устройство Башкортостана (1917 — 1925) гг. Документы и материалы: В 4 т. Авт. сост. Б.Х. Юлдашбаев. Т.1. Уфа: Китап, 2002. С.537.

 14 См.: Национально-государственное устройство Башкортостана (1917 — 1925 гг.) Документы и материалы: В 4 т. Авт. сост. Б.Х. Юлдашбаев. Т.1. Уфа: Китап, 2002. С.40.

 15 Цит. по: Татары. Отв. редакторы Уразманова Р.К., Чешко С.В. М.: Наука, 2001. С. 150.

 16 “Таrtаricа”. Атлас. История татар и народов Евразии. Республика Татарстан вчера, сегодня, завтра / науч. ред Р.Хакимова. С. 602-603.

 17 Примечательно: на землях близкородственных юрмийцам — юрматынцев, в центральной части Башкортостана, имеется река Стерля, отсюда и название города  Стерлитамак. 

 18 Для примера, в одном только п. Джезды Джезказганской области Казахстана в 70-80-е гг. проживало не менее 12 семей, выехавших из д. Чурай и д. Чиряштамак Миякинского района БАССР.

 19 Здесь и далее информация по численности населения РБ дана по Статсборнику Территориального органа ФС Государственной статистики по РБ: Национальный состав населения Республики Башкортостан (по данным Всероссийской переписи населения 2002 года).Уфа, 2006.

Рафиль Асылгужин


Copyrights © Редакция журнала "Ватандаш" 2000-2018