Мне нравится управлять

Азамат Сагитов — сын известных в республике людей. Его отец — Талгат Нигматуллович Сагитов — долгие годы работал главным редактором республиканской газеты “Башкортостан”, ныне министр культуры РБ. Мать — Фарзана Фаткулловна — заслуженный работник культуры РБ, заведующая кафедрой вокального искусства Уфимского института искусств.
33-летний генеральный директор Уфимского городского фонда развития и поддержки малого предпринимательства и сам по себе интересная личность. Беседу с ним нашего корреспондента мы предлагаем вниманию читателей.
— Мудрые люди говорят: чтобы хорошо узнать человека, надо знать его корни. А Вы, Азамат Талгатович, знаете свою родословную?
— Не могу похвастаться, что знаю своих предков до седьмого колена. Но стараюсь узнать. Знаю, что дедушка со стороны мамы был двоюродным братом Ахметзаки Валиди. Он тоже родом из деревни Кузяново. В детстве я часто приезжал в эту деревню к бабушке и дедушке. Мама была шестым ребенком в семье, и мои дедушка с бабушкой, когда я к ним ездил, были уже старенькими, такими я их и запомнил.
Мне всегда очень нравилось в деревне. Я любил бродить по полям, по лесам. И сейчас стараюсь в отпуске обязательно побывать где-нибудь в сельской местности. В этом году, наконец, съездил в д. Старо-Саитово Ишимбайского района. Там жили предки моего отца. Его бабушка была дочерью волостного старшины. Сейчас эта деревушка, некогда волостной центр, находится далеко от хороших дорог, далеко от цивилизации. Патриархальный быт, время здесь как будто остановилось.
Папа мой тоже родом из Ишимбайского района, из д. Макарово (недалеко от Кузяново). Получается, что папа — из кирей-кипчаков, мама — из юрматынцев.
Мой дедушка со стороны отца погиб на фронте под городом Великие Луки. Когда я учился в Москве, ездил туда с отцом, хотели найти место его захоронения. Это оказалось не так-то просто, в тех местах очень много массовых захоронений.
— А Вы сами где родились, где выросли?
— Я родился в Ишимбае, родители переехали в Уфу, когда мне было три года. Но я всегда считал себя ишимбайцем и горжусь этим. Очень тепло отношусь к этому городу и ко всему, что с ним связано. Учился в уфимской школе № 39. 9 класс у нас был специализированный — с математическим уклоном. Это и повлияло на то, что после школы я поступил в Московский государственный университет на механико-математический факультет. Честно говоря, в юные годы у меня было много увлечений. Была тяга и к журналистике: свои школьные сочинения я всегда показывал отцу, он был моим самым строгим судьей. Параллельно учился в музыкальной школе по классу фортепьяно. Меня совсем не тяготили ежедневные многочасовые занятия музыкой, мне нравилось играть на пианино. Так что я мог пойти и по отцовской стезе, и по материнской, но выбрал свою дорогу и стал математиком.
— И как Ваши родители отнеслись к этому выбору?
— Маме не хотелось отпускать меня далеко от дома, а отец поддержал мое решение, что надо выходить на самостоятельную дорогу. Я не жалею, что выбрал математику. Обучение точным наукам научило мой мозг мыслить аналитически, что очень помогает мне в предпринимательской деятельности. В студенческие годы было большое желание двигать науку вперед. Закончил аспирантуру, но не защитился. Тому разные причины. Я учился в аспирантуре в Москве в начале 90-х годов. Это было время брожения, когда в стране вовсю разворачивалось предпринимательство, предприимчивые люди буквально из воздуха делали деньги. И я стоял перед дилеммой: или заниматься наукой, или деньги зарабатывать. К тому времени я уже обзавелся семьей.
Я ни в коем случае не оправдываю себя. Немало примеров, когда люди совмещают и работу, и учебу, и весьма плодотворно. От человека все зависит. Надо быть перед собой откровенным. Для людей можно найти кучу оправданий: болел, семья и т.д. Только сам человек знает реальное положение вещей. Если потакать себе, всегда можно найти отговорку. Есть ведь поговорка: кто не хочет — ищет причины, кто хочет — ищет возможности.
— Но у каждого человека бывает период, когда он еще не созрел для решения какого-то вопроса, не пришло время.
— Бесполезно все сваливать на обстоятельства и невезение. Если в старости у разбитого корыта останешься, то винить надо только себя, а не других. Лучше засучив рукава работать. Так проще.
— А Вы надеетесь только на себя?
— Я бы так уверенно не сказал. Все равно есть люди, которые ко мне хорошо относятся, на кого я могу положиться. Но люди будут поддерживать только тогда, когда ты докажешь делом, что оправдываешь их доверие.
— Как получилось, что Вы перешли от науки к бизнесу?
— Это получилось довольно неожиданно для меня. Срок аспирантуры кончился, и я вернулся в Уфу. Был период, когда я сидел дома и работал над диссертацией. И тут поступило предложение — для одного московского представительства в Уфе нужен был человек, закончивший московский вуз, неважно какой. Моя одноклассница, которая уже работала в Москве, порекомендовала меня. Я согласился сотрудничать с москвичами. А в тот момент как предприниматель не имел никакого опыта. Но мне поверили, поверили в мое желание и умение работать.
Вначале я руководил небольшим предприятием, которое занималось торговлей аппаратурой. Затем мне доверили возглавить более крупную фирму, занимающуюся фотопечатанием — “Волшебную радугу”. Под моим руководством работали 70 человек, 3 филиала фирмы расположились в других городах РБ. Один мне потом пришлось закрыть после августовского кризиса. Два года проработал в этой фирме. В фотоделе я не специалист, но мне нравился сам процесс администрирования, нравилось управлять производством. Не хвалясь скажу, что фирма хорошо зарекомендовала себя на рынке услуг. И на пост генерального директора фонда я смог претендовать потому, что успешно руководил фирмой “Волшебная радуга”. Я считаю своей заслугой, что после известного кризиса предприятие не только не рухнуло, а успешно развивалось.
— Расскажите о вашем Фонде развития и поддержки малого предпринимательства.
— Фонд был создан по распоряжению главы администрации г. Уфы и зарегистрирован в марте 2000 года. До него, в августе 1999 года, начал функционировать Республиканский фонд поддержки малых предпринимателей. Хочется отметить, что в отличие от аналогичных фондов в других регионах, возглавляемых чиновниками, генеральными директорами и Республиканского и городского фондов являются бывшие предприниматели. Мы сами барахтались во всех проблемах, с которыми сталкивается каждый деловой человек, искали пути-выходы, как преодолеть тот или иной барьер, и в этом плане нам легче понять тех, кого призваны поддерживать эти фонды.
Основная задача нашего фонда — финансовая поддержка предпринимателей. В соответствии с законом РБ, мы должны получать 0,5% от городского бюджета ежегодно. Я благодарен городской администрации за то, что они без всяких бюрократических проволочек утвердили фонду бюджет на нынешний год — 6 миллионов рублей, которые мы должны пустить на развитие малого предпринимательства, на инвестирование проектов. Эти средства выделяются на возвратной основе и поэтому наша казна будет увеличиваться.
— Значит, любой предприниматель может прийти в ваш фонд и попросить денег?
— Средства будут распределяться по итогам конкурса инвестиционных проектов. В год мы планируем проводить 4 конкурса — раз в квартал. В сентябре 2000 года прошел первый конкурс. То есть прежде чем получить деньги, надо доказать, что ты их используешь на нужное дело, которое принесет пользу государству. Когда человек создает рабочие места — тут тоже есть польза государству, но когда еще кроме его работников и другие смогут воспользоваться результатами их деятельности — это и есть значимый проект.
Тут возникает и такой щекотливый вопрос. С одной стороны, тому, кто давно и основательно занимается бизнесом, поддержка и не нужна, лишь бы не мешали. А кто только начинает свое дело и нуждается в помощи, он ничем обычно не может подтвердить свои финансовые возможности. А если прогорит, кто вернет фонду деньги? Нам ведь выделяются средства из городского бюджета не как благотворительная помощь, а как рабочий материал, из которого мы должны извлекать прибыль. Вложили деньги в какое-нибудь предприятие, оно их отработало и вернуло в фонд. Хотелось бы, чтобы субъекты малого предпринимательства поняли, что фонд — не благотворительная организация.
— С какими трудностями приходится сталкиваться в работе?
— Казалось бы, я перешел на чиновничью работу, но все равно в какой-то мере остаюсь предпринимателем. Я опять же должен где-то изыскивать средства, например, чтобы платить зарплату своим сотрудникам (сейчас у нас в штате 6 человек). Пока же мы зарплату получаем из имущественных взносов наших учредителей, которых хватит где-то на год. Администрация города выделила помещение для фонда, но там надо проводить ремонт, опять надо решать вопрос с финансированием. Так что не надо думать, что мы нашли теплое местечко, куда деньги сами текут. Еще раз повторю, что выделенные из бюджета средства фонд должен тратить только на финансирование инвестиционных проектов и программы поддержки предпринимательства.
Проводим семинары для предпринимателей. С Уфимской биржей труда есть договоренность, что они будут направлять к нам людей, нацеленных на самозанятость. Одна из задач фонда, я считаю, это растолковать таким людям насколько сложная эта область — предпринимательство, чтобы они могли соразмерить свои силы и способности. Пример: приходит человек, говорит, что умеет хорошо шить и хочет открыть швейное производство. Но ведь тут главное — не просто умение шить, а умение организовать производство, чтобы работать не на склад, а суметь реализовать изготовленную продукцию. И тогда и материал, и рабочее время, и силы не будут потрачены зря.
И сами мы — сотрудники фонда — учимся работать, ищем свою нишу. Ведь образовательных фирм, занимающихся бизнес-учебой, на рынке услуг очень много. И значит фонд должен найти какую-то изюминку, чтобы привлечь на свои семинары предпринимателей.
Среди трудностей в работе можно назвать еще пассивность малых предпринимателей. Буквально приходится вытаскивать их на божий свет из полуподпольных условий, в которых они привыкли работать.
— Приходилось ли разбираться с жалобами предпринимателей, защищать их права?
— Это больше компетенция Союза предпринимателей РБ — общественной организации. Но по мере своих сил и мы стараемся оказать помощь. Иногда оказывается, чтобы решить проблему или какой-то конфликт хватает просто переговоров. Бывают и казусные ситуации. В одном из районов Уфы обязали местных предпринимателей платить за благоустройство территории района. Но ведь в бюджете каждого района и так заложены средства на благоустройство. Самое смешное, что с каждым предпринимателем составлялся договор, где этот ежемесячный взнос назывался добровольным, а в приложении к договору говорилось, что милиция должна следить за тем, чтобы “добровольный взнос” регулярно перечислялся . Здесь мы и Союз предпринимателей вмешались, заступились за своих подопечных.
Когда ввели единый налог на автостоянки, для нашего города непомерно высокий, представители Союза вышли на сессию горсовета с предложением уменьшить этот тариф. На Госсобрании вопрос наш был рассмотрен, нам пошли навстречу. В Госдуме ждет своего часа законопроект по защите законных интересов предпринимателей. С его принятием нам будет легче работать.
— Человека характеризует не только его работа, но и семья. Вы — отец двоих детей. Какое участие принимаете в их воспитании?
— В меру сил и времени. Старшей дочери — Шауре — сейчас 11 лет, младшей — Залифе — полтора года. Назвали их в честь героинь башкирских народных песень. Я уверен, что природой в каждого ребенка заложено много возможностей, надо с ним только заниматься. Старшая наша дочь в полтора года знала весь алфавит, а в 2,5 года начала читать. Ее первые годы жизни прошли в Москве, в студенческом общежитии. Жена — моя однокурсница — русская, из Калужской области. Она разделяла мое мнение, что в семье, где есть представители нескольких наций, дети должны знать язык обоих родителей. И мы старались дома общаться на башкирском языке, чтобы Шаура считала его родным. Это было сложно, потому что окружение наше было русскоязычное, но спасибо жене — она старалась и сама запомнить башкирские слова и дочь научить. И вот так получилось, что Шаура первым узнала башкирскую речь и даже когда пошла в первый класс здесь в Уфе, говорила немного с башкирским акцентом. Где-то лет в 5 она начала сниматься на Башкирском телевидении в детской передаче “Сћ¤гелдћк”. Был такой интересный эпизод: как-то в самом начале редактор студии Луиза Азаматовна Фаршатова спросила у Шауры: как же так, ты по-башкирски разговариваешь, а мама у тебя русская? Для нашей дочери это было неожиданно, что, мол, за глупый вопрос тетя задает, как это ћсћй может быть «урус» (у нас в семье дети обращаются к нам только «ћсћй» и «атай»). Позже Шаура нашла для себя ответ на этот вопрос: ћсћй — наполовину башкирка, а бабуля и дедуля (живущие в Калужской области) — на четверть башкиры. Наши калужские родственники, когда мы к ним приезжаем, тоже стараются произносить по-башкирски наиболее употребляемые слова. Я им благодарен за то, что они поддерживают мое стремление научить детей мыслить и разговаривать на башкирском языке. Кстати, жене моей мы дали второе имя — башкирское. В семье зовем ее Емеш (это я под впечатлением романа З. Биишевой решил ее так назвать).
Сейчас старшая дочь учится в средней специальной музыкальной школе, ей нравится петь. Младшей дочери тоже нравится это занятие, уже сейчас пытается петь и танцевать.
— Азамат Талгатович, считаете ли Вы себя состоявшимся в профессиональном и в личном плане человеком?
— Да, я доволен своей работой и своей семьей. Как говорится, чтобы оставить след на земле, человеку надо построить дом, посадить дерево и родить сына. Дома приходилось строить (я люблю плотничать), деревьев тоже немало посадил, осталось сына родить. (Смеется). Но это, конечно, не повод для самоуспокоения. Впереди — большие перспективы, и я верю и работаю для процветания своей республики.
— Спасибо за беседу. Желаю Вам дальнейших успехов.


Беседовала Эльвира Халикова.

Сагитов


Copyrights © Редакция журнала "Ватандаш" 2000-2018