Классик башкирской живописи

Детство. Годы учебы

Касим Салиаскарович Девлеткильдеев родился в селе Кугуль Уфимской губернии (ныне Марьино Благоварского района) в обедневшей дворянской семье. С детства эстетические вкусы Касима развивались в обстановке декоративно-прикладного искусства башкир, дома которых были богато украшены изделиями ткачества, вышивки. Занавески-шаршау, ковры и коврики, расписные домотканые и вышитые полотенца, резная посуда, яркие краски национальной одежды, замысловатые украшения женских головных уборов были первыми уроками красоты, полученными молодым Касимом. Отец Касима умер рано, когда ему исполнилось 7 лет.
Ярким воспоминанием в жизни мальчика остался дядя. «Из воспоминаний раннего детства у меня немного сохранилась память о своем дяде (брате отца) – очень оригинальном и странном человеке, не лишенном известной культуры; он единственный в доме проявлял некоторую заботу о моем художественном воспитании, возбуждал во мне любовь к природе и искусству… Так, уже с ранних лет у меня появилось некоторое призвание к рисованию. Дядя, шутя, называл меня будущим Рафаэлем, старался знакомить с именами великих художников, беседовал и показывал какие-то репродукции с картин»1 .
Касим много и увлеченно рисует, копирует с модных журналов женские головки в профиль, балерин, очень любит рисовать цветы. Особым очарованием детства для Касима был цирк с его праздничным настроением и потрясающими трюками. В его рисунках появляются наездницы, акробаты, клоуны. Но, кроме дяди, в семье никто не поощряет его занятий, искоса смотрит родня, как маленький Касим попирает устои ислама своим увлечением. И все-таки однажды он умудрился покорить всех. Башкирская изба отапливалась печью, печь была большая, вот ее и расписал юный Касим. Да как расписал – это было панно из цветов и листьев, выполненное акварельными красками. Цветы издревле были одним из мотивов прикладного искусства башкир, и старательно выполненные рисунки покорили всех.
После смерти отца до 15-16 лет Касим живет в Уфе «на иждивении одного из братьев, служившего тогда народным учителем, он тоже не поощрял моих увлечений рисованием», – вспоминает Девлеткильдеев. Первое общее образование Касим получил у брата, а затем в Уфимской гимназии, где учился шесть лет. В гимназии по обыкновению рисование считалось одним из второстепенных предметов, на который мало обращали внимание. Графические искусства и черчение здесь преподавал Александр Андреевич Соколов, «способный художник и чуткий человек», он обратил внимание на одаренного мальчика и предложил ему заниматься дополнительно, учил Касима рисовать геометрические тела в перспективе, тушевать и убеждал его не бросать рисование. По настоянию семьи и против собственного желания по окончании гимназии Касим держит экзамен в Казанской учительской школе на звание народного учителя. Нужно было поддерживать семью, где кроме матери было еще две сестры – Котлазаман и Бахрамхаят. Касим начинает давать частные уроки. «Мысль о специальном, художественном образовании волновала и пугала, но не покидала меня», – вспоминал он.
В 1907 году, практически без денег, не имея должной подготовки, он приезжает в Санкт-Петербург, где поступает сначала в рисовальную школу при Центральном училище технического рисования барона Штиглица. Преподавание здесь велось в старом духе. Много внимания уделялось разным упражнениям в виде штрихования тростниковыми перьями для развития гибкости и твердости руки, работали также карандашом, пером, кистью. Объекты изображения усложнялись от орнамента до натурщика. За один год Девлеткильдеев сдал программу 4-х отделений. И в 1908 году поступил в Центральное училище технического рисования барона А.Л.Штиглица (ныне Ленинградское высшее художественно-промышленное училище им. В.И.Мухиной). Открытое на средства барона Александра Людвиговича Штиглица, оно было крупным художественным центром России по подготовке рисовальщиков, живописцев и скульпторов для художественной промышленности, а также готовило учителей рисования и черчения для средних общеобразовательных и профессиональных учебных заведений. Выдержавшим вступительный экзамен предстояло учиться 5 лет. Система образования была довольно близка к академической. Специальное образование предусматривало рисование, черчение, съемку художественно-промышленных предметов, живопись акварельными, клеевыми и масляными красками, живопись по фарфору и фаянсу, гравирование по дереву и металлу, эмалирование, чеканку, резьбу по дереву, слоновой кости и т.д. Общеобразовательные предметы включали русскую словесность, элементарную и начертательную геометрию, всеобщую и русскую историю, историю изящных и прикладных искусств, практическую эстетику, элементарную анатомию, элементарные сведения по химии и технологии, методику рисования, иностранный язык.
К преподаванию были привлечены известные художники, скульпторы, архитекторы: академик исторической живописи А.Н.Новоскольцев, академик пейзажной живописи К.Л.Крыжицкий, профессор Н.А.Кошелев, график и живописец Г.М.Манизер, профессор В.Е.Савицкий (славившийся в педагогике как ученик П.П. Чистякова), до 1910 года граверный класс вел В.В.Матэ. Директором училища был в те годы профессор, архитектор Г.И.Котов.
В училище были прекрасно оборудованные светлые классы, отличный музей, одна из лучших по богатству специального материала библиотека. Пятнадцать тысяч произведений декоративно-прикладного искусства: ткани, керамика, фаянс, фарфор, цветное стекло, предметы ювелирного искусства, мебель, шпалеры, гобелены всех времен и народов были собраны в музее училища, который являлся необходимым звеном в процессе изучения учениками истории развития прикладного искусства.
Работы Девлеткильдеева учебного периода 1909—1910 гг. отражают специфику учебной программы – это зарисовки элементов орнамента, декора гобеленов, образцы деревянной резьбы, книжные виньетки. Умение четко и уверенно нанести линию, передающую существо предмета, без изменений и исправлений отразилось в его работах «Гипсовые цветы», «Греческие вазы».
Основные дисциплины расходились по специальностям: мебельно-обстановочная, декоративная, майоликовая, чеканка, граверная и кожетиснение. Девлеткильдеева влечет декоративный класс с его чрезвычайным многообразием, и особенно фарфор. В музее училища он имел возможность изучать великолепные образцы голландского, персидского, мавританского и испанского фаянса, итальянской майолики, изделия из стекла, расписанные так называемой венецианской нитью, прекрасные образцы сервского фарфора и изделия Дж.Веджвуда. Именно здесь, в стенах музея, зародилась страсть Девлеткильдеева к изучению и коллекционированию фарфора, его работа «Декоративный сервиз» пленяет изяществом формы предметов и декоративностью росписи. Тонкостью акварельной техники отмечена работа «Бокалы венецианского стекла», выполненная на голубой бумаге. Акварель «Синяя ваза» воплощает эстетический идеал Востока, где роспись, вплетаясь в форму самой вазы, создает ощущение пышного букета, символизирующего обильное цветение природы. Темой его дипломной работы стал эскиз росписи для фарфора.
Серьезное внимание в училище уделялось академической штудии натуры, ученики тщательно прорабатывали все детали обнаженной модели, начиная с голов и торсов до сложных групповых композиций. Работы Девлеткильдеева «Голова Зевса», «Дискобол», «Умирающий раб», «Борцы» – образцы академической школы рисунка.
В первые годы учебы Девлеткильдеева в Санкт-Петербурге материально его поддержало Уфимское студенческое землячество. В дальнейшем успехи в учебе принесли стипендию, благодаря этому он в 1914 году с успехом окончил училище с педагогическим и декоративным уклоном по классу стенной живописи. Училище Штиглица давало прекрасную профессиональную подготовку, но оставляло мало возможностей для творчества и самовыражения. Девлеткильдеев принимает решение учиться дальше.
Получив диплом, он работает преподавателем графических искусств в Серпуховском коммерческом училище, а затем в Санкт-Петербурге преподает в фабричной школе при резиновой мануфактуре «Треугольник». Это дает возможность брать уроки в частных мастерских.
В 1916 году наступает долгожданный момент, когда по конкурсному испытанию его зачисляют вольнослушателем в Академию художеств.
В этом же году он создает одну из своих первых работ «На молитве», в которой присутствует ностальгическое настроение. Небольшая по размеру, выполненная в технике акварели, она изображает жанровую сценку из башкирской жизни. Близкий с детства знакомый мотив коленопреклоненной женщины в интерьере башкирской избы художник изображает как бы на условно декоративном фоне ковров и занавесок-шаршау. Мягкие и спокойные цвета акварели создают атмосферу умиротворения и покоя. В работе Девлеткильдеева нашли отражение новые тенденции живописи, присущие российскому искусству начала 1900-х годов, формирующиеся в рамках стиля модерн, где реальность подчас переосмысливается через театрализацию жизни, натурный момент соединяется с условностью кулисного построения. Работа отражает форму панно, свойственную позднему модерну, что роднит ее с работами петербургских мироискуссников.
Учеба Девлеткильдеева в Академии художеств оказалась недолгой, уже через полгода Касим Салиаскарович был вынужден покинуть Петербург. Как он пишет, «слабое здоровье и семейные обстоятельства» заставили его вернуться в Уфу.
Возвращение в Уфу

В начале ХХ века «...Россия представляла собой в художественном смысле своего рода пустыню с двумя только оазисами – Петербургом и Москвой. Здесь была всесильная, всероссийская законодательница искусств Имперская Академия художеств, сюда тянулись лучшие творческие элементы страны, и здесь они поглощались столичным котлом… остальная страна обходилась без художественной жизни, почти не знала выставок»2 , Уфа не являлась исключением. Основу ее культурной жизни составляли зрелищные виды искусств: ярмарочные балаганы, цирк, театр. Изобразительные виды искусств имели ограниченное распространение. Так, в городе имелись художественные и граверные мастерские, работающие на потребу дня, занимающиеся изготовлением вывесок, рекламы, печатей. В гимназиях, училищах и в семинарии преподавались графические искусства и черчение. Существовали частные изостудии художника П.М.Лебедева и Н.А.Протопопова. При семейно-педагогическом обществе существовали курсы по педагогическому и художественному образованию. Здесь занимались желающие приобрести либо звание домашнего учителя, либо навыки рисования для продолжения образования, а также любители.
В 1913 году художественная жизнь Уфы ознаменовалась созданием Общества любителей живописи, членами которого стали художники Ю.Ю. Блюменталь, П.М.Лебедев, Б.А.Васильев. В число членов кружка входили также люди, интересующиеся искусством, и художники-любители. В 1916 году общество было переименовано в Уфимский художественный кружок. В его ряды влились художники А.Э.Тюлькин, М.Н.Елгаштина, Д.Д.Бурлюк. К ним же примкнул приехавший в 1917 году К.С.Девлеткильдеев. Участники кружка обсуждали проблемы развития искусств, давали оценки работам уфимских художников. Объединив вокруг себя тот небольшой круг любителей искусства, который имелся в городе, они организовывали выставки, где знакомили горожан с произведениями известных художников: И.К.Айвазовского, А.М. Васнецова, И.И.Шишкина (картины собирались из местных коллекций). Выставляли работы уфимских художников. При кружке была организована студия с классами рисования и живописи, имелась небольшая библиотека.
Таким образом, в Уфе сплотился круг художников, которым суждено было встать у истоков изобразительного искусства Башкортостана. Сложилась обстановка, позволяющая говорить о зарождении первых ростков изобразительного искусства в крае.
Революция изменила привычный ход событий. Культурная жизнь города затихла, смена правительств, разруха, голод захлестнули Уфу. После победы революции и освобождения города от правительств Коммуча, Колчака, белочехов и установления в ней Советской власти художники, сплотившиеся еще в Уфимском художественном кружке, приложили все свои силы и умения для восстановления в Уфе культурной жизни.
Касим Салиаскарович Девлеткильдеев был человеком своего времени, достойным тех высоких требований, которые предъявляла эпоха. А эпохе революции были необходимы энергичные люди, способные в сфере своей деятельности взяться за любое дело. В первые послереволюционные годы много сил Девлеткильдеев отдает педагогической работе. В 1919—1921 гг. в Уфе организуется целый ряд художественных студий. В здании бывшего коммерческого училища (ныне здание Авиационного техникума) был открыт рабочий клуб им. В.И.Ленина, а при нем художественная студия. Ее создателем и педагогом был Касим Салиаскарович. В те же годы он преподает графические искусства на первых мусульманских постоянных педагогических курсах.
В 1921 году как сотрудник Наробраза по делам музеев и охране памятников искусства и старины принимает участие в экспедиции по Туркестану. Основная цель поездки — собрать экспонаты для создания музея Народов Востока Советской республики. Покоренный красотой и величием древней культуры, Девлеткильдеев создает ряд зарисовок. Его работа «Биби-Ханум» была выполнена в Самарканде. Легенда гласит: в давние времена жена великого Тимура, легендарная Биби-Ханум, решила воздвигнуть мечеть как дар своему повелителю к его возвращению из индийского похода. До наших дней дошли лишь руины этого ансамбля, но и они оставляют неизгладимое впечатление величием форм. В своем рисунке Девлеткильдеев запечатлел часть ансамбля, мавзолей Биби-Ханум, увековечив могущественные руины памятника. Идея создания музея Народов Востока позднее была упразднена, и вместо него организовали Центральный Башкирский краевой музей. В 1923 году Девлеткильдеев назначен помощником заведующего этим музеем.
В 1924 году Наркомпрос Башкирии утвердил положение об организации художественно-технической студии коллектива художников: К.С. Девлеткильдеева, А.П.Лежнева, И.Н. Самарина, А.Э.Тюлькина, Г.П.Черкашенинова. Целью студии было воспитать мастеров для «художественного производства и ремесла». Позднее эта студия перерастет в художественное отделение Башкирского техникума искусств, где долгие годы будет преподавать Касим Салиаскарович.
Девлеткильдеев воспитал целую плеяду художников, которые долгие годы определяли уровень изобразительного искусства Башкортостана. Среди его учеников были Г.Имашева, Г.Мустафин, Р.Ишбулатов, Р.Гумеров, Р.Усманов, В.Андреев. Усманов вспоминал о своем учителе. «Это был худощавый, всегда строго одетый человек. Рисуя, он любил рассказывать нам об искусстве, о творчестве передвижников, Леонардо да Винчи, Микеланджело. Был глубоко порядочным человеком, отстаивал свои методы преподавания. Ко всем ученикам относился ровно, не разделяя их на плохих и хороших». Педагогическая деятельность красной нитью проходит сквозь всю жизнь К.С.Девлеткильдеева.
Много и плодотворно работал Касим Салиаскарович в Пролетарском художественном музее, который был основан в Уфе в 1919 году. Впервые за всю историю города у его жителей появилась возможность общения с изобразительным искусством, с шедеврами великих мастеров. Девлеткильдеев читает лекции, водит экскурсии, давая пояснения на башкирском языке.
Благодаря творческой группе Ю.Ю.Блюменталя, К.С.Девлеткильдеева, В.С.Сыромятникова при художественном музее организуется раздел башкирского декоративно-прикладного искусства. Разъезжая по деревням и селам, по крупицам собирали они предметы быта башкир, украшенные затейливым орнаментом. Не так-то просто было завоевать доверие сельчан и заглянуть в «дедовские сундуки». Личное обаяние и великое желание сохранить для потомков искусство башкир помогало им преодолевать трудности. Первая экспедиция состоялась в 1928 году в Белорецкий и Тальяно-Катайский кантоны, туда едут Девлеткильдеев и Блюменталь. В следующем году Касим Салиаскарович едет с Сыромятниковым в Аргаяшский кантон (ныне Челябинская обл.). Были экспедиции и в последующие годы. Соприкосновение с культурой края вдохновило Давлеткильдеева на создание ряда художественных произведений, которые стали классикой башкирской художественной школы.
К числу наиболее известных работ Девлеткильдеева, выполненных в любимой технике акварельной живописи, относится «Девочка-башкирка в голубом». На фоне традиционного убранства башкирской избы на хике сидит девочка-подросток. Мягкий овал лица, заинтересованный и несколько настороженный взгляд, немного скованная поза. Для башкирской глубинки позировать художнику — дело необычное. На ней голубое платье, подчеркивающее свежесть и трепетность юности. Работа была создана за один сеанс, но насколько лаконична она по своему построению. Вдохновенно и чутко уловил и передал художник внутреннее состояние модели. Нежнейшими касаниями кисти моделируя лицо, широко и свободно трактуя костюм, художник сумел извлечь из акварели ее драгоценные колористические свойства. В 1940 году работа выставлялась в Москве. Журнал «Творчество» отмечал: «Особенно привлекает…артистическая по цвету и исполнению акварель Девлеткильдеева «Портрет башкирки», колорит которой сближает ее с национальным искусством».
В 1980-х годах сотрудники художественного музея предприняли поездку по следам экспедиции 1928 года. В Белорецком районе они познакомились с Марьям Юмагуловной Мустафиной, образ которой увековечил художник в своем произведении. Она рассказала: «Тогда мы жили в деревне Усмангали. Родители на работе, я была в доме одна, когда к нам вошли двое мужчин. Один высокий, худощавый, другой пониже говорили по-башкирски, а тот, что повыше, все время шутил. Когда они сказали, что хотят рисовать меня, я очень испугалась, но согласилась. Сидела на хике в своем нарядном платье, а рядом горкой было сложено приданое снохи – паласы, сыргытым, стоял деревянный челяк». В своей автобиографии Давлеткильдеев пишет, что делал «зарисовки быта и типажа», это подтверждает и тот факт, что все работы помечены точными датами и указаниями места исполнения. Однако, работы художника вышли за рамки этой задачи и обрели конкретные образы и душу. Его умелая кисть создала вдохновенный, трогательный портрет – символ национальной гордости, ставший собирательным образом башкирки.
«Девушка-башкирка в оранжевом» — работа того же года — более похожа на портрет-типаж. Художник с этнографической точностью запечатлел облик молодой башкирки, элементы костюма, украшений. Но образу не достает поэтического вдохновения, которое присутствует в его предыдущей работе.
Среди мужских портретов, созданных художником в это время, выделяется «Башкир-охотник». Работа покоряет своей искренностью. Охотник (Биргаслан Султанов) слегка присел на чурбан с орудиями своего промысла, из-за ноги выглядывает преданный пес Бурзик. Скромная по колориту акварель лаконично и правдиво передает образ, полный достоинства и силы. Художник, воспевая простого человека в своем произведении, создает законченный по психологической глубине образ. Привлекательные черты народного характера и народного типажа нашли отражение в портрете «Башкир Ибрагим». Изрезанный морщинами лоб, устало опущенные плечи, чуть впалая грудь – за плечами нелегкая жизнь труженика. Спокойно и пытливо смотрят глаза, отражая веру в добро и справедливость. Работа выполнена углем на желтой бумаге, придающей лицу телесный цвет. Пользуясь линией различного нажима и светотенью, нанесенной растертым углем, художник достигает большой силы выражения объема. Работа отражает профессионализм художника и его внимательное отношение к людям.
Касим Салиаскарович был чуток и внимателен ко всему прекрасному. Влюбленный в простую жизнь башкирской деревни, он видит поэзию в самых незатейливых мотивах, гармонию цвета в обыденных вещах и предметах. Поэтичностью и тонким лиризмом веет от его работы «Крыльцо башкирской избы». Легкий ветерок покачивает на веревке расписные полотенца, неподвижно висят коврики и одеяльца, блестит на солнце металлическая посуда. В воздухе разлита неподвижность жаркого дня. Простой сельский вид, но сколько любви и тепла внес художник в работу. Творческая воля мастера преображает обыденность жизни в поэтический образ, овеянный любовью к родному краю.
Цепкий глаз художника не только запечатлевает старинный уклад башкирской деревни, но и чутко откликается на новые веяния времени. В 1922 году в Москве по инициативе группы художников возникает Ассоциация художников революционной России (АХРР). Они выдвигают лозунги «героического реализма». Свой долг видят в необходимости «запечатлеть величайший момент истории» в его революционном порыве и изображать день сегодняшний. В конце 1925 года филиал АХРРа открывается в Башкортостане. Девлеткильдеев становится одним из его учредителей. Первый пятилетний план народного хозяйства Советской России предусматривал развитие индустриализации страны. Перед художниками встала задача отразить это в своих произведениях.
В творчестве Девлеткильдеева появляются работы индустриальной тематики: «Тубинский рудник», «Общий вид Баймакского завода». Созданные с натуры и небольшие по размеру, они стали художественным документом эпохи. С победой революции черты нового уклада жизни не сразу стали очевидными. Программные тезисы зачастую опережали течение повседневности. Отсюда шло широкое распространение в изобразительном искусстве описательной фактографии, когда появлялись произведения узко документальные, воспринимаемые как зеркало повседневности или натурный портрет эпохи. Художественная критика 1920-30-х гг. этот период в художественной культуре страны отмечает как период созерцательного отношения художников к гигантам социалистической индустрии, как период становления индустриального пейзажа.
Девлеткильдеев в своих работах лишь подходит к освоению новых мотивов в пейзаже. Его работы скорее созерцательные, чем отражающие динамику развития нового мира, к тому же романтической натуре Касима Салиаскаровича, тонко чувствующей природу, ближе лирические пейзажи. Его работа «Мотив Инзерского завода» продолжает традиции реалистического пейзажа, раскидистое дерево, за которым видна из-под горы крыша избушки, венец строящегося дома, в дали опушка леса. Художник одухотворяет ничем не примечательный конкретный вид в пейзаж-настроение. В эти же годы он создает акварельные пейзажи «Деревня Ново-Уманово», «Село Кулгинино».
В творчестве Девлеткильдеева большое место занимает натюрморт. Восприимчивый ко всему прекрасному, он с детства любил цветы. Вспоминал, как еще в детстве дядя, который часто путешествовал по окрестностям, со своих прогулок всегда приносил букеты полевых цветов. «Цветы разные» — так называется одна из его работ – ирисы, жасмин, ландыш. Художник не собирает их в букет, а создает сказочный мир, наделяя каждый цветок неповторимой образной индивидуальностью. Его цветы как бы растворяются в воздушной среде. Прихотливые изгибы листьев и лепестков точно переданы нежными переливами акварели. А вот другой натюрморт — «Кактусы». И в этом, казалось бы, незатейливом, колючем цветке художник находит своеобразную привлекательность. Изящество и неповторимость форм, созданных природой в цветах, восхищают художника. О натюрмортах Девлеткильдеева, побывавших на выставке в Сан-Диего, американская пресса писала в 1929 г.: «… он выказывает талант, строя из природных форм эстетические творения».
1920-е – начало 1930-х годов были плодотворными в жизни художника. В этот период он создает свои наиболее удачные работы в технике акварельной живописи. Отдает много сил и времени педагогической работе, трудится в Наркомземе, активно участвуя в художественном оформлении города к праздникам (к сожалению, материалы, позволяющие судить об этой его деятельности, не сохранились). В начале 1930-х годов становится одним из учредителей филиала Всероссийского кооператива изобразительных искусств «Художник», организованного в Башкортостане. Продолжает сотрудничать с Художественным музеем, в 1934 году принимает участие в реэкспозиции отдела зарубежного искусства3 .
Имя Девлеткильдеева становится известно не только в Уфе, но и за ее пределами. Тонкие акварели Касима Салиаскаровича, посвященные Башкортостану, его природе, быту, людям, получают признание зрителей. Его произведения экспонировались на юбилейной выставке «Искусство народов СССР» в Москве (1927г.), выставлялись в Америке (1929 г.). Журнал «Искусство» в 1935 году называет К.С.Девлеткильдеева одним из лучших художников Башкортостана старшего поколения.

Творческая деятельность

Вторая половина 1930-х годов явилась как бы поворотом в творчестве художника. Зрелый мастер обращается к технике масляной живописи. В 1937 году он создает портреты своих современников, ставших классиками башкирской культуры. Техника масляной живописи, предполагающая поэтапную работу над раскрытием образов, выявила новую грань в даровании Девлеткильдеева. Он отказывается от привычного лирического, созерцательного восприятия человека и обращается к психологическому портрету.
Портрет Мажита Гафури, классика башкирской и татарской литературы, Девлеткильдеев пишет в традициях реалистической школы. Художник создает образ поэта, изображая портретируемого на нейтральном фоне. Гафури как бы вспоминает о прошлом, размышляет о будущем. Портрет выполнен в монохромном колорите, создающем настроение вдохновенного покоя и задумчивости.
Совсем иначе подходит Девлеткильдеев к решению портрета другого своего современника Гималетдина Мингажева, впоследствии народного артиста БАССР и РСФСР, создавшего на сцене колоритные образы представителей башкирского народа. Касим Салиаскарович запечатлел Мингажева в роли старосты из пьесы М.Бурангулова «Башкирская свадьба», подчеркнув сценические черты героя (суровый взгляд старосты таит угрозу). С особой тщательностью художник пишет лицо, лишь в общих чертах обозначив фигуру. Современники отмечали, что в жизни Мингажев по характеру был совсем иным. Вероятно, портрет был создан под впечатлением, оставленным игрой актера в захватывающей пьесе из прошлого башкирского народа. История знает немало примеров, когда художники, вдохновленные талантливой игрой актеров, создавали их портреты в сценических образах, например, таких портретов было немало у Ф.И.Шаляпина.
В 1937 году исполнилось 100 лет со дня смерти А.С.Пушкина, юбилей широко отмечался по всей стране, этой дате многие писатели, поэты, художники посвятили свои произведения. Девлеткильдеев, обратившись к образу поэта, начинает работать над полотном «Пушкин среди башкир», решая его в виде жанровой сценки. Центр картины слегка смещен вправо, Пушкин за столом, в окружении группы башкир, ведет оживленную беседу. Удачно скомпонованы группы фигур, выразительны позы и жесты персонажей, намечена мимика. Задний фон, вероятно, художник предполагал решить в виде юрты. К сожалению, Девлеткильдеев не успел завершить полотно, которое обещало стать одним из удачных произведений художника. Среди рисунков Девлеткильдеева имеется работа, напоминающая по сюжету иллюстрацию к произведению А.С.Пушкина «Капитанская дочка». Известно, что в 1937 году в Башкирском книжном издательстве была издана эта книга, возможно, Девлеткильдеев работал над иллюстрациями.
В эти годы Девлеткильдеева все более привлекает сюжетная картина с ее сложностью композиционного построения и широтой творческих возможностей. На выставке, посвященной IX Всебашкирскому съезду Советов в 1936 г., Девлеткильдеев выставляет одну из своих последних работ — историческое полотно «Переход войск Салавата к Пугачеву». Об этой работе Барютин писал: «Она блещет не столько исторической точностью, сколько художественным живописным романтизмом». К сожалению, неизвестно, где сейчас находится эта работа, сохранился лишь этюд к ней с изображением Пугачева и Салавата, хранящийся в Национальном музее Башкортостана4.
В предвоенные годы Девлеткильдеев создает такие полотна, как «Женское собрание в колхозе» (1936), «Танец среди бойцов» (1940). Пишет ряд пейзажей с характерными видами Урала, проникнутыми покоем и величием царственной природы, запечатлевая мысли и чувства языком линий и красок. Его пейзажам свойственен яркий, насыщенный колорит. В работах «Южный Урал», «Приуралье» художник показывает зрителю все многообразие сложности цветовых оттенков зеленых масс деревьев, трав, кустарников, решая для себя определенные колористические задачи. В пейзаже «Горная река» автор стремится подняться до эпического изложения темы. Есть у Девлеткильдеева ряд недатированных работ, таких как «Женский портрет», выполненный пастелью, «Башкирка в национальном костюме», выполненная гуашью, «Девочка башкирка», выполненная маслом, которые говорят о непрестанном поиске автора в области материала исполнения и его неизменном интересе к портрету. Интересна его работа под названием «Кабаре». Художник, как бы из-за кулис, показывает часть сцены, свет люстры освещает актрису с бубном и мужчину в котелке. Яркая, контрастная по колориту работа, выпадающая из общего творчества художника и по тематике, и по манере исполнения.
Искусствовед Н.М.Щекотов, приезжавший в Уфу в 1940 году для ознакомления с жизнью и деятельностью местных художников, писал: «Такие живописцы, как И.И.Урядов, К.С. Девлеткильдеев, А.П.Лежнев (старшее поколение) по умению и опытности в своем деле стоят, например, на уровне хороших московских живописцев». Но, несмотря на их талант, Девлеткильдееву и Урядову «приходится, например, работать в невыносимых условиях. Ходатайства же Союза художников о предоставлении им более подходящего помещения остаются до сих пор без ответа»5 .. Жизненный путь Касима Салиаскаровича был тернист, судьба не баловала этого человека; отдав себя на службу искусству, он так и не женился. Был одинок. Всю теплоту своей души отдал сестре Котлазаман, в которой нашел дружескую поддержку и понимание.
По воспоминаниям современников, человек он был замкнутый, дружеские отношения поддерживал с художниками М.Н.Елгаштиной, А.Э. Тюлькиным, А.П.Лежневым, с которыми ходил на этюды. В годы войны сдружился с эвакуированными в Уфу скульптором Линой По и искусствоведом Ш.Розенталем. В 1941 году Девлеткильдеев принимает деятельное участие в комиссии по приему и размещению экспонатов, эвакуированных из художественных музеев Украины. Человек хрупкого здоровья, но великого духа, К.С.Девлеткильдеев не оставляет творчества и в годы войны. К Уфимской республиканской выставке «За Родину» в 1942 году он пишет картину «Хлеб фронту», к сожалению, место ее нахождения неизвестно (как и многих работ последних лет). В военном госпитале в Уфе Касим Салиаскарович выполняет портреты бойцов Башкирской кавалерийской дивизии. Художник запечатлевает суровые, мужественные лица защитников Родины, глядя на них сквозь призму отеческой любви, придающей портретам определенную мягкость и лиричность.
В творчестве почти каждого художника наступает момент, когда он обращается к автопортрету, который ставит перед ним множество интересных проблем. Во власти художника создать правдивый образ или образ-легенду. Автопортрет — это и личная мастерская художника, и результат аналитического вдохновения. В автопортрете Девлеткильдеева подчеркнутый аскетизм образа созвучен суровому времени. В нем ощутимы волевая напористость, упрямый, твердый характер. Взор художника направлен в даль, он как бы подводит итог пройденного отрезка жизни.
В годы войны Девлеткильдееву жилось очень тяжело, его не раз видели на толкучке, продающим свою коллекцию фарфора, которую он любовно собирал долгие годы6. Но и будучи уже совсем больным, почти прикованным к постели, Касим Салиаскарович не мог обходиться без любимого дела и не выпускал карандаш из рук. К нему частенько заходил Саша Пантелеев, смотрел, как он рисует, пробовал рисовать сам, чуткий глаз художника и педагога определил в мальчике дарование. Именно у Девлеткильдеева получил первые уроки мастерства в будущем заслуженный художник РСФСР А.В.Пантелеев. Он вспоминал, что в комнате, где замерзала вода в стакане, полусидя на кровати, художник закоченевшими пальцами водил по бумаге карандашом, создавая рисунок за рисунком.

Л.Бондаренко


Copyrights © Редакция журнала "Ватандаш" 2000-2018