Истоки духовности

Бескорыстной поддержкой и вниманием этого удивительного человека с чутким сердцем, внутренним обаянием и великодушием пользовались не только родственники, но и совершенно посторонние люди. От него веяло добром, теплотой и уютом. В 60—70-е годы, когда процветал национальный нигилизм, своим гражданским долгом и долгом чести ученого он считал духовное обогащение своего народа, борьбу за права и свободу своей нации, подготовку и воспитание грамотных кадров из башкир во всех областях жизни. Это — известный ученый уходящего столетия, доцент кафедры башкирской литературы Башкирского государственного университета Марат Халяфович Мингажетдинов. Чтобы представить масштаб личности известного ученого, проникнуть в его творческий мир, понять драматизм судьбы, начнем ознакомление с отчего дома, с родителей, ибо начало духовного мира, его мощь — в корнях, предках.
Об отце Марата Мингажетдинова вспоминает в своей книга “Горькая чаша” Хусна Юлдыбаева, образованная, социально активная женщина из рода кубаляк, пережившая все ужасы сталинских лагерей. Она пишет: “Халяф-агай Мингажетдинов из деревни Кубагуш был назначен учителем еще в первые годы советской власти первым заведующим отдела народного образования Тамьян-Катайской волости Шагием Ваисовым. Расстояние от Кубагуша до Казаккулово — пять километров. Первый учитель села Халяф-агай, в шляпе, обутый в башкирские сарыки, не зная устали пешком преодолевал этот путь иногда по два раза в день. Халяф-агай окончил медресе, получил звание хальфа (учитель), поэтому все называли его так. Он был учителем в истинном значении этого слова: обучал детей грамоте, вместе с активистами вдохновенно трудился во имя обновления жизни. Халяф-агай отдавал много сил укреплению советской власти и делу просвещения в родном краю. Его главный трудовой путь принес ему известность и признание во всей волости. Здесь уместно будет привести высказывание секретаря Кубаляк-Теляуского волостного комитета:
— Если бы таких, как Азнабаев, Бахтизин, Ишбулатов, Гафаров, Асанбаев, Вагап Калямов, Хусаин Казаккулов, Хадый Юлдыбаев, Халяф Мингажетдинов, Камал-апай и Газиза-апай набралось бы пятьдесят-шестьдесят человек, в Кубаляк-Теляуской волости уже построили бы социализм”.
Халяф Мингажетдинович Мингажетдинов родился 16 февраля 1896 года в деревне Кубагуш Кубаляк-Теляуской волости Верхнеуральского уезда. В 1910—1912 годах учительствовал в деревне Карагужа, а в 1913—1915 годы учился в знаменитом медресе “Расулия” г. Троицка. Окончил его при отличном прилежании со свидетельством хальфа. В 1918 году Тамьян-Катайский отдел народного образования назначил его заведующим Кубагушевской школы. Он обучал детей в доме своего деда. Преподавал башкирский язык в фабрично-заводской семилетке города Белорецка.
Уместно будет ознакомиться с памятным письмом — письмом благодарности, адресованным Халяфу Мингажетдинову: “Дорогой Халяф-агай! Сегодня 1 Мая, праздник труда и борьбы. Несмотря на неимоверные трудности, мы до сегодняшнего дня рука об руку трудимся на фронте просвещения. Достижение поставленных целей я считаю победой в области образования. Ты меня тепло принял с первых дней пребывания в деревне Кубагуш, хорошо относился ко мне всегда. Я был начинающим учителем. Несмотря на мою неопытность, ко мне отнеслись уважительно, оказывали помощь. У тебя очень много заслуг в приобщении башкирского народа к образованию, культуре и искусству. Я верю, что ты и впредь будешь отдавать все силы и старание этому делу. Живи, Халяф-агай! Желаю тебе здоровья, творческих успехов в твоем благородном деле. 1 мая 1926 года. Загит Бахтизин”.
Однако жизнь Халяфа Мингажетдинова, приобщавшего сородичей к знаниям, оборвалась в сорок шесть лет. Он был арестован летом 1937 года. По свидетельству Министерства по охране общественного правопорядка Башкирской АССР, он погиб 8 марта 1942 года в местах заключения в Уфе. По ходатайству его младшего сына Марата Мингажетдинова в 1968 году Верховным судом Башкирской АССР он признан невиновным и реабилитирован. А тогда, в тридцать седьмом, в семье Мингажетдиновых было шестеро детей, а матери семейства Мавзифе Абдулмагафуровне — тридцать шесть лет. Когда взяли мужа, он сказал:
— Мавзифа, не жалей имущества. Продавай скотину, но детей выучи.
Мавзифа была грамотной, от природы очень мудрой женщиной. Обучалась она у абыстай. Ее мама знала много сказок, поговорок, прибауток, она передала это духовное наследие своей дочери, а та, в свою очередь, своим детям. Она всегда ставила им в пример отца семейства. Неудивительно, что дети Жават, Марат и Рауза пошли по стопам отца, на педагогическое поприще. А старшие дети рано вступили на самостоятельный путь. Хаят и Хажар вышли замуж, устроили свою семью. Старший сын Фуат, работавший в колхозе табунщиком, обучил орла, ходил с ним на охоту, был лихим наездником. В годы Великой Отечественной войны Фуат и Жават были призваны в Красную Армию. Однополчанин Фуата Барый Абраров написал, что он погиб 13 апреля 1945 года в Австрии на подступах к Вене, похоронили его среди горных вершин.
Жават Халяфович всю свою жизнь работал учителем Кубагушевской школы, односельчане с любовью называли его, как и отца, хальфа. Самая младшая в семье — Рауза — до пенсии работала завучем в школах города Учалы, удостоена звания “Заслуженный учитель БАССР”. Многие внуки и внучки Мингажетдиновых тоже пошли по стопам деда. Получив высшее образование, они работают учителями, руководителями в сфере образования.
... Оставаясь верным заветам отца, Марат Мингажетдинов всегда учился на “отлично”. Однажды отличников Казаккуловской школы водили на экскурсию в Белорецк. Там они побывали и в педучилище. Это учебное заведение им очень понравилось. По окончании школы вместе со своим одноклассником Ахмером Азнабаевым Марат поступил в педагогическое училище. Пытливый и целеустремленный Марат учился от души, никогда не пропускал уроки. После окончания педучилища с отличием, он был направлен в Башгоспединститут (ныне — Башгосуниверситет). Мест в общежитии не хватало, он снимал квартиру. Когда встал вопрос об учебе сестры Раузы, он посоветовал ей поехать в Стерлитамакский пединститут. Там всем давали место в общежитии.
В студенческие годы Марат был сталинским стипендиатом. В 1959 году окончил университет с отличием. Талантливому выпускнику предложили остаться в аспирантуре. Он оправдал оказанное доверие, защитил кандидатскую диссертацию, посвященную творчеству известной башкирской писательницы, прошедшей сталинские лагеря, Хадии Давлетшиной. В 1966 году эта монография издается книгой под названием “Хадия Давлетшина — жизнь и творчество”. В вводном слове автор пишет: “Творчество Хадии Давлетшиной — это пример служения своему народу. Ее большой жизненный путь, достойный восхитительной поэмы, полный трагизма, еще до конца не изучен. У писательницы есть большой архив, дневники — отдельные странички истории ее души, письма. В народе сохранились бесценные воспоминания о ней. Они свидетельствуют, что Хадия Давлетшина в самые трудные моменты своей жизни не сломалась, даже лишенная своих читателей, она продолжала неустанно творить, писать свои произведения, тем самым готовила народу свой самый большой дар...”
Эта оценка в какой-то степени будет правомерной и к творческой судьбе самого Марата Мингажетдинова. Его жизнь и творчество являются примером служения народу. До своего трагического ухода в тридцать восемь лет он успел обнаружить незаурядные способности в фольклористике и литературоведении, показать себя как педагог и наставник в подготовке национальных кадров. Студенты очень метко окрестили его “ломовая лошадь университета”, так как свою работу он выполнял с особым старанием, душой. Его исследования в области башкирских сказок получают в мире науки особое признание и высокую оценку, например, труды “Мотив чудесного рождения героя в башкирской богатырской сказке”, “Сказочные мотивы в башкирских легендах-преданиях”, “Систематизация сюжетов башкирских сказок по международным каталогам”.
В издании многотомного свода “Башкирское народное творчество” три тома сказок — это плоды его неутомимого труда и беспокойных дней и ночей.
Чтобы понять, как он трудился, обратимся к его дневниковым записям от 1 января по 16 июня 1972 года.
“Выступал по телевидению о М.Хайруллиной. Подготовил заметку для университетской газеты о творчестве Х.Зиннатуллиной. Завершил доклад для секции критики писательской организации. Издательство предложило подготовить учебное пособие по внеклассному чтению. Был на творческом отчете М.Уразаева и Х.Назарова. Беседовал с Зайнаб Биишевой. Встречался с Газимом Шафиковым. Читал и рецензировал рукопись К.Давида. Шакир, Махмут, Равиль и я были у Рами Гарипова. Приходил К. Аралбаев, не застал меня дома. Встретились с Гайсой Хусаиновым и Марьям-апай, разделили обязанности по составлению учебника башкирской литературы для седьмого класса. Читал корректуру статьи “Сказочные мотивы в башкирских легендах”. Выступал на научной конференции. Послал тезисы в Тбилиси. Готовлю статью о башкирских поэмах 1971 года. Беседовал с Ануром Вахитовым и Кимом Ахметьяновым. Пришел Адигам Искужин. Написал рецензию на рукопись Марьям-апай. Получил вторую корректуру статьи по сказкам... Полетели в Москву. Летал на самолете с Ниязом, Римом и Толей. Были в театре Ермоловой, смотрели Красную площадь. В 17 часов началась сессия в МГУ, очень интересные доклады... Отнести I и II том сказок, заняться составлением учебника для VII класса, М. Сагитову отдать статью, подготовить рецензию для рукописи Р.Бикбая. Выступление по радио о Ш.Фидаи, доклад о поэмах...”
Судя по дневникам, Марат Мингажетдинов жил очень беспокойной и чрезвычайно насыщенной жизнью, общался с большим количеством людей. Друзья, знакомые, соратники были у него в Москве, Ленинграде, в Алма-Ате, Тарту, Махачкале, Куйбышеве, Саратове, Саранске, Якутске, Петрозаводске. В этой бесконечной веренице дел он успевал помогать и советом, и делом близким и родным, малому и взрослому. В деле обучения и подготовки национальных кадров из башкирской молодежи он не жалел себя, времени и здоровья. Следуя семейным традициям, верный делу своего отца, Марат Мингажетдинов попадает в сложную и напряженную атмосферу борьбы и интриг.
Он не любил двуличных людей, подхалимов, тех, кто боится собственной тени. Сам правдивый и человечный, он ценил в людях прямоту и честность. Конечно, его боялись, особенно те, кто знал силу его духа, талант, его компетентность в науке. Если бы он был жив, кем бы стал сегодня? Академиком, ректором университета... Но его жизненное кредо, борьба за справедливость, за права своего народа обостряют его общественное положение. В 1970 году, когда он провожал в Учалы свою родную сестру Раузу, он рассказывал ей следующее:
“За мной следят и преследуют, даже к психиатру повели. Хорошо что психиатр признал меня здоровым. Однажды на улице, сунув мне под нос тряпку с каким-то веществом, увезли на машине. Очнулся в какой-то комнате. Приходили за мной и домой, также давали понюхать и допрашивали. Перед тем как прийти в сознание, я явственно услышал: “Хватит, не давайте много нюхать, еще помрет”. Роза, родная, неужели не веришь? Видишь там человека в милицейской форме? Он всегда за мной следит. Смотри: отойдем отсюда подальше — он за нами.”
“Мы с братом отошли немного в сторону, и тот двинулся вслед за нами, шел не спуская глаз. Первая супруга Неля тоже говорила о том, что за Маратом следил какой-то человек, и сам он часто признавался с досадой:
— Не дают работать, мешают работать...
Когда писал свою кандидатскую диссертацию, посвященную творчеству Хадии Давлетшиной, было много препятствий. Во время последней встречи за десять дней до его трагической смерти 20 июня 1972 года мы были в Уфе, в его квартире. Вторая его жена Хамида защитила диплом, поздравляли ее. Марат показывал рукописи докторской диссертации. Где же эти его труды?
Мы долго разговаривали с братом с глазу на глаз на балконе. Мы с ним были очень дружны с детства, и он всегда делился со мной самыми сокровенными мыслями. В тот вечер он был настроен оптимистично. У него было много планов на будущее. Я была рада за него. То, что случится через десять дней — он уйдет из жизни — в голову никак не укладывается.”
Когда-то он, давая своей племяннице трилогию Алексея Толстого “Хождение по мукам”, говорил:
— Прочитай, поразмышляй серьезно. Писатель, создавший большое эпическое произведение, ставшее классикой, застрелился. Так делают только бессильные. Потерпевшие поражение накладывают на себя руку, а сильные борются.
Но беспощадная власть и ее прислужники всесильны. И в этой неравной борьбе не всегда одерживают победу мужественные и честные. И у Марата Халяфовича нервы сдали, его железное здоровье было подорвано. Об этом он написал в дневниках 1972 года:
“9 февраля: Ходил в больницу. Сердце, видимо, сдает. Врач сделал ЭКГ, прослушал, выписал лекарство. 10 февраля: Болею, принимаю таблетки. Работать не могу. 9 апреля: Доклад не идет. Головные боли, сердце беспокоит, нет настроения. 11 апреля: Головные и сердечные боли. Временами кажется, теряю сознание. 15 июня: У второй башкирской группы принимал экзамен с 9 до 17 часов. Пришел весь больной. Вместо двух пар прочитал только одну пару лекций. Еле дошел до дома...”
Прошло совсем немного времени, и он со своими студентами отправляется в фольклорную экспедицию в Баймакский район. 2 июля 1972 года там и произошла трагическая развязка... В республиканских газетах не печатают никаких соболезнований. Проводить его на вечный покой, на похороны собираются его верные друзья: Мидхат Мамбетов, Тимергали Кильмухаметов, Ахмер Азнабаев, Адигам Искужин, Вали Псянчин...
Односельчанин Мухамет Ишмухаметов из Байрамгуловского совхоза пригласил духовой оркестр. Адигам Искужин играл на курае его любимые мелодии “Буранбай”, “Урал”, “Бейеш” и оставил свой курай на его могиле. Как та бессмертная мелодия курая, живет по сей день все то доброе, что оставил Марат Мингажетдинов в душах своих учеников и соратников. Наверное, душа его радуется этому, ведь он оставил очень много доброго, прекрасного, не должником ушел из этой жизни.
Когда-то Марат мечтал об увековечении памяти отца. Эта мечта сбылась: Кубагушевская школа Учалинского района теперь носит имя своего основателя Халяфа Мингажетдинова.
Увековечено и имя его сына — Марата. Решением администрации Учалинского района и города Учалы учреждена премия имени Марата Мингажетдинова, которая присуждается лучшему учителю года. В своей научной статье “Сказочные мотивы в башкирских легендах-преданиях” Марат Мингажетдинов пишет: “...Громадная физическая сила героя объясняется тем, что он имеет два сердца. В башкирских сказках герои, обладающие двумя сердцами, не только непобедимы, но и бессмертны, и лишь узнав тайну бессмертия героя, можно его умертвить”. Как сказочный батыр, Марат Мингажетдинов обладал двумя сердцами, необычайной силой и моральной доблестью. Его имя и научные труды бессмертны.

С. Бадретдинов


Copyrights © Редакция журнала "Ватандаш" 2000-2018